Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Дисмидас» к ФИО1, ФИО2 об устранении препятствий в пользовании имуществом, третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования на предмет спора – Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, Филиал государственного унитарного предприятия Республики Крым «Крым БТИ», по встречному иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Дисмидас» о признании договора купли-продажи заключенным, признании права собственности в порядке приобретательной давности, по апелляционным жалобам ФИО1 и Общества с ограниченной ответственностью «Дисмидас» на решение Центрального районного суда г. Симферополя Республики Крым от 25 мая 2021 года.

УСТАНОВИЛА:

ПК «Авторегион 82» обратился в суд с иском к ФИО1 об истребовании из чужого незаконного владения объектов недвижимости - нежилых зданий литер «Б» и «Е», расположенных по адресу: (т.1 л.д.1-8).

Определением суда первой инстанции от 07.04.2021 года произведена замена истца правопреемником ООО «Дисмидас» (т.2 л.д.193-194).

Изменив предмет иска 30.04.2021 года, отказавшись от первоначальных требований об истребовании имущества из чужого незаконного владения, истец просил обязать ФИО1 в десятидневный срок с момента вступления решения суда в законную силу устранить истцу препятствия в пользовании нежилыми зданиями литер «Б», площадью 93,8 кв.м., литер «Е», площадью 22 кв.м., расположенными по адресу: , путем освобождения указанных зданий от принадлежащего ФИО1 движимого имущества.

Исковые требования мотивированы тем, что на основании договоракупли-продажи государственного имущества от 31.03.1997 года,заключенного между Фондом имущества АР Крым и ПК «Киновидеотехника», правопреемником которого являлся ПК «Авторегион 82», удостоверенного государственным нотариусом Первой Симферопольской государственной нотариальной конторы ФИО3, и акта приема-передачи от 03.04.1997 года № 63 ПК «Киновидеотехника» принадлежало имущество, расположенное по адресу: (здания литер «А, а1», литер «Б», литер«В»,в,в1,в2, в3», литер «Е», 1973 года постройки), право собственности на которое было зарегистрировано Симферопольским БТИ 06.12.1997 года.

На основании решения Крымского третейского суда от 27.12.2005 годаправо собственности на нежилые здания литер «Б», «Е» былозарегистрировано за ФИО1, однако решением Центральногорайонного суда г. Симферополя АР Крым от 01.07.2013 года, оставленным без изменения определением Апелляционного суда АР Крым от 06.11.2013года и определением Высшего специализированного суда Украины порассмотрению гражданских и уголовных дел от 13.02.2014 года, решениеКрымского третейского суда при концерне «ДСН» от 27.12.2005 года былоотменено, в связи с чем, правовые основания для пользованияпринадлежащим правопредшественнику истца имуществом у ответчикаФИО1 отпали, однако возвратить имущество законномусобственнику последний отказывается.

08.02.2021 года ФИО1 обратился в суд со встречным иском кПК «Авторегион 82», в котором просил признать заключенным 05.01.2005 года договор купли-продажи между КП «Киновидеотехника» и ФИО1, о приобретении котельной и механических мастерских площадью 623,61 кв.м. заключенным, а также просил признать за ним правособственности на нежилое здание литер «Е» площадью 223кв.м., нежилоездание литер «Б», площадью 93,8 кв.м., расположенные по адресу: в порядке приобретательной давности на основании положений, предусмотренных ст. 234 ГК РФ (т.1 л.д.110-116).

Исковые требования мотивированы тем, что 05.01.2005 года междуЧППК «Киновидеотехника» и ФИО1 был заключен договор купли-продажи нежилых помещений общей площадью 623,61 кв.м., расположенных по адресу: <...>. Решением постоянно действующего Крымского третейского суда при концерне «ДСН» от 27.12.2005 года указанный договор признан действительным. Право собственности ПК «Киновидеотехника» на объекты недвижимого имущества, обозначенные на плане под литер «Б», «Г», расположенные по адресу: - прекращено. Право собственности на указанные объекты недвижимости признано за ФИО1, 10.04.2005 года осуществлена государственная регистрация права собственности ФИО1 на вышеуказанные объекты. Несмотря на отмену решения постоянно действующего Крымского третейского суда при концерне «ДСН» от 27.12.2005 года, истец считает, что имеются основания для возникновения права собственности на спорное имущество, поскольку он является добросовестным приобретателем, получил имущество по договору купли-продажи, который полностью исполнен сторонами и владеет спорным имуществом добросовестно, открыто и непрерывно более 15 лет, его право собственности было зарегистрировано в БТИ с 2005 года. На основании договора аренды № 69 от 05.12.2015 года администрацией г. Симферополя Республики Крым ФИО1 был передан в аренду на 49 лет земельный участок по адресу: под приобретенные строения, в соответствии с которым оплачивался земельный налог.

Решением Центрального районного суда г. Симферополя РеспубликиКрым от 25.05.2021 года в удовлетворении первоначального и встречногоиска отказано (т.3 л.д.18-25).

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от 21.09.2021 года апелляционные жалобы ФИО1 и ООО «Дисмидас» - удовлетворены частично (т.3 л.д.138-145).

Решение Центрального районного суда г. Симферополя РеспубликиКрым от 25.05.2021 года было отменено и принято по делу новое решение,которым в удовлетворении исковых требований ООО «Дисмидас» - отказано, встречные исковые требования ФИО1 – удовлетворены частично.

Признано за ФИО1 в порядке приобретательной давности право собственности на нежилые здания: литер «Б» с кадастровым № №, площадью 93,8 кв.м.; литер «Г» с кадастровым № №, площадью 223 кв.м., расположенные по адресу: . В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 – отказано.

Кассационным определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 24.02.2022 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 21.09.2021 года – отменено. Дело направлено на новое апелляционное определение (т.3 л.д.264-280).

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от 22.06.2022 года в части исковых требований об устранении препятствий в пользовании имуществом, а именно объекта недвижимости литер «Г» с кадастровым № №, площадью 223 кв.м., расположенного по адресу: , привлечен правопреемник ФИО1 – ФИО2 (т.4 л.д.155-161).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ООО «Дисмидас» ФИО4, ФИО5 поддержали доводы апелляционной жалобы, просили отменить решение суда первой инстанции, постановить новое решение об удовлетворении первоначального иска в полном объеме и отказе в удовлетворении встречного иска.

Представитель ответчика ФИО6 в судебном заседании суда апелляционной инстанции просила отменить решение суда первой инстанции, постановить новое решение об удовлетворении встречного иска в полном объеме и отказе в удовлетворении первоначального иска.

ФИО2 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, ходатайств об отложении судебного заседания не заявлял.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли.

Заслушав доклад судьи-докладчика, выслушав пояснения явившихся в судебное заседание лиц, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения, в соответствии с частью 1 ст. 327.1 ГПК РФ, в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии со ст. 330 ГПК РФ, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Судом первой инстанции при принятии обжалуемого решения таких нарушений допущено не было.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 31.03.1997 года между Фондом имущества АР Крым и ПК «Киновидеотехника» заключен договор купли-продажи государственного имущества, удостоверенный государственным нотариусом Первой Симферопольской государственной нотариальной конторы ФИО3, в соответствии с которым покупатель приобрел имущество, расположенное по адресу: (т.1 л.д.34-37).

Состав переданного по договору имущества подтверждается актом передачи государственного имущества № 63 от 03.04.1997 года, в соответствии с которым, в собственность кооператива переданы одноэтажные здания литер «А, «а1», «Б», «В, в, в 1, в 2, в 3», «Г», 1973 года постройки, расположенные по адресу: (т.1 л.д.40).

05.01.2005 года между Частным предприятием производственный кооператив «Киновидеотехника» и частным предпринимателем ФИО1 в простой письменной форме был заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым ЧППК «Киновидеотехника» обязался передать в частную собственность покупателя ЧП ФИО1 нежилые помещения, в плане обозначенные как котельная и мех.мастерские, общей площадью 623,61 кв.м, расположенные по адресу: (т.1 л.д. 164-166). Стоимость имущества определена в 59 400 гривен Украины.

Согласно условий договора передача имущества осуществляется в трехдневный срок после получения денежных средств. 07.01.2005 года между сторонами договора составлен акт приема передачи имущества (т. 1 л.д. 166).

Решением постоянно действующего Крымского третейского суда при концерне «ДСН» от 27.12.2005 года признан действительным договор купли- продажи № б/н от 05.01.2005 года, заключенный между ПК «Киновидеотехника» и ФИО1 Прекращено право собственности ПК «Киновидеотехника» на объекты недвижимого имущества, расположенные по адресу: , обозначенные в плане МБРТИ под литерами «Б» и «Е». Признано право собственности на объекты недвижимого имущества, расположенные по адресу: , обозначенные в плане МБРТИ под литер «Б», площадью 93,8 кв.м., и литер «Е», площадью 223,0 кв.м. за ФИО1 (т.1 л.д. 41, 167-168).

На основании указанного решения 10.04.2006 года Симферопольским МБРТИ было зарегистрировано право собственности ФИО1 на объекты недвижимого имущества - нежилые строения литер «Б», общей площадью 93,8 кв.м., и литер «Е», общей площадью 223,0 кв.м. (т.1 л.д. 169).

Согласно заявления в исполнительный комитет Центрального района г. Симферополя от 20.07.2006 года ПК «Киновидеотехника» дал согласие на прекращение права пользования земельным участком, ориентировочной площадью 900 кв.м., по , под строениями, принадлежащими ФИО1 на основании решения третейского суда от 27.12.2005года, зарегистрированного 10.04.2006 года (т.1 л.д.170).

Определением Крымского третейского суда г. Симферополя при концерне «ДСН» от 27.10.2007 года по заявлению директора ПК «Киновидеотехника» решение Крымского третейского суда от 27.12.2005 года отменено, производство по делу прекращено (т.1 л.д.42).

Из материалов дела также следует, что в связи с отменой решения, явившегося основанием для регистрации права собственности ФИО1, запись о праве собственности последнего погашена, право собственности на объекты недвижимого имущества, в том числе литер «Б», «Е» перерегистрировано за ПК «Киновидеотехника» 17.01.2012 года (т.1 л.д.81).

Решением Симферопольского городского совета от 31.03.2011 года №128 ФИО1 дано разрешение на составление проекта землеустройства по отводу земельного участка площадью 0,0944 га по для обслуживания и эксплуатации производственной базы (т.1 л.д.176).

Определение Крымского третейского суда г. Симферополя при концерне «ДСН» от 27.10.2007 года, явившееся основанием для отмены регистрации права собственности ФИО1, отменено определением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 02.11.2012 года, оставленным без изменения определением Апелляционного суда АР Крым от 04.02.2013 года (т.1 л.д.42).

Указанными судебными актами установлено, что заявление KП «Киновидеотехника» об отмене решения постоянно действующего третейского суда от 27.12.2005 года было подано ФИО7, который на день подачи соответствующего заявления был осужден вступившим в законную силу приговором Центрального районного суда г. Симферополя АР Крым от 15.05.2007 года, отстранен от исполнения своих полномочий главы КП «Киновидеотехника» и не имел права подавать от имени КП «Киновидеотехника» каких-либо заявлений, а ФИО1 не был извещен о рассмотрении третейским судом вопроса об отмене решения постоянно действующего Крымского третейского суда при концерне «ДСН» от 27.12.2005 года и узнал о существовании решения от 27.10.2007 года только в марте 2012 года, то есть непосредственно после регистрации права собственности на спорные строения за КП «Киновидеотехника».

По информации, представленной ГУП РК «Крым БТИ» регистрация права собственности на спорные литер «Б», «Е» за ПК «Киновидеотехника» от 17.01.2012 года признана незаконной на основании постановления Окружного административного суда АР Крым от 23.05.2013 года (т. 1 л.д. 81,т.2 л.д. 111-117).

Определением Центрального районного суда г. Симферополя от 01.07.2013 года, вступившим в законную силу 06.11.2013 года, решение Крымского третейского суда при концерне «ДСН» от 27.12.2005 года по делу по иску ФИО1 к ПК «Киновидеотехника» о признании действительным договора купли-продажи, признании права собственности отменено (т.1 л.д.43-44, 48-50).

Решением участников ПК «Киновидеотехника» № 2/15 от 30.07.2015 года ПК «Киновидеотехника» переименован в ПК «Авторегион 82» (т.2 л.д.215-216).

Решением № 3-2020 от 27.03.2020 года ПК «Авторегион 82» реорганизован в форме преобразования в ООО «Дисмидас» (т.2 л.д.138-139).

Определением Центрального районного суда г. Симферополя Республики Крым от 07.04.2021 года, оставленным без изменения апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от 25.06.2021 года, произведено процессуальное правопреемство, истец ПК «Авторегион 82» заменен на ООО «Дисмидас» (т.2 л.д.193-194).

Согласно Выписке из ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объекты недвижимости - площадью 93,8 кв.м., кадастровый номер №, и площадью 223 кв.м, кадастровый номер №, расположенные по адресу: <...>, по состоянию на 26.12.2020 года сведения о правообладателях отсутствуют (т. 1 л.д.82-85).

05.12.2015 года между ФИО1 и администрацией г. Симферополя Республики Крым заключен договор аренды земельного участка, общей площадью 922 кв.м, расположенного по адресу: , категория земель - земли населенных пунктов, с целью обслуживания и эксплуатации производственной базы, вид разрешенного использования - производственная деятельность (т.1 л.д.193-198).

ФИО1 обращался в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым с заявлением о регистрации права собственности на спорное имущество, решением госрегистратора от 27.05.2019 года в регистрации права собственности отказано, в связи с тем, что по состоянию на 01.01.2013 года право собственности на указанные строения зарегистрировано за КП «Киновидеотехника».

Решением Центрального районного суда г. Симферополя от 13.09.2019 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 03.03.2020года, административное исковое заявление ФИО1 об оспаривании указанного решения об отказе в регистрации права собственности удовлетворено частично. Отказ госрегистратора от 27.05.2019 года признан незаконным (т.1 л.д.156-163).

Названными судебными актами, в частности, установлено, что решение третейского суда от 27.10.2007 года, на основании которого отменена регистрация права собственности ФИО1, отменено вступившим в законную силу определением Киевского районного суда г. Симферополя Республики Крым от 02.11.2012 года, а также, что постановлением Окружного административного суда АР Крым от 23.05.2013 года действия КРП СМБРТИ г. Симферополя по регистрации права собственности за КП «Киновидеотехника» признаны противоправными и на отдел государственной регистрации имущественных прав Симферопольского городского управления юстиции АР Крым (осуществляющим функции по государственной регистрации права собственности после 01.01.2013г.) возложена обязанность по отмене государственной регистрации права собственности КП «Киновидеотехника».

Решением госрегистратора от 06.12.2019 года ФИО1 отказано в регистрации права собственности на спорное имущество в связи с отсутствием надлежащих правоустанавливающих документов (т. 1 л.д. 231).

Решением Арбитражного суда Республики Крым № А83-1319/2021 от 23.11.2021 года, вступившим в законную силу 24.12.2021 года, отказано в удовлетворении административного иска ООО «Дисмидас» к Государственному комитету по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора – ФИО1 о признании незаконными: сообщения об отказе в государственной регистрации права собственности на нежилое здание кадастровый номер: №, литер «Г», площадью 223 кв.м., расположенное по адресу: от 16.10.2020 №90/016/163/2020-3074; сообщения об отказе в государственной регистрации права собственности на нежилое здание кадастровый номер: №, литер «Б», площадью 93,8 кв.м., расположенное по адресу: от 16.10.2020 №90/016/163/2020-3072; возложении обязанности на Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым в десятидневный срок с момента вступления в силу судебного акта по настоящему делу, повторно рассмотреть заявление о государственной регистрации права собственности ПК «Авторегион 82» от 07.07.2020 на нежилые здания площадью 223 кв.м., площадью 93,8 кв.м., расположенные по адресу: с учётом постановленного по делу судебного акта (т. 4 л.д. 143-149).

Согласно представленной по запросу Верховного Суда Республики Крым выписки ЕГРН, сформированной 07.06.2022 года Государственным комитетом по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, право собственности на объект недвижимости - нежилое помещение с кадастровым номером №, площадью 223 кв.м., расположенное по адресу: с 26.04.2022 года зарегистрировано за ФИО2 (т. 4 л.д. 108-109).

Согласно представленного по запросу Верховного Суда Республики Крым Государственным комитетом по государственной регистрации и кадастру Республики Крым реестрового дела по регистрации права собственности за ФИО2, право собственности на объект недвижимости - нежилое помещение с кадастровым номером №, площадью 223 кв.м., расположенное по адресу: , зарегистрировано за ФИО2 на основании заявления ФИО1 о регистрации права на нежилое помещение, договора купли-продажи, заключенного между ФИО1 и ФИО2 08.04.2022 года (т. 4 л.д. 116- 133).

Судебная коллегия отмечает, что материалы реестрового дела не содержат правоустанавливающего документа, подтверждающего право собственности ФИО1 на нежилое помещение с кадастровым номером №, площадью 223 кв.м., расположенное по адресу: , в договоре купли-продажи, заключенном между ФИО1 и ФИО2 08.04.2022 года, также не указано, на основании какого правоустанавливающего документа ФИО1 являлся собственником спорного недвижимого имущества, что явилось основанием для перехода права собственности за ФИО2

При этом, законность регистрации права собственности за ФИО2 не является предметом заявленных требований по настоящему делу и предметом проверки суда апелляционной инстанции.

На основании вышеизложенного, на момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, право собственности на нежилое здание кадастровый номер: №, литер «Б», площадью 93,8 кв.м., расположенное по адресу: не зарегистрировано, на нежилое здание кадастровый номер: №, литер «Г», площадью 223 кв.м., расположенное по адресу: с 26.04.2022 года зарегистрировано за ФИО2

Отказывая в удовлетворении иска общества, суд первой инстанции с учетом ст. ст. 304, 305 ГК РФ, разъяснениями пунктов 32, 36, 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 года N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», исходил из того, что общество спорными помещениями не владеет, защита его прав может быть произведена лишь посредством виндикационного иска, в связи с чем выбранный истцом негаторный иск является ненадлежащим способом защиты.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции.

Согласно положениям ч. 1 ст. 3 ГПК РФ и ч. 1 ст. 11 ГК РФ в судебном порядке осуществляется восстановление и защита нарушенных прав и охраняемых законом интересов лица, обратившегося за такой защитой.

Положения статьи 12 ГК РФ предусматривают способы защиты гражданских прав, перечень которых не является исчерпывающим.

Выбор способа защиты своих прав, принадлежит лицу, обратившемуся за судебной защитой.

По общему правилу, судебная защита осуществляется путем применения к правонарушителю материально-правовых и процессуальных мер принудительного характера, и должна приводить к защите и восстановлению нарушенных прав этого лица.

Таким образом, юридическое значение для осуществления судебной защиты, имеет установление факта наличия нарушенного права истца, а также того обстоятельства, приведет ли избранный истцом способ защиты своего права к защите и восстановлению прав истца, и не будет ли при этом допущено нарушений прав иных лиц.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 апреля 2003 года № 6-П указал, что ГК РФ не ограничивает заинтересованных лиц в выборе способа защиты нарушенного права и не ставит использование общих гражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия способов специальных. Граждане и юридические лица в силу статьи 9 ГК РФ вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению с учетом статьи 12 ГК РФ, исходя из характера спорных правоотношений и существа нарушенного права.

При этом способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права (п. 1 ст. 1 ГК РФ).

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.04.2010 года N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - Пленум № 10/22) разъяснено, что к искам о правах на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об истребовании имущества из чужого незаконного владения, об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, о признании права, об установлении сервитута, об установлении границ земельного участка, об освобождении имущества от ареста.

В силу ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Данная норма не устанавливает каких-либо самостоятельных, специальных способов восстановления нарушенных прав.

Устранение препятствий в пользовании имуществом достигается посредством негаторного иска, такого рода иск представляет собой иск собственника, не утрачивающего владения своей вещью, но встречающего какие-либо помехи или стеснения в пользовании своей вещью, в осуществлении своего вещного права.

Пунктом 45 Пленума № 10/22 разъяснено, что применяя статью 304 ГК РФ, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, судам необходимо учитывать следующее.

В силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

Из системного толкования положений статьи 304 ГК РФ и разъяснений Пленума № 10/22 следует, что в предмет доказывания по спору об устранении нарушений прав, не связанных с лишением владения по негаторному иску входят следующие обстоятельства: наличие права собственности (иного вещного права истца на индивидуально-определенную вещь), факта нахождения вещи во владении истца на момент подачи иска и его рассмотрения, противоправного созданных ответчиком препятствий в осуществлении истцом правомочий по пользованию, распоряжению имуществом.

Материалами дела подтверждается, что ООО «Дисмидас» не является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором в отношении спорных объектов недвижимости. Кроме того, право собственности на нежилое здание кадастровый номер: №, литер «Г», площадью 223 кв.м., расположенное по адресу: , с 26.04.2022 года зарегистрировано за ФИО2 и до настоящего времени не оспорено и не отменено.

Поскольку ООО «Дисмидас» спорными объектами недвижимости не владеет, следовательно, защита его прав может быть произведена лишь посредством предъявления виндикационного иска.

Таким образом, заявленные истцом ООО «Дисмидас» требования не могут быть квалифицированы как негаторные, а избранный истцом способ защиты противоречит фактическим обстоятельствам дела, связи с чем отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных исковых требований как к ответчику ФИО1, так и ответчику ФИО2, являющемуся новым собственником одного из спорных объектов недвижимости.

Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания заключенным договора купли-продажи от 05.01.2005 года между КП «Киновидеотехника» и ФИО1 являются правильными.

В соответствии со ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие.

В соответствии с ч. 1 ст. 23 ФКЗ от 21.03.2014 года N6-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя» законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации действуют на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя со дня принятия в Российскую Федерацию Республики Крым и образования в составе Российской Федерации новых субъектов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным конституционным законом.

Исходя из ст. 9 ФКЗ от 21.03.2014 года N6-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов - Республики Крым и города федерального значения Севастополя» к спорным правоотношениям, возникшим до 18.03.2014 года, подлежат применению нормы материального права Украины, действующие на момент возникновения данных правоотношений.

На основании изложенного, подлежат применению нормы материального права Украины, которые регулировали спорные правоотношения на момент их возникновения, а также нормы законодательства Российской Федерации, регулирующие спорные правоотношения в момент разрешения спора.

Согласно ч.1, ч. 2 ст. 182 ГК Украины право собственности и прочие вещные права на недвижимые вещи, ограничение этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации. Государственная регистрация прав на недвижимость и сделок относительно недвижимости является публичной, осуществляется соответствующим органом, который обязан предоставлять информацию о регистрации и зарегистрированных правах в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 657 ГК Украины договор купли-продажи недвижимого имущества заключается в письменной форме, подлежит нотариальному удостоверению и государственной регистрации.

Согласно ч. 3 ст. 640, ч. 4 ст. 334 ГК Украины, ч. 3 ст. 3 Закона Украины «О государственной регистрации вещных прав на недвижимое имущество и их обременений», договор, который подлежит нотариальному удостоверению и государственной регистрации, является заключенным с момента его государственной регистрации. При этом право собственности на имущество возникает в таком случае у приобретателя только с момента государственной регистрации.

Таким образом, до момента государственной регистрации такой договор юридически не является заключенным.

В силу ч. 1 ст. 220 ГК Украины право собственности по договору возникает с момента передачи имущества, если другое не установлено договором или законом.

В силу ст. 220 ГК Украины в случае несоблюдения сторонами требований закона о нотариальном удостоверении договора такой договор является ничтожным. Если стороны договорились относительно всех существенных условий договора, подтвержденный письменными доказательствами, и состоялось полное или частичное выполнение договора, но одна из сторон уклоняется от его нотариального удостоверения, суд может признать такой договор действительным. В этом случае последующее нотариальное удостоверение договора не требуется.

На основании изложенного, договор купли-продажи от 05.01.2005 года между КП «Киновидеотехника» и ФИО1 является незаключенным.

Отсутствуют и основания для признания договора действительным в соответствии с действующим законодательством.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых между сторонами должно быть достигнуто соглашение.

Пунктом 3 ст. 432 ГК РФ установлено, что сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1).

Действующим законодательством не предусмотрен такой способ защиты как признание договора заключенным.

Положениями пункта 1 статьи 165 ГК РФ определено, что если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая сторона уклоняется от такого удостоверения сделки, суд по требованию исполнившей сделку стороны вправе признать сделку действительной. В этом случае последующее нотариальное удостоверение сделки не требуется.

В пункте 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если одна из сторон полностью или частично исполнила сделку, требующую нотариального удостоверения, а другая сторона приняла исполнение и уклоняется от такого удостоверения, суд по требованию стороны, исполнившей сделку, вправе признать сделку действительной. Годичный срок исковой давности по указанному требованию исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать том, что другая сторона уклоняется от нотариального удостоверения.

ФИО1 не представлено доказательств, свидетельствующих об уклонении ООО «Дисмидас» от нотариального удостоверения и регистрация сделки, а именно, что он обращался к нему с соответствующей претензией, и ему было в этом отказано.

Кроме того, стороной ответчика заявлено ходатайство о применении последствий пропуска исковой давности (т. 2 л. д. 57-59).

Статьей 195 ГК РФ установлено понятие исковой давности как срока для защиты нарушенного права.

Согласно п.1 ст. 196, ст. 197 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

В соответствии со ст.ст. 199,200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

О нарушении своего права, а именно, необходимости соблюдения нотариальной формы договора купли-продажи ФИО1 узнал после отмены решения третейского суда на основании определения Центрального районного суда г. Симферополя от 01.07.2013 года, которым решение Крымского третейского суда при концерне «ДСН» от 27.12.2005 года о признании действительным договора купли-продажи от 05.01.2005 года, признании права собственности за ФИО1 было отменено. Одним из оснований для отмены решения третейского суда явилось несоблюдение обязательной нотариальной формы договора купли-продажи недвижимого имущества.

Принимая во внимание пропуск ФИО1 срока на обращение в суд с указанным требованием, о чем заявлено другой стороной, в иске следует отказать, том числе, по этим основаниям.

Встречный истец ФИО1 как на основания иска о признании права собственности в порядке приобретательной давности, ссылается на те обстоятельства, что с 2005 года добросовестно, открыто и непрерывно владеет спорными нежилыми помещениями, что является основанием для признания за ним права собственности в порядке приобретательной давности.

В силу ч. 4 ст. 390 ГПК РФ указания вышестоящего суда о толковании закона являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело.

На основании п. 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 года N 17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», в случае отмены постановления суда первой или апелляционной инстанции и направления дела на новое рассмотрение указания суда кассационной инстанции о применении и толковании норм материального права и норм процессуального права являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело (ст. 379.6, ч. 4 ст. 390 ГПК РФ).

Осуществляя толкование норм материального права, кассационный суд общей юрисдикции указывает, в частности, какие обстоятельства с учетом характера спорного материального правоотношения имеют значение для дела, какой из сторон они должны доказываться, какие доказательства являются допустимыми.

Отменяя апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 21.09.2021 года, суд кассационной инстанции указал на неправильное истолкование обстоятельств добросовестности владения ФИО1 при неоднократном оспаривании права собственности, правопритязаний со стороны иных лиц, неправильно применены нормы материального права о действии закона во времени применительно к установлению давностного владения.

Приходя к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании права собственности в порядке приобретательной давности, судебная коллегия исходит из следующего.

На основании п. 1 ст. 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Действующая редакция ч. 1 ст. 234 ГК РФ предусматривает, что лицо - гражданин или юридическое лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

Согласно статье 234 ГК РФ (в редакции, действовавшей до 31.12.2019 года) лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.

Согласно абзацу первому пункта 19 Пленума № 10/22 возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

По смыслу статей 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество. Ответчиком по иску о признании права собственности в силу приобретательной давности является прежний собственник имущества. Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности (п.16 Пленума № 10/22).

Пунктом 15 Пленума № 10/22 разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владением является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении.

Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности.

В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается.

Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (п. 3 ст. 234 ГК РФ); владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору.

По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

По смыслу ст. 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

По смыслу указанных выше положений закона и разъяснений высших судебных инстанций, давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто, как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Таким образом, в рамках настоящего спора необходимо установить наличие критерия добросовестности применительно к давностному владению.

Толкование критерия добросовестности изложено в Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 26.11.2020 года N 48-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО8», в котором указано, что практика судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не исключает приобретения права собственности в силу приобретательной давности и в тех случаях, когда давностный владелец должен был быть осведомлен об отсутствии оснований возникновения у него права собственности (определения от 27 января 2015 года N 127-КГ14-9, от 20 марта 2018 года N 5-КГ18-3, от 17 сентября 2019 года N 78-КГ19-29, от 22 октября 2019 года N 4-КГ19-55, от 2 июня 2020 года N 4-КГ20-16 и др.).

В приведенных определениях применительно к конкретным обстоятельствам соответствующих дел указано, что добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями ст.234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

В рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества (в том числе публичным) интереса в сохранении своего права. Так, судами отмечается, что для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений ст. 236 ГК РФ, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22 октября 2019 года N 4-КГ19-55 и др.).

Таким образом, понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 ГК РФ.

Кроме того, с учетом необходимости возвращения имущества в гражданский оборот нельзя не принять во внимание практически неизбежный при давностном владении пропуск собственником имущества для истребования вещи у давностного владельца срока исковой давности, который, как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц; а применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Постановление от 15 февраля 2016 года N 3-П).

В случае с приобретательной давностью добросовестность владельца выступает лишь в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28 июля 2015 года N 41-КГ15-16, от 20 марта 2018 года N 5-КГ18-3, от 15 мая 2018 года N 117-КГ18-25 и от 17 сентября 2019 года N 78-КГ19-29). Для приобретательной давности правообразующее значение имеет прежде всего не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц. В этом случае утративший владение вещью собственник, в отличие от виндикационных споров, как правило, не занимает активную позицию в споре о праве на вещь. При таких условиях определение добросовестности приобретателя в сделке, влекущей мгновенное приобретение права собственности, и добросовестности давностного владельца, влекущей возникновение права собственности лишь по истечении значительного давностного срока, должно предполагаться различным.

Судебная коллегия приходит к выводу, что материалами дела добросовестное владение ФИО1 спорными объектами недвижимости не подтверждается.

Так, ФИО1 в подтверждение обстоятельств добросовестного владения, ссылается на договор купли-продажи N б/н от 05.01.2005 года, заключенный между ПК «Киновидеотехника» и ФИО1, который решением постоянно действующего Крымского третейского суда при концерне «ДСН» от 27.12.2005 года признан действительным и на основании которого было зарегистрировано право собственности ФИО1 на объекты недвижимого имущества - нежилые строения литер «Б», общей площадью 93,8 кв.м., и литер «Е», общей площадью 223,0 кв.м.

Однако, определением Крымского третейского суда г. Симферополя при концерне «ДСН» от 27.10.2007 года по заявлению директора ПК «Киновидеотехника» решение Крымского третейского суда от 27.12.2005 года отменено, производство по делу прекращено. В связи с отменой решения, явившегося основанием для регистрации права собственности ФИО1, запись о праве собственности последнего погашена, право собственности на объекты недвижимого имущества, в том числе литер «Б», «Е» перерегистрировано за ПК «Киновидеотехника» 17.01.2012 года.

Регистрация права собственности на спорные объекты за ПК «Киновидеотехника» от 17.01.2012 года признана незаконной на основании постановления Окружного административного суда АР Крым от 23.05.2013 года.

Решением госрегистратора Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым от 06.12.2019 года ФИО1 отказано в регистрации права собственности на спорное имущество в связи с отсутствием надлежащих правоустанавливающих документов.

Вышеизложенное свидетельствует о наличии правопритязаний в отношении спорного имущества со стороны предшественника общества и отсутствии добросовестности владения со стороны ФИО1

Судебная коллегия отмечает, что как указано выше, право собственности на нежилое здание кадастровый номер: №, литер «Г», площадью 223 кв.м., расположенное по адресу: Российская , с 26.04.2022 года зарегистрировано за ФИО2 на основании договора купли-продажи, заключенного между ФИО1 и ФИО2 08.04.2022 года, что также свидетельствует о недобросовестности владения со стороны ФИО1 и отсутствии оснований для удовлетворения указанных требований.

Судебная коллегия, приходя к выводу об отказе в удовлетворении встречных исковых требований, кроме того, исходит из следующего.

В силу п. 1 ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Федеральным законом от 16.12.2019 года N 430-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Закон N 430-ФЗ) п. 4 ст. 234 ГК РФ изложен в следующей редакции: течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 настоящего Кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, - не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя. Статья 302 ГК РФ дополнена пунктом 4 следующего содержания: суд отказывает в удовлетворении требования субъекта гражданского права, указанного в п. 1 ст. 124 настоящего Кодекса, об истребовании жилого помещения у добросовестного приобретателя, не являющегося таким субъектом гражданского права, во всех случаях, если после выбытия жилого помещения из владения истца истекло три года со дня внесения в государственный реестр записи оправе собственности первого добросовестного приобретателя жилого помещения. При этом бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности приобретателя, или обстоятельств выбытия жилого помещения из владения истца несет субъект гражданского права, указанный в п. 1 ст. 124 настоящего Кодекса.

Согласно статье 2 названного выше Закона N 430-ФЗ, он вступает в силу с 01.01.2020 года, что исключает распространение изложенных выше положений п. 4 ст. 234, ст. 302 ГК РФ на отношения, возникшие до введения его в действие.

Определением Конституционного Суда РФ от 30.11.2021 г. N 2533-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Донгак Шорааны Уран-ооловны на нарушение ее конституционных прав п. 1 ст. 200, п.п. 1 и 4 ст. 234 ГК РФ, а также ст. 2 Федерального закона от 16.12.2019 года N 430-ФЗ «О внесении изменений в часть первую ГК РФ» установлено, что заявителем оспаривается п. 4 ст. 234 ГК РФ, устанавливающего, что течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 данного Кодекса, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, - не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя (в редакции Федерального закона от 16.12.2019 года N 430-ФЗ). В ранее действовавшей редакции, приведенной в решении суда первой инстанции по делу с участием заявительницы, это положение предусматривало, что течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 данного Кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям.

Кроме того, заявительница просит признать противоречащей Конституции Российской Федерации статью 2 Федерального закона от 16 декабря 2019 года N 430-ФЗ, устанавливающую, что данный Федеральный закон вступает в силу с 01.01.2020 года. Конституционный суд Российской Федерации указал, что установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК Российской Федерации), начала его течения (статья 200 ГК Российской Федерации) и последствий его пропуска (статья 199 ГК Российской Федерации) обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушающее какие-либо конституционные права (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28.03.2017 года N 674-О, от 26.11.2018 года N 2946-О и др.). Пункт 1 ст. 200 ГК РФ сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению этого момента исходя из фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июля 2015 года N 1681-О, от 28 февраля 2019 года N 339-О и др.).

Основным принципом существования закона во времени является распространение его действия на настоящее и будущее время. Придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя. Законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20.12.2018 года N 3297-О, от 27.02.2020 года N 522-О и др.).

Статья 2 Федерального закона от 16.12.2019 года N 430-ФЗ, рассматриваемая во взаимосвязи с правилами о действии гражданского законодательства во времени (статья 4 ГК РФ), имеет целью обеспечение правовой определенности.

Таким образом, оспариваемые нормы, включая пункты 1 и 4 статьи 234 ГК РФ как в ранее действовавшей, так и в действующей редакции, не могут рассматриваться как нарушающие в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права заявительницы.

Таким образом, в рассматриваемом деле, обращаясь с иском о признании права собственности на недвижимое имущество в силу приобретательной давности, истец должен доказать не только факт добросовестного, открытого, непрерывного владения имуществом как своим собственным, но и представить доказательства непосредственного владения и пользования спорным имуществом на протяжении всех восемнадцати лет (15 лет срок приобретательной давности + 3 года срок исковой давности по иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения).

Принимая во внимание началом истечения давностного срока владения с 05.01.2005 года, предусмотренный законом срок, до настоящего времени не истек.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что суд первой инстанции, разрешая спор, правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал им надлежащую правовую оценку и постановил законное и обоснованное решение, оснований для отмены которого, по доводам апелляционных жалоб, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 43, 44 ГПК РФ коллегия судей -

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда г. Симферополя Республики Крым от 25 мая 2021 года – оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и Общества с ограниченной ответственностью «Дисмидас» на решение Центрального районного суда г. Симферополя Республики Крым от 25 мая 2021 года - без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции кассационной жалобы, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного постановления.

Председательствующий Старова Н.А.

Судьи Белинчук Т.Г.

Богославская С.А.