Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Серёжкина А.А. гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Железобетонные изделия - 1» о взыскании задолженности по договору займа, встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Железобетонные изделия-1» к
ФИО1 о признании договора займа незаключенным

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Железобетонные изделия – 1» на решение Пролетарского районного суда
г. Твери от 31 мая 2021 года.

Судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просит взыскать с
ООО "ЖБИ-1" задолженность по договору займа от 25 ноября 2020 года в размере 3500000 рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что 25 ноября 2011 года между ФИО1 и ООО "ЖБИ-1" заключен договор беспроцентного займа, в соответствии с которым ответчик получил от истца денежные средства в сумме 3500000 рублей.

Заимодавец выполнил обязательства по передаче денежных средств заемщику.

По условиям договора возврат займа может происходить в течение срока действия договора, но не позднее 15 января 2021 года. Договором предусмотрена возможность погашения задолженности путем зачета встречных требований.

По состоянию на 16 января 2021 года денежные средства истцу не возвращены. Истец обратился к ответчику с требованием о возврате в полном объеме суммы займа, однако сумма займа возвращена не была.

ООО "ЖБИ-1" предъявило к ФИО2 встречное исковое заявление, в котором просит признать договор беспроцентного займа от
25 ноября 2020 года незаключенным.

Требования обосновывает тем, что в нарушение условий договора займа от 25 ноября 2020 года денежные средства ООО «ЖБИ-1» от ФИО1 переданы не были.

25 ноября 2020 года на расчетный счет ООО «ЖБИ-1» поступили денежные средства в сумме 3500000 рублей, однако, данные денежные средства получены от иного физического лица - ФИО3, которая не является стороной договора беспроцентного займа. Данный факт подтверждается копией квитанции о внесении ФИО29 денежных средств на расчетный счет общества. При этом, ООО «ЖБИ-1» не было уведомлено ФИО1 об исполнении обязательств по передаче денежных средств по договору займа третьим лицом. Не предусмотрена возможность передачи займа обществу третьим лицом и самим договором от 25 ноября 2020 года.

При проведении банковской операции по зачислению наличных денежных средств на расчетный счет ООО «ЖБИ-1» не соблюдены нормы ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма»: идентификация данных при осуществлении подлежащей контролю операции с денежными средствами не подтверждена, в связи с чем выдача займа ФИО1 не подтверждена допустимыми доказательствами. При указанных обстоятельствах отношения по договору займа между истцом и ответчиком не возникли.

Решением Пролетарского районного суда г. Твери от 31 мая 2021 года исковые требования ФИО1 удовлетворены, с ООО «ЖБИ-1» в пользу ФИО1 взыскана задолженность по договору займа от
25 ноября 2020 года в размере 3500000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 25700 рублей, а всего 3525700 рублей.

Встречный иск ООО «ЖБИ-1» к ФИО1 оставлен без удовлетворения.

ООО «ЖБИ-1» подана апелляционная жалоба, в которой ставится вопрос об отмене решения суда от 31 мая 2021 года и принятии по делу нового решения, которым надлежит отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1, а встречные требования ООО «ЖБИ-1» удовлетворить в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает, что ФИО1 не доказаны заявленные требования, а документы, на которые он ссылается, не подтверждают факт передачи ООО «ЖБИ-1» денежных средств в сумме 3500000 рублей по нижеследующим основаниям.

По мнению апеллянта, представленные ФИО1 документы в подтверждение заключения договора займа не подтверждают соблюдение норм действующего законодательства при заключении беспроцентного займа, а именно статьи 9 Федерального закона от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, данных в пункте 8 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденных Президиумом Верховного Суда РФ от
08 июля 2020 года, и статьи 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, документальное оформление передачи крупной суммы наличных денежных средств юридическому лицу не представлено, факт передачи спорных денежных средств не доказан.

Кроме указанного, из условий договора не следует разумная деловая цель займодавца при заключении договора, поскольку его действия не могут являться экономически обоснованными и разумными. В материалы дела не представлены доказательства исполнения сторонами условия о целевом характере займа и какой-либо заинтересованности сторон в исполнении данного условия.

Общество указывает, что спорный договор заключен без намерения финансирования деятельности заемщика и без намерения займодавца пополнить собственные накопления, наличие которых документально не подтверждено.

ООО «ЖБИ-1» считает, что денежные средства в сумме 3500000 рублей являются в действительности не заемными средствами, а выручкой общества от хозяйственной деятельности, которая велась прежним руководством общества с нарушением действующего законодательства в целях уклонения от уплаты налогов.

В апелляционной жалобе указывается о нарушении судом положений части 2 статьи 12, части 1 статьи 35, части 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На указанную жалобу ФИО1 представлены возражения, в которых истец просит отклонить доводы жалобы, полагая их необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В заседание суда апелляционной инстанции ФИО1, уведомленный о времени и месте рассмотрения дела в соответствии с требованиями статьи 113-116 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не явился, сведений о причинах неявки не представил, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявил.

На основании положений статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Заслушав судью-докладчика, выслушав объяснения представителя ООО «ЖБИ-1» - ФИО4, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя истца ФИО5, возражавшей в удовлетворении жалобы, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проверив законность и обоснованность постановленного судом первой инстанции решения, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела,
25 ноября 2020 года между ФИО1 (Заимодавец) и ООО "ЖБИ-1" (Заемщик) заключен договор займа, по условиям которого Заимодавец передает Заемщику беспроцентный заем в сумме 3500000 рублей.

По условиям договора целевое использование займа - погашение заемщиком обязательных налоговых платежей, задолженности с ресурсоснабжающими организациями, прочей кредиторской задолженности. В течение трех дней с даты подписания договора Заимодавец обязан внести в кассу, либо перечислить на расчетный счет заемщика сумму займа. Возврат займа может происходить в течение срока действия договора по частям (в рассрочку), но не позднее 15 января 2021 года. Сумма займа может быть возвращена досрочно (л.д. 11, 12).

В соответствии с условиями договора ФИО1, как заимодавец, передал заемщику ООО «ЖБИ-1» денежные средства в оговоренном размере путем внесения наличными в кассу общества, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 25 ноября 2020 года (л.д. 74).

Удовлетворяя требования ФИО1, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 307, 309, 314, 408 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу, что ООО «ЖБИ-1» не исполнило свои обязательства по договору займа в оговоренные сторонами сроки, доказательств обратного заемщиком не представлено, в связи с чем требования истца о взыскании с заемщика основного долга по договору займа в сумме 3500000 рублей обоснованы и подлежат удовлетворению.

Разрешая встречный иск ООО «ЖБИ-1» к ФИО1 о признании договора займа от 25 ноября 2020 года незаключенным, суд пришел к выводу, что в дело представлены бесспорные доказательства, подтверждающие факт поступления в распоряжение заемщика от займодавца спорных денежных средства в размере 3500000 рублей.

Такие выводы суда первой инстанции являются правильными.

Согласно статье 433 (пункты 1 и 2) Гражданского кодекса Российской Федерации договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. Если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как усматривается из материалов дела, в подтверждение передачи денежных средств обществу по договору займа от 25 ноября 2020 года ФИО1 представил квитанцию к приходному кассовому ордеру № 63 от 25 ноября 2020 года, удостоверенную от имени главного бухгалтера руководителем ООО «ЖБИ-1» ФИО6 и кассиром ФИО3

Статья 812 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что заемщик вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности).

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Таким образом, закон не возлагает на заимодавца обязанность доказать наличие у него денежных средств, переданных заемщику по договору займа, при этом обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на заемщика.

Из содержания указанных выше правовых норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что при подписании сторонами письменного договора займа, содержащего условие о получении денежных средств заемщиком, обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на последнего. В подтверждение безденежности договора займа заемщик не вправе ссылаться только на свидетельские показания
(за исключением указанных в законе случаев). В отношении других видов доказательств такого запрета законодателем не установлено.

В соответствии с нормами гражданского законодательства именно общество, выдавшее квитанцию к приходному кассовому ордеру, подтверждающую принятие обществом на себя обязанности вернуть ФИО1 денежную сумму в размере 3500000 рублей, должно было представить доказательства того, что данные денежные средства обществу не передавались.

Возражая против удовлетворения первоначального иска и поддерживая встречный иск, ответчик ссылался на безденежность договора займа по мотивам непоступления в общество денежных средств от истца, указав, что деньги в сумме 35000000 рублей поступили 25 ноября 2020 года от иного лица – ФИО30

В обоснование встречного иска ответчик также сослался на несоблюдение при зачислении на расчетный счет ООО «ЖБИ-1» денежных средств требований Федерального закона от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» в связи с неидентификацией клиента при осуществлении операции с денежными средствами; на отсутствие экономической обоснованности между сторонами в совершении сделки.

Как следует из пункта 8.1 вышеназванного Обзора, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 8 июля 2020 года, хотя в силу пункта 1 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации бремя доказывания обстоятельств безденежности договора займа лежит на заемщике, однако указанное не освобождает суд от обязанности создать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении дела (статья 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем, кроме своей версии о внесении денег в общество иным лицом, о нарушении законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов и об отсутствии экономической обоснованности сделки иных допустимых доказательств в подтверждение данных обстоятельств обществом не представлено.

В то же время материалами дела, в частности показаниями свидетелей
ФИО23 и ФИО24 подтверждается факт работы
ФИО25 по состоянию на 25 ноября 2020 года в ООО «ЖБИ-1» в должности бухгалтера-кассира.

В данном случае получение ФИО21 как кассиром
25 ноября 2020 года заемных денежных средств от ФИО1 с выдачей последнему квитанции к приходному кассовому ордеру и последующая сдача в тот же день указанных денег ФИО27 в банк вопреки доводам апелляционной жалобы опровергает утверждение истца о получении обществом денег от ФИО26 как от займодавца.

Более того, квитанция Сбербанка о получении от ФИО22 спорной денежной суммы содержит сведения об источнике поступления денег в общество – беспроцентный заем (физ. лица ФИО1) по договору б/н от 25.11.2020 (л. д. 52).

Вопреки доводам апелляционной жалобы применительно к положениям Федерального закона от 07 августа 2001 года № 115-ФЗ ни ФИО7 как сторона земных отношений, ни ФИО20 работник общества, не являются клиентами, то есть физическими лицами, находящиеся на обслуживании организации, осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом (ст. 3).

Не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта и доводы жалобы об отсутствии экономической целесообразности в совершении сделки.

Прежде всего, необходимо отметить, что свидетелем ФИО19 даны показания о том, что деньги в сумме 3500000 рублей после зачисления банком на счет общества израсходованы для погашения налоговой задолженности. Планировалось получить заем для расчета с кредиторами, продать принадлежащие обществу здания и возвратить заем.

Представителем истца также даны объяснения о достижении
ФИО7 с обществом соглашения о погашении за счет денег последнего обязательных налоговых платежей, задолженности перед ресурсоснабжающими организациями и кредиторской задолженности.

25 мая 2021 года представитель ответчика участвовал в судебном заседании, а 08 июля 2021 года ознакомился в полном объеме с материалами дела (л. д. 208), однако, располагая разумным сроком для предоставления доказательств, опровергающих данный факт, несмотря на разъяснение судом в ходе подготовки дела к судебному разбирательству стороне ответчика положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о необходимости представления доказательств в обоснование своих возражений по иску, каких-либо объективных данных, опровергающих наличие заинтересованности общества в погашении имеющейся задолженности перед бюджетом, иными кредиторами за счет денежных средств, предоставленных ФИО1, ответчиком не представлено, равно как ни в апелляционной жалобе, ни в объяснениях представителя общества не приведено доводов о том, какую незаконную финансовую операцию мог прикрывать спорный договор займа.

Установление сторонами по спорному договору от 25 ноября 2020 года условия о предоставлении беспроцентного займа само по себе соответствует положениям пункта 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Свидетель ФИО28 также показал, что после получения займа планировалось продать принадлежащие обществу здания и возвратить заем.

В данном случае истец, добросовестно полагаясь на совершение обществом таких действий, вправе был рассчитывать на получение причитающего по договору займа.

То обстоятельство, что общество по каким-либо причинам, не зависящим от истца, не реализовало свои планы по продаже зданий, никоим образом не свидетельствует о злонамеренном участии займодавца в соглашении с заемщиком на уклонение от погашения задолженности.

Как уже указывалось в настоящем апелляционном определении, по общему правилу закон не предусматривает возложение на заимодавца обязанности по доказыванию наличия у него денежных средств, переданных заемщику по договору займа.

Между тем, истцом в подтверждение наличия у него необходимых денежных средств представлены договоры аренды нежилых помещений от 29 апреля 2011 года и от 31 марта 2016 года, заключенные в период
2011-2020 годов (л. д. 122-141), содержание которых позволяет установить, что ФИО1 в результате сдачи помещений получал ежемесячный доход с апреля 2011 года в размере не менее 271920 рублей, с марта 2016 года – не менее 585486 рублей (пункты 4.1 каждого из договоров), что в совокупности платежей многократно превышает размер денежных средств, переданных по спорному договору займа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Приводя доводы о злоупотреблении истцом правом по мотивам отсутствия у последнего намерения финансирования общества и намерения пополнить собственные накопления, ответчик вышеизложенные обстоятельства зачисления полученных от ФИО1 денежных средств на расчетный счет общества в банке не опроверг, обоснование невозможности применения к правоотношениям сторон положений пункта 1 статьи 809 ГК РФ, предусматривающих право сторон на заключение беспроцентного займа, не привел.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 07 июля 2015 года № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем» недоказанность совершения сделки с целью придания таковой правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными преступным путем, в том числе в результате совершения сделок по отчуждению имущества, приобретенного преступным путем (в результате совершения преступления), в отсутствие реальных расчетов или экономической целесообразности в таких сделках исключает признание сделки недействительной как нарушающей публичные интересы и отказ в удовлетворении основанных на таких сделках имущественных требований (п. 6 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020).

Отсутствие у ответчика на момент разрешения настоящего спора надлежащим образом оформленного регистрационного журнала приходных и расходных ордеров никоим образом не свидетельствует о недобросовестном поведении истца при предоставлении займа.

Таким образом, доводы заявителя, содержащиеся в апелляционной жалобе, выводов суда о наличии правовых оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований и об отсутствии таковых для удовлетворения встречного иска не опровергают, не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, основаны на ином толковании подлежащих применению норм материального права и норм процессуального права, расходящемся с его действительным смыслом; сводятся лишь к несогласию с правовой оценкой установленных обстоятельств и фактически являются позицией заявителя, в связи с чем основанием для отмены решения суда в апелляционном порядке служить не могут.

Иных доводов, указывающих на обстоятельства, которые в соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации могли бы послужить основаниями к отмене решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Пролетарского районного суда г. Твери от 31 мая 2021 года оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Железобетонные изделия – 1» – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено
07 октября 2021 года.

Председательствующий А.А. Серёжкин

Судьи Е.Е. Зорова

В.А. Харитонова