Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Серёжкина А.А. гражданское дело по иску Серкова П.А. к акционерному обществу «Группа Страховых Компаний «Югория» о взыскании страхового возмещения, штрафа, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, компенсации морального вреда

по апелляционным жалобам акционерного общества «Группа Страховых Компаний «Югория» и Серкова П.А. на решение Центрального районного суда г. Твери от 19 декабря 2019 года.

Судебная коллегия

установила:

Серков П.А. обратился в суд с иском к АО «Группа Страховых Компаний «Югория» и с учетом уточнения исковых требований просил взыскать страховое возмещение в размере 4000000 рублей, штраф, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 23 января по
15 февраля 2019 года в размере 20383,56 рублей, а далее по день принятия решения, компенсацию морального вреда в размере 35000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 30000 рублей,

Требования мотивированы тем, что 25 мая 2018 года между истцом и ответчиком заключен договор страхования имущества физических лиц, выдан страховой полис №, по которому принято на страхование основное строение (объект незавершенного строительства), расположенный на земельном участке с кадастровым номером хх:хх:ххххххх:ххх по адресу: <адрес>, принадлежащий Серкову П.А. на праве собственности.

Договор заключен на условиях Правил страхования имущества физических лиц № 08, редакция от 28 января 2015 года, с последующими изменениями и дополнениями от 28 июля 2016 года.

Страховая стоимость и страховая сумма согласована сторонами в размере 4000000 рублей.

Страховая премия в размере 32439 рублей уплачена Серковым П.А. в полном объеме.

В период действия договора 27 октября 2018 года в результате пожара уничтожено строение (дом), расположенное на земельном участке с кадастровым номером хх:хх:ххххххх:ххх по адресу: <адрес>.

О наступлении страхового случая страховая компания уведомлена по средствам телефонного уведомления и 31 октября 2018 года путем обращения с заявлением с приложением документов, подтверждающих наступление страхового случая.

Ответчиком произведен осмотр имущества и установлено полное уничтожение объекта страхования.

14 декабря 2018 года в адрес страховщика повторно и дополнительно представлены необходимые документы, в том числе постановление о возбуждении уголовного дела от 28 ноября 2018 года по факту умышленного уничтожения неустановленным лицом путем поджога дома № по <адрес> по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 167 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно Правил страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату в течение 20 рабочих дней, который истек
22 января 2019 года.

24 января 2019 года истец направил в адрес страховой компании претензию, которая оставлена без удовлетворения, в связи с чем истец обратился в суд с настоящим иском.

Решением Центрального районного суда г. Твери
от 19 декабря 2019 года исковые требования Серкова П.А. удовлетворены частично, с АО «Группа Страховых Компаний «Югория» в пользу
Серкова П.А. взыскано страховое возмещение в размере 2313300 рублей, штраф в размере 1156650 рублей, компенсация морального вреда в размере 2000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей, а всего 3491950 рублей. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Этим же решением в части взыскания с АО «Группа Страховых Компаний «Югория» в пользу ФИО1 страхового возмещения в размере 2264782,98 рублей взыскание признано исполненным.

Кроме того, с АО «Группа Страховых Компаний «Югория» в бюджет муниципального образования город Тверь взыскана государственная пошлина в размере 20066,50 рублей.

Определением Центрального районного суда г. Твери
от 26 декабря 2019 года в решении суда от 19 декабря 2019 года исправлена описка в части размера государственной пошлины в бюджет муниципального образования город Тверь, определив его к взысканию в
сумме 15101,92 рублей.

В апелляционной жалобе АО «Группа Страховых Компаний «Югория» поставлен вопрос об отмене решения суда первой инстанции в части взыскания штрафа. Указывается о необоснованности взыскания компенсации морального вреда.

В обоснование доводов жалобы указано на неправомерность взыскания с ответчика штрафа ввиду ненадлежащего исполнения истцом обязательств по договору страхования, а именно недоведение до страховой компании сведений о фактическом месте проживания ФИО1, непредоставление при обращении в страховую компанию, а также при подаче настоящего иска необходимых документов, предусмотренных договором страхования. Указанные обстоятельства, по мнению ответчика, свидетельствуют о злоупотреблении со стороны истца своим правом и о наличии оснований для отказа во взыскании штрафных санкций.

Кроме того заявитель полагает, что с учетом обстоятельств дела, имеются законные основания для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, которую просит применить.

Также страховая компания указывает на отсутствие доказательств для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда первой инстанции отменить и удовлетворить исковые требования в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы указывается о несогласии истца с заключением проведенной по делу судебной экспертизы. Податель жалобы полагает, что примененные экспертом при её проведении справочники являются неактуальными, поскольку при строительстве объекта страхования использованы современные материалы. Вывод суда о необходимости расчета страхового возмещения как разницы между реальными затратами на строительство или приобретение дома и годных остатков является ошибочным. В данном случае суду надлежало определить реальные затраты для восстановления поврежденного имущества в то состояние, в котором оно находилось на момент наступления страхового случая.

Кроме того, заявителем оспаривается отказ в удовлетворении требования по взысканию процентов в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая, что такое право возникло у истца со дня определенного соответствующим обязательством.

Заслушав судью-докладчика, исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителя истца ФИО2, представителя
АО «ГСК «Югория» ФИО3, поддержавших доводы поданных ими апелляционных жалоб и возражавших против доводов жалобы противоположной стороны по делу, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, проверив законность и обоснованность вынесенного судом первой инстанции решения в пределах доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец является собственником жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.

25 мая 2013 года между АО «Государственная страховая компания «Югория» и страхователем ФИО1 заключен договор страхования на срок с 26 мая 2018 года по 25 мая 2019 года включительно, удостоверенный страховым полисом №, в соответствии с которым на страхование принят незавершенный строительством объект, расположенный по адресу: <адрес>.

Страховая сумма объекта страхования составила 4000000 рублей.

Страховая премия в размере 32439 рублей страхователем оплачена страховщику в полном объеме.

27 октября 2018 года произошел пожар указанного дома.

31 октября 2018 года истец обратился в АО «ГСК «Югория» с заявлением на страховую выплату по имуществу физических лиц.

02 ноября 2018 года произведен осмотр объекта страхования.

09 ноября 2018 года АО «ГСК «Югория» проинформировало истца о необходимости предоставления недостающих документов и сведений.

04 декабря 2018 года АО «ГСК «Югория» направило в адрес истца ответ о необходимости предоставления технического паспорта поврежденного имущества.

14 декабря 2018 года истец обратился к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения, приложив надлежащим образом заверенную копию постановления о возбуждении уголовного дела, о направлении материала по подследственности, копию договора
купли-продажи земельного участка.

24 января 2019 года истец обратился в адрес АО «ГСК «Югория» в лице Тверского филиала с досудебной претензией, которая на момент подачи искового заявления в суд оставлена обществом без удовлетворения.

16 апреля 2019 года АО «ГСК «Югория» произвело истцу выплату страхового возмещения в размере 2264782 рублей 98 коп.

По заключению судебной комплексной строительно-технической и оценочной экспертизы № от 05 августа 2019 года размер реальных затрат, необходимых для строительства или приобретения аналогичного по размерам, типу, используемым материалам дому № по <адрес> имущества на дату наступления страхового случая
27 октября 2018 года на территории страхования без учета износа согласно условиям страхового полиса составляет 2823831 рубль. Стоимость годных остатков спорного объекта недвижимости, пригодных для дальнейшего использования или реализации, рассчитанная в соответствии с условиями страхового полиса составляет 510531 рубль без учета износа и 306319 рублей с учетом износа.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, исходил из того, что застрахованное строение уничтожено, в связи с чем определил сумму подлежащего к взысканию страхового возмещения в размере стоимости реальных затрат, необходимых для строительства или приобретения аналогичного объекта без учета износа за вычетом стоимости годных остатков без учета их износа.

Отказывая в удовлетворении требований истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами и отклоняя заявление ответчика о снижении размера штрафа, суд указал об отсутствии правовых оснований для применения положений соответственно статьи 395 и статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С такими выводами суда первой инстанции следует согласиться.

В силу пункта 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении страхового случая выплатить страховое возмещение страхователю или выгодоприобретателю в пределах определенной договором страховой суммы.

Условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования) (п. 1 ст. 943 ГК РФ).

Согласно абзацу первому статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

По условиям полиса страхования № и в соответствии с пунктом 3.1 утвержденных страховщиком Правил страхования имущества физических лиц страховым случаем является уничтожение (гибель) и/или повреждение и/или полная пли частичная утрата застрахованного имущества в пределах территории страхования, наступившее в течение периода страхования в результате совершившихся событий, указанных в договоре страхования в качестве страховых рисков, и влекущее с учетом всех ограничений и исключений, установленных Правилами и договором страхования, возникновение у страховщика обязанности осуществления выплаты страхового возмещения.

Под «уничтожением (гибелью)» застрахованного по договору страхования имущества понимается такое причинение ущерба имуществу в результате воздействия на него страховых рисков, при котором затраты на восстановление имущества составляют 100% его фактической стоимости на дату наступления события.

Под «повреждением» застрахованного по договору страхования имущества понимается такое причинение ущерба имуществу в результате воздействия на него страховых рисков, при котором затраты на восстановление имущества не превышают 100% его фактической стоимости на дату наступления события (если иное не предусмотрено договором страхования) и при этом имущество может быть пригодно к дальнейшему использованию по своему назначению после его восстановления.

В силу пункта 14.3 Правил страхования, если иное не предусмотрено договором страхования, размер страхового возмещения за уничтожение, повреждение или утрату застрахованного имущества выплачивается страхователю в размере прямого ущерба за вычетом франшизы, если ее применение предусмотрено условиями договора страхования, в пределах страховой суммы, установленной по договору страхования для данного объекта имущества.

Согласно пункту 14.4. Правил страхования, под прямым ущербом понимается, если иное не предусмотрено договором страхования:

при уничтожении (гибели) недвижимого имущества - реальные затраты, необходимые для строительства или приобретения аналогичного
(по размерам, типу, используемым материалам) имущества, определенные на дату наступления страхового случая на территории страхования, за вычетом эксплуатационного износа (если договором страхования не предусмотрено возмещение ущерба без учета износа) и стоимости имеющихся остатков, пригодных для дальнейшего использования или реализации;

при повреждении недвижимого имущества или его отдельных элементов - реальные затраты, необходимые для восстановления поврежденного имущества в то состояние, в котором оно находилось на момент наступления страхового случая, наиболее экономичным способом, определенные на дату наступления страховою случая в регионе (городе, местности) нахождения застрахованного объекта, за вычетом эксплуатационного износа, если договором страхования не предусмотрено возмещение ущерба без учета износа.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции при определении размера страхового возмещения, применительно к Правилам страхования, исходил из уничтожения объекта страхования в связи с чем произвел расчет прямого ущерба исходя из стоимости реальных затрат, необходимых для строительства или приобретения аналогичного имущества за вычетом стоимости имеющихся остатков (сваи фундамента) без учета их износа.

Вопреки доводам апелляционной жалобы истца определение размера страхового возмещения без учета износа предусмотрено договором страхования. В данном случае оснований для применения в расчете размера страхового возмещения стоимости годных остатков с учетом их износа не имеется.

Каких-либо объективных данных, указывающих о том, что имело место не уничтожение, а повреждение имущества, что повлекло бы иной расчет размера страхового возмещения, стороной истца не представлено.

При таких обстоятельствах расчет суда по определению окончательного размера страхового возмещения соответствует вышеприведенным положениям закона и фактическим обстоятельствам.

Доводы жалобы истца о несоответствии заключения экспертов
№ от 05 августа 2019 года требованиям правовых актов в области строительства являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, в решении суда им дана надлежащая правовая оценка, оснований не согласиться с которой не имеется.

С учетом того обстоятельства, что в целях разъяснения и дополнения заключения в судебных заседаниях 10 сентября и 03 октября 2019 года произведен допрос экспертов К.. и М., сторонами были заданы экспертам вопросы в целях разъяснения составленного последними заключения; каких-либо противоречий в ответах экспертов и их выводах, приведенных в экспертном заключении, судом не выявлено, вывод суда об отсутствии предусмотренных статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для назначения повторной экспертизы является правильным.

Как следует из просительной части апелляционной жалобы
ФИО1, последний просит отменить оспариваемое решение суда и удовлетворить в полном объеме исковые требования о взыскании страхового возмещения, компенсации морального вреда, неустойки, штрафа, судебных расходов.

Указание об отмене решения суда в части отказа в удовлетворении требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в жалобе отсутствует.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, признает необходимым проверить только обжалуемую часть решения. Оснований для выхода за пределы доводов жалобы и проверки решения суда на предмет его законности и обоснованности относительно разрешения искового требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами
не имеется.

Разрешая ходатайство заявление страхового общества о применении к спорным отношениям положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из существа спора, обстоятельств дела, длительности периода просрочки суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для снижения размера неустойки.

С такими выводами суда следует согласиться.

Согласно пункту 1 статьи 13 Закона о защите прав потребителя за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

В силу пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В абзаце втором пункта 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, а также принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) размер неустойки (штрафа) может быть снижен судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика. При этом ответчик в силу положений части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязан предоставить суду доказательства, подтверждающие такую несоразмерность, а суд обсудить данный вопрос в судебном заседании и указать мотивы, по которым он пришел к выводу об удовлетворении указанного заявления.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о злоупотреблении истцом правом не могут быть приняты во внимание.

Пунктом 13.8.3.1 вышеприведенных Правил страхования имущества физических лиц предусмотрено, что в случае пожара для решения вопроса о признании произошедшего события страховым случае страхователь предоставляет страховщику следующие документы: справку о пожаре, копию постановления о возбуждении уголовного дела, техническое (экспертное заключение) с указанием причины пожара.

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 первоначально обратился в страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая 31 октября 2018 года. В дальнейшем – 14 декабря 2018 года, потерпевшим представлены страховщику копия постановления о возбуждении уголовного дела от 28 ноября 2018 года по факту умышленного уничтожения путем поджога застрахованного имущества, копия постановления от 21 ноября 2018 года о направлении материала по факту пожара по подсудности. В последнем документе содержится информация о проведении пожарно-технической судебной экспертизы, проведенной ФГБУ СЭУ ФПС ИПСЛ по Тверской области 07 ноября 2018 года и установившей, что причиной возгорания в жилом доме истца послужило воспламенение сгораемых материалов с возможным применением интенсификатора горения.

Таким образом, предусмотренная указанным пунктом Правил обязанность по предоставлению необходимых документом потерпевшим является исполненной.

Ссылка страховщика в апелляционной жалобе на непредоставление ФИО1 копий технических документов на застрахованный объект недвижимого имущества (п. 13.8.4) и документов, подтверждающих величину причиненного ущерба (п. 13. 8. 5) как на обстоятельства, исключающие для страховщика выполнение предусмотренной договором страхования обязанности по выплате страхового возмещения, не могут служить основанием для отмены либо изменения оспариваемого судебного акта в части взыскания штрафа.

Согласно сведениям, содержащимся в полисе от 25 мая 2018 года, застрахованным имуществом по результатам произведенного страховщиком в этот же день осмотра являлся незавершенный строительством объект. В ходе апелляционного рассмотрения представителем страховой компании не оспаривался тот факт, что техническая документация на объект страхования не составлялась.

В данном случае направленное 04 декабря 2018 года уведомление страховщика о необходимости предоставления страхователем фактически отсутствующей технической документации (т. 1 л. д. 134) противоречит существу заключенного между сторонами договора страхования.

Будучи осведомленным об отсутствии технической документации и испрашивая таковую у ФИО1, по сути страховщиком ставилось невыполнимое требование, отдаляющее принятие решения о выплате страхового возмещения на неопределенный срок.

Между тем положения Правил страхования имущества физических лиц предусматривают право страховщика произвести расчет ущерба на основании данных проведенной по его усмотрению экспертизы и/или осмотра уполномоченным представителем страховщика с учетом страховой стоимости уничтоженного имущества. Проведение экспертизы в данном случае проводится за счет страховщика ( 14.1 Правил).

При таких обстоятельствах оснований для вывода о заведомом недобросовестном осуществлении истцом гражданских прав (злоупотреблении правом) не имеется, равно как страховщиком не приведены какие-либо обстоятельства, указывающие об исключительности случая, для разрешения вопроса о возможности снижения установленного законом размера штрафа.

Вопреки доводам апелляционной жалобы установление судом факта отсутствия оснований для снижения штрафа в соответствии с положениями статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и, как следствие этого взыскание штрафа в установленных законом пределах, соответствует требованиям закона.

Таким образом, доводы сторон, содержащиеся в апелляционных жалобах, выводов суда о наличии правовых оснований для удовлетворения части исковых требований в установленных судом размерах и об отсутствии таковых в отклоненной части не опровергают, не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, основаны на ином толковании подлежащих применению норм материального и процессуального права, расходящемся с его действительным смыслом; сводятся лишь к несогласию с правовой оценкой установленных обстоятельств и фактически являются позицией каждого из заявителей, в связи с чем основанием для отмены решения суда в апелляционном порядке служить не могут.

При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, оснований к его отмене по доводам апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Центрального районного суда г. Твери от 19 декабря 2019 года оставить без изменения, апелляционные жалобы акционерного общества «Группа Страховых Компаний «Югория» и ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий А.А. Серёжкин

Судьи А.В. Кулаков

ФИО4