Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании 11 декабря 2018 года гражданское дело №... по апелляционной жалобе Министерства внутренних дел Российской Федерации (далее по тексту – МВД России) на решение Петроградского районного суда города Санкт-Петербурга от <дата> по делу по иску ФИО4 к Министерству финансов Российской Федерации, МВД России о взыскании убытков по делу об административном правонарушении.

Заслушав доклад судьи Подгорной Е.П., объяснения истца ФИО4, представителя ответчика МВД России – ФИО5, действующего на основании доверенности от <дата>, сроком действия доверенности по <дата>, изучив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО4 обратился в Петроградский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к Министерству финансов Российской Федерации, МВД России, просил суд взыскать с ответчика понесенные им убытки в связи с незаконным привлечением к административной ответственности в виде расходов по оплате услуг защитника по делу об административном правонарушении в сумме 30000 рублей, по оплате нотариальных услуг в сумме 1300 рублей, компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей, а также возместить судебные издержки по настоящему гражданскому делу в виде расходов по оплате услуг представителя в сумме 25000 рублей, по оплате нотариальных услуг в сумме 1200 рублей и по оплате государственной пошлины в сумме 1439 рублей.

В обоснование требований истец указал, что решением судьи Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по делу №... было отменено постановление инспектора ДПС от 31 июля 2015 года, которым он был привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.19 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее по тексту – КоАП РФ), и прекращено производство по делу в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

В связи с незаконным привлечением к административной ответственности, на основании положений статей 15, 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ), истец просил взыскать с ответчика понесенные им убытки в вышеуказанном размере и компенсировать причиненный моральный вред.

Решением Петроградского районного суда города Санкт-Петербурга от <дата> постановлено:

«Иск ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО4 убытки в виде расходов по оплате услуг защитника по делу об административном правонарушении в сумме 30 000 (Тридцать тысяч) рублей, а также расходов по оформлению нотариальной доверенности е сумме 1 300 (Одна тысяча триста) рублей.

В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов по настоящему гражданскому делу, а также в иске к Министерству финансов Российской Федерации отказать».

Ответчиком МВД России подана апелляционная жалоба, в которой он просит решение суда отменить, отказать в удовлетворении иска в полном объеме, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице УФК по Санкт-Петербургу, представитель третьего лица УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга, третье лицо инспектор ДПС ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга ФИО6 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, надлежащим образом извещены о слушании дела посредством телефонограммы и факсограмм, сведений об уважительности причин отсутствия, ходатайств об отложении судебного заседания не представили, в связи с чем судебная коллегия считает возможным на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав пояснения истца и представителя ответчика МВД России, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда находит основания для отмены решения суда.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 31 июля 2015 года в отношении водителя автомашины «Фиат Браво», государственный регистрационный №..., ФИО4 инспектором ДПС ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району г. Санкт-Петербурга ФИО6 вынесено постановление о признании его виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ (нарушение правил остановки (стоянки) транспортного средства в местах, отведенных для остановки (стоянки) транспортных средств инвалидов, обозначенных дорожным знаком 8.17).

Решением судьи Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по делу №..., вынесенным по жалобе истца, названное постановление было отменено, производство по делу прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Согласно материалам дела, для защиты своих интересов в ходе обжалования постановления по делу об административном правонарушении 04 августа 2015 года между истцом и ООО «Региональный центр юридических услуг» был заключен договор об оказании юридических услуг, в соответствии с которым ФИО4 уплатил исполнителю за оказанную услугу 30000 рублей, что подтверждается соответствующей квитанцией (л.д. №...). Согласно указанному договору истец выдал доверенность Ольману (л.д. №...), который выступил в качестве защитника истца при рассмотрении его жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, о чем указано в решении судьи Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от <дата>.

Разрешая заявленные требования по существу и удовлетворяя их в части, суд первой инстанции исходил из того, что, несмотря на то, что производство об административном правонарушении было прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности, из мотивировочной части решения судьи от <дата> усматривается, что в материалах дела об административном правонарушении отсутствуют какие-либо сведения об обстоятельствах правонарушения, в связи с чем заявленные требования о взыскании расходов по оплате услуг защитников являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

С данным выводом судебная коллегия не соглашается, поскольку он не соответствует обстоятельствам дела и сделан при не правильном применении норм материального права.

В соответствии со ст. 45 Конституции Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется (часть 1). Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (часть 2).

Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53 Конституции Российской Федерации).

Реализация указанных конституционных правомочий осуществляется отраслевым законодательством Российской Федерации и, в частности, гражданским законодательством.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Абзацем 1 пункта 1 статьи 1064 ГК РФ, предусматривающей общие основания ответственности за причинение вреда, установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Исходя из содержания указанных статей в их взаимосвязи следует, что ответственность субъектов, перечисленных в ст. 1069 ГК РФ, наступает на общих основаниях, но при наличии указанных в ней специальных условий, выражающихся в причинении вреда противоправными действиями при осуществлении властно-административных полномочий.

В силу п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с названным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо. В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, нематериальные блага, принадлежавшие умершему, могут защищаться другими лицами (пункт 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

На основании п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Частью 3 статьи 33 Федерального закона Российской Федерации от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» закреплено, что вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В силу положений ч.ч. 1, 4 ст. 1.5 КоАП РФ, лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 16 июня 2009 года № 9-П, отказ от административного преследования в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности не может препятствовать реализации права на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями должностных лиц, совершенными при производстве по делу об административном правонарушении. Прекращение дела не является преградой для установления в других процедурах ни виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности, ни незаконности имевшего место в отношении лица административного преследования в случае причинения ему вреда: споры о возмещении административным преследованием имущественного ущерба и о компенсации морального вреда или, напротив, о взыскании имущественного и морального вреда в пользу потерпевшего от административного правонарушения разрешаются судом в порядке гражданского судопроизводства.

Лицо, привлекавшееся к административной ответственности, участвует в таком споре не как субъект публичного, а как субъект частного права и может доказывать в процедуре гражданского судопроизводства и свою невиновность, и причиненный ему ущерб. Таким образом, предъявление лицом соответствующих требований не в порядке административного судопроизводства, а в другой судебной процедуре может привести к признанию незаконными действий осуществлявших административное преследование органов, включая применение ими мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, и к вынесению решения о возмещении причиненного вреда.

Указанные правовые нормы в их системной взаимосвязи с разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года N 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 2009 года N 9-П, прямо предусматривают возможность удовлетворения требований лица, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено, о возмещении имущественного вреда.

При этом причиненный вред возмещается в виде компенсации убытков (денежной оценки вреда), состоящих как из реального ущерба, так и упущенной выгоды (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Материалами дела подтверждено, что административное дело в отношении ФИО4 по ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ было прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

В силу требований п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ истечение срока давности привлечения к административной ответственности является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Поскольку производство по административному делу в отношении ФИО4 прекращено ввиду истечения сроков давности привлечения к административной ответственности, разрешая вопрос о возмещении вреда, суду следовало исходить из того, являлся ли истец виновным в совершении названного выше административного правонарушения, так как удовлетворение иска или отказ в таковом напрямую зависит от установления факта его виновности или невиновности.

Частью 2 статьи 12.19 КоАП РФ предусмотрено, что нарушение правил остановки или стоянки транспортных средств в местах, отведенных для остановки или стоянки транспортных средств инвалидов, – влечет наложение административного штрафа на водителя в размере пяти тысяч рублей.

В постановлении по делу об административном правонарушении №... от 31 июля 2015 года указано, что ФИО4, управляя транспортным средством марки «Фиат BRAVO», государственный регистрационный №..., нарушил правила остановки и стоянки транспортного средства в местах, отведенных для остановки и стоянки транспортных средств инвалидов и обозначенных дорожными знаками 8.17, (1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее по тексту – ПДД РФ)).

В протоколе об административном правонарушении №... от 31 июля 2015 года истец несогласия с составленным протоколом не выразил, отметил, что инспектор при его составлении обращался с ним в грубой форме, занимался рукоприкладством, иных возражений по факту совершенного им правонарушения не выразил. При рассмотрении настоящего дела никаких доказательств, опровергающих письменные доказательства (протокол №... от 31 июля 2015 года, постановление по делу об административном правонарушении №... от 31 июля 2015 года), в материалы дела не представил.

Таким образом, факт отсутствия вины ФИО4 в совершенном деянии на основании ни материалов настоящего дела, ни материалов об административном правонарушении не установлен, следовательно, не установлен и факт противоправности действий инспектора ОГИБДД УМВД России по Выборгского району Санкт-Петербурга.

При этом судебная коллегия полагает необходимым отметить, что решением судьи Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по делу №..., которым постановление инспектора ОГИБДД УМВД России по Выборгскому району Санкт-Петербурга от 31 июля 2015 года было отменено, были установлены процессуальные нарушения в привлечении истца к административной ответственности (отсутствие схемы места совершения с графическим отображением обстоятельств правонарушения, места совершения, дорожных знаков, разметки, применяемых средств измерений, неправильное оформление протокола об административном правонарушении и т.д.), тогда как вопрос о нарушении 31 июля 2015 года ФИО4 Правил дорожного движения Российской Федерации по существу не разрешался. Сам по себе факт прекращения производства по делу об административном правонарушении не может свидетельствовать о незаконности действий инспектора ОГИБДД УМВД России по Выборгского району Санкт-Петербурга, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовали основания для взыскания сумм убытков в порядке ст. 1069 ГК РФ.

Ссылки истца в судебном заседании суда апелляционной инстанции на то, что поскольку дело об административном правонарушении в отношении ФИО4 было прекращено, то государство не ставит более под сомнение его статус в качестве невиновного, а потому истец вправе требовать возмещения причиненных ему убытков в связи с незаконным административным преследованием, являются несостоятельными в виду следующего.

Из материалов настоящего дела следует, что производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 6 ст. 12.19 КоАП РФ, в отношении ФИО4 прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

В то же время, прекращение производства по делу об административном правонарушении по указанному основанию при отсутствии достоверных доказательств противоправности действий должностных лиц, их вины, факта причинения истцу вреда действиями должностных лиц, причинной связи между действиями должностных и причиненным лицу вредом, не влечет обязанности Российской Федерации возместить истцу причиненный вред.

Из протокола об административном правонарушении №... от 31 июля 2015 года следует, что истцом было допущено нарушение требований п. 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, тем самым он совершил административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ.

Между тем, истцом ни в суд первой инстанции, ни при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств, опровергающих сведения, содержащиеся в указанном протоколе от 31 июля 2015 года.

Согласно абз. 4 п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» следует, что на основании ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по аналогии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это Постановление (решение).

Как видно из содержания решения судьи Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> по делу №..., вопрос о виновности ФИО4 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ, или отсутствии таковой указанным должностным лицом не исследовался и не разрешался, постановление №... от 31 июля 2015 года было отменено, а производство по делу – прекращено только из соображений истечения срока давности привлечения ФИО4 к административной ответственности.

Для решения вопроса о возмещении вреда истцу следовало доказать, что действиями инспектора, принявшего в отношении истца решение о привлечении к административной ответственности, был причинен вред, подлежащий возмещению в порядке п. 2 ст. 1070 ГК РФ. Однако таких доказательств истцом не представлено.

При этом в настоящем судебном разбирательстве в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ истец не представил суду доказательств отсутствия события и/или состава административного правонарушения, совершенного 31 июля 2015 года, ответственность за которое наступает по ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ. Не были представлены такие доказательства и суду апелляционной инстанции.

Напротив, согласно пояснениям истца, данным в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции и являющимся в силу ст. 68 ГПК РФ самостоятельным видом доказательства, подъезжая на парковку и ставя свой автомобиль на парковочное место, ФИО4 не видел установленного дорожного знака о предназначении парковочного места для стоянки (остановки) транспортных средств инвалидов, а также не заметил специальной дорожной разметки, нанесенной на асфальтовое покрытие, однако, выйдя из автомобиля, увидел стационарный знак дорожного движения (8.17.) о предназначении парковочного места для стоянки и остановки транспортных средств инвалидов.

При таких данных, судебная коллегия считает, что истец, действуя по своей воле и в своем интересе, имел возможность припарковать свой автомобиль в ином положенном месте, однако данную обязанность не исполнил, чем нарушил требования ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ.

Учитывая, что истец не представил суду доказательств отсутствия события административного правонарушения, совершенного 31 июля 2015 года, ответственность за которое наступает по ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ, а также факт отсутствия вины ФИО4 в нарушении требований ПДД РФ материалами дела установлен не был, и, напротив, подтвержден устными пояснениями истца, следовательно, не установлен факт противоправности действий инспектора ГИБДД, поэтому оснований для удовлетворения требований истца у суда первой инстанции не имелось.

Таким образом, поскольку прекращение производства по делу на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, не означает установление факта незаконности действий административного органа и, при отсутствии доказательств того, что ФИО4 действительно не совершал административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.19 КоАП РФ, а в результате составления протокола об административном правонарушении ему были причинены какие-либо нравственные и физические страдания, судебная коллегия приходит к выводу о том, что в настоящем случает отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований истца в полном объеме.

При таких обстоятельствах постановленное судом решение о частичном удовлетворении заявленных исковых требований о взыскании убытков, нельзя признать законным, в связи с чем оно подлежит отмене с отказом в удовлетворении иска ФИО4 в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328 – 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Петроградского районного суда города Санкт-Петербурга от <дата> отменить, принять по делу новое решение.

В удовлетворении заявленных исковых требований ФИО4 – отказать.

Председательствующий:

Судьи: