Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Кирове 19 мая 2015 года дело по апелляционным жалобам Коммерческого банка «Хлынов» (ОАО) и представителя Лажинцевой А.И. - Зыковой С.И. на решение Октябрьского районного суда города Кирова от 29 января 2015 года, которым отказано в иске Коммерческого банка «Хлынов» (ОАО) к Кобелеву Д.Л., Кобелевой Н.В., Кобелевой К.Д. о признании сделок недействительными, о разделе совместно нажитого имущества, выдела доли в совместном имуществе, об обращении взыскания на имущество.

Заслушав доклад судьи Шерстенниковой Е.Н., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ОАО КБ «Хлынов» обратился в суд с иском к Кобелеву Д.Л., Кобелевой Н.В., Кобелевой К.Д. о признании соглашения о разделе имущества недействительным, признании имущества общим, обязании выделить и обратить взыскание на 1/2 долю в общем имуществе. В обоснование заявленных требований указало, что заочным решением <данные изъяты> суда г. Кирова от <дата> г. с ООО <данные изъяты>», ООО <данные изъяты>», ООО <данные изъяты>», Кобелева Д.Л. солидарно в пользу КБ «Хлынов» (ОАО) взыскана задолженность по кредитным договорам в общей сумме <данные изъяты> руб. Судебным приставом-исполнителем совершены действия, направленные на исполнение исполнительного листа, выданного в отношении должника Кобелева Д.Л., составлены акты о наложении ареста (описи) на имущество должника на общую сумму <данные изъяты> руб., а именно, на доли в уставном капитале и квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, на депозитном счете ОСП по Октябрьскому району г. Кирова находятся денежные средства в размере <данные изъяты> руб., иного имущества у должника не имеется. В ходе исполнительных действий стало известно, что 09.12.2013 г. между Кобелевым Д.Л. и Кобелевой Н.В. было заключено соглашение о разделе совместно нажитого в период брака имущества: квартиры площадью <данные изъяты> кв.м., по адресу: г<адрес>, была оформлена на Кобелеву Н.В., право собственности возникло на основании договора купли-продажи от 12.08.1999 г.; квартиры площадью <данные изъяты> кв.м., по адресу: <адрес>., была оформлена на Кобелева Д.Л. на основании договора купли-продажи от 01.10.2002 г.; квартиры площадью <данные изъяты> кв.м. по адресу: <адрес>, право собственности было зарегистрировано за Кобелевым Д.Л. на основании договора № № безвозмездной передачи в собственность от 10.06.2003 г.; квартира площадью <данные изъяты> кв.м. по адресу: <адрес>, право собственности зарегистрировано за Кобелевой Н.В. на основании договора купли-продажи от 30.06.2005 г.; земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м. по адресу; <адрес>, право собственности было зарегистрировано за Кобелевой Н.В. на основании договора купли-продажи от 03.08.2011 г.; земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м. по адресу: <адрес>, право собственности было зарегистрировано за Кобелевой Н.В. на основании договора купли-продажи от 03.08.2011 г.; гараж в ГСК <данные изъяты>» № № площадью <данные изъяты> кв.м., кадастровый №, по адресу: <адрес>, право собственности было зарегистрировано за Кобелевым Д.Л. на основании договора купли - продажи от 27.12.2000 г.; автомобиль <данные изъяты>, гос. знак №, был оформлен на имя Кобелева Д.Л. на основании договора купли-продажи № № от 25.08.2010 г.; автомобиль <данные изъяты>., VIN №. <данные изъяты> цвета, государственный знак №, оформлен на имя Кобелевой Н.В. Соглашением определено, что все движимое и недвижимое имущество, за исключением квартиры, расположенной по адресу <адрес> переходит в личную собственность <данные изъяты> Кобелевой Н.В. <дата> г. брак между Кобелевым Д.Л. и Кобелевой Н.В. прекращен. Истец считает, что соглашение о разделе имущества от 09.12.2013 г. является мнимой сделкой, направленной на уход от ответственности должника Кобелева Д.Л. по обязательствам перед кредитором. Все имущество, приобретенное в период брака, перешло безвозмездно его супруге в единоличную собственность, при этом какой - либо компенсации Кобелев Д.Л. не получил. Учредителем и директором заемщика по кредитным договорам - ООО <данные изъяты>», в период до заключения соглашения о разделе имущества являлся Кобелев Д.Л., он знал о положении дел на предприятии. Из выписки по лицевому счету № № за период с 14.06.2013 г. по 06.10.2014 г. следует, что первая просрочка по кредитному договору от 14.06.2013 г. была допущена еще в октябре 2013 г., 15.10.2013 г. ссуда выставлена на просрочку. В дальнейшем, с начала 2014 г., заемщик постоянно нарушал условия кредитных договоров, ссуда и проценты выставлялись на просрочку. Считает, что соглашение о разделе имущества, заключенное между ответчиками, направлено на сокрытие имущества от обращения взыскания по требованиям кредитора - ОАО КБ «Хлынов». Спорные квартиры по адресам: <адрес>, а также 2 земельных участка перешли в собственность <данные изъяты> Кобелевой К.Д. Считает, что налицо явное уклонение Кобелева Д.Л. от исполнения обязательств по договорам поручительства, в его действиях имеется злоупотребление правом. Соглашение о разделе имущества от 09.12.2013 заключено с намерением предотвратить обращение взыскания на указанное в соглашении имущество. Истец просил признать недействительным соглашение о разделе имущества от 09.12.2013 г., заключенное между Кобелевым Д.Л. и Кобелевой Н.В.; признать имущество, включенное в раздел и переданное Кобелевой Н.В., общим имуществом супругов, выделить Кобелеву Д.Л. 1/2 в указанном имуществе и обратить взыскание на нее путем продажи с публичных торгов в пользу КБ «Хлынов» (ОАО) в счет погашения задолженности по решению <данные изъяты> суда г. Кирова от <дата> г.

Определением суда от 17.11.2014 г. к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Лажинцев В.В., Лажинцева А.И., ООО «Мерседес- Бенц Банк Рус».

Определением суда от 21.11.2014 г. соответчики ФИО1, ФИО2, ООО «Мерседес-Бенц Банк Рус» исключены из состава ответчиков по делу, ФИО1 привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования.

В ходе рассмотрения дела истец изменил исковые требования, просил суд признать соглашение о разделе имущества от 09.12.2013, заключенное между ФИО3 и ФИО4, недействительной сделкой в части передачи в безвозмездную собственность ФИО4 квартиры по адресу: <адрес>; квартиры по адресу: <адрес>, земельных участков № №, кадастровый № и № №, кадастровый №, расположенных по адресу: <адрес>», автомобиля <данные изъяты>.; признать недействительным заключенные между ФИО4 и ФИО5 договор дарения от 07.08.2014 г. квартиры № № в доме <адрес>, договор дарения от 13.07.2014 г. квартиры № № в доме <адрес>, земельных участков № № и № № по адресу: <адрес>»; договор от 28.07.2014 г. дарения автомобиля <данные изъяты>; признать совместно нажитым имуществом ФИО3 и ФИО4 квартиру по адресу: <адрес>; квартиру по адресу: г. <адрес>; земельные участки № по адресу: <адрес>»; автомобиль <данные изъяты>, <дата> г.в.; произвести раздел совместно нажитого имущества ФИО3 и ФИО4 путем выдела из него 1/2 доли ФИО3; обратить взыскание на 1/2 доли имущества ФИО3 путем продажи с публичных торгов вышеуказанного имущества в пользу ОАО КБ «Хлынов» в счет погашения задолженности по решению <данные изъяты> суда г. Кирова от <дата> г.

Судом постановлено приведенное выше решение.

В апелляционных жалобах Коммерческий банк «Хлынов» (ОАО) и представитель ФИО1 - ФИО6 просят решение отменить, ссылаясь на его незаконность и ошибочность выводов суда.

В жалобе Коммерческого банка «Хлынов» (ОАО) указано, что, заключив договоры поручительства, ФИО3 добровольно принял на себя обязательства отвечать солидарно с основным заемщиком перед банком за исполнение ООО «<данные изъяты>» обязательств по кредитному договору на определенных кредитным соглашением условиях, в связи с чем на момент подписания соглашения о разделе имущества ФИО3 уже являлся должником банка, а Банк приобрел статус кредитора. В соответствии с договорами поручительства поручитель становится обязанным должником кредитора с момента подписания сделки, на основании которой возникает само обязательство, а не с момента обращения кредитора в суд, либо вынесения судом решения о взыскании долга, как ошибочно посчитал суд первой инстанции. Считает, что поскольку соглашение о разделе имущества является обстоятельством, способным повлиять на выполнение поручителем обязательств по договору, ФИО3 обязан был уведомить банк о заключении спорного соглашения. Ответчик данную обязанность не выполнил, в связи с чем Банк вправе требовать выдела доли в совместно нажитом имуществе супругов К-вых и обращения взыскания на нее путем продажи с публичных торгов. Ответчик умышленно ухудшил свое имущественное положение также тем, что продал автомобиль <данные изъяты>, имея просрочки по кредитным обязательствам. Считает, что раздел имущества супругов противоречит ст. 39 СК РФ, является неравнозначной и безвозмездной сделкой, поскольку ФИО3 передано в единоличную собственность супруге практически все имеющееся у него имущество. Суд также не учел, что в соглашение о разделе совместно нажитого имущества была включена квартира по <адрес>, которая не является общей совместной собственностью супругов К-вых, приобретена в порядке приватизации, что также свидетельствует об уклонении от ответственности по обязательствам перед кредитором. Следовательно, ФИО3 намеренно ухудшил свое материальное положение, передав все свое движимое и недвижимое, в том числе личное, имущество ФИО4 по безвозмездной мнимой сделке, а период времени с даты подписания соглашения и очередных просрочек по кредитным договорам, является незначительным. Считает ошибочным вывод суда о том, что размер заложенного по кредитным договорам имущества значительно превышает сумму задолженности. Установлению подлежат обстоятельства наличия либо отсутствия имущества должника не на момент заключения договоров, а в настоящее время. Нахождение товаров в обороте, заложенных по договорам, не установлено. Определением <данные изъяты> суда Кировской области по делу № от <дата> г. установлена начальная продажная стоимость залогового имущества в размере <данные изъяты> руб. (80% от стоимости по отчету- <данные изъяты> руб.), что явно недостаточно для погашения задолженности по решению суда. Тот факт, что заложенного имущества недостаточно для покрытия долгов подтверждается и иными доказательствами - вступившим в законную силу решением <данные изъяты> суда Кировской области от <дата> г. о признании ООО <данные изъяты> банкротом по делу № копией инвентаризационной описи от 27.10.2014 г., решением <данные изъяты> суда Кировской области от <дата> г. о признании ОOO <данные изъяты>» банкротом, копией акта инвентаризации денежных средств от 31.07.2014 г., информацией из <данные изъяты> об отсутствии иного имущества у ФИО3 Считает доказанным факт совершения сделок без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и мнимость этих сделок, поскольку раздел имущества является неравнозначным. ФИО5 не вступала в права собственника переданного ей по договорам дарения имущества, от ее имени по доверенности действовала ее мать, что также свидетельствует о мнимости сделок. ФИО4 работала вместе с мужем и не могла не знать о неисполнении обязательств по кредитным договорам. Суд не учел, что определением <данные изъяты> суда г. Кирова от <дата> г. на имущество ФИО4 был наложен арест по иску ФИО1, в связи с чем ФИО4 не имела права распоряжаться своим имущество, основания для регистрации перехода права собственности у Управления Росреестра по Кировской области отсутствовали. Таким образом, сделки дарения, совершенные между ФИО5 и ФИО4, являются ничтожными, поскольку у последней отсутствовали правовые основания для распоряжения имущества в пользу своей <данные изъяты> (ч. 2 ст. 168 ГК РФ). Элементами мнимости являются: безвозмездность (не равнозначность), осведомленность супругов о просрочках и неисполненных обязательствах ФИО3 как поручителя ООО <данные изъяты>»; включение в соглашение о размере имущества квартиры, которая являлась единоличной собственностью ФИО3; продажа автомашины <данные изъяты> ФИО5 сразу после оформления права собственности по заниженной стоимости, при этом ФИО3 с момента передачи автомобиля <данные изъяты> своей супруге пользовался этим автомобилем вплоть до 17.11.2014г.; все недвижимое имущество, которое было подарено по договорам дарения от ФИО4 - ФИО5 продолжает оставаться во владении и пользовании ФИО4, что не отрицается ответчиками. Выводы суда о том, что ответчики реализовали право на отчуждение принадлежащего им имущества по своей воле и своему усмотрению, сделки не противоречат требованиям закона, прошли государственную регистрацию, исполнены сторонами, не соответствуют действительности. Оспариваемые сделки противоречат ст. 10, 168, 170 ГК РФ, договоры фактически не исполнены, поскольку не состоялась фактическая передача имущества во владение и пользование ФИО5 Сделки совершены лишь для вида и не имели цели создание правовых последствий для сторон. Доводы о добросовестности приобретения недвижимого и движимого имущества ФИО5 являются несостоятельными в силу близких родственных и доверительных отношений между участниками сделок. Считает, что суд допустил нарушение норм процессуального права, нарушена тайна совещательной комнаты. Указал, что после судебных премий и реплик, судья не удалился в помещение, которое является совещательной комнатой и находится в кабинете № 505 на пятом этаже здания Октябрьского районного суда города Кирова, а вышел в коридор пятого этажа и проследовал в неизвестном направлении.

В дополнении к апелляционной жалобе истец указал на злоупотребление правом со стороны К-вых, при наличии неисполненных обязательств супруге передано все имущество, а последняя передала имущество дочери. При наличии неисполненных обязательств и передав имущество супруге, ФИО3, получив еще два кредита, платежи по ним вообще не осуществлял. Судом не дана оценка тому факту, что автомобилем <данные изъяты> до момента его изъятия судебными приставами управлял ФИО3 ФИО4 подписала договор продажи этого автомобиля по цене в семь раз меньше действительной цены. Согласно письму оценщика от 29.12.2014 г. срок реализации товаров в обороте истек. Конкурсный управляющий ООО «<данные изъяты>» обратился в органы полиции по факту «вывода» ФИО3 кредитных средств на ООО «<данные изъяты>», а также по факту пропажи товаров в обороте. Банк также подал заявление на ФИО3 в правоохранительные органы. Доводы о том, что ФИО3 остался «дорогостоящий бизнес» являются необоснованными, доли в уставных капиталах обществ не включены в раздел имущества, данный бизнес является убыточным, не способным платить по долгам, может быть разделен супругами дополнительно. В этой связи раздел не может быть признан равнозначным. Наличие залога не освобождает поручителя от исполнения обязательств по договору. Имеющийся залог не является достаточным для исполнения обязательств. ФИО3 принял меры к сокрытию имущества. Имущество всех должников не является достаточным для погашения долга.

Представитель ФИО1 - ФИО6 в жалобе указала, что суд необоснованно отказал в привлечении ФИО1 к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, поскольку рассмотрение ее требований привело бы к более всестороннему и объективному исследованию всех обстоятельств, была бы дана надлежащая оценка действиям ответчиков с учетом требований всех заинтересованных лиц. Просит привлечь ФИО1 в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, и рассмотреть дело по правилам суда первой инстанции, признать недействительными договор дарения от 07.08.2014 года квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, договор дарения от 30.07.2014 г. квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, земельных участков с кадастровыми номерами: №, расположенных по адресу: <адрес>». Считает сделки дарения от 30.07.2014 г. и от 07.08.2014 года недействительными сделками, поскольку они совершены после принятия судом обеспечительных мер в виде наложения ареста на указанные выше квартиры и земельный участок, стороны были ограничены в правах по распоряжению имуществом. Считает, что данными действиями стороны пытаются скрыть имущество от ареста и его дальнейшей реализации по долгам ФИО4, злоупотребляют своими правами. Фактически имущество не выбыло из владения ФИО4, что подтверждается доверенностью, выданной дочерью ФИО5 Полагает, что ФИО5 не является добросовестным приобретателем.

В суде апелляционной инстанции представитель Коммерческого банка «Хлынов» (ОАО) ФИО7, представитель ФИО1 - ФИО6 настаивали на доводах апелляционных жалоб.

Представитель ФИО10 - ФИО8 просила решение суда оставить без изменения, жалобы - без удовлетворения.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 33 Семейного Кодекса Российской Федерации законным режимом супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного Кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Согласно ст. 40 СК РФ брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения.

В силу п. 1 ст. 42 СК РФ брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим совместной долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на ее отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Решением <данные изъяты> суда г. Кирова от <дата> г., вступившим в законную силу <дата> г., с ООО <данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», ФИО3 солидарно в пользу КБ «Хлынов» (ОАО) взыскана задолженность по кредитным договорам в общей сумме <данные изъяты> руб. Выданы исполнительные листы, возбуждены исполнительные производства.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО3 состоял в зарегистрированном браке с ФИО4 с <дата> г. по <данные изъяты> г., <данные изъяты> ФИО5 <дата> г.р.

09.12.2013 г. ФИО3 и ФИО4 заключили соглашение о разделе имущества, совместно нажитого в период брака, согласно которому в личную собственность ФИО4 перешло следующее имущество: квартира площадью <данные изъяты> кв.м., по адресу: <адрес>; квартира площадью <данные изъяты> кв.м. по адресу: <адрес> земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м. по адресу: <адрес>; земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м., по адресу: <адрес>», участок №; гараж в ГСК <данные изъяты> № №, площадью <данные изъяты> кв.м. по адресу: г. <адрес>; автомобиль <данные изъяты>.; автомобиль <данные изъяты>.

В личную собственность ФИО3 перешла квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

Соглашение подписано сторонами и зарегистрировано в Управлении Росреестра по Кировской области 21.01.2014 г. за № №.

В дальнейшем ФИО4 передала в собственность <данные изъяты> ФИО5 по договору дарения от 13.07.2014 г. квартиру по адресу: г<адрес> (право собственности зарегистрировано Управлением Росреестра по Кировской области 13.08.2014 г. за №); земельные участки № №, площадью <данные изъяты> кв.м., кадастровый номер №, расположенный по адресу: <адрес>, и № № площадью <данные изъяты> кв.м., кадастровый номер №, расположенный по адресу: <адрес>" (право собственности зарегистрировано Управлением Росреестра по Кировской области 13.08.2014 г. за № № соответственно); по договору дарения от 07.08.2014 г. квартиру по адресу: г<адрес> (право собственности зарегистрировано Управлением Росреестра по Кировской области 22.08.2014 г. за № №); по договору дарения от 28.07.2014 г. автомобиля марки <данные изъяты>., идентификационный (№, <данные изъяты> цвета, государственный знак №.

Пунктом 1 статьи 38 Семейного Кодекса РФ предусмотрено, что раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов. В силу п. 2 данной правовой нормы общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. По желанию супругов их соглашение о разделе общего имущества может быть нотариально удостоверено.

Согласно п. 3, 4 ст. 256 ГК РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.

Правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе и порядок такого раздела устанавливаются семейным законодательством.

В соответствии с п. 1 ст. 45 СК РФ по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности этого имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.

Взыскатель Коммерческий банк «Хлынов» (ОАО) обратился в суд с указанной выше целью. При этом полагает, что обращение взыскания на долю должника возможно после признания недействительными совершенных сделки супругов о разделе имущества и сделок дарения.

Поскольку право определять предмет и основания истца принадлежит исключительно истцу, суд рассматривает дело в соответствии заявленными истцом предметом и основаниями иска.

Согласно положениями ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе и возражениях относительно жалобы.

Как видно из дела, истец оспаривает сделки по основанию их мнимости, злоупотребления правом при их совершении, также полагает, что нарушены условия договоров поручительства об обязанности ФИО3 в трехдневный срок письменно уведомлять банк обо всех изменениях, имеющих существенное значение для полного и своевременного исполнения обязательств по договору.

Согласно ст. ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимые сделки относятся к сделкам с пороками воли, поскольку волеизъявление сторон такой сделки, облеченное в надлежащую форму, расходится с их внутренней волей. Совершая мнимую сделку, стороны не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки, стороны хотят лишь создать видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки, и заключаются лишь для того, чтобы создать у третьих лиц ложное представление о намерениях участников сделки.

Таким образом, в предмет доказывания входит установление факта того, что выраженное сторонами в сделках волеизъявление не совпадало с их истинной волей.

Поскольку правовым результатом сделок раздела имущества и дарения является переход права собственности к приобретателю, истцу следовало доказать, что сделки совершены без намерения ФИО11 приобрести право собственности на отчуждаемые объекты.

Судебная коллегия считает, что данный факт надлежащими доказательствами не подтвержден.

Доводы истца о безвозмездности, неравнозначности раздела имущества, осведомленности супругов о просрочках и неисполнении обязательств ФИО3, как поручителя, сами по себе не характеризуют волю ФИО4 при приобретении имущества и не указывают на то, что она не хотела приобрести имущество в собственность. Довод о продаже ФИО5 автомобиля <данные изъяты> после его приобретения, наоборот, подтверждает реализацию ею правомочий собственника данного имущества. Доводы истца со ссылкой на доказательства о том, что после передачи вышеуказанного автомобиля ФИО4 должник ФИО3 продолжал пользоваться данным автомобилем, не являются достаточными для вывода о том, что ФИО4 и ФИО5 не имели намерений приобрести указанный автомобиль в собственность. При этом доводы о том, что ФИО4 продолжает пользоваться недвижимым имуществом, подаренным дочери, не соответствуют позиции самого истца, а, наоборот, указывают на то, что данное имущество в пользовании супругов не осталось.

Судебная коллегия считает, что доводы о мнимости сделок не подтверждены достаточными, относимыми и допустимыми доказательствами, которые с достоверностью свидетельствовали о том, что, в частности, ФИО11 не имели намерений получить передаваемое по сделкам имущество в собственность.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе истца, вывода районного суда об отсутствии оснований для признания сделок мнимыми не опровергают, они основаны на неправильном толковании и применении материального закона, фактически направлены на переоценку имеющихся доказательств, однако основания для этого не имеется.

Семейный кодекс признает брачным договором соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения (ст. 40), которым супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности и установить режим совместной долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на ее отдельные виды или на имущество каждого из супругов (п.1 ст. 42).

В соответствии со ст. 41 СК РФ брачный договор может быть заключен как до государственной регистрации заключения брака, так и в любое время в период брака.

Брачный договор заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению.

Согласно ст. 43 СК РФ брачный договор может быть изменен или расторгнут в любое время по соглашению супругов. Соглашение об изменении или о расторжении брачного договора совершается в той же форме, что и сам брачный договор.

В п. 1 ст. 46 СК РФ предусмотрена обязанность супруга-должника уведомлять своего кредитора (кредиторов) обо всех случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора и его обязанность отвечать по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора, если он указанное требование не выполняет. Кредитор, не извещенный должником, вправе требовать обращения взыскания на имущество, перешедшее согласно брачному договору супругу должника.

Из указанных правовых норм следует, что установленное в п. 1 ст. 46 СК РФ требование об уведомлении кредитора, предъявляется к супругу-должнику, заключившему брачный договор.

Как видно из настоящего дела, такой договор супругами ФИО10 не заключался, в связи с чем оснований для применения п. 1 ст. 46 СК РФ, устанавливающего особенности регулирования ответственности должника, заключившего брачный договор, по своим гражданско-правовым обязательствам, у суда первой инстанции не имелось.

При этом положения заключенных сторонами договоров поручительства, на которые ссылается в жалобе истец, не предусматривают тех последствий, которые установлены вышеприведенной нормой, в случае неисполнения поручителем ФИО3 обязанности в трехдневный срок письменно уведомлять банк обо всех изменениях, имеющих существенное значение для полного и своевременного исполнения обязательств по договору.

Приведенные в этой связи доводы апелляционной жалобы истца отмену принятого решения не влекут.

Истец усматривает злоупотребление правом при совершении оспариваемых сделок.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Истец считает, что сделки совершены с целью - освободить имущество от обращения взыскания на него, при определении их условий стороны злоупотребили своим правом.

Истец указывает, что ФИО3 передал все имущество жене, в то время как имеются неисполненные кредитные обязательства.

В этой связи следует учитывать, что согласно вышеприведенным нормам гражданского и семейного законодательства, в соответствии с которыми истец сформулировал предмет и основание иска, взыскание может быть обращено на ту долю супруга-должника, которая причиталась бы ему при разделе общего имущества супругов.

В соответствии со ст. 254 ГК РФ раздел общего имущества между участниками совместной собственности, а также выдел доли одного из них могут быть осуществлены после предварительного определения доли каждого из участников в праве на общее имущество.

При разделе общего имущества и выделе из него доли, если иное не предусмотрено законом или соглашением участников, их доли признаются равными.

Согласно ст. 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

В силу положений ст. 38 СК РФ допускается раздел общего имущества супругов по их соглашению, в том числе, в период брака, а также раздел части имущества.

Таким образом, ФИО10 имели право произвести раздел общего имущества супругов, в том числе его части, отдельным соглашением, это право на момент заключения соглашения не было ограничено каким-либо образом, в том числе наличием договорных обязательств ФИО3 перед истцом.

Согласно оспариваемому соглашению, все включенное в раздел имущество, являющееся общей собственностью супругов, передано ФИО4

Однако данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом при заключении соглашения о разделе имущества.

Как указано выше, истец вправе требовать выдела только 1/2 доли общего имущества супругов, в связи с чем передача второй половины общего имущества другому супругу является законной.

Рассматривая дело в соответствии со ст. 10 ГК РФ о недопустимости злоупотребления правом, следует учитывать, что согласно п. 5 данной нормы добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

С учетом приведенной нормы и положений процессуального закона о доказывании, факт злоупотребления правом со стороны ответчиков должен быть доказан истцом.

Из дела видно, что оспариваемым соглашением был произведен раздел части имущества, при этом имелось иное имущество супругов, в частности, автомобиль марки <данные изъяты>, доли в уставных капиталах нескольких обществ с ограниченной ответственностью, размер которых при разделе имущества должен учитываются по их действительной стоимости на момент раздела, включающей, в том числе, стоимость имущества, принадлежащего обществу. Истец указывает, что в обеспечение исполнения обязательство по кредитному договору, ООО «<данные изъяты>», <данные изъяты> % доли участия в котором принадлежит ФИО3, передало, в частности, в залог принадлежащее обществу недвижимое имущество. Истец в жалобе указывает, что данное имущество с оборудованием в настоящее время оценено в <данные изъяты> руб. В то же время из дела видно, что стоимость имущества, переданного ФИО4 по соглашению о разделе имущества, на которое просит обратить взыскание истец, составляет <данные изъяты> руб.

С учетом изложенного, судебная коллегия считает недоказанным истцом, что согласно оспариваемому соглашению ФИО4 передано имущество, превышающее ее законную долю в общем имуществе супругов на момент заключения указанного соглашения, а при заключении соглашения супруги злоупотребили правом.

В соответствии со ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Поэтому согласно ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции оценивает дополнительно представленные доказательства, если имеются основания для их принятия.

Согласно данной норме дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Истцом такое обоснование не представлено, ходатайство о приобщении новых доказательств оставлено судом апелляционной инстанции без удовлетворения.

Доводы апелляционной жалобы истца о совершении сделок дарения в период после принятия определением <данные изъяты> суда г. Кирова мер по обеспечению иска ФИО1 являются несостоятельными. Установленный запрет не связан с делом по иску банка и признание недействительным соглашения о разделе имущества не влечет.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения требований иска ОАО КБ «Хлынов» у суда первой инстанции не имелось, а принятое решение по доводам апелляционной жалобы банка отмене не подлежит.

Судебная коллегия считает, что нарушений процессуального закона при принятии решения районным судом не установлено.

В силу п. 7 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ нарушение правила о тайне совещания сущей при принятии решения является основанием для отмены решения суда первой инстанции в любом случае.

В апелляционной жалобе истец указал, что после судебных премий и реплик, судья не удалился в помещение, которое является совещательной комнатой и находится в кабинете № 505 на пятом этаже здания Октябрьского районного суда города Кирова, а вышел в коридор пятого этажа и проследовал в неизвестном направлении.

В соответствии с п. 2 ст. 194 ГПК РФ решение суда принимается в совещательной комнате, где могут находиться только судья, рассматривающий дело, или судьи, входящие в состав суда по делу. Присутствие иных лиц в совещательной комнате не допускается.

Согласно заключению служебной проверки, проведенной по поручению Кировского областного суда, установлено, что 29.01.2015 г. после судебных прений, для постановления решения, судья удалилась в совещательную комнату, в качестве которой используется служебный кабинет № 798а.

Положения п. 2 ст. 194 ГПК РФ, как устанавливающие дополнительные гарантии принципа независимости судей, закрепленного в ст. 8 ГПК РФ, предписывают суду принятие решения в отдельной изолированной комнате (совещательной комнате), которая может обеспечить суду возможность уединиться на время вынесения решения и исключает возможность воздействия на судью в момент принятия им решения по существу дела, нахождение в ней посторонних лиц во время вынесения решения не допускается.

Судебная коллегия считает, что факты, свидетельствующие о том, что указанные правила были нарушены, в апелляционной жалобе не приведены и по результатам служебной проверки не установлены.

Судебная коллегия также не усматривает оснований для отмены принятого решения по доводам апелляционной жалобы ФИО9

ФИО1 считает, что имелись основания для привлечения ее к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования.

Согласно ст. 42 ГПК РФ третьи лица, заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, могут вступить в дело до принятия судебного постановления судом первой инстанции. Они пользуются всеми правами и несут все обязанности истца.

В отношении лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, судья выносит определение о признании их третьими лицами в рассматриваемом деле или об отказе в признании их третьими лицами, на которое может быть подана частная жалоба.

ФИО1 указывает, что согласно судебным решениям ФИО4 является должником. В связи с чем взыскание могло быть обращено на имущество, переданное ФИО4 в результате раздела имущества супругов. В то же время считает недействительными сделки дарения переданного ФИО4 имущества, поскольку они совершены в период, когда были приняты меры по обеспечению иска.

Определением судьи <данные изъяты> суда города Кирова от 12.01.2015 г. отказано в признании ФИО1 третьим лицом, заявляющим самостоятельные требования, определение являлось предметом судебного разбирательства суда апелляционной инстанции и вступило в законную силу 5.03.2015 г. В связи с чем доводы апелляционной жалобы о незаконности отказа в привлечении ФИО1 в указанном выше качестве являются не состоятельными.

Согласно ст. 43 ГПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судом первой инстанции судебного постановления по делу, если оно может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

Из дела видно, что статус ФИО1, как третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, связан с тем, что истец просил признать недействительным соглашение о разделе имущества с целью обращения взыскания, в том числе на квартиру <адрес>. Однако банк от требований в этой части отказался, решение по этим требованиям не было принято.

Иные доводы ФИО1, в том числе о незаконности сделок дарения, как совершенных при наличии запрета на отчуждение имущества, не состоятельны, поскольку не были предметом судебного разбирательства по иску ФИО1, и не свидетельствуют о том, что решение по требованиям банка об оспаривании этих сделок повлияло на права или обязанности ФИО1 по отношению к сторонам рассмотренного спора.

В связи с изложенным, судебная коллегия приходит к выводу, что по приведенным в апелляционных жалобах доводам решение районного суда отмене не подлежит.

Решение Октябрьского районного суда города Кирова от 29 января 2015 года следует оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Октябрьского районного суда города Кирова от 29 января 2015 года оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: