Гражданский кодекс часть 1

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Киселевой С.Н., судей Орловой А.И., Мехонцевой Е.М. при секретаре Мезенцевой Е.А. рассмотрела в открытом судебном заседании 22 ноября 2017 года гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании сделок недействительными, об истребовании имущества из незаконного владения, о передаче имущества, признании права собственности на 1/2 долю в праве собственности на имущество, компенсации морального вреда

по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО4 на решение Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 08 августа 2017 года.

Заслушав доклад судьи Орловой А.И., объяснения представителя истца ФИО5, поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы и возражавшего относительно доводов жалобы ответчика, объяснения представителя ФИО4 – ФИО6, поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы и возражавшего относительно доводов жалобы истца, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО4 о признании сделок недействительными, об истребовании имущества из незаконного владения, о передаче имущества, признании права собственности на 1/2 долю в праве собственности на имущество, компенсации морального вреда.

В обоснование иска указала, что с 09 апреля 1986 года состоит в браке с ФИО2 В период брака 26 февраля 2002 года ФИО2 на основании договора купли-продажи приобрел жилой дом с хозяйственными постройками, общей ... 20 сентября 2016 года ФИО2 на основании договора дарения подарил земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: ..., ФИО3 09 декабря 2016 года на основании договора дарения, заключенного с ФИО3, ФИО2 вновь стал собственником указанного земельного участка. 29 марта 2017 года ФИО1 стало известно о том, что в настоящее время собственником жилого дома и земельного участка, расположенного по адресу: ..., является ФИО4 на основании договора купли-продажи от 21 января 2017 года, заключенного с ФИО2, однако своего согласия на заключение указанной сделки ФИО1 супругу не давала. При заключении договора купли-продажи от 21 января 2017 года ФИО2 и ФИО4 действовали с заведомо противоправными целями, с целью произвести отчуждение общего совместно нажитого имущества супругов Л-ных. ФИО4 добросовестным приобретателем имущества не является, поскольку не предприняла достаточной осмотрительности при заключении сделки, не осведомилась о наличии нотариально удостоверенного согласия супруги продавца на отчуждение имущества. Неправомерными действиями ФИО2 и ФИО4 ФИО1 причинен моральный вред в виде нравственных страданий в связи с длительными переживаниями, беспокойствами, головными болями, нарушением сна. Уточнив исковые требования, просила признать недействительным договор дарения от 20 сентября 2016 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3 Признать недействительным договора дарения, заключенный 09 декабря 2016 года между ФИО3 и ФИО2 Признать недействительным договор купли – продажи от 21 января 2017 года, заключенный между ФИО2 и ФИО4 Истребовать жилой дом с хозяйственными постройками общей площадью 37,50 кв.м., и земельный участок, расположенные по адресу: ..., из чужого незаконного владения ФИО4 в общую собственность супругов Л-ных, обязать ФИО4 передать ФИО1 данные объекты недвижимости. Признать за ФИО1 право на 1/2 долю в праве общей собственности супругов на жилой дом с хозяйственными постройками общей площадью 37,50 кв.м., кадастровый №, и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: .... Указать в решении суда, что оно является основанием для аннулирования регистрационных записей в Едином государственном реестре о правах ФИО3, и ФИО4 на указанные выше жилой дом с хозяйственными постройками и земельный участок. Взыскать в солидарном порядке с ФИО2, ФИО4, ФИО3 в счет компенсации морального вреда 30000 рублей, расходы по оплате услуг представителя 12000 рублей, расходы на получение выписки из ЕГРП 250 рублей.

07 июля 2017 года протокольным определением Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 07 июля 2017 года к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО3

ФИО1 в судебное заседание не явилась, ее представители ФИО7, ФИО5 требования и доводы искового заявления поддержали.

ФИО2 в судебное заседание не явился, его представитель ФИО8 исковые требования не признала.

ФИО4 в судебное заседание не явилась, ее представитель ФИО6 исковые требования не признал, указал, что жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: ..., совместной собственностью супругов Л-ных не являются, поскольку указанный жилой дом был приобретен ФИО2 за счет денежных средств, вырученных им от продажи квартиры, принадлежащей ему на праве единоличной собственности в порядке приватизации. Земельный участок, на котором расположен жилой дом, был приобретен ФИО2 после того, как его семейные отношения с ФИО1 фактически прекратились; нотариальное согласие ФИО1 на отчуждение жилого дома и земельного участка не требовалось, договор купли-продажи от 21 января 2017 года прав и законных интересов ФИО1 не нарушает; на отсутствие оснований для истребования имущества из чужого незаконного владения, поскольку спорное имущество не выбыло из владения ФИО1 помимо ее воли. ФИО1 самостоятельно, добровольно, выехала из жилого дома, переехав проживать к своей сестре; на отсутствие оснований для взыскания компенсации морального вреда.

ФИО3 в судебное заседание не явился.

Представители третьих лиц ФГБУ «ФКП Росреестра», Управления Росреестра по СО в судебное заседание не явились.

Решением Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 08 августа 2017 года с учетом исправления описок определением Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 02 октября 2017 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Признана недействительной сделка по отчуждению жилого дома, площадью 37,5 кв.м., земельного участка (кадастровый №, площадью 1414,0 кв.м.), расположенных по адресу: ..., по договору дарения от 20 сентября 2016 года, заключенному между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый). Признана недействительной сделка по отчуждению указанного имущества по договору дарения от 09 декабря 2016 года, заключенному между ФИО3 (дарителем) и ФИО2 (одаряемый). Признана недействительной сделка по отчуждению спорных объектов по договору купли-продажи от 21 января 2017 года, заключенному между ФИО2 (продавцом) и ФИО4 (покупатель). Указано, что решение является основанием для исключения из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество записей о регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество: по договору дарения от 20 сентября 2016 года, заключенному между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемый); по договору дарения от 09 декабря 2016 года, заключенному между ФИО3 (даритель) и ФИО2 (одаряемый); по договору купли-продажи от 21 января 2017 года, заключенному между ФИО2 (продавец) и ФИО4 (покупатель). Указано, что решение является основанием для применения последствий недействительности сделок, при которых каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано. Взысканы с ФИО2, ФИО3, ФИО4 в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг представителя 12000 рублей: по 4000 рублей с каждого, расходы оплате услуг за выдачу выписки из единого государственного реестра прав 250 рублей: по 83 рубля 33 копейки с каждого. Взыскана с ФИО2, ФИО3, ФИО4 государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 15700 рублей: по 5233 рубля 33 копейки с каждого.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании права на 1/2 долю в праве общей собственности на спорное недвижимое имущество, истребовании имущества из чужого незаконного владения отменить, ссылаясь на то, что суд неправомерно пришел к выводу о том, что ФИО4 является добросовестным приобретателем жилого дома и земельного участка, поскольку на момент заключения договора купли-продажи от 21 января 2017 года ФИО4 было известно о том, что в жилом доме, расположенном по адресу: ..., зарегистрирована ФИО1, ФИО4 не представлено доказательств того, что она не знала и не должна была знать о том, что ФИО2 отчуждает имущество неправомерно в отсутствие согласия супруги, на момент заключения договора купли-продажи от 21 января 2017 года ФИО1 имела притязания на отчуждаемое имущество; суд неправомерно пришел к выводу о том, что спорное имущество выбыло из владения ФИО1 по ее воле; судом неправомерно отказано в удовлетворении исковых требований о признании права собственности на 1/2 долю в праве общей собственности на спорное имущество и истребовании его из чужого незаконного владения.

В апелляционной жалобе ФИО4 просит решение суда отменить, ссылаясь на то, что суд неправомерно пришел к выводу о том, что на совершение сделки, заключенной 21 января 2017 года, требовалось согласие супруги ФИО2, поскольку ФИО2 являлся единоличным собственником проданного жилого дома и земельного участка, которые были приобретены им на денежные средства, полученные от продажи квартиры, находившейся в его единоличной собственности на основании договора приватизации; ФИО1 не представлены доказательства наличия совместных денежных средств, необходимых для приобретения спорного жилого дома в совместную собственность супругов; на отсутствие оснований для применения положений пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации; на завышенный размер расходов на оплату услуг представителя.

В заседание суда апелляционной инстанции ФИО1, ФИО2, ФИО4 ФИО3, представители третьих лиц ФГБУ «ФКП Росреестра», Управления Росреестра по СО не явились. Как следует из материалов дела, судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб ФИО1, ФИО4 назначено на 22 ноября 2017 года определением от 12 октября 2017 года, извещения о дате и времени рассмотрения дела направлены сторонам почтой 12 октября 2017 года (л.д. 24-25 Т.2). С учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с тем, что не явившиеся лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и в срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционных жалоб в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В силу пункта 3 приведенной нормы права каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (пункт 3).

Согласно статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В соответствии с пунктами 1,2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Согласно пункту 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Установив, что по договору дарения от 20 сентября 2016 года ФИО2 распорядился совместно нажитым имуществом супругов – жилым домом и земельным участком, при этом нотариально удостоверенное согласие супруги ФИО1 на совершение указанной сделки получено не было, суд правомерно по требованию ФИО1 признал недействительным договор дарения от 20 сентября 2016 года, заключенный между дарителем ФИО2 и одаряемым ФИО3

Поскольку сделка от 20 сентября 2016 года является недействительной и в силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации не влечет юридических последствий, ФИО3 не стал собственником спорного имущества и соответственно с учетом требований статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации не вправе был распорядиться не принадлежащим ему имуществом и подарить жилой дом и земельный участок ФИО2, в связи с чем договор дарения от 09 декабря 2016 года, заключенный между дарителем ФИО3 и одаряемым ФИО2, также является недействительным.

Так как ранее совершенные договоры дарения являются недействительными и юридических последствий не повлекли, ФИО2, оставаясь собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: ..., вправе был распорядиться данным имуществом, однако, только получив нотариально удостоверенное согласие супруги ФИО1 Как видно из материалов дела, такое согласие ФИО1 на сделку купли-продажи от 21 января 2017 года получено не было, в связи с чем по требованию ФИО1 данная сделка в силу пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации также подлежит признанию недействительной.

С учетом вышеизложенного, судебная коллегия соглашается с выводами суда о недействительности заключенных ответчиками со спорным имуществом сделок от 20 сентября 2016 года, от 09 декабря 2016 года и от 21 января 2017 года.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что суд необоснованно отказал в истребовании имущества из чужого незаконного владения и доводы апелляционной жалобы ответчика о необоснованном применении положений пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, не могут быть приняты во внимание исходя из следующего.

В силу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал или не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Как видно из материалов дела, спорное имущество было приобретено ФИО4 у собственника данного имущества ФИО2, последний вправе был распорядиться земельным участком и жилым домом. Поскольку ФИО4 имущество было приобретено у лица, которое вправе было его отчуждать, в данном случае отсутствуют основания для применения к спорным правоотношениям положений статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что к спорным правоотношениям подлежат применению положения пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации о применении последствий недействительности сделки.

Вместе с тем, верно указав на необходимость применения последствий недействительности сделки купли-продажи от 21 января 2017 года, суд данные последствия фактически не применил, приведя положения статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и формально указав в резолютивной части решения суда на то, что решение является основанием для применения последствий недействительности сделок, при которых каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

Судебная коллегия полагает необходимым исключить из резолютивной части решения суда формальное указание на то, что решение является основанием для применения последствий недействительности сделок, при которой, каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке и дополнить резолютивную часть решения суда указанием на применение последствий недействительности сделки в виде прекращения права собственности ФИО4 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: ... и признания права собственности ФИО2 на указанные объекты недвижимости. Жилой дом и земельный участок подлежат возвращению ФИО2

Судебная коллегия лишена возможности разрешить вопрос о возврате денежных средств по сделке купли-продажи от 21 января 2017 года, поскольку в ходе рассмотрения дела стороны о применении таких последствий недействительности сделки не заявляли, вопрос о передаче (непередаче) денежных средств по сделке судом не исследовался, соответствующие доказательства сторонами не представлялись. Вместе с тем, судебные постановления по настоящему делу не препятствуют ФИО4 обратиться в суд с самостоятельным иском и требовать возврата денежных средств при предоставлении доказательств их передачи по сделке.

Доводы апелляционной жалобы ФИО4 о неправомерности вывода суда о том, что на совершение сделки от 21 января 2017 года требовалось согласие супруги ФИО2, поскольку ФИО2 являлся единоличным собственником проданного жилого дома и земельного участка, так как они были приобретены на денежные средства, полученные от продажи приватизированной им квартиры, не могут быть признаны состоятельными. В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства того, что спорные жилой дом и земельный участок были приобретены на денежные средства от продажи приватизированной ФИО2 квартиры. Договор купли-продажи квартиры в деле отсутствует, как и доказательства получения по такой сделке денежных средств ФИО2 и их внесения по договору купли-продажи от 22 февраля 2002 года. В предварительном судебном заседании 17 мая 2017 года представитель истца признавала факт продажи приватизированной квартиры и приобретения дома, однако, вопреки ссылкам в апелляционной жалобе ответчика, не указывала на покупку дома именно на денежные средства от продажи квартиры (л.д. 42 т.1). Что касается ссылок в жалобе на пояснения сторон в гражданском деле № 2-2729/16, то приведенные обстоятельства подтверждены только ответчиком ФИО2 (л. 50 дела № 2-2729/16); как видно из протокола судебного заседания от 08 августа 2017 года, объяснения иных лиц, данных в рамках указанного гражданского дела, при рассмотрении настоящего спора не оглашались, протоколы судебных заседаний не исследовались (л.д. 219 т. 1), в связи с чем ссылка на них не может быть принята во внимание. Таким образом, помимо пояснений ФИО2 факт приобретения спорных объектов на его личные денежные средства ничем не подтвержден.

Ссылка в апелляционной жалобе ФИО4 на то, что ФИО1 не представлены доказательства наличия совместных денежных средств, необходимых для приобретения спорного жилого дома в совместную собственность супругов, внимания не заслуживает, поскольку имущество, нажитое в период брака, является совместной собственностью супругов в силу закона, режим совместной собственности имущества, приобретенного в период брака супругов, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено, презюмируется, в связи с чем именно ответчики, оспаривающие факт возникновения общей собственности супругов, обязаны представить доказательства в подтверждение своих доводов, что ими сделано не было.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о неправомерности выводов суда о том, что ФИО4 является добросовестным приобретателем жилого дома и земельного участка, и о том, что имущество выбыло из владения ФИО1 по ее воле, как и сами выводы суда в данной части, не могут повлиять на существо решения, принимая во внимание, что в данном случае отсутствуют основания для истребования имущества из чужого незаконного владения, а применяются последствия недействительности сделки. Вместе с тем, судебная коллегия соглашается с доводами жалобы истца о том, что материалами дела факт выбытия имущества из владения ФИО1 по ее воле не подтверждается. Истец об отчуждении спорной недвижимости не знала, от прав на имущество не отказывалась, сам по себе факт непроживания в жилом доме не свидетельствует о волеизъявлении на выбытие имущества из владения истца.

Доводы апелляционной жалобы истца о необоснованном отказе в иске в части признания права истца на 1/2 долю в праве собственности на спорное недвижимое имущество не могут быть признаны состоятельными. Как видно из материалов дела, ФИО1 просила признать за ней право собственности на 1/2 долю в праве общей собственности супругов на жилой дом и земельный участок на основании статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (л.д. 210, 218 т. 1), о разделе совместно нажитого имущества в окончательном виде требования истцом не заявлялись. При таких обстоятельствах суд правомерно разрешил спор в пределах заявленных исковых требований, и поскольку истцом не приведены правовые основания для передачи в ее собственность 1/2 доли в праве собственности на спорное имущество, правомерно отказал в иске в данной части. Данное обстоятельство не препятствует ФИО1 заявлять требования по иным основаниям, в том числе о разделе спорного имущества.

Доводы жалобы ФИО4 о завышенном размере расходов на оплату услуг представителя, не могут быть признаны состоятельными.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 13 постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. В части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Суд первой инстанции, определяя размер расходов на оплату услуг представителя, учел объем проделанной работы, время рассмотрения дела в суде, количество судебных заседаний, сложность дела, руководствуясь принципом разумности и соразмерности, соблюдая баланс прав лиц, участвующих в деле, обоснованно взыскал с ответчиков в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в сумме 12000 рублей: по 4000 рублей с каждого.

Ссылка в жалобе ответчика на то, что требования ФИО1 удовлетворены не в полном объеме, не может быть принята во внимание, поскольку все основные требования ФИО1 о признании трех сделок недействительными и возвращении имущества в общую собственность супругов судом удовлетворены, при этом непосредственно иск к ФИО4 удовлетворен в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 08 августа 2017 года изменить, дополнив резолютивную часть решения суда указанием на прекращение права собственности ФИО4 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: ... и признание права собственности ФИО2 на указанные объекты недвижимости.

Исключить из резолютивной части решения указание на то, что решение является основанием для применения последствий недействительности сделок, при которой, каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Председательствующий: С.Н. Киселева

Судьи: А.И. Орлова

Е.М. Мехонцева