Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе арбитражного управляющего ООО «Стройремонтмонтаж» ФИО2 на решение Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 02 июня 2020 года по иску арбитражного управляющего ООО «Стройремонтмонтаж» ФИО2 к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки.

Заслушав доклад судьи Тетюева С.В. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы и возражений на нее, объяснения истца ФИО2 и ее представителя ФИО4, поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Арбитражный управляющий ООО «Стройремонтмонтаж» ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 08 апреля 2014 года, заключенного между ФИО3 и ООО «Стройремонтмонтаж», взыскании стоимости имущества в размере 1 017 385 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 10 апреля 2015 по 29 февраля 2020 года в размере 413 442,37 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами на момент фактического погашения задолженности в полном объеме, судебных расходов.

В обоснование иска указано, что в 2016 году ООО «Стройремонтмонтаж» признано банкротом, однако в настоящее время по заявлению одного из кредиторов арбитражным судом назначена процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного должника. ФИО2 назначена арбитражным управляющим. Истцу стало известно, что 08 апреля 2014 года заключена вышеназванная сделка, но она является притворной, поскольку ее целью было сокрытие имущества от обращения взыскания кредиторов по долгам общества. Об этом свидетельствует то, что транспортное средство перерегистрировано 09 апреля 2015 года – в период процедуры банкротства, и не вошло в конкурсную массу. При этом действительная стоимость экскаватора составляла 1 017 385 руб., то есть экскаватор был формально переоформлен, встречного предоставления не было, оплата не произведена. Ответчик является аффилированным лицом по отношению к ООО «Стройремонтмонтаж», что следует из совпадения адресов с ФИО5 – владельцем 15% доли уставного капитала ООО «Стройремонтмонтаж». Экономических выгод сделка не принесла, привела к ущербу кредиторам. Так как состояние экскаватора в настоящее время значительно изменилось, истец просит в качестве последствий недействительности сделки взыскать стоимость экскаватора, определенную в заключении эксперта.

Определением Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 27 апреля 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен ФИО5 (л.д. 36об).

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции истец арбитражный управляющий ООО «Стройремонтмонтаж» ФИО2, третьи лица ФИО6, ФИО5 участия при надлежащем извещении не принимали.

Ответчик ФИО3 участия в судебном заседании при надлежащем извещении не принимала, ее представитель ФИО7 в удовлетворении исковых требований просил отказать.

Решением Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 02 июня 2020 года в удовлетворении исковых требований отказано. После вступления решения суда в законную силу отменены меры по обеспечению иска в виде наложения ареста на транспортное средство, принятые по ходатайству истца на основании определения судьи Ленинского районного суда г. Магнитогорска от 24 марта 2020 года. С ООО «Стройремонтмонтаж» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 15 354,14 руб.

В апелляционной жалобе истец арбитражный управляющий ООО «СтройРемонтМонтаж» ФИО2 просит решение суда отменить, принять новое. Указывает, что суд не исследовал материалы дела, изначально отдав предпочтение стороне ответчика. Течение срока исковой давности по заявленным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. Общий срок исковой давности для подачи иска третьим лицом не может превышать 10 лет. Суд неверно истолковал процедуру распределения, уровняв ее с банкротством. Удовлетворение заявления не влечет за собой восстановление ликвидированного юридического лица в ЕРГЮЛ, судом частично восстанавливается гражданская правоспособность ликвидированного юридического лица. Назначенная процедура распределения имущества – это исключение из общего правила. В связи с отсутствием норм прямого действия при распределении имущества ликвидированного лица допустимо применять аналогию закона исходя из существа регулируемых отношений для достижения цели процедуры. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон сделки, суд отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны. Содержание и объем прав арбитражного управляющего, кредиторов являются производными от прав бывшего собственника – ликвидированного лица. Арбитражный управляющий в процедуре распределения имущества ликвидированного должника в интересах кредиторов должника имеет право требовать обращения взыскания на имущество должника, незаконно полученное третьими лицами, в размере требования кредиторов, оставшихся непогашенными. Арбитражный управляющий вправе выступать в суде от имени ликвидированного юридического лица и в интересах заинтересованных лиц. У арбитражного управляющего имеются полномочия по оспариванию заключенной ликвидированным обществом с третьим лицом сделки должника по отчуждению обнаруженного имущества. Оспариваемые сделки в бухгалтерском балансе организации не отражены. В этом случае необходимо исходить из рыночной стоимости, определяемой независимой оценкой. В 2013-2014 гг. согласно данным налогового органа бухгалтерская отчетность не сдавалась, таким образом, сделки по отчуждению активов в виде транспортных средств должны быть оформлены решением собрания участников общества. По делу необходимо провести почерковедческую экспертизу, поскольку директор ООО «Стройремонтмонтаж» <данные изъяты> договор купли-продажи не подписывал.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО3 просит оставить решение суда без изменения. Указывает, что экскаватор находился в нерабочем состоянии. Стоимость была определена 50 000 руб., денежные средства оплачены и автомобиль был передан покупателю. Исковая давность по такому требованию составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства. Отсутствие в бухгалтерском учете данных об оценке транспортных средств не влияет на добросовестность приобретателя. Доказательства поддельности подписи в договоре купли-продажи не представлены, как и другие доказательства недействительности сделок.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены, информация о судебном заседании заблаговременно была размещена на официальном сайте Челябинского областного суда, в связи с чем судебная коллегия на основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика ФИО3, третьих лиц ФИО6, ФИО5

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав истца ФИО2 и ее представителя ФИО4, судебная коллегия пришла к следующему.

Гражданский кодекс Российской Федерации закрепляет, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора (п. 1 ст. 421). Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (п. 2 ст. 1).

В силу п. 3, 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как подтверждается собранными по делу доказательствами и установлено судом первой инстанции, 14 июля 2014 года ООО «Стройремонтмонтаж» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) и введении процедуры наблюдения. Определением Арбитражного суда Челябинской области от 16 сентября 2014 года в отношении ООО «Стройремонтмонтаж» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО8 (л.д. 47-50).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 06 апреля 2015 года ООО «Стройремонтмонтаж» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден <данные изъяты> Конкурсное производство завершено 05 апреля 2016 года (л.д. 51-56). 20 мая 2016 года ООО «Стройремонтмонтаж» исключено из ЕГРЮЛ.

Согласно п. 5.2 ст. 64 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае обнаружения имущества ликвидированного юридического лица, исключенного из единого государственного реестра юридических лиц, в том числе в результате признания такого юридического лица несостоятельным (банкротом), заинтересованное лицо или уполномоченный государственный орган вправе обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, имеющих на это право. К указанному имуществу относятся также требования ликвидированного юридического лица к третьим лицам, в том числе возникшие из-за нарушения очередности удовлетворения требований кредиторов, вследствие которого заинтересованное лицо не получило исполнение в полном объеме. В этом случае суд назначает арбитражного управляющего, на которого возлагается обязанность распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица.

Заявление о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица может быть подано в течение пяти лет с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о прекращении юридического лица. Процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица может быть назначена при наличии средств, достаточных для осуществления данной процедуры, и возможности распределения обнаруженного имущества среди заинтересованных лиц.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 10 мая 2018 года по заявлению ФИО6 назначена процедура распределения обнаруженного имущества ООО «Стройремонтмонтаж». Определением Арбитражного суда Челябинской области от 08 августа 2019 года с учетом определения об исправлении описки от 12 августа 2019 года арбитражным управляющим утверждена ФИО2 (л.д. 10-11, 60-63).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 20 августа 2020 года процедура распределения имущества, обнаруженного после ликвидации ООО «Стройремонтмонтаж», продлена до 21 ноября 2020 года.

До введения процедуры наблюдения ООО «Стройремонтмонтаж» являлось собственником экскаватора ВОВСАТ 334EG, государственный номер <данные изъяты>, 2008 года выпуска, номер двигателя 8С3292 (Н/У), заводской номер А9К711031.

По состоянию на 30 сентября 2012 года рыночная стоимость экскаватора составляла 1 017 385 руб., что подтверждается заключением эксперта <данные изъяты> от 11 июня 2014 года, полученным в рамках производства по делу № А76-16102/2013.

По договору купли-продажи от 08 апреля 2014 года ООО «Стройремонтмонтаж» в лице директора <данные изъяты> продало ФИО9 экскаватор за 50 000 руб. (л.д. 41). В договоре указано, что покупатель транспортное средство получил, продавец также получил денежные средства.

09 апреля 2015 года транспортное средство было зарегистрировано за ФИО3, снято с учета 29 марта 2016 года (л.д. 40).

Разрешая спор по существу и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемый договор не является притворной сделкой; неоплата товара покупателем не является основанием для признания договора недействительным; истцом пропущен срок исковой давности.

С указанными выводами судебная коллегия соглашается, так как они соответствуют установленным судом первой инстанции фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, а доводы апелляционной жалобы их не опровергают.

Согласно п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила (п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Вместе с тем истцом не доказано, что фактически оспариваемый договор купли-продажи заключен на иных условиях, например, о продаже имущества по более высокой цене. То обстоятельство, что сделка не принесла для ООО «Стройремонтмонтаж» никакой экономической выгоды, не является основанием для признания сделки притворной.

Однако данная сделка была заключена в период рассмотрения Арбитражным судом Челябинской области дела по иску ФИО6 о взыскании действительной стоимости доли в уставном капитале в размере 9 450 000 руб. (иск предъявлен в суд 08 августа 2013 года, решение вынесено 25 августа 2014 года, с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом) ООО «Стройремонтмонтаж» обратилось в суд 30 июля 2014 года). Из решения Арбитражного суда Челябинской области от 10 мая 2018 года следует, что до ликвидации организации требование кредитора ФИО6 в размере 6 529 950 руб. удовлетворено не было. Следовательно, действия ООО «Стройремонтмонтаж» по заключению оспариваемого договора купли-продажи нельзя признать добросовестными, поскольку они были направлены на уменьшение имущества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов общества.

Наличие обстоятельств, приведших к существенному снижению стоимости экскаватора в апреле 2014 года по сравнению с рыночной стоимостью, определенной по состоянию на 30 сентября 2012 года, ответчиком не доказано. С учетом изложенного отсутствуют основания для вывода о добросовестности ФИО3 (ФИО9) как приобретателя транспортного средства.

Если при недействительности сделки полученное в натуре возвратить невозможно (например, в связи с последующим отчуждением имущества), то покупатель в соответствии с п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации должен возместить продавцу действительную цену (рыночную стоимость) имущества.

Тем не менее оснований для отмены решения суда об отказе в удовлетворении исковых требований не имеется ввиду следующего.

Процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица по своей сути является исключительным механизмом защиты прав кредиторов юридического лица, прекратившего деятельность, требования которых не были удовлетворены в полном объеме. Назначение этой процедуры судом не влечет за собой восстановление ликвидированного лица в ЕГРЮЛ и не сопровождается совершением иных действий, кроме распределения обнаруженного имущества такой организации между лицами, имеющими на это доказательно подтвержденное право. Поэтому процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица не может быть использована для восполнения недостатков в деятельности конкурсного управляющего в деле о банкротстве юридического лица, а арбитражный управляющий, не являясь правопреемником конкурсного управляющего, не имеет права на совершение действий, влекущих пересмотр результатов конкурсного производства, либо на повторное совершение действий по формированию конкурсной массы должника.

Об отчуждении транспортного средства ООО «Стройремонтмонтаж» должен был своевременно узнать конкурсный управляющий <данные изъяты> в деле о банкротстве общества при надлежащем исполнении полномочий.

В п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительной сделки, то есть сделки, совершенной должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (ч. 1 ст. 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

В результате назначения судом процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица частично восстанавливается гражданская правоспособность ликвидированного юридического лица, а арбитражный управляющий действует от имени общества с полномочиями ликвидатора. Содержание и объем прав арбитражного управляющего, кредиторов являются производными от прав бывшего собственника – ликвидированного должника, на что правильно указано в апелляционной жалобе.

В соответствии с п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответчиком ФИО3 в суде первой инстанции заявлено о пропуске срока исковой давности (л.д. 67).

Согласно абз. 3 п. 5.2 ст. 64 Гражданского кодекса Российской Федерации процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица осуществляется по правилам Гражданского кодекса Российской Федерации о ликвидации юридических лиц.

Как разъяснено в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу статей 61-63 ГК РФ при предъявлении иска ликвидационной комиссией (ликвидатором) от имени ликвидируемого юридического лица к третьим лицам, имеющим задолженность перед организацией, в интересах которой предъявляется иск, срок исковой давности следует исчислять с того момента, когда о нарушенном праве стало известно обладателю этого права, а не ликвидационной комиссии (ликвидатору).

С учетом изложенного доводы апелляционной жалобы о том, что трехлетний срок исковой давности следует исчислять с того момента, когда о совершенной сделке стало известно арбитражному управляющему, не являвшемуся стороной договора, противоречат вышеприведенным правовым нормам и разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, основаны на неверном применении разъяснений Пленума Верховного Суда РФ об исчислении сроков исковой давности по требованиям, предъявляемым конкурсным управляющим, к деятельности арбитражного управляющего в процедуре распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица, которая не является процедурой банкротства, а осуществляется в силу прямого указания закона по правилам о ликвидации (не банкротства) юридических лиц.

Более того, арбитражный управляющий ФИО2, являясь представителем имущественной массы ликвидированного должника ООО «Стройремонтмонтаж», не вправе вопреки доводам апелляционной жалобы осуществлять руководящие полномочия от имени ликвидированного (не действующего) юридического лица подобно конкурсному управляющему, в том числе не вправе предъявлять иски об оспаривании сделок, которые конкурсный управляющий не оспорил в деле о банкротстве как по общим, так и по специальным основаниям. Отыскивание (истребование) имущества, принадлежавшего организации-должнику до введения процедуры банкротства, не входит в полномочия арбитражного управляющего в процедуре распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица, основная задача которого заключается лишь в распределении имущества, принадлежавшего организации и выявленного после ее ликвидации, между кредиторами. Экскаватор, явившийся предметом оспариваемого договора купли-продажи, не может быть признан имуществом, обнаруженным после ликвидации организации.

Данный вывод судебной коллегии соответствует разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, согласно которым процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица может быть назначена в том случае, если у ликвидированного должника-организации осталось нереализованное имущество, за счет которого можно удовлетворить требования кредиторов (п. 39 Постановления от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства»), и не противоречит решению Арбитражного суда Челябинской области от 10 мая 2018 года, поскольку, назначая процедуру распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица, суд исходил в первую очередь из обнаружения не выявленного в процедуре банкротства недвижимого имущества ООО «Стройремонтмонтаж» (л.д. 63). При этом арбитражный управляющий вправе оспаривать лишь те сделки, предметом которых является распоряжение имуществом, обнаруженным после ликвидации организации.

Также судебная коллегия учитывает, что ФИО6 вправе защищать свои права и законные интересы не только посредством процедуры распределения обнаруженного недвижимого имущества ликвидированного юридического лица, но и иными способами, которые с ней не связаны.

Согласно п. 2 ст. 6 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).

Частью 11 ст. 142 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что кредиторы, требования которых не были удовлетворены в полном объеме в ходе конкурсного производства, имеют право требовать обращения взыскания на имущество должника, незаконно полученное третьими лицами, в размере требований, оставшихся не погашенными в деле о банкротстве. В случае отсутствия указанного имущества или по заявлению третьего лица суд вправе удовлетворить требования данных кредиторов путем взыскания соответствующей суммы без обращения взыскания на имущество должника. Указанное требование может быть предъявлено в срок, установленный федеральным законом, то есть в течение срока исковой давности, исчисляемого с того момента, когда кредитор узнал или должен был узнать о начале исполнения сделки.

На основании п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абз. 4 п. 32 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ФИО6 вправе самостоятельно обратиться в суд с иском о взыскании убытков с конкурсного управляющего ООО «Стройремонтмонтаж» <данные изъяты> если исковая давность по требованию о признании сделки недействительной пропущена по его вине.

Таким образом, ФИО6 не лишен возможности защитить свое право на получение присужденной стоимости доли в уставном капитале ООО «Стройремонтмонтаж» вышеперечисленными способами.

Доводы апелляционной жалобы о том, что оспариваемые договоры директор ООО «Стройремонтмонтаж» <данные изъяты> не подписывал, не могут повлечь отмену решения суда, поскольку выполнение подписи в договорах не <данные изъяты> а иным лицом, может свидетельствовать о несоблюдении письменной формы договоров и их незаключенности, а не о недействительности.

Решение суда является законным и обоснованным, отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 02 июня 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу арбитражного управляющего ООО «Стройремонтмонтаж» ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи