Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, процентов, штрафа, компенсации морального вреда по апелляционной жалобе ПАО СК «Росгосстрах» на решение Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2019г. Заслушав доклад судьи Корецкого А.Д., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, процентов, штрафа, компенсации морального вреда. В обоснование указала, что заключила с ответчиком договор имущественного страхования «КАСКО» принадлежащего ей автомобиля «Тойота» по рискам «ущерб» и «угон». В период действия данного договора в принадлежащей истице припаркованный автомобиль врезался автомобиль «ГАЗ» под управлением водителя ФИО2, в результате чего истице был причинен ущерб. Виновником ДТП признан водитель ФИО2 Несмотря на то, что ответчик не оспаривает ни сам факт причинения истице ущерба, ни его размер, в выплате страхового возмещения было отказано со ссылкой на то, что в момент ДТП за рулем автомобиля истицы находилось лицо, не указанное в полисе страхования КАСКО в качестве водителя, допущенного к управлению им, что свидетельствует об отсутствии страхового случая, т.к. в соответствии с утвержденными ответчиком Правилами добровольного страхования транспортных средств и спецтехники (типовых (единых)) №171 к страховым случаям относятся не любые ДТП, а только такие, в которых застрахованным автомобилем управлял водитель, указанный в полисе КАСКО в качестве лица, допущенного к управлению им. Истица привела доводы о том, что в момент ДТП принадлежащий ей автомобиль не находился ни под чьим управлением, т.к. был припаркован, что повреждение припаркованного автомобиля является самостоятельным страховым случаем, предусмотренным Правилами страхования, что согласно разъяснениям Верховного Суда РФ в “Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан” (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.01.2013) нахождение автомобиля под управлением лица, не указанного в страховом полисе, не освобождает страховщика от выплаты страхового возмещения. На основании изложенного просила суд взыскать с ПАО СК «Росгосстрах» в свою пользу страховое возмещение в размере 72520 руб., неустойку в размере 39160,08 руб., проценты за неправомерное пользование своими денежными средствами в размере 819,58 руб., штраф в размере 50% от присужденной в её пользу суммы, компенсацию морального вреда в размере 10000 руб., а также судебные издержки.

Решением Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2019г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

С указанным решением не согласился ответчик ПАО СК «Росгосстрах», который в своей апелляционной жалобе просит его отменить как незаконное. В обоснование повторяет свою позицию по делу, полагая, что суд не дал ей надлежащей правовой оценки, приводит доводы о том, что согласно Правил добровольного страхования транспортных средств и спецтехники (типовых (единых)) №171, являющихся неотъемлемой частью заключенного с истицей договора КАСКО, к страховым случаям относятся не любые ДТП, а только такие, в которых застрахованным автомобилем управлял водитель, указанный в полисе КАСКО в качестве лица, допущенного к управлению им. Что в настоящем деле единственным лицом, указанным в полисе КАСКО в качестве водителя, допущенного к управлению застрахованным транспортным средством, являлся Ф.В.Н., а произошло ДТП в тот момент, когда он находился под управлением ФИО3, которая в полисе КАСКО не указана, что согласованное сторонами условие для выплаты страхового возмещения по риску «ущерб» не наступило, а потому суд не имел права удовлетворять иск ФИО1, что обжалуемое решение противоречит разъяснениям Верховного Суда РФ, изложенным в п.2 "Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017), в связи с чем является незаконным. Кроме того апеллянт приводит доводы о несоразмерности взысканных с него неустойки и штрафа последствиям неисполнения своих обязательств по договору КАСКО и просит их уменьшить в порядке ст. 333 ГК РФ.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ПАО СК «Росгосстрах» по доверенности ФИО4 просила отменить решение суда по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО3 просила отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, полагая решение законным и обоснованным.

Дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО1, третьих лиц: ФИО2, ОАО «Альфастрахование», сведения о надлежащем извещении которых (в т.ч. - с учетом положений абз. 2 п.1 ст. 165-1 ГК РФ и абз. 2 п. 67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации") имеются в материалах дела.

Рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных положениями статьи 330 ГПК РФ, для отмены решения суда первой инстанции.

Постановляя решение, суд установил, что 26.11.2017 между ФИО1 и ПАО СК «Росгосстрах» был заключен договор имущественного страхования (КАСКО) принадлежащего истцу автомобиля «Тойота» по рискам «ущерб» и «угон», что в период действия указанного договора водитель ФИО2, управлявший автомобилем «ГАЗ», совершил наезд на припаркованный автомобиль, принадлежащий истице, в результате чего последний получил механические повреждения, что виновником ДТП является именно ФИО2, что согласно заключению судебной автотовароведческой экспертизы № 253/19-А от 22.02.2019 стоимость устранения повреждений (без учета износа) составляет 62399,90 руб.; с учетом износа – 57083,23 руб., что в установленном договором страхования порядке истица обратилась к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения, в чем ей было отказано ввиду того, что в момент ДТП принадлежавший ей автомобиль находился под управлением ФИО3, не указанной в страховом полисе КАСКО в качестве лица, допущенного к управлению им.

Данные выводы соответствуют материалам дела и в апелляционной жалобе не оспариваются.

Из объяснений истицы в суде первой инстанции, заявления её представителя ФИО3 в ПАО СК «Росгосстрах» о выплате страхового возмещения, отзыва на иск третьего лица ФИО2 следует, что в момент наезда автомобиля «ГАЗ» на автомобиль истицы, последний был припаркован и водитель в нём отсутствовал.

Данные обстоятельства ответчиком не оспариваются.

Согласно абз. 2 п.п. «е» п. 3.2.1 утвержденных ответчиком Правил добровольного страхования транспортных средств и спецтехники (типовых (единых)) №171, являющихся неотъемлемой частью заключенного с ФИО1 договора имущественного страхования (КАСКО) к ущербу, на случай причинения которого осуществлялось страхование транспортного средства истицы, относилось, в т.ч. его повреждение по неосторожности в результате противоправного действия со стороны третьих лиц (л.д.62 [об. сторона]).

Таким образом материалы дела подтверждают, что вред автомобилю истицы был причинен третьим лицом (ФИО2), в результате противоправного действия (наезда на него), в момент отсутствия за его рулем водителя (т.е. в момент, когда им никто не управлял).

Ни в Правилах страхования, ни в полисе КАСКО не указано, что для признания причинения вреда припаркованному автомобилю страховым случаем необходимо, чтобы его припарковал или впоследствии им управлял водитель, указанный в полисе в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством; никакого обоснования причин, по которым причиненный истцу ущерб в результате ДТП 08.10.2018 не может быть признан страховым случаем по абз. 2 п.п. «е» п.3.2.1 утвержденных ответчиком Правил добровольного страхования транспортных средств и спецтехники (типовых (единых)) №171, апеллянт в материалы дела не представил; на соответствующий вопрос судебной коллегии представитель ПАО СК «Росгосстрах» затруднился ответить.

Вследствие изложенного довод жалобы о том, что в силу п.п. «а» п. 3.2.1. Правил добровольного страхования транспортных средств и спецтехники (типовых (единых)) №171 под относящимся к страховому случаю дорожным происшествием понимается не всякое внешнее воздействие на застрахованное ТС, причинившее ему вред и оформленное как ДТП, а только такое, которое имело место на застрахованное ТС, находящееся под управлением указанного в полисе КАСКО лица, что ФИО3 не была указана в полисе КАСКО в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, а потому оснований для выплаты страхового возмещения по п.п. «а» п. 3.2.1. Правил добровольного страхования транспортных средств и спецтехники (типовых (единых)) №171 у апеллянта не имелось, не отменяет наличия оснований для его выплаты по абз. 2 п.п. «е» п. 3.2.1 Правил, в связи с чем не опровергает правомерности существа обжалуемого решения.

В соответствии со ст.333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка (штраф) явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Разъясняя данную норму, Верховный Суд РФ указал, что снижение в порядке ст. 333 предусмотренной Федеральным законом от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" неустойки (штрафа) возможно в исключительных случаях, только по заявлению ответчика и с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым. При этом снижение размера неустойки (штрафа) не должно вести к необоснованному освобождению должника от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей»).

Заявляя о несоразмерности суммы неустойки и штрафа последствиям неисполнения своих обязательств по договору ОСАГО, именно апеллянт, в силу ст. 56 ГПК РФ, должен был представить доказательства данной несоразмерности и наличие исключительных обстоятельств, являющихся основанием для её снижения в настоящем деле.

Таких доказательств ПАО СК «Росгосстрах» не представило ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции.

Тем не менее суд снизил размер заявленной ко взысканию неустойки.

Никакого обоснования еще большего её снижения апелляционная жалоба не содержит; размер уплаченной по договору КАСКО страховой премии взысканная сумма неустойки не превышает.

Вследствие изложенного указанные доводы не являются основанием для отмены обжалуемого решения.

Кроме того, судебная коллегия считает необходимым отметить следующее.

В соответствии с абз. 1 ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Разъясняя данную норму применительно к договорам, заключенным с потребителями, Верховный Суд РФ обратил внимание на необходимость соблюдения правила (contra proferentem), согласно которому в случае сомнений относительно толкования условий договора добровольного страхования, изложенных в полисе и правилах страхования, и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора должно применяться толкование, наиболее благоприятное для потребителя (п.4 "Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017)).

По смыслу п.п. 2 п.1 ст. 942 ГК РФ условие о том, что относится, а что не относится к страховому случаю является существенным для договора страхования, а потому должно быть изложено в нём ясно и недвусмысленно.

Согласно п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Между тем, ни в представленных ответчиком Правилах добровольного страхования транспортных средств и спецтехники (типовых (единых)) №171, ни в страховом полисе нигде прямо не указано, что страховое возмещение при ДТП выплачивается только при условии нахождения поврежденного транспортного средства под управлением водителя, указанного в страховом полисе в качестве лица, допущенного к управлению им и, напротив, не выплачивается в случае управления им водителем, не включенным в страховой полис.

Доказательств того, что указанные в возражениях на иск и в апелляционной жалобе юридические последствия включения или, напротив, невключения граждан в страховой полис КАСКО в качестве лиц, допущенных к управлению застрахованным автомобилем, а также смысл вкладываемый ответчиком во фразу о том, что «дорожным происшествием (ДП) является внешнее воздействие …. на застрахованный автомобиль…. под управлением указанных в договоре страхования лиц» (стр. 22 Правил, л.д.62) были ясно и недвусмысленно доведены до сведения ФИО1 как потребителя, что тарифы ответчика на страхование с одним лицом, допущенным к управлению транспортным средством, отличались от тарифов на страхование с двумя и более лицами и что истице предлагалось осуществить страхование с большим количеством допущенных к управлению лиц, от чего она отказалась, в материалах дела нет и в заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика судебной коллегии об этом не сообщил.

Напротив в параграфе 12 Правил добровольного страхования транспортных средств и спецтехники (типовых (единых)) №171, устанавливающем исключения из страхового покрытия, факт нахождения застрахованного транспортного средства в момент ДТП под управлением водителя, не указанного в страховом полисе в качестве лица, допущенного к управлению им, не указан в качестве такого исключения, хотя именно на апеллянте, как лице, профессионально осуществляющем предпринимательскую деятельность на рынке страховых услуг, в силу п.2 ст. 8, ст. 10 Закона РФ «О защите прав потребителей» лежит обязанность доведения до потребителя в наглядной и доступной форме информации о всех существенных условиях оказываемой им страховой услуги, в т.ч. – исчерпывающем перечне оснований к отказу в выплате страхового возмещения, а также представление в суд доказательств надлежащего исполнения этой обязанности (п.9 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 5 (2017)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017), абз. 2 п. 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей").

По смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, страховщик по договору страхования) (п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора").

Указанные обстоятельства и разъяснения Верховного Суда РФ в своей совокупности опровергают утверждение апеллянта о согласовании с истицей условия о невыплате страхового возмещения при нахождении застрахованного ею автомобиля «Тойота» под управлением водителей, не указанных в полисе КАСКО в качестве лиц, допущенных к управлению им, в связи с чем указанный довод подлежит отклонению, как несоответствующий материалам настоящего дела.

В соответствии с ч.1 ст. 327-1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Доводов, оспаривающих иные выводы суда первой инстанции, рассматриваемая апелляционная жалоба не содержит; предусмотренных законом оснований для выхода за её пределы судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.328-330 ГПК РФ судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону от 20 марта 2019г. оставить без изменения, а апелляционную жалобу ПАО СК «Росгосстрах» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированный текст настоящего апелляционного определения изготовлен 17.07.2019г.