Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Новосибирске 29 января 2019 г. дело по иску Петкевича Виталия Муталиевича к ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Новосибирска (межрайонное) о признании решения незаконным, включении в стаж периода трудовой деятельности, взыскании расходов, поступившее с апелляционной жалобой представителя ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Новосибирска (межрайонного) Зеленкиной Л.А. на решение Кировского районного суда г. Новосибирска от 15 октября 2018 г.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Зиновьевой Е.Ю., объяснения представителя ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Новосибирска (межрайонное) Зеленкиной Л.А., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, возражения Петкевича В.М., судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

Петкевич В.М. обратился в суд с иском к ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Новосибирска (межрайонному) о признании решения незаконным, включении в стаж периода трудовой деятельности, взыскании расходов.

В обоснование иска указано, что 05 марта 2018 г. Петкевич В.М. обратился в ГУ УПФ РФ в Кировском районе г. Новосибирска, правопреемником которого является ответчик, с заявлением о назначении страховой пенсии по старости.

Решением ГУ УПФ РФ в Кировском районе г. Новосибирска № от 18 июня 2018 г. Петкевичу В.М. было отказано в назначении страховой пенсии по старости из-за отсутствия требуемого стажа работы и величины индивидуального пенсионного коэффициента.

При этом в общий страховой стаж истца не включены следующие периоды:

с 01 сентября 1977 г. – период учебы в Ферганском государственном университете им. Улугбека, так как по архивной справке нельзя определить дату окончания учебного заведения;

с 19 июля 1974 г. по 20 мая 1975 г. - работы в Кургулийском гортоге, так как ответ на запрос о подтверждении периода работы в адрес управления не поступил;

с 25 сентября 1975 г. по 23 августа 1977 г. - работы в Ферганском «Горбыткомбенат», так как ответ на запрос о подтверждении периода работы в адрес управления не поступал;

с 15 августа 1982 г. по 11 декабря 1992 г. - работы в средней школе № г. Кувасай Ферганской области, так как ответ на запрос о подтверждении периода не поступил.

Истец считает отказ ответчика в назначении страховой пенсии по старости незаконным, поскольку дата окончания Ферганского государственного института им. Улугбека указана в дипломе об окончании вуза, а также его трудовой книжке, представленной в пенсионный орган.

Отсутствие ответов на запросы пенсионного органа о получении подтверждения факта работы истца у конкретного работодателя в период с 19 июля 1974 г. по 20 мая 1975 г. и в период с 25 сентября 1975 г. по 23 августа 1977 г. само по себе не свидетельствует о наличии оснований для отказа во включении данных периодов в страховой стаж, поскольку они были подтверждены справками о заработной плате, выданными работодателем в республике Узбекистан 21 июня 2013 г. на бланках Министерства труда и социальной защиты Республике Беларусь, справкой о заработной плате, выданная архивом Кувинского района Ферганской области республики Узбекистан, которые необоснованно не были приняты во внимание пенсионным органом. Вышеуказанные периоды работы подлежали зачету в страховой стаж истца на основании соглашения от 13 марта 1992 г. «О гарантиях прав государств-участников содружества независимых государств в области пенсионного обеспечения».

Кроме того, пенсионным органом не был рассмотрен вопрос о зачислении в общий стаж периодов работы с 14 октября 1992 г. по 16 сентября 1993 г. в Промышленно-торговой трикотажной фирме <данные изъяты> и с 21 августа 1995 г. по 02 декабря 1996 в филиале Автобусного парка № несмотря на то, что соответствующие справки были приложены истцом к заявлению о назначении страховой пенсии.

На основании изложенного, с учетом уточнений и дополнений заявленных требований, истец просил суд признать незаконным решение № от 18 июня 2018 г., обязать ответчика включить в его страховой стаж спорные периоды работы, назначить ему страховую пенсию по старости с момента обращение в пенсионный орган, а именно с 05 марта 2018 г., взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату государственной пошлины в размере 300 руб., расходы на юридические услуги в размере 5 000 руб.

Решением Кировского районного суда г. Новосибирска от 15 октября 2018 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Судом признано незаконным решение ГУ УПФ РФ в Кировском районе г. Новосибирска № от 18 июня 2018 г. об отказе в назначении ФИО1 страховой пенсии по старости; на ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Новосибирска (межрайонное) возложена обязанность включить в страховой стаж для назначения трудовой пенсии по старости периоды работы ФИО1: с 19 июля 1974 г. по 20 мая 1976 г. в Кургулинском горторге; с 25 сентября 1975 г. по 23 августа 1977 г. в Ферганском «Горбыткомбинате» и назначить ФИО1 страховую пенсию по старости с 15 марта 2018 г. Кроме того, с ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Новосибирска (межрайонное) в пользу ФИО1 взысканы расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.

С указанным решением не согласился представитель ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Новосибирска (межрайонного) ФИО2, в апелляционной жалобе просит отменить решение суда, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что решение об отказе в назначении досрочной страховой пенсии было принято пенсионным органом на основании документов, представленных истцом, не позволяющим установить наличие у ФИО1 требуемой продолжительности страховой стажа и размера индивидуального пенсионного коэффициента.

ФИО1 поданы возражения на апелляционную жалобу.

Проверив материалы на основании ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, ФИО1 05 марта 2018 г. обратился в УПФ РФ (ГУ) в Кировском районе г. Новосибирска с заявлением об установлении страховой пенсии по старости, в соответствии со ст. 8 ФЗ от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ « О страховых пенсиях».

Решением Управления Пенсионного Фонда РФ (ГУ) в Кировском районе г. Новосибирска от 18 июня 2018 г. №, ФИО1 было отказано в назначении страховой пенсии по старости в связи с отсутствием требуемого стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента.

При этом, ответчиком не были засчитаны в общих страховой стаж следующие периоды:

с 01 сентября 1977 г. - учеба в Ферганском государственном пединституте им. Улугбека (республика Узбекистан), так как по представленной справке нельзя определить дату окончания учебного заведения;

с 19 июля 1974 г. по 20 мая 1975 г. - работа в Кургулийском горторге (республика Узбекистан), так как ответ на запрос о подтверждении периода работы в адрес Управления не поступил, приказы в госархив на хранение не поступали;

с 25 сентября 1975 г. по 23 августа 1977 г. - работа в Ферганском «Горбыткомбинате» (республика Узбекистан), так как ответ на запрос о подтверждении периода работы в адрес Управления не поступил;

с 15 августа 1982 г. по 11 декабря 1992 г. - работа в средней школе № г. Кувасай Ферганской области (республика Узбекистан), так как ответ на запрос о подтверждении периодов не поступил, в также в указанном периоде усматривается период прохождения военной службы в армии (14 ноября 1982 г. по 05 мая 1984 г.).

Обосновывая заявленные требования, истец просил включить в общий страховой стаж указанные периоды, а также работу в период с 14 октября 1992 г. по 16 сентября 1993 г. в Промышленно-торговой трикотажной фирме <данные изъяты> и в 21 августа 1995 г. по 02 декабря 1996 г. в филиале Автобусного парка №, а также период службы в армии.

Судом частично удовлетворены исковые требования ФИО1, отказано во включении в общий страховой стаж истца следующих периодов:

с 30 августа 1977 г. по 30 июня 1982 г. - обучение в Ферганском государственном пединституте им. Улугбека республики Узбекистан,

с 15 августа 1982 г. по 11 декабря 1992 г. - работа в средней школе № г. Кувасай Ферганской области (республика Узбекистан),

с 14 октября 1992 г. по 16 сентября 1993 г. - работа в промышленно-торговой трикотажной фирме <данные изъяты>,

с 21 августа 1995 г. по 02 декабря 1996 г. - работа в филиале Автобусного парка №,

а также с 14 ноября 1982 г. по 05 мая 1984 г. срок службы в армии.

В указанной части решение суда первой инстанции сторонами не обжалуется.

Принимая решение в части обязания Управления Пенсионного Фонда РФ (ГУ) в Ленинском районе г. Новосибирска включить в страховой стаж для назначения трудовой пенсии по старости периода работы ФИО1 с 19 июля 1974 г. по 20 мая 1975 г. в Кургулийском горторге (республика Узбекистан), а также с 25 сентября 1975 г. по 23 августа 1977 г. в Ферганском «Горбыткомбинате» (республика Узбекистан), суд первой инстанции исходил из того, что отсутствие в архиве документов, подтверждающих трудовой стаж в оспариваемые периоды не может быть расценено как основание для отказа истцу в праве на включение этих периодов в страховой стаж, поскольку вины истца в том, что документы не сохранились, не имеется. Само же по себе отсутствие документов не может повлечь нарушение конституционных и пенсионных прав истца и ограничить ее право на пенсионное обеспечение. Вместе с тем, спорные периоды работы истца подтверждаются записью в трудовой книжке, которая является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Так, из представленной суду копии трудовой книжки, заверенной судом надлежащим образом, под записью № значится, что 19 июля 1974 г. ФИО1 был зачислен учеником повара в столовую № Кургулинского горторга, (приказа № от 19 июля 1974), 06 мая 1975 г. ФИО3 была присвоена квалификация повара третьего разряда (приказ № от 01 мая 1975); 20 мая 1975 г. ФИО1 был уволен по ст. 38 КЗоТ УзССР ( собственному желанию) ( приказ № от 19 мая 975).

Согласно справки, выданной директором ООО ОТБ «КИРГУЛИСАВДО» от 21 апреля 2014 г., ООО ОТБ «КИРГУЛИ-САВДО» ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения зачислен в Кургулийский горторг учеником повара в столовую № (приказ № от 19 июля 1974 г.). Присвоена квалификация повара третьего разряда (приказ за № от 06 мая 1975), переведен в столовую №. Уволен на основании поданного заявления по собственному желанию (приказ за № от 19.05.1975).

Справка выдана на основании книги приказов за 1974 по 1975 года, личной карточки формы Т-2 1974.

Киргулийский горторг преобразован в Коллективное торговое предприятие «КИРГУЛИ САВДО» 06 ноября 1993 г. зарегистрировано в Киргулийском Хокимияте решением за № от 15 ноября 1993 г. Коллективное торгово-производственное предприятие «КИРГУЛИ-САВДО» преобразовано в ООО «ВИРТУЛИ-САВДО» 18 декабря 2001 г., зарегистрировано в Киргулийском Хокимияте решением за № от 08 апреля 2002 г. Преобразовано в ООО оптовую территориальную базу «КИРГУЛИ-САВДО» зарегистрировано решением Министерства Юстиции Республики Узбекистан за № от 02 июня 2006 г.

Из копии трудовой книжки под записью № значится, что с 25 сентября 1975 г. ФИО1 был зачислен в группу фотографов курсантом, приказ № от 25 сентября 1975 г. 25 июня 1976 г. он переведен в звание фотографа широкого профиля, (приказ № от 25 июня 1976 г.), 29 июня 1976 г. он зачислен в фотоцех разъездным фотографом (приказ № от 28 июня 1976 г.); 23 августа 1977 г. освобожден от работы по собственному желанию ст. 38 КЗОТ УзССР ввиду поступления в высшее учебное заведение (приказ № от 23 августа 1977 г.).

Из копии архивной справки, выданной директором частной фирмы <данные изъяты> от 16 июня 2013 г. следует, что он, действительно был зачислен в Ферганский «Горбыткомбинат» в группы фотографов ш/п курсантом (приказ № от 25 сентября 1975), с 25 июня 1976 г. присвоено звание фотографа широкого профиля, приказ № от 25 июня 1976 г.; с 29 июня 1976 г. зачислен в Фотоцех разъездным фотографом, приказ № от 28 июня 1976 г., с 23 августа 1977 г. освобожден от работы по собственному желанию ст. 38 КЗоТ УзССР в связи с поступлением в высшее учебное заведение, приказ № от 23 августа 1977 г. С 01 февраля 2000 г. организация называется частная фирма <данные изъяты>, приказ № от 01 февраля 2000 г.

В связи с неоднократной реорганизацией и переходом предприятия в частную собственность, документы архива за 1975,1977 не сохранились.

Согласно справке о заработной плате, выданной директором ООО <данные изъяты> от 16 июня 2012 г., за период с сентября 1975 г. по август 1977 г. фактический заработок ФИО1 составил 553,15 руб.

Согласно п. 2 ст. 6 Соглашения от 13 марта 1992 г. о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения между государствами - участниками СНГ, подписанного Республикой Армения, Республикой Беларусь, Республикой Казахстан, Республикой Кыргызстан, Российской Федерацией, Республикой Таджикистан, Туркменистаном, Республикой Узбекистан, Украиной, Республикой Молдова, при установлении пенсий гражданам государств - участников соглашения стран СНГ учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств (независимо от времени приобретения), а также на территории бывшего СССР до 13 марта 1992 г.

В силу ст. 66 ТК РФ, основным документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. Записи в трудовой книжке, учитываемые при подсчете страхового стажа, должны быть оформлены в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день их внесения в трудовую книжку.

При отсутствии трудовой книжки, а также в случае, когда в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы судами должны приниматься письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы, архивные справки.

Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В силу ст. 67 ГПК РФ оценка доказательств осуществляется судом на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования имеющихся в деле доказательств.

Суд, изучив представленные доказательства в совокупности, исходя из их содержания, а также руководствуясь положениями действующего законодательства, пришел к выводу о возможности на основании указанных письменных доказательств принятия решения об обязании ответчика включить спорные периоды истца в страховой стаж для назначения трудовой пенсии.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, представленным доказательствам и требованиям закона.

В силу ст. 25 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты трудовой пенсии.

Не доверять представленным истцом доказательствам, у суда первой инстанции основания отсутствовали. В отсутствие в архиве документов, подтверждающих трудовой стаж в оспариваемые периоды не может быть расценено как основание для отказа истцу в праве на включение этих периодов в страховой стаж, поскольку вины истца в том, что документы не сохранились, не имеется. Само же по себе отсутствие документов не может повлечь нарушение конституционных и пенсионных прав истца и ограничить ее право на пенсионное обеспечение. Вместе с тем, спорные периоды работы истца в указанные периоды подтверждаются записью в трудовой книжке, которая является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.

Как установлено судом и подтверждается надлежащими письменными доказательствами, записи в вышеуказанной трудовой книжке истца о приеме на работу и об увольнении соответствуют порядку заполнения и ведения трудовых книжек, в частности, даты внесения записей в трудовую книжку соответствуют датам вынесения приказов, каждая запись заверена печатью организации, не заверенные надлежащим образом записи в трудовой книжке отсутствуют.

Материалы дела не содержат документов работодателя об отвлечениях истца для выполнения несвойственных профессии работ, предоставления ученического отпуска, выполнения государственных обязанностей и прочих периодов, которые не включаются в страховой стаж.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы об отсутствии оснований для включения в страховой стаж истца для назначения трудовой пенсии по старости спорных периодов отклоняются судом апелляционной инстанции.

Разрешая вопрос о возложение на ответчика обязанности назначить истцу страховую пенсию по старости с 15 марта 2018 г., суд первой инстанции исходил из того, что согласно паспорту ФИО1 родился ДД.ММ.ГГГГ, в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии он обратился 05 марта 2018 г. При этом, истец достиг 60 - летнего возраста ДД.ММ.ГГГГ, следовательно, право на назначение пенсии у него возникло ДД.ММ.ГГГГ

Обжалуя решение в указанной части, апеллянт ссылается на то, в соответствии с действующим законодательством, при назначении пенсии должны быть учтены три параметра, а именно, возраст гражданина, его стаж и размер (индивидуального пенсионного коэффициента) ИПК. Суд первой инстанции не принял во внимание, что при учете оспариваемых периодов стаж работы истца будет составлять 10 лет 3 месяца 02 дня, при этом ИПК будет составлять 8,530, при требуемой величине – 13,4.

По мнению судебной коллегии, указанные доводы апелляционной жалобы заслуживают внимания.

Так, согласно ст. 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет при наличии страхового стажа 15 лет и величины индивидуального пенсионного коэффициента 30.

В соответствии ч. 1 ст. 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, в 2015 году составляет шесть лет.

Продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости, предусмотренная ч. 2 ст. 8 указанного Федерального закона, начиная с 1 января 2016 года ежегодно увеличивается на один год согласно приложению 3 к данному Федеральному закону. При этом необходимая продолжительность страхового стажа определяется на день достижения возраста, предусмотренного ст. 8 указанного Федерального закона (ч. 2 ст. 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ).

Как установлено ч. 3 ст. 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 1 января 2015 года страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 6,6 с последующим ежегодным увеличением на 2,4 до достижения величины индивидуального пенсионного коэффициента 30. При этом необходимая величина индивидуального пенсионного коэффициента при назначении страховой пенсии по старости определяется на день достижения возраста, предусмотренного ст. 8 настоящего Федерального закона, а при назначении страховой пенсии по старости ранее достижения возраста, предусмотренного ст. 8 настоящего Федерального закона, - на день установления этой страховой пенсии.

Таким образом, в соответствии с ч. 1 и 3 ст. 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в 2018 году продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости составляет 9 лет и величина индивидуального пенсионного коэффициента 13,4.

Как установлено ст. 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных ч. 5 и 6 ст. 22 данного закона, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию. Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений ч. 7 ст. 21 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ.

Согласно расчету ИПК истца с учетом периодов, включенных в его стаж решением суда первой инстанции, выполненному Управлением Пенсионного Фонда в Ленинском районе г. Новосибирска (межрайонное), индивидуальный пенсионный коэффициент ФИО1 составляет на 01 января 2015 г. составляет – 8,649, при требуемом 13,4.

Данный расчет приобщен к материалам дела, не оспорен истцом.

Следовательно, на момент обращения истца к ответчику с соответствующим заявлением, а также на момент принятия решения судом первой инстанции, у ФИО1 отсутствовала необходимая величина индивидуального пенсионного коэффициента.

При таких обстоятельствах, поскольку с учетом переходных положений ст. 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» не образуется требуемой совокупности продолжительности страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента, оснований для назначения истцу страховой пенсии с 15 марта 2018 г. у суда не имелось.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

Решение Кировского районного суда г. Новосибирска от 15 октября 2018 г. в части возложения обязанности на УПФ в Ленинском районе г. Новосибирска (межрайонное) назначить ФИО1 страховую пенсию по старости отменить, принять в указанной части новое решение.

Отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований о возложении на УПФ РФ В Ленинском районе г. Новосибирска (межрайонное) обязанности назначить ФИО1 страховую пенсию по старости с 15 марта 2018 г.

Апелляционную жалобу представителя ГУ УПФ РФ в Ленинском районе г. Новосибирска (межрайонного) ФИО2 удовлетворить частично.

Председательствующий

Судьи