Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Владимире 17 мая 2022 года гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Муромского городского суда Владимирской области от 10 декабря 2021 года, которым постановлено:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Автомобили Баварии» о защите прав потребителей отказать.

Требования ФИО2 к ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 21 января 2020 года, заключенный между ФИО1 и ФИО2.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО1 о признании добросовестным приобретателем транспортного средства отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения отказать.

Заслушав доклад судьи Денисовой Е.В., объяснения представителя ООО «Автомобили Баварии»-ФИО4, возражавшей против доводов апелляционной жалобы и просившей оставить решение суда без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Автомобили Баварии» о взыскании двукратного размера стоимости автомобиля «BMW X3 DRIVE», 2017 года выпуска, (VIN) **** (далее – автомобиль BMW X3) в размере 5900000 руб., компенсации морального вреда в сумме 500000 руб., штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя (т.1 л.д.4-8).

В обоснование иска указал, что он является собственником автомобиля BMW X3 на основании договора купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020, заключенного между ним и ФИО2 20.11.2020 он передал автомобиль BMW X3 на СТОА ООО «Автомобили Баварии» для проведения технического обслуживания. Одновременно передал ключи от автомобиля и правоустанавливающие документы. 28.12.2020 он сообщил СТОА о намерении забрать автомобиль, однако ему сообщили, что автомобиль и ключи от него выданы собственнику. 29.12.2020 он обратился в ООО «Автомобили Баварии» с письменными требованиями о возврате автомобиля, оставленными без удовлетворения. Поскольку автомобиль ему возвращен не был, третьих лиц на получение автомобиля со СТОА он не уполномочивал, то полагал, что автомобиль был утрачен ООО «Автомобили Баварии».

Определением суда от 17.03.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2 и ФИО3

ФИО2 предъявил к ФИО1 самостоятельные требования о признании договора купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020, заключенного между ФИО5 и ФИО2, недействительным (т.2 л.д.22-24,98).

В обоснование указал, что 21.01.2020 между ФИО2 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи автомобиля BMW X3. Однако ФИО1 никогда не являлся собственником указанного автомобиля. Многочисленные мнимые договоры купли-продажи с ФИО1 и с другими лицами оформлялись исключительно с целью избежания административной ответственности по ч.1 ст.12.1 КоАП РФ. Спорный договор является притворной сделкой, заключенной без намерения создать правовые последствия в виде перехода права собственности. Денежные средства за автомобиль не передавались. Ничтожность спорного договора купли-продажи подтверждается тем, что 27.10.2020 им как собственником произведена оплата ремонта автомобиля; 27.02.2019, 02.04.2019 между ним и ФИО1, **** И.Н. заключались договоры купли-продажи автомобиля без намерений перехода права собственности для предъявления сотрудникам ГИБДД; ни ФИО1, ни **** И.Н. автомобиль на учет в ГИБДД не ставили ФИО1 и **** И.Н. являются наёмными водителями; после приобретения автомобиля в 2018 году до настоящего времени он как собственник оплачивает его ремонт; ФИО1 по его поручению отвозил автомобиль на СТОА и забирал его.

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО1 о признании его добросовестным приобретателем автомобиля «BMW X3», 2017 года выпуска, **** (т.2 л.д.108-109, т.3 л.д.20).

В обоснование иска указал, что он на законных основаниях приобрел указанный автомобиль у ФИО2 по договору купли-продажи от 07.02.2021, расплатился за автомобиль и зарегистрировал автомобиль в ГИБДД на свое имя.

ФИО1 к ФИО3 предъявлен встречный иск об истребовании из чужого незаконного владения автомобиля BMW X3 (т.2 л.д.129-134).

Встречные требования мотивированы тем, что он является собственником автомобиля BMW X3. 20.11.2020 автомобиль был передано на СТО ООО «Автомобили Баварии» для проведения технического обслуживания. 27.11.2020 ФИО2 самовольно забрал указанный автомобиль, который впоследствии продал своему сыну ФИО3 Полагал, что договор купли-продажи между ФИО2 и ФИО3 является мнимой сделкой, заключенной с целью избежать истребования автомобиля в судебном порядке.

Определением суда от 14.09.2021 указанные гражданские дела объединены в одно производство (т.2 л.д.102).

Истец ФИО1 (ответчик по требованиям ФИО2 и ФИО3), извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился (т.3 л.д.89). Представил письменные пояснения на возражения ООО «Автомобили Баварии» (т.1 л.д.121-127).

Истец ФИО3 (ответчик по требованиям ФИО1), извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился (т.1 л.д.89). Представил письменные возражения на иск ФИО1, в удовлетворении которого просил отказать (т.1 л.д.215-217).

Представитель ФИО3 – адвокат Каяин В.А. в судебном заседании требования ФИО3 поддержал; по требованиям ФИО1 возражал; по требованиям ФИО2 не возражал относительно их удовлетворения.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО2 заявленные требования поддержал; по требованиям ФИО1 возражал; по требованиям ФИО3 не возражал относительно их удовлетворения. Дополнительно пояснил, что в 2019 году взял ФИО1 к себе водителем, т.к. сломал руку и не мог управлять автомобилем. Ранее он приезжал вместе с ФИО1 в сервисный центр ООО «Автомобили Баварии». Он как собственник автомобиля представил его как его водителя. Мастеру-приемщику сказал, чтобы у него принимали автомобиль. В этот раз он позвонил по телефону и попросил принять автомобиль у ФИО1 Автомобиль он ФИО1 не продавал. Все представленные договоры фиктивные, выписывались каждые 10 дней, для того чтобы передвигаться на автомобиле без постановки его на учет в ГИБДД. Денег ФИО1 ему не передавал. После каждой поездки он забирал у него ПТС. Трудовые отношения с ФИО1 официально не были оформлены. Ранее он давал в долг деньги матери ФИО1 - 200000 руб. Когда ФИО1 ему их вернул, он написал представленную им расписку. 27.11.2020, когда забирал автомобиль со СТОА, он подписал акт приема-передачи автомобиля и оплатил ремонт. Все предыдущие ремонты оплачивал так же он. Для этого со своей карты переводил деньги ФИО1 и он оплачивал ремонт.

Ответчиком ООО «Автомобили Баварии» представлены письменные возражения на иск ФИО1 (т.1 л.д.97-102).

Представитель ответчика (по требованиям ФИО1) ООО «Автомобили Баварии»-ФИО4 по требованиям ФИО1 возражала по доводам, изложенным в письменных возражениях; разрешение требований ФИО3 и ФИО2 оставила на усмотрение суда. Дополнительно пояснила, что 20.11.2020 ФИО1 предоставил автомобиль на СТОА для выполнения работ по ремонту. Он сообщил, что является собственником автомобиля и в качестве подтверждения представил копию договора купли-продажи от 19.11.2020. Мастер-приемщик снял копию договора и открыл наряд-заказ на ФИО1 как на собственника автомобиля. 27.11.2020 в ООО «Автомобили Баварии» обратился ФИО2 с требованием выдать ему автомобиль, который принадлежит ему на праве собственности, в качестве подтверждения он предоставил оригинал ПТС и паспорт. Оснований не доверять данным документам не было, и автомобиль ему передали. ФИО2 оплатил выполненные работы, подписал акт выполненных работ. Несмотря на то, что наряд-заказ был открыт на ФИО1, акт выполненных работ фактически подписал ФИО2 Доводы о том, что автомобиль утрачен, считала необоснованными, т.к. в настоящий момент автомобиль находится в собственности ФИО3 Ссылалась на то, что ООО «Автомобили Баварии» не оказывает услуги по постановке автомобиля на учет в ГИБДД. При передаче автомобиля на ремонт ранее, предоставлялись иные договоры купли-продажи. По данным договорам ФИО1 автомобиль на учет в ГИБДД на свое имя не ставил, договор ОСАГО как собственник не заключал. Данные сделки являются мнимыми. В случае удовлетворения требований, просила применить ст.333 ГПК РФ к штрафу, снизить размер компенсации морального вреда.

Третье лицо ФИО6 извещенный о дате, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие. Ранее пояснил, что неофициально подрабатывал у ФИО2 водителем. Также водителем подрабатывал ФИО1 Для передвижения на автомобиле BMW X3 на него оформлялись договоры купли-продажи, которые затем аннулировались ФИО2

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе истец (ответчик по требованиям ФИО2 и ФИО3) ФИО1 просит решение суда отменить. Принять новое решение, которым удовлетворить исковые требования ФИО1, в удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО3 к ФИО1 – отказать. Ссылается на отсутствие надлежащего извещения о судебном заседании. Не согласен с выводами суда о том, что договор купли-продажи транспортного средства от 20.01.2020 является притворной сделкой. Судом не дана оценка действиям ФИО2, который в акте выполненных работ от 27.11.2020 расписался в получении автомобиля от имени ФИО1, и затем реализовал автомобиль по заниженной цене своему сыну, фактически преследуя цель легализовать спорное имущество и не допустить его истребование в судебном порядке. После 21.01.2020 договоров купли-продажи в отношении автомобиля он (ФИО1) с ФИО2 не заключал, копии документов являются недопустимыми доказательствами. Объяснения ФИО6 недостоверны, анкета в интернете им (ФИО1) не размещалась. Денежные средства за автомобиль фактически переданы. Вывод суда о том, что ООО «Автомобили Баварии» не осуществляют постановку автомобилей на учет, не соответствует обстоятельствам дела. Совокупностью доказательств подтверждается переход к нему права собственности на автомобиль по оспариваемому договору купли-продажи. Не учтено судебное постановление по административному делу, из которого следует факт нахождения спорного автомобиля в собственности ФИО1 Не согласен с произведенной судом оценкой доказательств (т.3 л.д.123-127).

Ответчиком (по требованиям ФИО1) ООО «Автомобили Баварии», истцом ФИО3 (ответчиком по требованиям ФИО1), третьи лицом ФИО2 представлены возражения на апелляционную жалобу, в удовлетворении которой просят отказать. Считают решение суда законным и обоснованным (т.3 л.д.136-140, 152-154).

В заседание суда апелляционной инстанции ФИО1 (извещен посредством телефонограммы, т.3 л.д.163), ФИО3, ФИО2 (извещены посредством СМС-извещений, т.2 л.д.122, т.3 л.д.38,162), ФИО6 (извещен посредством направления судебного извещения заказным почтовым отправлением с уведомлением о вручении, т.3 л.д.165-166) не явились (представителей не направили), сведений об уважительности неявки не сообщили, просьб об отложении слушания дела не заявляли. В порядке п.3 ч.1 ст.117 ГПК РФ извещены представители ФИО1 и ФИО3 (т.3 л.д.162-163). Информация о движении дела размещена на сайте суда (т.3 л.д.161). При таких обстоятельствах судебная коллегия определила рассмотреть апелляционную жалобу в порядке ч.3 ст.167 ГПК РФ без участия указанных лиц.

В соответствии с ч.ч.1,2 ст.327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения относительно апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании п.1 ст.167 ГПК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Как следует из материалов дела и установлено судом, на основании договора купли-продажи автомобиля №D12115796 от 19.07.2018, заключенного между ООО «Рольф» как продавцом и ФИО2 как покупателем, ФИО2 приобрел в собственность автомобиль «BMW X3 DRIVE», 2017 года выпуска, (VIN) <***> (далее-автомобиль BMW X3) (т.1 л.д.87-90).

Сведения о ФИО2 как собственнике автомобиля BMW X3 внесены в ПТС (т.1 л.д.42).

Постановка автомобиля BMW X3 на государственный регистрационный учет в ГИБДД ФИО2 не осуществлялась.

21.01.2020 между ФИО2 как продавцом и ФИО1 как покупателем был заключен спорный договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателя автомобиль BMW X3, а покупатель обязался принять и оплатить стоимость автомобиля в порядке и на условиях, предусмотренных договором (ст.1 договора). Стоимость отчуждаемого автомобиля определена в размере 2200000 руб. (п. 3.1 договора). (т.1 л.д.9-10)

05.02.2020 между ФИО2 и ФИО1 подписан акт приема-передачи транспортного средства (т.1 л.д.11).

Постановка автомобиля BMW X3 на государственный регистрационный учет в ГИБДД ФИО1 не осуществлялась.

30.07.2020 между ФИО2 как собственником автомобиля BMW X3 и АО «АльфаСтрахование» был заключен договор ОСАГО на период с 02.08.2020 по 01.08.2021. В качестве лиц, допущенных к управлению ТС, указан ФИО2 (т.1 л.д.40,44).

20.11.2020 ФИО1 обратился к официальному дилеру, уполномоченному производителем автомобильной марки «BMW», - ООО «Автомобили Баварии» в сервисный центр (СТОА) с заявкой на проведение технического обслуживания автомобиля BMW X3 (т.1 л.д.45-47, 48-50, 52).

27.11.2020 после проведения технического обслуживания автомобиль BMW X3 был возвращён ООО «Автомобили Баварии» ФИО2, что не оспаривалось участвующими в деле лицами.

При этом из показаний свидетеля **** С.М., работающего мастером-консультантом ООО «Автомобили Баварии», следует, что 20.11.2020, перед закрытием организации, автомобиль BMW X3 был привезен на эвакуаторе для прохождения ТО. Автомобиль привез ФИО1, представивший ПТС, договор купли-продажи, с которых были сняты копии. После проведения ТО, оповестили ФИО1, что автомобиль готов. Автомобиль забирал ФИО2 Связаться с ФИО1 не представилось возможным, т.к. он был недоступен. ФИО2 не вызвал подозрений, потому что представил ПТС, паспорт и приложение в телефоне, которое предоставляет удаленный доступ к автомобилю. Это приложение может быть только у собственника ТС. ФИО2 оплатил ТО и подписал акт приема-передачи.

Также в материалы дела представлены документы, из которых следует, что в период 2019-2020 гг. между ФИО2 как продавцом и ФИО1 как покупателем неоднократно (27.02.2019, 20.06.2019, 20.01.2020, 19.11.2020) оформлялись договоры купли-продажи спорного автомобиля. При этом во всех договорах купли-продажи автомобиля BMW X3 указана одинаковая стоимость – 2200000 руб., а также то, что денежные средства ФИО2 получены и автомобиль передан ФИО1 Заключение договора купли-продажи от 20.06.2019 подтверждено ФИО1 и его представителем в судебных заседаниях, пояснивших, что данный договор был заключен для того, чтобы доехать до сервисного центра, но фактически не исполнялся, право собственности к ФИО1 не переходило. Копия договора представлена ООО «Автомобили Баварии», которое ссылалось на то, что данный документ был представлен ФИО1 20.06.2019 при обращении на СТОА (т.1 л.д.103, 113-оборот, 114, 134). Заключение договора купли-продажи от 19.11.2020 ФИО1 отрицалось. Копия договора представлена ООО «Автомобили Баварии», которое ссылалось на то, что данный документ был представлен ФИО1 20.11.2020 при обращении на СТОА (т.1 л.д.104, 113-оборот, 114). Копия договора купли-продажи от 27.02.2019 представлена ФИО2 (т.1 л.д.222). Заключение данного договора ФИО1 отрицалось.

Аналогичный договор купли-продажи автомобиля BMW X3 также был оформлен между ФИО2 как продавцом и ФИО6 как покупателем (т.1 л.д.223, т.2 л.д.112).

При этом при обращении на СТОА ООО «Автомобили Баварии» 20.11.2020 ФИО1 в качестве подтверждения права собственности на автомобиль BMW X3, представил копию договора купли-продажи транспортного средства от 19.11.2020, подписанного ФИО2 и ФИО1 по истечении 10 месяцев после подписания договора купли-продажи от 20.01.2020 (т.1 л.д.38).

Кроме того, ранее (20.06.2019) ФИО1 обращался на СТОА ООО «Автомобили Баварии» и вместе с автомобилем представил копию договора купли-продажи транспортного средства от 20.06.2019, согласно которому спорный автомобиль перешел в собственность ФИО1 в день заключения указанного договора – 20.06.2019.

Несмотря на оформление 4-х договоров купли-продажи спорного автомобиля, в паспорт транспортного средства автомобиля не была внесена запись о смене собственника с ФИО2 на ФИО1; ФИО1 не обращался в органы ГИБДД за регистрацией автомобиля на свое имя, не застраховал свою ответственность в рамках ОСАГО.

Расписка и иной документ, подтверждающие передаче ФИО1 ФИО2 денежных средств в качестве оплаты за автомобиль, отсутствуют.

Из объяснений ФИО1 от 12.03.2021, направленных в полицию вместе с заявлением о возбуждении уголовного дела, следует, что 09.07.2020 он обращался в ООО «Автомобили Баварии» по вопросу диагностики автомобиля и постановке его на регистрационный учет в ГИБДД. Однако из письменных возражений представителя ООО «Автомобили Баварии» и представленных суду документов следует, что указанное общество не оказывает услуги по постановке на государственный регистрационный учет автомобилей бывших в употреблении.

Из представленной в материалы дела переписки в мессенджере WhatsApp между пользователями ФИО2 и ФИО1 за период с 30.07.2018 по 08.02.2021 следует, что ФИО2 неоднократно давал ФИО1 поручения по перевозке его и членов его семьи на спорном автомобиле в различные места, а также иные поручения, связанные с работой. Также из указанной переписки за период с 07.11.2020 по 27.11.2020 следует, что ФИО1 спрашивал у ФИО2, когда ему ехать на ТО, какие работы производить, помогал открыть автомобиль с помощью мобильного приложения (т.3 л.д.23,60).

Поскольку представителем ФИО1 – адвокатом Минецом К.М. было заявлено о фальсификации указанной переписки, то определением суда от 09.09.2021 по делу была назначена судебная техническая экспертиза электронной переписки, производство которой поручено ООО «РТМ Технологии» (т.3 л.д.36-37). Согласно заключению эксперта № 2021/1419 от 25.10.2021 ООО «РТМ Технологии» в мобильном телефоне имеется переписка в мессенджере WhatsApp между пользователями ФИО2 и ФИО1 за период с 30.07.2018 по 08.02.2021. Признаков фальсификации электронных сообщений, содержащихся в мессенджере WhatsApp, представленного на исследование мобильного телефона, не обнаружено. (т.3 л.д.61-83).

По данным ГИБДД, с 12.02.2021 собственником автомобиля BMW X3 значится ФИО3 (т.1 л.д.33, 41-42, т.3 л.д.22).

ФИО3 приобрел автомобиль BMW X3 по договору купли-продажи транспортного средства от 07.02.2021, заключенного с ФИО2, за 100000 руб. (т.1 л.д.86, т.2 л.д.111).

Передача денежных средств за автомобиль подтверждается распиской от 07.02.2021, передача автомобиля – передаточным актом от 07.02.2021 (т.1 л.д.129,130).

10.02.2021 между ФИО3 как собственником автомобиля BMW X3 и САК «Энергогарант» заключен договор ОСАГО сроком с 11.02.2021 по 10.02.2022 (т.1 л.д.43,44).

Согласно п.2 ст.170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В силу разъяснений, данных в п.87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ", притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п.2 ст.170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Согласно п.1 ст.971 ГК РФ по договору поручения одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия. Права и обязанности по сделке, совершенной поверенным, возникают непосредственно у доверителя.

Руководствуясь вышеуказанными нормами материального права, оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам ст.67 ГПК РФ, суд пришел к выводу о том, что воля сторон договора купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020, заключенного между ФИО1 и ФИО2, была направлена на заключение договора поручения, в связи с чем указанный договор является притворной сделкой, прикрывающей договор поручения. В этой связи суд удовлетворил требования ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020, заключенного между ФИО1 и ФИО2

Выводы суда в указанной части постановлены при правильном применении норм материального права, с соблюдением норм процессуального права, на основании установленных в ходе судебного разбирательства юридически значимых обстоятельств, подтвержденных отвечающими требованиям гл.6 ГПК РФ доказательствами.

Доводы ФИО2 о том, что спорный договор купли-продажи, как и иные договоры купли-продажи в отношении автомобиля, был заключен не для цели перехода права собственности, подтверждаются материалами дела.

Так, автомобиль BMW X3 был приобретен ФИО2 в июле 2018 года, на учет в ГИБДД в установленный срок поставлен не был, но фактически эксплуатировался, что подтверждается объяснениями ФИО2 и ФИО1, неоднократным предоставлением автомобиля на СТОА для прохождения ТО и ремонта, заключением ФИО2 договоров ОСАГО. К управлению автомобилем был допущен также ФИО1, который как следует из объяснений ФИО2, ФИО3, ФИО6, переписки в мессенджере WhatsApp между пользователями ФИО2 и ФИО1, оказывал ФИО2 водительские услуги, услуги по предоставлению автомобиля на СТОА, выполнял иные поручения, в том числе и не связанные с автомобилем. По объяснениям ФИО2, неоднократное оформление договоров купли-продажи имело целью обеспечения возможности эксплуатировать автомобиль без постановки на учет в ГИБДД, для предъявления сотрудникам ГИБДД, чтобы избежать привлечения к административной ответственности по ч.1 ст.12.1 КоАП РФ (управление ТС, не зарегистрированным в установленном порядке).

При этом после заключения оспариваемого договора 20.01.2020, ФИО1 не совершал действий, свидетельствующих о возникновении у него права собственности на автомобиль, в частности, для постановки автомобиля на учет в ГИБДД не обращался, договор ОСАГО не заключал, расходы по содержанию автомобиля не нес. Доказательств обратному не представлено.

Доводы ФИО1 о передаче автомобиля 20.11.2020 в ООО «Автомобили Баварии» не только для прохождения ТО, но и постановки на учет в ГИБДД, документально ничем не подтверждены. В частности, не представлены доказательства передачи ФИО1 в ООО «Автомобили Баварии» документов, необходимых для регистрации ТС в ГИБДД (ст.15 Федерального закона от 03.08.2018 №283-ФЗ "О государственной регистрации транспортных средств в РФ и о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ"). По утверждению ООО «Автомобили Баварии», у общества отсутствует статус специализированной организации и право по осуществлению полномочий по участию в государственной регистрации проданных им автомобилей; посреднических услуг, связанных с государственной регистрацией автомобилей в ГИБДД, общество не оказывает. Данные обстоятельства подтверждаются данными реестра специализированных организаций, участвующих в государственной регистрации ТС (т.1 л.д.105-106). При этом, по объяснениям ООО «Автомобили Баварии», при передаче автомобиля в ремонт 20.11.2020, ФИО1 представил копию договора купли-продажи транспортного средства от 19.11.2020, а не от 21.01.2020, в подтверждение чему представлена копия договора. Доказательств предоставления ФИО1 в указанную дату копии оспариваемого договора, а также иных документов не имеется.

Не опровергнуты и доводы ФИО2 о том, что ФИО1 не передавал ему денежных средств за автомобиль. Сама по себе расписка ФИО2 о том, что 01.03.2020 деньги им получены, долг закрыт (т.2 л.д.173), не может являться допустимым и относимым доказательством исполнения обязательств по спорному договору купли-продажи, т.к. из нее не представляется возможным установить, по какому обязательству были получены деньги ФИО2 и, соответственно, какой долг закрыт. При этом в силу п.2.2.2., п.3.2 договора купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020 покупатель обязан оплатить стоимость автомобиля после осмотра и подписания передаточного акта, путем безналичного перечисления на счет продавца или путем передачи наличных, в этом случае факт передачи денежных средств оформляется распиской. По утверждению ФИО2, поскольку заключение указанного договора не преследовало цели перехода права собственности, то денежные средства за автомобиль ФИО1 ему не передавал. Отвечающих требованиям гл.6 ГПК РФ доказательств в опровержение указанных доводов ФИО1 не представлено.

Кроме того, ФИО1 не представлено доказательств наличия у него денежных средств в размере стоимости спорного автомобиля. Также не опровергнуты доводы ФИО2 о том, что ФИО1 работал у него водителем. Так, согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Большой Бизнес» от 10.12.2021 ФИО2 с 02.08.2013 является единственным участником и президентом указанного общества. Согласно анкете ФИО1, размещенной на сайте www.avito.ru, он работал в ООО «Большой Бизнес» с мая 2019 по апрель 2020 в должности заместителя руководителя, снабженца, водителя, механика, персонального таксиста (т.3 л.д.96-104). Доводы ФИО1 о том, что он не размещал указанного объявления, безосновательны. Оказание ФИО1 водительских и иных услуг по поручению ФИО2 следует, в том числе и из переписки указанных лиц в мессенджере WhatsApp.

Из материалов дела также усматривается, что после заключения оспариваемого договора, документы на автомобиль имелись именно у ФИО2, о чем свидетельствует заключение им как собственником автомобиля договора ОСАГО от 30.07.2020, предъявление им оригинала ПТС при получении автомобиля из ремонта 27.11.2020, заключение договора купли-продажи транспортного средства от 07.02.2021 с ФИО3, которому передан оригинал ПТС.

Совершение ФИО1 после 21.01.2020 действий, характеризующих его как собственника автомобиля, не подтверждено.

ФИО2, напротив, после оформления оспариваемого договора совершал действия как собственник автомобиля, а именно спустя 7 месяцев (30.07.2020) как собственник автомобиля заключил договор ОСАГО, давал поручения ФИО1 относительно поездок на автомобиле и осуществления его ремонта, нес бремя содержания автомобиля. Оплата ремонта произведена ФИО2 27.11.2020 безналичным способом путем перечисления денежных средств в пользу ООО «Автомобили Баварии» (т.1 л.д.218-оборот, 221), что ФИО1 не оспаривалось. Объяснения последнего о том, что оплата ремонта осуществлена ФИО2 как прежним собственником автомобиля, поскольку между ними имелась договоренность о передаче исправного автомобиля, опровергаются объяснениями ФИО2 и условиями договора купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020, из которого не следует, что автомобиль передается с недостатками, подлежащими устранению за счет покупателя. Из акта приема-передачи автомобиля также усматривается, что покупатель осмотрел автомобиль и принял его в том виде, в каком он имеется (следы эксплуатации, нарушение ЛКП-царапины, грязь под капотом). При этом целью передачи автомобиля на СТОА 20.11.2020, как следует из заказ-наряда от 20.11.2020 и акта приема-передачи от 27.11.2020, являлось именно прохождение очередного ТО. Доводы ФИО2 о том, что до и после заключения оспариваемого договора оплата ТО и ремонта автомобиля производилась за его счет (ФИО1 привозил и забирал автомобиль со СТОА по его поручению, ФИО2 перечислял ему денежные средства для оплаты услуг СТОА на счет банковской карты и ФИО1 оплачивал ремонт), ФИО1 не опровергнуты.

Из переписки в мессенджере WhatsApp между пользователями ФИО2 и ФИО1 за период с 30.07.2018 по 09.02.2021 следует, что вопрос о продаже ФИО1 спорного автомобиля и оформления договора купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020 не обсуждался; как до, так и после указанной даты, ФИО1 на автомобиле выполнял поручения ФИО2 Также ФИО1 неоднократно сообщал ФИО2 о том, что необходимо поставить автомобиль на учет в ГИБДД, что в отношении него составлен административный протокол по ч.1 ст.12.1 КоАП РФ. ФИО2 отвечал, что поставит автомобиль на учет в ближайшее время. 07.11.2020 ФИО1 сообщил ФИО2 о том, что звонили со СТОА и спрашивали, когда автомобиль будет представлен на ТО. ФИО2 попросил записать его на 20.11.2020, заказать дополнительные запчасти. Также сообщил, что поставит автомобиль на учет на свое имя после прохождения ТО, против чего ФИО1 не возражал. 20.11.2020 ФИО1 сообщил, что передал автомобиль на ТО. 22.11.2020 ФИО1 сообщил, что ТО проведено, автомобиль можно забирать. 22.11.2020-25.11.2020 обсуждают варианты, как и когда доехать до СТОА, чтобы забрать автомобиль. Также из переписки следует, что ФИО2 намерен поменять спорный автомобиль на другой, обсуждают варианты. 27.11.2020 ФИО2 поехал забирать автомобиль, о чем ФИО1 известно. Находясь на СТОА, ФИО2 сообщает, что не может открыть автомобиль, ключ остался дома, спрашивает ФИО1, можно ли открыть автомобиль удаленно, затем сообщает, что открыл автомобиль с мобильного приложения. 28.11.2020, 03.12.-04.12.2020 между сторонами продолжается общение, в том числе обсуждается вопрос какие номера ФИО2 выбрать для автомобиля. Из указанной переписки не усматривается, что право собственности на спорный автомобиль перешло от ФИО2 к ФИО1

Оценив доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, судебная коллегия считает правильным вывод суда первой инстанции о том, что договор купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020 является притворной сделкой, поскольку материалами дела подтверждено, что данная сделка заключена не с целью перехода права собственности, а направлена на достижение других правовых последствий, прикрывает иную волю участников сделки, которые преследовали цель обеспечения возможности эксплуатации автомобиля в интересах ФИО2 без осуществления постановки автомобиля на учет в ГИБДД на его имя, выполнения ФИО1 различных поручений ФИО2 с использованием автомобиля (в том числе водительских услуг). При данных обстоятельствах довод ФИО1 о том, что он является собственником спорного автомобиля, противоречит материалам дела. Решение Муромского городского суда Владимирской области от 13.05.2020 (т.2 л.д.228-230), которым отменено постановление ГИБДД от 06.02.2020 о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч.1 ст.12.1 КоАП РФ, и из которого следует, что 06.02.2020 ФИО1 управлял автомобилем BMW X3, приобретенным по договору купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020 у ФИО2, переданным по акту приема-передачи от 05.02.2020, в силу ст.61 ГПК РФ преюдициального значения для настоящего дела не имеет.

Поскольку заключенный между ФИО1 и ФИО2 договор купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020 признан судом притворной сделкой, прикрывающей договор поручения, обязательства по договору подряда, оформленному заказ-нарядом №SR0148219 от 20.11.2020, признаны судом исполненными ООО «Автомобили Баварии» надлежащему лицу – собственнику ФИО2, в связи с чем суд не нашел оснований для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании двукратного размера стоимости автомобиля BMW X3 в размере 5900000 руб., компенсации морального вреда в сумме 500000 руб., штрафа в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, а также для удовлетворения его требований к ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения.

Оснований не согласиться с решением суда в указанной части судебная коллегия также не находит. Доводы ФИО1 о том, что ООО «Автомобили Баварии» передало автомобиль после ТО неуполномоченному лицу, нарушив его (ФИО1) права как собственника автомобиля, подлежащие защите на основании Закона РФ от 09.02.1992 №2300-1 «О защите прав потребителей» были предметом исследования суда и получили в оспариваемом решении надлежащую оценку. Учитывая, что при получении автомобиля на СТОА ФИО2 предъявил документы, подтверждающие его право собственности на автомобиль, то у ООО «Автомобили Баварии» отсутствовали основания полагать, что данное лицо не является собственником автомобиля. Поскольку договор купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020 признан судом недействительным, то в силу п.1 ст.167 ГК РФ право собственности на автомобиль к ФИО1 не переходило, и в юридически значимый период собственником автомобиля являлся ФИО2

Доводы ФИО1 о ничтожности договора купли-продажи транспортного средства от 07.02.2021, как заключенного без намерения создать соответствующие договору правовые последствия, с целью избежать истребования автомобиля в судебном порядке, подтверждения в ходе судебного разбирательства не нашли.

Из положений ГК РФ следует, что лицо, полагающее, что его вещные права нарушены, имеет возможность обратиться в суд как с иском о признании соответствующей сделки недействительной (ст.ст.166-181), так и с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения (ст.ст.301-302).

Согласно п.п.3,4 ст.1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В целях реализации указанного выше правового принципа абз.1 п.1 ст.10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (п.1 ст.168 ГК РФ). В силу п.2 ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как указано в п.7, п.8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», если совершение сделки нарушает запрет, установленный п.1 ст.10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п.1, п.2 ст.168 ГК РФ).

В силу п.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла п.1 ст.170 ГК РФ совершая такую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, у сторон сделки отсутствует цель в достижении заявленных результатов, волеизъявление сторон сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Материалами дела не подтверждено, что договор купли-продажи транспортного средства от 07.02.2021, заключенный между ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель) является недействительной (ничтожной) сделкой по вышеуказанным основаниям. Данный договор заключен в надлежащей форме и исполнен сторонами: передача автомобиля покупателю следует из акта приема-передачи, передача денежных средств за автомобиль подтверждается распиской. ФИО3, как собственником автомобиля, заключен договор ОСАГО, произведен ремонт автомобиля на СТОА, в ГИБДД совершены регистрационные действия по смене собственника автомобиля. Доводы ФИО9 о том, что последний фактически владеет и пользуется автомобилем, не опровергнуты. Реализация автомобиля по цене, ниже рыночной стоимости, и заключение сделки между близкими родственниками, сами по себе не подтверждают ничтожность сделки. Ссылка ФИО1 на то, что при заключении сделки ее стороны преследовали цель легализовать спорное имущество и не допустить его истребование в судебном порядке, несостоятельна. Данный договор заключен 07.02.2021, тогда как иск ФИО1, заявленный им как собственником спорного автомобиля, подан в суд 09.02.2021, ФИО2 и ФИО3 привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, 17.03.2021. Доказательств того, что на момент отчуждения автомобиля ФИО7, как и ФИО3 знали об имеющихся у ФИО1 притязаниях на автомобиль, не представлено.

В соответствии со ст.ст.301-302 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения приобретателя (Постановление Конституционного Суда РФ от 21.04.2003 №6-П, п.35 постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав").

Исходя из того, что ФИО2 на момент заключения договора купли-продажи транспортного средства от 07.02.2021 являлся собственником спорного автомобиля, то совершение им сделки по отчуждению принадлежащего ему имущества не соответствующим закону признано быть не может. Оснований для удовлетворения требований ФИО1, не являющегося в виду ничтожности договора купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020 собственником автомобиля и не являющегося законным владельцем автомобиля, об истребовании имущества не имеется.

Разрешая требования ФИО3 к ФИО1 о признании его добросовестным приобретателем транспортного средства и отказывая в их удовлетворении, установив, что 07.02.2021 между ФИО2 как продавцом и ФИО3 как покупателем был заключен договор купли-продажи транспортного средства - автомобиля BMW X3 и на основании указанного договора спорный автомобиль был зарегистрирован за ФИО3, суд указал, что поскольку договор купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020, заключенный между ФИО1 и ФИО2, является недействительным, то ФИО3 получил спорный автомобиль от собственника, который произвел отчуждение имущества по собственной воле, поэтому ФИО3 не может являться добросовестным приобретателем по смыслу п.1 ст.302 ГК РФ, согласно которой добросовестным приобретателем является лицо, получившее имущество по недействительной сделке от неуправомоченного отчуждателя, о чем приобретатель не знал и не мог знать.

Принимая во внимание, что договор купли-продажи транспортного средства от 21.01.2020 между ФИО2 и ФИО1 признан недействительным, в удовлетворении требований ФИО1 об истребовании автомобиля из чужого незаконного владения отказано, договор купли-продажи транспортного средства от 07.02.2021 между ФИО2 и ФИО8 соответствует закону, то требование ФИО3 о признание его добросовестным приобретателем, по сути, является излишним, спор между указанными лицами относительно принадлежности автомобиля судом по существу разрешен.

Доводы апелляционной жалобы не подтверждают допущенные судом нарушения при оценке доказательств по делу, выражают несогласие с произведенной судом оценкой доказательств по делу, с которой судебная коллегия соглашается. Иная трактовка апеллянтом норм материального права не свидетельствует о судебной ошибке. Основания для отмены решения суда, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе, исходя из доводов апелляционной жалобы, отсутствуют.

Доводы ФИО1 о том, что он не был извещен о дате, времени и месте рассмотрения дела, подлежат отклонению как противоречащие материалам дела.

Согласно ст.113 ГК РФ лица, участвующие в деле, а также свидетели, эксперты, специалисты и переводчики извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату (ч.1). Лицам, участвующим в деле, судебные извещения и вызовы должны быть вручены с таким расчетом, чтобы указанные лица имели достаточный срок для подготовки к делу и своевременной явки в суд (ч.3).

Установлено, что о судебном заседании на 10.12.2021 ФИО1 был извещен посредством телефонограммы (т.3 л.д.89). Из данного документа следует, что 26.11.2021 помощником судьи был осуществлен звонок на мобильный телефон <***>, и ФИО1 сообщена информация о том, что судебное заседание состоится 10.12.2021 в 11:00. Указанный номер телефона принадлежит ФИО1, на что им указывалось в представленных в суд документах, в том числе в апелляционной жалобе.

Нарушений или неправильного применения судом норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч.3 ст.330 ГПК РФ основаниями для отмены судебного постановления, судебной коллегией не установлено. Каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции в соответствии с ч.4 ст.330 ГПК РФ, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст.ст.328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Муромского городского суда Владимирской области от 10 декабря 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий П.А. Якушев

Судьи Е.В. Денисова

А.В. Удальцов

****