Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в судебном заседании 19 февраля 2020 года апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2, ФИО3 на решение Ленинградского районного суда г. Калининграда от 29 октября 2019 года, которым исковые требования ФИО4 к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о признании недействительными сделок, применении последствий недействительности следок, разделе совместно нажитого имущества удовлетворены в части.

Суд постановил признать недействительным договор дарения от 01 февраля 2019 года квартиры по адресу: <адрес>, площадью <данные изъяты>, кадастровый номер №, зарегистрированный в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области 07.02.2019 года, заключенный между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ.

Признать недействительным договор дарения от 24 июня 2019 года квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, площадью <данные изъяты>, кадастровый номер №, заключенный между ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ, и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ.

Признать за ФИО4 и ФИО1 право общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, площадью <данные изъяты>, кадастровый номер №, установив долю каждого в размере 1/2 доли.

Взыскать солидарно с ответчиков ФИО1, ФИО2, ФИО3 в пользу ФИО4 расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.

Взыскать с ответчиков ФИО1, ФИО2, ФИО3 в пользу ФИО4 расходы на оплату государственной пошлины в размере по 3 942 рубля с каждого.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Настоящее решение является основанием для внесения изменений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Заслушав доклад судьи Уосис И.А., пояснения ФИО2, ФИО3, поддержавших апелляционные жалобы, возражения представителя ФИО4 – ФИО5, полагавшей решение подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в суд с иском, указав, что она состояла в браке с ФИО1 с 15.09.2006 г. Брак расторгнут решением Мирового судьи 1-го судебного участка Московского района г. Калининграда от 07 августа 2018 г. В период брака было приобретено следующее имущество: автомобиль <данные изъяты>,2001 года выпуска, квартира по адресу: <адрес>. 30.08.2018 г. между ними было заключено соглашение о разделе имущества в простой письменной форме, по которому автомобиль и квартира переходят в единоличную собственность бывшего супруга, а он ей выплачивает компенсацию за счет средств от продажи квартиры его матери. Мать ответчика сохраняет право проживания в ее квартире до смерти. Во исполнение этого соглашения 11.10.2018 г. оформлена доверенность на ФИО2 - сына ФИО1 от предыдущего брака на продажу квартиры его матери по адресу: <адрес>. Указанная квартира продана 08.04.2019 г., однако компенсация ей не выплачена. Факт продажи квартиры от нее скрывался до 22.06.2019 г. Ответчик неоднократно обещал погасить задолженность, однако обязанности по соглашению не исполнены до настоящего времени.

Кроме того, ей стало известно о том, что квартира по адресу: <адрес> была отчуждена ФИО1 своему сыну ФИО2 по договору дарения от 07.02.2019 г. Принадлежавшая ранее ФИО1 квартира по адресу: <адрес> также отчуждена по договору дарения от 13.02.2019 г. сыну.

Квартира по адресу: <адрес> является совместно нажитым имуществом, доли супругов - равными. Поскольку ФИО1 не готов выплачивать ей денежную компенсацию, необходимо разделить данную квартиру в равных долях. Сделка дарения совместного нажитого и неразделенного имущества является ничтожной, так как она согласия на эту сделку не давала. Сделка заключена с целью создания препятствий в разделе общего имущества. Просит с учетом уточнения требований признать недействительными договор дарения квартиры от 01 февраля 2019 г., заключенный между ФИО1 и ФИО2; договор дарения квартиры от 24 июня 2019 г., заключенный между ФИО2 и ФИО3; вернуть квартиру в собственность ФИО1, признать квартиру по адресу: <адрес> совместно нажитой и разделить между супругами в равных долях по 1/2 доле каждому, а также взыскать с ответчиков расходы на оплату услуг представителя в размере 31 000 руб., расходы по оплате госпошлины - 11 826 руб.

Судом постановлено указанное решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение отменить и принять новое решение. Указывают на то, что суд неправильно установил имеющие значение для дела обстоятельства, дал неправильную оценку представленным доказательствам, неправильно применил нормы материального и процессуального права, в связи с чем, пришел к неправильным выводам.

В апелляционной жалобе ФИО3 просит решение отменить. Указывает, что судом при рассмотрении дела нарушены требования процессуального законодательства, ей не вручена копия иска, приложенных к нему документов, не разъяснены права, не предоставлено времени для подготовки, не предоставлено право задавать вопросы истцу, чем нарушено ее право на защиту. Не согласна с выводами суда о том, что она знала, что спорное имущество является общим имуществом супругов и отсутствует согласие бывшего супруга на безвозмездное отчуждение квартиры. Она не является его близким родственником, не участвовала в решении вопроса о разделе имущества и судьбе квартиры. Считает, что отсутствуют основания для признания сделок недействительными. Суд не применил мер по защите добросовестного приобретателя, чем нарушил ее имущественные интересы.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение отменить. Полагает, что судом неправильно применены нормы материального и процессуального права. 1/2 доля спорной квартиры принадлежит отцу и он имел право распоряжения ею. Признав сделку недействительной в целом, суд лишил его 1/2 доли законно переданного имущества. Не согласен с выводами суда о его осведомленности об отсутствии согласия ФИО4 на отчуждение квартиры. Считает сумму судебных издержек необоснованной.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с требованиями ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ – с учетом доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия полагает решение подлежащим оставлению без изменения.

По смыслу ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; прекращения или изменения правоотношения; и иными способами, предусмотренными законом.

В соответствии с ч.1 ст. 34 СК РФ, ст. 256 ч.1 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Ст. 33 СК РФ устанавливает, что законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Любой из супругов в случае спора не обязан доказывать факт общности имущества, если оно нажито во время брака, так как в силу закона (ст. 34 СК РФ) - данное имущество является совместной собственностью супругов.

В соответствии со ст. 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе, доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Как следует из п. 2 ст. 34 СК РФ, общим имуществом супругов являются приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Согласно ст. 38 СК РФ в случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке. При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация

В соответствии со ст. 253 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом. Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (ч.2. ст.218 ГК РФ).

По договору дарения в силу ст.572 ГК РФ одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная).

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования, распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении своего имущества любые действия, не противоречащие закону и не нарушающие права и охраняемые законом интересы иных лиц.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела – ФИО1 и ФИО4 состояли в браке с 15 сентября 2006 г. Брак расторгнут решением мирового судьи 1-го судебного участка Московского района г. Калининграда от 07 августа 2018 г.

В период брака на основании договора участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома от 04 марта 2014 г. приобретена квартира по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты>. Право собственности зарегистрировано за ФИО1 03.07.2017 г.

Разрешая заявленные требования, приведя в решении анализ собранных по делу доказательств, и дав им правильную оценку, правильно применив нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что указанное имущество является совместно нажитым имуществом супругов, доли супругов являются равными, поскольку доказательств его приобретения на личные средства одного из супругов, суду не представлено.

С учетом того, что ФИО1 в подтверждение доводов о приобретении квартиры за счет своих личных денежных средств никаких объективных доказательств не представлено, суд правомерно признал спорную квартиру совместно нажитым имуществом супругов Б-вых.

В материалы дела представлено соглашение, подписанное 30 августа 2018 г. ФИО1, ФИО6, по которому квартира по адресу: <адрес> переходит в единоличную собственность ФИО1, который выплачивает ФИО4 в качестве компенсации по разделу совместно нажитого имущества <данные изъяты> в течение шести месяцев с даты подписания настоящего соглашения. Компенсация выплачивается после продажи квартиры, принадлежащей матери ответчика С.М.

Названное соглашение нотариально не удостоверено.

По договору от 01 февраля 2019 г. ФИО1 передал в дар своему сыну ФИО2 спорную квартиру.

По договору от 24 июня 2019 г. ФИО2 передал в дар своей супруге ФИО3 спорную квартиру.

Таким образом, на момент рассмотрения спора единоличным собственником спорной квартиры является ФИО3

Разрешая заявленные ФИО4 требования, суд первой инстанции исходил из того, что спорная квартира является общим имуществом супругов, при ее отчуждении и передаче в дар сыну ФИО2 ФИО1 обязан был получить нотариально заверенное согласие своего бывшего супруга, чего не было сделано. Таким образом, договор дарения спорной квартиры от 01.02.2019 г. нарушает права истицы на общее имущество, что является основанием для признания данного договора недействительным.

Вывод суда первой инстанции о недействительности оспариваемой сделки по мотиву отсутствия нотариально удостоверенного согласия бывшей супруги на совершение сделки не основан на законе.

Согласно пункту 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

В силу пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Положения статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации в отношении получения нотариально удостоверенного согласия одного из супругов при совершении сделки по распоряжению названным имуществом другим супругом распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота, к которым относятся бывшие супруги.

В соответствии со статьей 2 Семейного кодекса Российской Федерации семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Поскольку оспариваемый истцом договор был заключен бывшим супругом после расторжения брака, нормы семейного законодательства, регламентирующие необходимость при совершении сделки по распоряжению недвижимостью получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга, к спорным правоотношениям не применимы.

В данном случае на момент заключения оспариваемой сделки брак между Б-выми был прекращен и, соответственно, получение нотариального согласия ФИО4 на отчуждение бывшим супругом доли квартиры не требовалось.

Требование о признании такой сделки недействительной может быть удовлетворено только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об отсутствии полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки.

С учетом того, что истец оспаривает совершенную бывшим супругом ФИО1 сделку по распоряжению спорной квартирой, то именно истец должен доказать недобросовестность поведения ответчика ФИО2 на предмет его осведомленности об отсутствии у ФИО1 полномочий распоряжаться квартирой.

Указанное обстоятельство нашло подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Неправильность указанных выше выводов суда не привела к принятию неправильного по существу решения.

Оспариваемый истцом договор дарения спорной квартиры заключен между ФИО1 и ФИО2 01 февраля 2019 г., то есть тогда, когда ФИО4 и ФИО1 перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями ст.35 Семейного кодекса Российской Федерации, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм юридически значимыми обстоятельствами при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, является:

- установление наличия или отсутствия полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у этого участника в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки;

- установление наличия или отсутствия осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

Таким образом, для правильного рассмотрения настоящего дела суду необходимо было установить, имелись ли у ФИО1 полномочия на отчуждение спорной квартиры ФИО2 по договору дарения. В случае несогласия ФИО4 на распоряжение ФИО1 квартирой суду следовало установить, знал или должен ли был знать об этом ФИО2

Как достоверно установлено по делу - ФИО2 был осведомлен о наличии соглашения Б-вых о разделе общего имущества, к которому относится и спорная квартира, что соглашение несмотря на несоблюдение установленной законом формы стороны изначально были намерены исполнять; ФИО2 вел длительные переговоры с ФИО4 об исполнении обязанностей его отца в части выплаты ей компенсации после продажи принадлежащей С.М. квартиры, знал о притязаниях ФИО4 на 1/2 долю квартиры или ее стоимости.

В ходе судебного разбирательства ФИО2 не отрицал, что в целях исполнения указанного соглашения квартира С.М. была продана, деньгами от ее продажи он распорядился по своему усмотрению.

Из материалов дела и пояснений участников процесса усматривается, что всеми имущественными вопросами отца, в том числе по разделу имущества супругов, занимался именно ФИО2

Вместе с тем, продолжая от имени отца вести переговоры с ФИО4 по выплате компенсации стоимости принадлежащей ей доли спорной квартиры, обладая данными о том, что заключенное Б-выми соглашение о разделе имущества не удостоверено нотариально, что отец ФИО1 не намерен выплачивать истице компенсацию по данному соглашению, что ФИО4 продолжает претендовать на 1/2 долю квартиры при невыплате компенсации; ФИО2 заключил 01.02.2019 г. с отцом договор дарения, то есть безвозмездную сделку, достоверно зная, что при приведенных условиях отсутствовало согласие ФИО4 на отчуждение квартиры и отец не обладал полномочиями по распоряжению общим имуществом.

22.06.2019 г. ФИО4 сообщила ФИО2 лично о том, что ей известно о продаже квартиры С.М. в марте, и если до 27.06.2019 г. ей не будет выплачена компенсация, то она поставит вопрос о разделе имущества в судебном порядке.

Непосредственно после этого - 24 июня 2019 г. ФИО2 передал спорную квартиру в дар своей супруге ФИО3

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

По общему правилу, в соответствии с п. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также на иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Спорное имущество было отчуждено ФИО1 в пользу сына по безвозмездной сделке, ФИО2 также безвозмездно отчуждено своей супруге ФИО3, что по существу означает оставление этого имущества в семье ответчиков, одновременно исключая его из состава общего имущества супругов.

Совокупность установленных по делу обстоятельств, а также безвозмездный характер отчуждения имущества, дают судебной коллегии основания прийти к выводу о том, что действия ответчиков по отчуждению/приобретению спорного имущества представляют собой злоупотребление правом, поскольку эти действия были направлены на недопущение раздела спорного имущества как совместно нажитого в браке.

Ссылки Б-вых на то, что с учетом заключенного сторонами соглашения, по которому спорная квартира переходит в собственность ФИО1, сделка по отчуждению квартиры в собственность сына ФИО2 является законной, не могут быть приняты во внимание.

В соответствии с нормами семейного законодательства изменение правового режима общего имущества супругов возможно на основании заключенного между ними брачного договора (ст. ст. 41, 42 СК РФ), соглашения о разделе имущества (п. 2 ст. 38 СК РФ), соглашения о признании имущества одного из супругов общей совместной или общей долевой собственностью (ст. 37 СК РФ).

Общее имущество супругов в соответствии с п.2 ст. 38 СК РФ может быть разделено между супругами по их соглашению. Соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, должно быть нотариально удостоверено.

Вопрос о разделе имущества супругов на момент заключения ФИО1 и ФИО2 договора дарения 01.02.2019 г. не был разрешен.

Заключение 30.08.2018 г. соглашения между ФИО1 и ФИО4 о разделе имущества не свидетельствует о решении вопроса раздела общего имущества в соответствии с законом.

Поскольку установленные законом на дату заключения соглашения требования об обязательном нотариальном удостоверении не соблюдены, указанное соглашение о разделе имущества супругов является недействительным и не влечет никаких правовых последствий, ссылки ФИО1 на то, что с учетом заключенного сторонами соглашения, по которому спорная квартира переходит в его собственность, сделка по отчуждению квартиры в собственность сына ФИО2 является законной, не могут быть приняты во внимание.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, не свидетельствует указанное соглашение и об отказе ФИО4 от прав на спорную квартиру как общее имущество супругов.

При изложенных обстоятельствах имелись достаточные правовые основания для признания заключенного 01.02.2019 г. между ФИО1 и ФИО2 договора дарения недействительным.

Ссылки в жалобах на наличие у ФИО1 права самостоятельного распоряжения своей ? долей спорной квартиры путем заключения договора дарения с ФИО2 нельзя признать обоснованными, поскольку указанное имущество является совместной собственностью Б-вых, их доли в данном имуществе до его раздела не были определены, следовательно, распорядиться самостоятельно долей квартиры при установленных обстоятельствах он был не вправе.

Ссылки ФИО2 на наличие другого нажитого в браке общего имущества, подлежащего разделу, в том числе, квартиры по адресу: <адрес>, кольца с бриллиантом стоимостью <данные изъяты>, находящегося у истицы; основанием для отказа в иске не являются.

Доводы жалобы ФИО1 о нарушении его прав непринятием судом его встречного иска о разделе совместно нажитого имущества не могут быть признаны обоснованными и о неправильности разрешения заявленных требований не свидетельствуют.

Как следует из материалов дела – исковое заявление ФИО4 принято к производству суда 02.08.2019 г., исковое заявление получено ФИО1 12.08.2019 г.; по делу состоялось несколько судебных заседаний, в которых участвующим в деле лицам разъяснялись их процессуальные права.

ФИО1 участвовал в предварительном судебном заседании 01.10.2019 г., давал пояснения, извещен о рассмотрении дела 29.10.2019 г.

Вместе с тем, встречный иск предъявлен ФИО1 только 24.10.2019 г., в связи с несоответствием его требованиям ст.ст. 131,132 ГПК РФ, определением от 28.10.2019 г. иск оставлен без движения, предложено устранить недостатки – указать цену иска и оплатить госпошлину исходя из размера заявленных требований до 21 ноября 2019 г.

Поскольку обоснованных оснований для отложения рассмотрения в судебном заседании 29.10.2019 г. не имелось, суд правомерно рассмотрел дело в пределах заявленных исковых требований, что не препятствует ФИО1 заявить указанные требования самостоятельно с соблюдением норм процессуального законодательства.

Доводы ФИО3 об отсутствии оснований для признания недействительным заключенного ею с ФИО2 договора дарения, поскольку она являлась добросовестным приобретателем, основанием для отказа в удовлетворении иска не являются.

В силу п. 2 ст. 302 ГК РФ если имущество приобретено безвозмездно от лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе истребовать имущество во всех случаях.

Учитывая, что ФИО3 приобрела спорную квартиру на основании безвозмездной сделки, заключенной с ФИО2 при названных выше обстоятельствах, с учетом характера заявленных ФИО4 требований, имелись основания для признания сделки недействительной, истребования квартиры из владения ФИО3 в общую собственность супругов и раздела данного имущества в соответствии с нормами ст. 39 Семейного кодекса РФ.

Поскольку квартира по адресу: <адрес> является совместно нажитым общим имуществом супругов, суд правомерно пришел к выводу о наличии оснований для раздела указанного имущества и признания за ФИО4 и ФИО1 права собственности на него по 1/2 доле за каждым.

Доводы жалоб об обратном основаны на ошибочном толковании закона и основанием для отмены решении суда не являются.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы ФИО3 о нарушении ее процессуальных прав судебная коллегия не может признать обоснованными.

Установлено, что ФИО3 привлечена к участию в деле в качестве ответчика в судебном заседании 29.10.2019 г.

Как следует из протокола судебного заседания 29.10.2019 г. и прослушанной в судебном заседании суда апелляционной инстанции аудиозаписи судебного заседания, ФИО3 принимала участие в данном судебном заседании, а также в предыдущем заседании вместе с супругом в качестве слушателя, знала суть возникшего спора, но не поставила суд в известность о том, что она является собственником спорной квартиры. Была привлечена к участию в деле в качестве ответчика, судом ей разъяснены процессуальные права и обязанности, выяснено ее мнение о возможности рассмотрения дела в данном заседании и необходимости предоставления ей времени для ознакомления с материалами дела.

ФИО3 указано на отсутствие такой необходимости, ходатайства об отложении рассмотрения дела ею также не заявлено.

При изложенных обстоятельствах оснований для вывода о нарушении судом первой инстанции процессуальных прав ФИО3, допущении судом нарушения норм процессуального права, которые привели к принятию неправильного решения, судебная коллегия не усматривает.

Доводы апелляционных жалоб сводятся к иному толкованию законодательства и обстоятельств дела, аналогичны обстоятельствам, на которые ссылались ответчики в суде первой инстанции в обоснование своих возражений, они были предметом обсуждения суда первой инстанции и им дана правильная правовая оценка на основании исследования в судебном заседании всех представленных сторонами доказательств в их совокупности в соответствии со ст. 67 ГПК РФ.

Таким образом, все обстоятельства, имеющие значение для разрешения возникшего спора, судом при рассмотрении дела исследованы, им дана правильная оценка в решении суда, нарушений норм процессуального права, которые могли бы повлечь отмену решения, судом не допущено.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на его обоснованность и законность, поэтому не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения суда.

Исходя из требований ст. 100 ГПК РФ, предусматривающей, что расходы по оплате услуг представителя подлежат взысканию в разумных пределах, с учетом степени участия в рассмотрении дела представителя истицы, сложности и объема данного гражданского дела, принимая во внимание количество судебных заседаний, объем фактически выполненной представителем работы, взысканная судом в пользу истицы сумма – 20 000 руб. отвечает принципу разумности и справедливости.

Данная сумма является соразмерной объему оказанных услуг, присуждение суммы в 20 000 руб. истице является разумным, баланс процессуальных прав и обязанностей сторон не нарушает.

Оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене решения в апелляционном порядке судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Ленинградского районного суда г. Калининграда от 29 октября 2019 года оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи