Гражданский кодекс часть 1

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего судьи Колесниковой О.Г., судей Мурашовой Ж.А., Зоновой А.Е.

при ведении протокола помощником судьи Ещенко Е.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1 к государственному казенному пожарно-техническому учреждению Свердловской области «Отряд технического обеспечения противопожарной службы Свердловской области» о взыскании заработной платы, выходного пособия, компенсации за неиспользованный отпуск,

поступившее по апелляционной жалобе истца на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 26.11.2020 (дело № 2-4450/2020).

Заслушав доклад судьи Зоновой А.Е., объяснения истца ФИО1, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному казенному пожарно-техническому учреждению Свердловской области «Отряд технического обеспечения противопожарной службы Свердловской области» (далее - ГПТУ «ОТОПС Свердловской области», работодатель), в обоснование требований указала, что работала у ответчика по трудовому договору № 16 от 04.07.2019 г., по условиям которого ей установлен режим неполного рабочего времени и оклад в размере 6550,00 руб., который впоследствии повышен до 6842,00 руб. Проработав 4 месяца и обратив внимание на существенную разницу в выплачиваемых суммах, из предоставленных по ее просьбе расчетных листков она обнаружила, что ее заработная плата начисляется, исходя из оклада 3280,00 руб., а вторая часть оклада поименована премией. Кроме того, после повышения оклада фактический размер ее заработной платы снизился. Прояснить ситуацию путем переговоров с работодателем не удалось, что послужило основанием для обращения за разрешением спора в суд. В расчете, приложенном к иску, истец указала, что за период с июля 2019 г. по февраль 2020 г. из расчета оклада, установленного трудовым договором, работодатель был обязан начислить заработную плату на общую сумму 105076,62 руб., с учетом НДФЛ – 91415,62 руб. Таким образом, ее среднедневной заработок должен был составить 669,20 руб., в результате чего ранее выплаченная ей заработная плата, выходное пособие при увольнении по п.2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации и компенсация за неиспользованный отпуск подлежат перерасчету. Полагая нарушенными права на получение оплаты труда в полном объеме при неверном исчислении суммы оклада, просила взыскать с ответчика заработную плату в размере 30943,79 руб., выходное пособие 4476,93 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск 2010,75 руб., итого: 37431,47 руб.

Решением Ленинского районного суда г.Екатеринбурга от 26.11.2020 в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано в полном объеме.

В апелляционной жалобе истец просит оспариваемое решение отменить, полагая исковые требования подлежащими удовлетворению, настаивая на неверном применении судом материального права и установлении фактических обстоятельств по делу в части оценки действий ответчика по начислению и выплате заработной платы.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1 на доводах апелляционной жалобы настаивала в полном объеме.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился. Сведений об уважительных причинах неявки не представлено, равно как и ходатайств об отложении судебного заседания. В материалах дела имеются сведения об извещении сторон о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции посредством размещения соответствующей информации на официальном сайте Свердловского областного суда в сети «Интернет». С учетом изложенного, положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мнения истца, судебная коллегия не нашла оснований для отложения судебного разбирательства и сочла возможным рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав истца, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, с учетом ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что ФИО1 в период с 04.07.2019 г. по 19.02.2020 г. состояла в трудовых отношениях с ГПТУ «ОТОПС Свердловской области» с выполнением трудовой функции уборщика служебных помещений (приказ о приеме на работу № 133-к от 04.07.2019 – т. 1, л.д. 61, приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № 38-к от 19.02.2020 г. по сокращению штата работников организации пункту 2 части первой статьи 81 ТК РФ (т. 1 л.д. 62).

По условиям трудового договора № 16 от 04.07.2019 г. в редакции дополнительного соглашения от 31.07.2019 г. и от 18.10.2019 (т. 1, л.д. 64-70), заключенного между ФИО1 (работник) и ГПТУ «ОТОПС Свердловской области» (работодатель), оплата труда работника осуществляется на основании утвержденного штатного расписания (п. 5.1), размер должностного оклада составляет 6560,00 руб., с 01.10.2019 г. - 6842,00 руб. (п. 5.2), предусмотрены выплаты компенсационного характера – 15 % за работу в местностях с особыми климатическими условиями, стимулирующего характера – до 16,5 % должностного оклада за интенсивность и высокие результаты, до 5,00 % - премиальная выплата по итогам работы, выплата иных премий. Условиями договора определено, что размер основной части оплаты труда определяется пропорционально отработанному работником времени в течение расчетного периода.

В соответствии с разделом 5 трудового договора работнику установлено неполное рабочее время, продолжительность ежедневной работы 4 часа, время начала работы в 08:00, окончания в 12:00. Зависимости размера оплаты труда истца от объемов выполняемой ею работы условиями заключенного трудового договора не предусмотрено.

Разрешая заявленные требования, руководствуясь положениями ст.ст.21, 129, 133, 135 Трудового кодекса Российской Федерации, позицией Конституционного Суда Российской Федерации, Коллективным договором ГПТУ «ОТОПС Свердловской области», суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения иска о взыскании задолженности по оплате труда, поскольку начисление и выплата заработной платы истцу осуществлялась в соответствии трудовым договором и трудовым законодательством с учетом установления истцу неполного рабочего времени, соответствующего норме работы на 0,5 ставки, в связи с чем истцу производилась оплата труда из расчета оклада согласно фактически отработанному времени. Доводы истца о необоснованном разделении ответчиком оклада на две части и выплаты второй части только в размере премий не нашли своего подтверждения.

Судебная коллегия полагает, что разрешая спор, суд правильно определил характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, исследовал обстоятельства, имеющие значение для дела, собранным по делу доказательствам дал оценку в их совокупности в соответствии со ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 2 Трудового кодекса Российской Федерации одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений является обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда(абзац пятый), включая, как это предусмотрено статьей 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, справедливую зарплату и равное вознаграждение за труд равной ценности.

Заработная плата конкретного работника согласно Трудовому кодексу Российской Федерации устанавливается в трудовом договоре в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда(часть первая статьи 135), которые разрабатываются на основе требований трудового законодательства(часть вторая статьи 135) и должны гарантировать каждому работнику определение его заработной платы с учетом закрепленных в законодательстве критериев.

Согласно ст.129 Трудового кодекса Российской Федерации оклад (должностной оклад) - фиксированный размер оплаты труда работника за исполнение трудовых (должностных) обязанностей определенной сложности за календарный месяц без учета компенсационных, стимулирующих и социальных выплат.

В соответствии с позицией Постановления Конституционного Суда РФ от 11.04.2019 N 17-П Трудовой кодекс Российской Федерации в соответствии с требованиями статей 7 (часть 2) и 37 (часть 3) Конституции Российской Федерации предусматривает, что величина минимального размера оплаты труда является одной из основных государственных гарантий по оплате труда работников (статья 130). При этом минимальный размер оплаты труда устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения (часть первая статьи 133), а месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда (часть третья статьи 133).

При этом трудовым законодательством допускается установление окладов (тарифных ставок) как составных частей заработной платы работников в размере меньше минимального размера оплаты труда при условии, что размер их месячной заработной платы, включающий в себя все элементы, будет не меньше установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а минимальный размер оплаты труда в субъекте Российской Федерации не может быть ниже минимального размера оплаты труда, установленного федеральным законом (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.12.2017 № 38-П).

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что в Постановлении Конституционного Суда РФ от 07.12.2017 N 38-П указано, что согласно части первой статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

До 1 сентября 2007 года указанная статья Трудового кодекса Российской Федерации действовала в редакции Федерального закона от 30 июня 2006 года N 90-ФЗ и содержала часть вторую, которая определяла минимальный размер оплаты труда (минимальную заработную плату) как устанавливаемый федеральным законом размер месячной заработной платы за труд неквалифицированного работника, полностью отработавшего норму рабочего времени при выполнении простых работ в нормальных условиях труда, и предусматривала, что в величину минимального размера оплаты труда не включаются компенсационные, стимулирующие и социальные выплаты. Как следствие, размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), а также базовых окладов (базовых должностных окладов), базовых ставок заработной платы по профессиональным квалификационным группам работников не могли быть ниже минимального размера оплаты труда (часть четвертая статьи 133 Трудового кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 30 июня 2006 года N 90-ФЗ).

Данное правовое регулирование было изменено Федеральным законом от 20 апреля 2007 года N 54-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О минимальном размере оплаты труда" и другие законодательные акты Российской Федерации", который наряду с повышением минимального размера оплаты труда исключил из статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации определение понятия "минимальная заработная плата" и признал утратившей силу часть четвертую статьи 133 того же Кодекса.

Из анализа указанных правовых норм следует, что нормы трудового законодательства допускают установление окладов (тарифных ставок) как составных частей заработной платы работников в размере менее минимального размера оплаты труда при условии, что их заработная плата будет не менее установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. Таким образом, судом первой инстанции правомерно сделан вывод о том, что оклад по должности является только одной и составных частей заработной платы, общий размер которой (без компенсационных выплат) должен соответствовать минимальному размеру оплаты труда в месяц при условии выполнения работником месячной нормы рабочего времени.

Из материалов дела следует, что оплата труда ФИО1 не была установлена в зависимости от объема выполненной работы (площади убранных помещений), следовательно, для расчета оплаты труда ответчиком правомерно принималась во внимание выработка истцом нормы рабочего времени в соответствии с условиями трудового договора.

В соответствии со ст.91 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени. Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

В соответствии с Коллективным договором ГПТУ «ОТОПС Свердловской области» на 2018-2021 г.г. (утвержден на общем собрании работников 10.08.2018 г.) нормальная продолжительность рабочего времени работников учреждения не может превышать 40 часов в неделю при пятидневной рабочей неделе (п. 3.1), то есть составляет 8 часов в день.

По соглашению сторон трудового договора работнику как при приеме на работу, так и впоследствии может устанавливаться неполное рабочее время (неполный рабочий день (смена) и (или) неполная рабочая неделя, в том числе с разделением рабочего дня на части). При работе на условиях неполного рабочего времени оплата труда работника производится пропорционально отработанному им времени или в зависимости от выполненного им объема работ (п. 3.3).

Согласно п.6.1.1 Коллективного договора оплата труда работников учреждения состоит из должностных окладов, выплат компенсационного характера, выплат стимулирующего характера.

При этом судебная коллегия полагает необоснованным доводы жалобы относительно недостоверности представленного ответчиком коллективного договора в материалы дела, поскольку установленные положения о норме рабочего времени и расчета оплаты труда не противоречат требованиям трудового законодательства, оснований полагать недостоверным копию коллективного договора в виду непринадлежности подписи руководителя в нем не имеется, объективных доказательств тому не имеется.

Размеры должностных окладов работников, осуществляющих профессиональную деятельность по профессиям рабочих государственных учреждений Свердловской области, осуществляющих деятельность по обеспечению безопасности в чрезвычайных ситуациях и пожарной безопасности, к которым отнесена и истец, определены Постановлением Правительства Свердловской области от 05.04.2017 N 230-ПП.

Минимальные размеры должностных окладов, перечень, условия и порядок осуществления выплат компенсационного и стимулирующего характера установлены Положением об оплате труда работников ГПТУ «ОТОПС Свердловской области» (приложение № 6 к Коллективному договору) на основании постановления Правительства Свердловской области от 05.04.2017 № 230-ПП и от 01.10.2020 № 705-ПП «Об индексации заработной платы работников и внесении изменения в примерное положение об оплате труда работников государственных учреждений Свердловской области, осуществляющих деятельность по обеспечению безопасности в чрезвычайных ситуациях и пожарной безопасности, утвержденное Постановлением Правительства Свердловской области от 05.04.2017 № 230-ПП».

Указанный в трудовом договоре истца оклад в размере 6560 рублей, измененный затем на 6842 рубля, полностью соответствует минимальным размерам оплаты труда по профессиям рабочих в названных учреждениях, определенных нормативным актом Правительства Свердловской области и трудовому законодательству не противоречит. При этом установление фиксированных окладов является только одной из составных частей системы оплаты труда работников ГПТУ «ОТОПС Свердловской области», которая также включает в себя стимулирующие и компенсационные выплаты. В частности, истцу установлена ежемесячная премия 5 % и доплата за интенсивность 16,5 %, также предусмотрена выплата премий в составе заработной платы как еще одной стимулирующей части.

Согласно утвержденному штатному расписанию ГПТУ «ОТОПС Свердловской области» (т. 1, л.д. 118-121) от 01.10.2018 г. оклад 1 штатной единицы уборщика служебных помещений составлял 6560,00 руб., от 01.10.2019 г. - 6842,00 руб., установление оклада в размере одной штатной единицы уборщика свидетельствовало о включении размера данного оклада в расчёт заработной платы в полном объеме только при условии выполнения истцом нормы рабочего времени, исходя из установленной ено нормальной продолжительности (40 часов в неделю).

Вместе с тем трудовым договором с истцом установлено условие о неполном рабочем времени, выполнение работы в течение 4 часов в день при пятидневной рабочей неделе, достижение данного условия при заключении договора и его фактическое выполнение не оспаривалось истцом в ходе рассмотрения дела, равно как и выработка нормы рабочего времени на протяжении трудовых отношений именно в указанном размере (4 часа в день), что согласуется с представленными табелями учета рабочего времени.

Доводы жалобы истца о выполнении объемов работ по уборке помещений, равного полному рабочему дню, судебной коллегией отклоняются, поскольку условиями трудового договора оплата труда истца не зависела от площади убранных помещений, нормативы работ истцу не устанавливались и не определялись, оплата труда осуществлялась работодателем от фактически отработанного времени истцом из расчета не 8, а 4 часа в день, что не противоречит условиям трудового договора.

Принимая во внимание изложенное, вопреки ошибочным утверждениям апеллянта, осуществлялся расчет оплаты труда истца согласно отработанному времени (половина от нормы 40 часов), что свидетельствовало о правомерном расчете окладной части заработной платы истца пропорционально фактически отработанному времени, что подтверждается расчетными листками по начислению заработной платы. Ответчиком не снижался оклад истца, установленный трудовым договором, а производился расчет оплаты с учетом отработанного времени и условий трудового договора о неполном рабочем времени, установленный же размер оклада в трудовом договоре соответствует размеру оплаты труда уборщика служебных помещений при условии работы при 8-часовом рабочем дне.

Не противоречит условиям трудового договора и трудовому законодательству начисление ответчиком истцу премий в размере 50 % оклада и более (в частности, приказ от 30.07.2019 № 155-к, от 30.08.2019 № 188-к, приказ от 27.09.2019 № 212/1-к, приказ от 18.10.2019 № 226-к, приказ от 14.11.2019 № 241-к, приказ от 29.11.2019 № 247-к, приказ от 26.12.2019 № 264-к), поскольку данные действия работодателя не являются, вопреки доводам истца, разделением обязательного к выплате оклада, а отражают реализацию права работодателя на выплату работнику стимулирующих частей заработной платы с учетом положений локальных нормативных актов, а именно Коллективного договора, Положений об использовании средств экономии фонда оплаты труда работников; данные выплаты также включены в систему оплаты труда у данного работодателя.

Ошибочными являются также доводы истца относительно применения при расчете минимального размера оплаты труда без учета количества отработанного времени за месяц, данная позиция истца не согласуется с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 07.12.2017 № 38-П, поскольку выплата заработной платы в размере, равном минимальному размеру оплаты труда, в полном объеме также не может быть осуществлена без учета фактически отработанного времени.

Судебная коллегия отмечет, что заявленные исковые требования ФИО1 были основаны исключительно на несогласии с расчетом оплаты труда ответчиком именно в связи с невыплатой определенного в трудовом договоре оклада в полном объеме и его уменьшения до половины, в ряде месяцев замены оставшейся части премией. По тому же принципу истцом заявлялись доводы относительно выплаты минимального размера оплаты труда без учета фактически отработанного времени за конкретный месяц, что обоснованно признано судом не соответствующим трудовому законодательству. В исковом заявлении истцом расчет приводился именно в связи с недоплатой установленного размера оклада без учета минимального размера оплаты труда, без учета премиальных выплат в процентном соотношении, поскольку истец полагала, что определенный в трудовом договоре оклад подлежит выплате полностью независимо от установления неполного рабочего времени. Расчет требуемых сумм истцом произведен также и в части доплаты выходного пособия и компенсации за неиспользованный отпуск, исходя из необходимости начисления оплаты труда по окладу в полном объеме.

С учетом ч.3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом подлежали рассмотрению и оценке доводы истца об оценке правомерности начисления и выплаты ответчиком только оклада, что без учета фактически отработанного времени истцом времени при неполной рабочей неделе обоснованно признано судом соответствующим закону. Требований о взыскании задолженности по оплате труда по иным основаниям истцом в рамках настоящего спора не заявлялось и судом соответствующие требования к производству не принимались.

Ссылка истца в апелляционной жалобе на указание судом о выплате доплаты до минимального размера оплаты труда за август 2019 (судом указано на данную выплату в связи с представленным ответчиком приказом об осуществлении выплаты), не имеет правового значения с учетом предмета и оснований заявленных истцом требований.

Судом установлено, что размер заработной платы, выплачиваемой истцу без начисления компенсационных выплат (районного коэффициента на заработную плату) при 4-часовом рабочем дне, превышал в спорный период соответствующий минимальный размер оплаты труда пропорционально отработанному истцом рабочему времени. Аналогичные выводы о правомерности произведенных ответчиком начислений сделаны государственным инспектором по труду по результатам проверки обращения истца и отражены в акте проверки от 26.02.2020, представленном в материалы дела. Жалоба истца не содержит доводов о несогласии непосредственно с приведенным расчетом, поскольку истец в жалобе настаивает на своих доводах именно о неправомерном разделении оклада при начислении заработной платы, взыскании невыплаченной части оклада, отсутствии изменения трудового договора.

Учитывая изложенное, решение суда следует признать законным и обоснованным, оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется, поскольку разрешая заявленные требования, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал надлежащую правовую оценку представленным в материалы дела доказательствам и постановил решение в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора и нуждались в проверке, апелляционная жалоба не содержит.

Из материалов дела следует, что нарушений, предусмотренных ч.4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст.ст.328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 26.11.2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий: О.Г. Колесникова

Судьи: Ж.А. Мурашова

А.Е. Зонова