Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Гурьевского районного суда Калининградской области от 5 июня 2019 года, которым суд постановил:

Иск ФИО2 – удовлетворить.

Признать недействительными результаты межевания земельного участка с КН № для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 661 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>.

Признать недействительным договор аренды №70 земельного участка с КН №, заключенный 1 марта 2018 года между администрацией Гурьевского городского округа Калининградской области и ФИО1.

Признать недействительным договор купли-продажи №508 земельного участка с КН №, заключенный 27 июня 2018 года между администрацией Гурьевского городского округа Калининградской области и ФИО1.

Прекратить право собственности ФИО1 на земельный участок с КН № и нежилое здание – хозяйственную постройку с КН №, расположенную на указанном земельном участке.

Решение суда является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости соответствующей записи о прекращении права собственности ФИО1 на земельный участок с КН № и нежилое здание – хозяйственную постройку с КН № расположенную на указанном земельном участке, основанием для аннулирования указанных выше земельного участка и хозяйственной постройки из государственного кадастра недвижимости, а также основанием для снятия их с государственного кадастрового учета.

Заслушав доклад судьи Шевченко С.В., объяснения ФИО1 и его представителя ФИО3, поддержавших доводы жалобы, возражении представителя ФИО2 по доверенности ФИО4, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО1, в котором (с учетом уточнений) просила признать недействительными результаты межевания земельного участка с КН № для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 661 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>; признать недействительным договор аренды №70 земельного участка с КН №, заключенный 1 марта 2018 года между администрацией Гурьевского городского округа Калининградской области и ФИО1; признать недействительным договор купли-продажи №508 земельного участка с КН №, заключенный 27 июня 2018 года между администрацией Гурьевского городского округа Калининградской области и ФИО1; прекратить право собственности ФИО1 на земельный участок с КН №; прекратить право собственности ФИО1 на нежилое здание – хозяйственную постройку с КН № площадью 19,8 кв.м, расположенную на земельном участке с <адрес>.

В обоснование заявленных требований истица ссылалась на то, что ей на основании договора передачи в собственность №128 от 21 мая 2015 года на праве долевой собственности принадлежит 1/3 доля жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. Также долевыми собственниками дома по 1/3 доли являются сын истца З. и внучка Е. Земельный участок под домом не сформирован.

Согласно технического паспорта ФГУП «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» от 20 февраля 2018 года дом расположен на огороженном декларативном земельном участке, на котором также расположена хозяйственная постройка, участок имеет максимальную длину 72,75 м и максимальную ширину 24,24 м.

ФИО2 указывала, что она пользовалась указанным земельным участком, как придомовой территорией, проживает по указанному адресу на протяжении всей своей жизни с момента рождения, ранее земельный участок и хозяйственная постройка находились в пользовании родителей истца, хозяйственная постройка была возведена отцом истца примерно в 1970-м году.

30 ноября 2018 года от неизвестного лица в адрес истца поступило письмо о том, что часть ее придомовой территории является собственностью третьего лица, в связи с чем ей необходимо освободить занимаемую спорную постройку.

При обращении в администрацию городского округа выяснилось, что часть придомовой территории ее дома передана в собственность ответчику, земельный участок поставлен на государственный кадастровый учет 11 января 2018 года, имеет КН №, статус «учтенный», площадь 661 кв.м, на участке расположен объект недвижимого имущества – хозяйственная постройка с кадастровым номером №, земельный участок передан ФИО1

А право на хозяйственную постройку, которой она владела и ранее пользовалась вся ее семья, в упрощенном порядке по декларации было зарегистрировано за ФИО1, в которую были внесены заведомо ложные сведения относительно ее принадлежности, а также года возведения постройки – 2018 вместо 1970.

При этом хозяйственная постройка по отношению к ее дому является вспомогательной, в постройке хранится хозяйственный инвентарь для обслуживания дома и придомовой территории.

Ссылаясь на указанные выше обстоятельства, а также на нарушения, допущенные администрацией относительно порядка формирования, предоставления земельного участка ФИО1, в том числе, в части информирования о предстоящем предоставлении земельного участка, наличия обременения в виде хозяйственной постройки, принадлежащей ей, в отсутствие согласования с нею как с заинтересованным лицом, поскольку участок находился в фактическом пользовании истца, ФИО2 просила суд удовлетворить заявленные ею требования в полном объеме.

В суде первой инстанции истец иск поддержал, ответчик с иском не согласился.

Рассмотрев дело, суд постановил изложенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 ставится вопрос об отмене решения суда с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении предъявленного иска.

Податель жалобы, продолжая ссылаться на доводы и основания возражений, приводимых суду первой инстанции, полагает, что предусмотренных законом оснований для удовлетворения иска ФИО2 у суда не имелось. Настаивает на законности формирования земельного участка, правомерности предоставления ему участка в аренду и впоследствии в собственность.

На жалобу принесены возражения администрацией Гурьевского городского округа, в которых содержится просьба об оставлении решения без изменения.

В суд апелляционной инстанции явились предстатель истца, ответчик и его представитель.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом.

Причин неявки не сообщили, об отложении дела не ходатайствовали, в связи с чем судебная коллегия в соответствии с ч. 3 ст. 167, ч. 1, 2 ст. 327 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия находит решение суда подлежащим оставлению без изменения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО2 является собственником 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом общей площадью 75,2 кв.м, с КН №, расположенный по адресу: <адрес>.

Указанное право возникло на основании договора передачи жилого помещения в собственность граждан №128 от 21 мая 2015 года, заключенного с администрацией Гурьевского городского округа Калининградской области.

Право собственности на указанное имущество зарегистрировано за ФИО2 в ЕГРП 8 июля 2015 года.

Также наряду с истицей ФИО2 долевыми собственниками дома по 1/3 доли являются сын истца З. и внучка Е.

Указанный выше жилой дом расположен на земельном участке, границы которого не сформированы в установленном земельным законодательством порядке.

Согласно технического паспорта ФГУП «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» от 20 февраля 2018 года, дом расположен на огороженном декларативном земельном участке, на котором также расположена хозяйственная постройка.

Участок имеет максимальную длину 72,75 м и максимальную ширину 24,24 м.

Обращаясь в суд, истица указывала, что несмотря на отсутствие ограждения, границы участка были определены, истец пользовалась указанным земельным участком как придомовой территорией.

На этом же участке находилась и хозяйственная постройка, которой ранее пользовались родители истицы, возведенная ее отцом примерно в 1970-м году.

Данная постройка имела вспомогательное назначение для дома, в ней хранились дрова, твердое топливо, садовый инвентарь.

В свою очередь ответчик ФИО1 является собственником жилого дома, расположенного в <адрес>, владеет земельным участком, на котором расположен жилой дом.

Также ему предоставлен в аренду под личное подсобное хозяйство (ЛПХ ) земельный участок с КН №, который является смежным по отношению к спорному участку КН №, площадью 661 кв.м с видом разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства.

Этот земельный участок, выступающий предметом спора, является смежным и расположен вблизи жилого дома <адрес>, в котором проживает истец ФИО2

Разрешая требования ФИО2, суд установил основания возникновения у ответчика ФИО1 прав на земельный участок КН №.

Так, как следует из материалов дела, постановлением администрации Гурьевского городского округа Калининградской области №5950 от 19 декабря 2017 года на основании заявления ФИО1 от 22 июня 2017 года, учитывая отсутствие возражений и повторных заявлений на информирование в газете «Наше время» от 7 июля 2017 года №26 (10603), схему расположения земельного участка на кадастровом плане территории №2365 от 6 декабря 2017 года в соответствии со ст.ст. 11.10, 39.14, 39.15, 39.18, 69 Земельного кодекса РФ, предварительно согласовано предоставление в аренду земельного участка ФИО1, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 661 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства.

ФИО1 рекомендовано провести работы по образованию земельного участка, обеспечить постановку земельного участка на государственный кадастровый учет.

Земельный участок с кадастровым номером №, площадью 661 кв.м с видом разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства, был образован из земель государственной неразграниченной собственности, поставлен на государственный кадастровый учет 11 января 2018 года.

22 января 2018 года ФИО1 обратился в администрацию Гурьевского городского округа Калининградской области с заявлением о предоставлении земельного участка с КН № площадью 661 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>, в аренду без проведения торгов.

1 марта 2018 года между администрацией и ФИО1 в порядке ст. 39.18 был заключен договор №70 аренды вышеуказанного земельного участка, зарегистрированный в ЕГРП 4 августа 2017 года.

Впоследствии ФИО1 обратился в администрацию с заявлением о предоставлении этого земельного участка в собственность как собственнику нежилого помещения с кадастровым номером №, расположенного на указанном выше земельном участке.

22 июня 2018 года по соглашению сторон договор аренды №70 расторгнут и 27 июня 2018 года между администрацией Гурьевского городского округа Калининградской области и ФИО1 заключен договор купли-продажи земельного участка с КН № площадью 661 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>. Право собственности ФИО1 на указанный земельный участок зарегистрировано в ЕГРН 24 июля 2018 года.

Также из материалов дела следует, что на земельном участке с КН № зарегистрирован нежилой объект – хозяйственная постройка с КН №. Указанная хозяйственная постройка постановлена на учет 30 марта 2018 года в упрощенном порядке на основании технического плана по заявлению ФИО1 Право собственности ФИО1 на хозяйственную постройку зарегистрировано в ЕГРН 2 апреля 2018 года.

Принимая решение по делу по иску ФИО2 и соглашаясь с обоснованностью ее позиции, суд первой инстанции, полной и правильно установив обстоятельства, имеющие правовое значение для дела, руководствуясь надлежавшими, приведенными в решении нормами материального права, пришел к верному выводу об удовлетворении иска, признав права истицы нарушенными

Сославшись на нормы материального права, в том числе, и положения ЗК РФ, суд пришел к обоснованному выводу о нарушении порядка предоставления спорного земельного участка как в аренду ФИО1, так впоследствии и ему в собственность.

Вывод суда о том, что на момент предоставления земельного участка и заключения договора аренды с ФИО1 спорный земельный участок входил в интересы иных лиц, в частности, истца ФИО5, фактически представлял придомовую территорию жилого дома, собственником доли в праве на который она является, а также на этом участке расположена хозяйственная постройка, предназначенная для обслуживания дома, для хранения топлива, т.е. по сути был не свободен от прав истца, что ответчиком было скрыто при решении вопроса о предоставлении участка, является правильным.

Выводы суда первой инстанции основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, которым суд дал в соответствии со ст.67 ГПК РФ правильную оценку, и подтверждены материалами дела.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к несогласию с принятым решением и по сути повторяющие правовую позицию, приводимую стороной ответчика в суде, выводы суда не опровергают.

Вопреки утверждениям подателя жалобы, нормы материального права применены судом правильно, что в совокупности с фактически установленными по делу обстоятельствами позволило суд прийти к изложенным в решении выводам, которые сомнений у апелляционной инстанции не вызывают.

Ссылки в жалобе об обратном несостоятельны.

Давая оценку обстоятельствам, связанным с изначальным предоставлением земли ФИО1, суд установил, что этот земельный участок предоставлен в аренду без торгов, в порядке ст.ст. 39.15, 39.18 Земельного кодекса РФ, в отсутствие заявлений и возражений от граждан на предоставление испрашиваемого ФИО1 участка.

Проанализировав положения ст.39.15 ЗК РФ (в редакции, действующей на момент возникновения спорных отношений), а также нормы ст.ст.37.18, 37.19 ЗК РФ в совокупности с установленными по делу обстоятельствами суд обоснованно указал, что в случае поступления заявления гражданина о предоставлении земельного участка, уполномоченный орган в срок, не превышающий тридцати дней с даты поступления заявления, совершает одно из следующих действий: обеспечивает опубликование извещения о предоставлении земельного участка для указанных целей в порядке, установленном для официального опубликования (обнародования) муниципальных правовых актов уставом поселения, городского округа, по месту нахождения земельного участка и размещает извещение на официальном сайте, а также на официальном сайте уполномоченного органа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»; принимает решение об отказе в предварительном согласовании предоставления земельного участка или об отказе в предоставлении земельного участка в соответствии с пунктом 8 статьи 39.15 или статьей 39.16 (подпункты 1 и 2 пункта 1).

При этом в силу закона земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, может быть предоставлен без проведения аукциона лицу, обратившемуся в уполномоченный орган с соответствующим заявлением, при условии, что это лицо является единственным претендентом на испрашиваемый земельный участок. Наличие иных граждан, заинтересованных в приобретении прав на указанный объект недвижимости и подавших заявление о намерении участвовать в аукционе, является основанием для проведения такого аукциона, в том числе на право заключения договора аренды земельного участка.

Таким образом, как верно указано судом, законом установлена процедура предоставления земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, гражданам для индивидуального жилищного строительства, ведения личного подсобного хозяйства в границах населенного пункта, садоводства, дачного хозяйства, гражданам и крестьянским (фермерским) хозяйствам для осуществления крестьянским (фермерским) хозяйством его деятельности. Эта процедура направлена на соблюдение баланса прав и законных интересов собственника земельного участка и граждан, заинтересованных в приобретении соответствующих прав на земельный участок.

Указанная процедура при предоставлении земли ФИО1 была нарушена.

Вывод суда о том, что надлежащей и достоверной информацию о начале процедуры предоставления спорного земельного участка в аренду, размещенную в газете «Наше время» №26 (10603) от 7 июля 2017 года признать нельзя, поскольку в данной публикации сведения, по которым можно было определить ориентиры указанного в объявлении земельного участка, отсутствуют, в связи с чем из такого объявления невозможно определить, о каком земельном участке идет речь, где именно может располагаться данный земельный участок, входит ли земельный участок в интересы других граждан, проживающих в данном населенном пункте, или нет, является правильным.

Приняв во внимание, что объявление не содержит сведений о конкретных ориентирах предполагаемого месторасположения образуемого для предоставления в аренду земельного участка, при том, что такой земельный участок имел смежные границы с участками №, которые необходимо было указать в объявлении, а также указать в объявлении в качестве ориентира месторасположения спорного земельного участка, который расположен рядом с домом №, в населенном пункте, а также учитывая, что свободные земли на территории <адрес>, которые могли быть предоставлены гражданам для ведения личного подсобного хозяйства, не ограничиваются лишь земельным участком, предоставленным ФИО1, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии надлежащей публикации о предстоящем предоставлении спорного земельного участка и начале приема заявлений на выделение земельного участка, что привело в свою очередь к нарушению прав ФИО2, которая была лишена возможности своевременно претендовать на сформированный земельный участок в отсутствие сведений о нем, как о свободном участке.

Изложенное опровергает доводы жалобы ФИО1

То обстоятельство, что участок был фактически обременен правами истицы и расположенным на нем сараем (хозяйственной постройкой), используемой стороной истца, подтверждено как топографической съемкой, так и пояснениями самой истицы и допрошенных судом в качестве свидетелей М., Л., подтвердившим, что ранее участок использовалась ранее родителями истца, в настоящее время истцом и ее семьей под огород, на нем расположена хозяйственная постройка, находящаяся в пользовании истца и ее семьи с 1970 года в качестве вспомогательного помещения в хозяйственных целях.

Из технического плана на домовладение № по <адрес> следует, что придомовая территория домовладения и смежная с ним территория участка неразграниченной собственности представляет собой единое землепользовании, имеется хозяйственная постройка. Исходя из конфигурации земельного участка, видно, что его часть включена в границы спорного земельного участка.

Подтверждено это и инвентарным делом на жилой дом <адрес>, ситуационным планом земельного участка.

Указанные выше фактические обстоятельства стороной ответчика не опровергнуты, при этом при составлении межевого плана спорного участка и определении границ участка указанная выше хозяйственная постройка была включена в состав участка.

Более того, хозяйственная постройка была поставлена на кадастровый учет 30 марта 2018 года с указанием на год завершения ее строительства – 2018, тогда как материалами дела бесспорно установлено и это не оспаривается ответчиком, что постройка существовала с 70-х годов, не являлась вновь возведенной и имела повреждения.

При таком положении при установленных выше обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что на момент формирования земельного участка на нем располагалась хозяйственная постройка истца, на которую ответчик зарегистрировал право собственности, и которое в последующем послужило основанием для передачи земельного участка в собственность без проведения торгов, однако на момент формирования участка данное строение входило в интересы истца, как собственника жилого дома и использовалось ею в качестве вспомогательного помещения в хозяйственных целях.

Учитывая, что участок был предоставлен истцу без учета приведенных выше обстоятельств, суд, придя к выводу о наличии существенных нарушений закона и несоблюдении администрацией Гурьевского городского округа перечисленных выше требований Земельного кодекса РФ, обоснованно удовлетворил заявленный иск и признал недействительными результаты межевания земельного участка с КН № для ведения личного подсобного хозяйства, площадью 661 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>, а также признал недействительными договор аренды и договор купли-продажи земельного участка с КН №,прекратив право собственности ФИО1 на этот земельный участок и нежилое здание – хозяйственную постройку.

Указание в решении о том, что оно является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости соответствующей записи о прекращении права собственности ФИО1 на указанные выше объекты, является правомерным.

С учетом изложенного приведенные выше, а также иные доводы апелляционной жалобы не могут быть признаны состоятельными.

Нормы материального закона применены судом правильно, в соответствии с возникшими правоотношениями.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы повлечь отмену решения, судом также не допущено.

Выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам, сделаны на основе представленных сторонами доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

В этой связи постановленное судом решение является законным и обоснованным, подлежащим оставлению без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Гурьевского районного суда Калининградской области от 5 июня 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: