Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда по докладу судьи Герасимовой А.А. дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Первомайского районного суда г. Пензы от 27.05.2021, которым постановлено:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.

Заслушав истца ФИО1, ее представителя ФИО4, просивших об отмене решения суд, представителя ответчиков ФИО5, просившую отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, проверив материалы дела, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, указывая, что 07.07.2017 между ответчиками ФИО2 и ФИО3 был заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, принадлежащей на праве собственности ФИО2 В производстве Первомайского районного суда г. Пензы находится уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, по которому истец является потерпевшей. Из материалов уголовного дела следует, что ФИО2 в период времени с 01.09.2014 по 08.01.2017, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью личного обогащения, имея преступный умысел, направленный на совершение мошенничества путем злоупотребления доверием истца, похитила принадлежащие ей денежные средства на общую сумму 3042000 руб., после чего с похищенными денежными средствами с места совершения преступления скрылась, распорядившись ими по своему усмотрению, причинив ФИО1 значительный материальный ущерб в особо крупном размере на вышеуказанную сумму. Поводом к возбуждению вышеуказанного уголовного дела послужило заявление ФИО1 от 21.02.2017 в правоохранительные органы, по результатам рассмотрения которого неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, которые в последующем отменялись, и лишь 23 февраля 2018 года было возбуждено уголовное дело. Ответчики, достоверно зная о написанном истцом заявлении в правоохранительные органы по факту противоправных действий ФИО2, т.к. с них сотрудниками полиции отбирались соответствующие объяснения, между собой 07.07.2017 заключили договор дарения квартиры. В рамках уголовного дела истцом был заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО2 денежных средств в размере 3042000 руб. В добровольном порядке ущерб ответчиком ФИО2 не возмещен, иного имущества, кроме спорной квартиры, у ответчика не имеется. Считает, что действия ответчика ФИО2 свидетельствуют о ее недобросовестности, отсутствии цели совершения сделки, т.к. фактически квартира из собственности ФИО2 не выбывала, передача квартиры ФИО3 произведена не была, сделка является мнимой, в связи с чем указанная сделка не могла повлечь правовых последствий в виде возникновения права собственности у ФИО3 на квартиру. Заключение договора дарения квартиры между близкими родственниками матерью и сыном было обусловлено целью предотвращения возможного обращения на нее взыскания ущерба, причиненного преступлением. При таких обстоятельствах данная сделка является ничтожной.

На основании изложенного просит суд признать недействительным (ничтожным) договор дарения от 07.07.2017 58АА № 1136684 квартиры по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО2 и ФИО3; применить последствия недействительности ничтожной сделки, исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись о государственной регистрации права на <адрес> в отношении ФИО3, сохранив право собственности за ФИО2; взыскать с ответчиков расходы по оплате государственной пошлины.

Протокольным определением Первомайского районного суда г. Пензы от 29.04.2021 к участию в деле в качестве третьего лица привлечен нотариус ФИО6

Первомайский районный суд г. Пензы постановил вышеуказанное решение.

Не согласившись с данным решением, ФИО1 просит его отменить, исковые требования удовлетворить. В обоснование ссылается на то, что договор дарения, заключенный между ФИО2 и ФИО3 07.07.2017, является мнимой сделкой, которая была совершена для вида, без исполнения в действительности условий сделки, для предотвращения обращения на нее взыскания, после того, как в отношении ФИО2 по заявлению истца начались проверочные мероприятия в порядке ст.ст. 144, 145 УПК РФ. Приговором Первомайского районного суда г. Пензы от 11.09.2020 ФИО2 была осуждена за совершение преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в результате которого истцу был причинен ущерб на сумму 3042000 руб. Преступление было совершено ФИО2 в период с 01.09.2014 по 08.01.2017. По мнению истца, данные обстоятельства имеют значение при рассмотрении дела.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчиков ФИО5, действующая на основании доверенности, просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу истца без удовлетворения, полагая доводы жалобы необоснованными.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней поддержала, просила решение отменить, исковые требования удовлетворить, дала пояснения по доводам апелляционной жалобы и дополнения к ней. Отметила, что ранее ФИО2 принадлежала еще одна квартира, которую она продала.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО4, действующий на основании ордера, доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней поддержал, просил решение отменить, исковые требования удовлетворить, дал пояснения по доводам апелляционной жалобы и дополнения к ней. Дополнительно указал, что ФИО2, на протяжении многих лет владея квартирой, после проведения проверочных мероприятий в отношении нее, распорядилась квартирой; даже в случае невозможности обращения взыскания на спорную квартиру сделку следует признать недействительной, т.к. возможен ее арест.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчиков ФИО5, действующая на основании доверенности, возражала против отмены решения, полагая, что для этого отсутствуют основания, поддержала возражения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции ответчики ФИО2 и ФИО3, третье лицо нотариус ФИО6, представитель третьего лица Управления Росреестра по Пензенской области не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Судебная коллегия на основании ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, в том числе право отчуждать его в собственность другим лицам.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Установлено и подтверждается материалами дела, что 07.07.2017 между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) заключен договор дарения однокомнатной квартиры, площадью 29,5 кв.м, расположенной по адресу: <адрес>.

Переход права собственности на квартиру от дарителя к одаряемому на основании договора дарения от 07.07.2017 зарегистрирован в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество 10.07.2017.

Обращаясь в суд с настоящим иском к ответчикам, истец ссылается на недействительность договора дарения, заключенного между ними 07.07.2017, полагая, что данная сделка является мнимой, указав, что ФИО2 намеренно произвела отчуждение своему сыну принадлежащей ей квартиры по безвозмездной сделке при наличии неисполненной обязанности по возврату истцу денежных средств в размере 3042000 руб., во избежание обращения взыскания на имущество, т.е. злоупотребила своим правом.

В силу п.п. 1, 3 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Приведенная норма права подлежит применению только в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения (т.е. у обеих сторон отсутствует соответствующая воля). В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По смыслу ст. 12 ГК РФ, ст. 3 ГПК РФ при рассмотрении указанных дел именно на истца возлагается бремя доказывания обстоятельства недействительности сделки, а также обстоятельств заинтересованности в признании сделки недействительной, отсутствия иного способа защиты права возложено на истца, не являющегося стороной оспариваемой сделки.

Из материалов дела следует, что приговором Первомайского районного суда г. Пензы от 11.09.2020, вступившим в законную силу 25.11.2020, ФИО2 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ; гражданский иск потерпевшей ФИО1 удовлетворен; с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба взыскано 3042000 руб.

На основании приговора суда 16.12.2020 взыскателю выдан исполнительный лист от 11.09.2020 серии ФС № 009219345, в отношении ФИО2 возбуждено исполнительное производство от 28.12.2020 № 52513/20/58014-ИП о взыскании в пользу ФИО1 ущерба в размере 3042000 руб., производятся удержания из пенсии ответчика.

Проверяя обоснованность доводов истца о том, что заключенный ответчиком договор дарения квартиры в пользу своего сына является мнимой сделкой, заключенной с целью укрытия имущества от обращения на него взыскания, суд исходил из того, что в силу положений п. 1 ст. 170 ГК РФ истцу надлежало доказать, что ответчики знали о наличии задолженности перед кредитором и возможности обращения взыскания на принадлежащее одному из них имущество, вместе с тем совершили действия по его сокрытию путем отчуждения данного имущества, тем самым совершили сделку без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Всесторонне и полно установив обстоятельства дела, оценив представленные сторонами и добытые судом доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, пришел к выводу о том, что истцом в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ доказательств заключения ответчиками договора дарения с целью сокрытия имущества от возможного обращения на него взыскания по денежным обязательствам перед истцом не представлено.

При этом судом верно было обращено внимание на то, что согласно постановлению о возбуждении уголовного дела от 23.02.2018 уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в связи с причинением ущерба ФИО1 было возбуждено в отношении неустановленного лица. Заявление о возмещении материального ущерба в сумме 3042000 руб. поступило от ФИО1 27.01.2020 и постановлением от 27.01.2020 ФИО1 признана гражданским истцом по уголовному делу. Приговор суда, которым, в частности, с ответчика ФИО2 в пользу истца ФИО1 был взыскан ущерб в определенном размере, был постановлен только 11.09.2020.

Таким образом, все эти решения были приняты спустя продолжительное время после заключения ответчиком оспариваемого истцом договора дарения.

Ответчик ФИО2, являясь собственником спорного недвижимого имущества, распорядилась им по своему усмотрению, на момент совершения сделки отчуждаемое имущество обеспечительными мерами обременено не было, запретов и ограничений на его отчуждение не имелось, как и возбужденных исполнительных производств в отношении ФИО2 в пользу ФИО1, сделка была совершена, когда не был установлен факт причинения имущественного ущерба ФИО1.

Ссылка истца на то, что сделка была совершена после того, как в отношении ФИО2 по заявлению истца начались проверочные мероприятия в порядке ст.ст. 144, 145 УПК РФ, указанный вывод не опровергает.

Переход права по договору дарения прошел государственную регистрацию, имущество было передано ФИО3, который реализует свои права собственника спорного жилого помещения, проживая в указанном жилом помещении.

То обстоятельство, что в указанном жилом помещении проживает и ФИО2, не свидетельствует о мнимости договора дарения, учитывая близкие родственные отношения сторон сделки.

Утверждение представителя истца о том, что ФИО2 на протяжении многих лет владела спорной квартирой, не соответствует действительности, т.к. ответчик стала собственником спорного объекта только в 2015 году на основании свидетельства о праве на наследство, сделку по дарению квартиры совершила лишь спустя два года – в 2017 году. Договор дарения заключен между близкими родственниками, матерью и сыном, с целью передачи безвозмездно в собственность квартиры, т.е. обычной для договора дарения целью. Мотивы дарения квартиры ответчики поясняли в судебном заседании суда первой инстанции.

Оснований, предусмотренных п. 1 ст. 170 ГК РФ, для признания оспариваемой сделки мнимой, т.е. совершенной без намерения создать соответствующие юридические последствия, не установлено.

Намерение и волеизъявление ответчиков, как сторон сделки, полностью соответствовали условиям договора, а совершенными действиями подтвердили свои намерения заключить в реальности оспариваемый договор и создать соответствующие ему правовые последствия, спорная сделка реально исполнена сторонами, подаренное имущество передано одаряемому и находится в его владении.

Доказательств, подтверждающих, что стороны договора действовали исключительно с намерением причинить вред истцу, либо иным способом злоупотребить правом, в материалах дела не имеется.

Кроме того, судом апелляционной инстанции обращается внимание на то, что спорная квартира до заключение договора дарения являлась единственным жильем ФИО2, что подтверждается выпиской из ЕГРН, имеющейся в материалах дела, а потому отчуждение ответчиком единственного принадлежащего ей жилого помещения не может причинить вред истцу, поскольку на него распространяется исполнительский иммунитет, предусмотренный ст. 446 ГПК РФ, согласно которой не может быть обращено взыскание на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности единственное пригодное для постоянного проживания жилое помещение.

При таких обстоятельствах вопреки указанию в исковом заявлении возможность обращения взыскания на данное жилое помещение в рамках исполнительного производства от 28.12.2020 № 52513/20/58014-ИП отсутствует, а возможность наложения ареста на квартиру, как указал представитель истца, права ФИО1 не восстановит.

Ссылка истца на то, что ранее ФИО2 принадлежала еще одна квартира, которую она продала, не опровергает указанный вывод. Согласно имеющейся в материалах дела выписки из ЕГРН действительно ранее ФИО2 на основании договора купли-продажи от 15.08.1994 принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>. Указанная квартира была продана ФИО2 на основании договора купли-продажи от 21.08.2008, т.е. до приобретения спорной квартиры в 2015 году на основании свидетельства о праве на наследство и задолго до событий, указанных в исковом заявлении.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд необъективно и не всесторонне рассмотрел дело, являются несостоятельными, в целом сводятся к переоценке исследованных доказательств, однако выводов суда не опровергают. Оснований для переоценки доказательств и установленных обстоятельств судебная коллегия не находит, поскольку все представленные сторонами доказательства, в их совокупности, оценены судом в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, результаты оценки доказательств подробно изложены в решении, с которой судебная коллегия также соглашается.

Вопреки указанию в апелляционной жалобе все заявленные истцом ходатайства были рассмотрены судом первой инстанции и получили оценку, мотивы, по которым суд отказал в их удовлетворении отражены в протоколе судебного заседания.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 по существу повторяют позицию, изложенную в исковом заявлении, получившую надлежащую оценку суда первой инстанции, основаны на неверном толковании заявителем норм материального права и фактически сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, при этом, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом, влияли бы на обоснованность и законность принятого решения, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Учитывая изложенное, оснований для отмены решения суда не имееттся.

Руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

решение Первомайского районного суда г. Пензы от 27.05.2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06.09.2021.

Председательствующий

Судьи