Гражданский кодекс часть 1

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО1 о взыскании долга мотивировав требование тем, что 18.09.2012г. между ФИО2 и ФИО1 был заключен предварительный договор купли-продажи комнаты в коммунальной квартире.

22.08.2015 г. между сторонами было подписано дополнительное соглашение № о расторжении предварительного договора купли-продажи комнаты в коммунальной квартире, согласно которому, ФИО1 в связи с неисполнением обязанностей по предварительному договору обязуется возвратить ФИО2 полученную ранее предоплату в размере 540 000 рублей, а также неустойку в размере 460 000 рублей.

22.08.2015 г. между истцом и ответчиком было подписано соглашение о новации обязательства, возникшего из предварительного договора купли-продажи комнаты в коммунальной квартире от 18.09.2012 г. и дополнительного соглашения к нему от 22.08.2015 г., заемным обязательством путем заключения между должником и кредитором договора займа и прекращении обязательств по ранее заключенным договорам.

22.08.2015 г. между истцом и ответчиком был заключен договор беспроцентного займа, согласно условиям которого, ФИО2 обязуется передать ФИО1 денежные средства в размере 1 000 000 рублей. Денежные средства были получены ответчиком, что подтверждается распиской.

15.06.2018 года истцом направлено требование ответчику о возврате суммы долга, однако уведомление ответчиком не получено по причине не получения им почтовой корреспонденции.

На основании изложенного, истец ФИО2 просила взыскать с ответчика ФИО1 денежные средства по договору займа в размере 1 000 000 рублей, расходы на оплату госпошлины в размере 13 200 рублей, расходы на составление претензии и консультацию в размере 1 000 рублей, расходы на составление искового заявления в размере 5 000 рублей.

Протокольным определением от 26.09.2018 года судом принято встречное исковое заявление ФИО1 к ФИО2, уточненное заявлением от 15.11.2018 г., о признании недействительным дополнительного соглашения № к предварительному договору купли-продажи комнаты в коммунальной квартире от 18.09.2012 г., соглашения о новации от 22.08.2015 г., договора беспроцентного займа от 22.08.2015 г., расписки от 22.08.2015 г.; признании недействительным п. 3.1. Договора беспроцентного займа от 22.08.2015 г.; взыскании расходов по оплате госпошлины в размере 300 рублей.

Свои требования ФИО1 мотивировала тем, что 18.09.2012 г. она получила от ФИО2 540 000 рублей по предварительному договору купли-продажи комнаты в коммунальной квартире от 18.09.2012 г. Истец по встречному иску полагает, что ответчик не намеревалась приобретать комнату по данному договору, поскольку 22.08.2015 г. ФИО2 предложила ФИО1 заключить дополнительное соглашение № к предварительному договору купли-продажи комнаты в коммунальной квартире от 18.09.2012 г., соглашение о новации от 22.08.2015 г., договор беспроцентного займа от 22.08.2015 г., которые ФИО1 были подписаны, а денежные средства ответчик истцу не передавал и не собирался передавать. Полагает, что п. 3.1. договора займа, устанавливающий начисление пени в размере 0,6% от неуплаченной в срок суммы займа за каждый день просрочки является недействительным по причине отсутствия в договоре даты возврата займа, данный договор заключен на крайне невыгодных для истца условиях и был подписан ею по настоянию ответчика.

18.12.2018 г. в суд первой инстанции истец не явилась, направила ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие, воспользовалась своим правом на ведение дела через представителя.

Представитель истца ФИО2 на основании доверенности ФИО3 исковые требования поддержала в полном объеме, дала пояснения по существу иска.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, направила ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие, воспользовалась правом на ведение дела через представителя.

Представитель ответчика ФИО1 на основании доверенности ФИО4 исковые требования не признала в полном объеме, встречные исковые требования поддержала.

Решением Нижегородского районного суда г. Нижнего Новгорода от 18 декабря 2018 года постановлено: исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 денежные средства в размере 1 000 000 рублей, расходы на оплату госпошлины в размере 13 200 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 6000 рублей.

В удовлетворении встречного иска ФИО1 к ФИО2 о признании сделок недействительными отказать, отказать в полном объеме.

В апелляционной жалобе ФИО1 поставлен вопрос об отмене решения суда как незаконного, постановленного с нарушением норм материального и процессуального права. Заявитель жалобы указывает, что поскольку срок предварительного договора истек 18.09.2013 года (ст. 429 ГК РФ), у ФИО2 имелось право а взыскание аванса, полеченного ответчиком в счет исполнения условия договора. Поэтому дополнительное соглашение № к предварительному договору купли-продажи комнаты от 22.08.2015 года не соответствует закону, поскольку расторгнуть можно только действующий договор. В связи с истечением срока действия предварительного договора купли-продажи комнаты от 18.09.2012 года, заключение соглашения о его новации противоречит ст. ст. 414, 818 ГК РФ. Поэтому оснований для взыскания денежных средств по договору займа, заключенному в порядке новации 22.08.2015 года, у суда не имелось. Заявитель считает неправильным применение ст. 181 ч.2 ГК РФ, поскольку полагает, что срок исковой давности по требованиям ФИО1 составляет 3 года.

В заседании судебной коллегии представитель истца просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, либо их представители, в заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом и заблаговременно, о чем в материалах дела имеются уведомления о вручении судебных извещений.

Учитывая положения ст. ст.167, 113, 327 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, поскольку имеются сведения их надлежащего извещения в соответствии с нормами главы 10 ГПК РФ.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией по гражданским делам Нижегородского областного суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и в пределах доводов апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения явившихся лиц судебная коллегия считает следующее.

Положения ст. 8 ГК РФ предусматривают в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей возникновение последних из договоров (сделок).

В силу п. 1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон (ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно пункту 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии с пунктами 1, 2 и 3 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором. Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме (пункт 2). Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также условия основного договора, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение при заключении предварительного договора (пункт 3).

Таким образом, предметом предварительного договора является обязательство сторон только по поводу заключения будущего договора.

В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор (пункт 4 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен, либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор (пункт 6 статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обязательство устанавливается для того, чтобы оно было исполнено.

До тех пор пока обязательство не нарушено ни одной из сторон, оно должно исполняться в точном соответствии с его содержанием.

Эта обязанность возлагается на обе стороны в обязательстве. Не только одна сторона обязана надлежаще исполнить обязательство, но и другая сторона не вправе уклониться от принятия производимого надлежащего исполнения.

Такое обязательство предполагает определенное сотрудничество между сторонами, обусловленное взаимностью обязательства.

Надлежащее исполнение обязательств по предварительному договору состоит в совершении его сторонами действий, направленных на заключение основного договора, результатом которых является его заключение в обусловленных срок, в связи с чем незаключение основного договора всегда есть результат нарушения кем-либо из сторон предварительного договора принятых на себя обязательств по заключению основного договора. Однако это не исключает утрату интереса у обеих сторон в его заключении.

Как следует из материалов дела, 18.09.2012г. между ФИО2 и ФИО1 был заключен предварительный договор купли-продажи комнаты в коммунальной квартире, срок заключения основного договора определен не был (<данные изъяты>).

22.08.2015 г. между сторонами было подписано дополнительное соглашение № о расторжении предварительного договора купли-продажи комнаты в коммунальной квартире, согласно которому ответчик в связи с неисполнением обязанностей по предварительному договору обязуется возвратить истцу полученную ранее предоплату в размере 540 000 рублей, а также неустойку в размере 460 000 рублей.

22.08.2015 г. между истцом и ответчиком был заключен договор беспроцентного займа, согласно условиям которого ФИО2 обязуется передать ФИО1 денежные средства в размере 1 000 000 рублей.

15.06.2018 г. истцом было направлено требование ответчику о возврате суммы долга, однако уведомление ответчиком не получено по причине не получения им почтовой корреспонденции. В связи с чем истец обратился в суд с указанными выше исковыми требованиями.

Разрешая спор, суд первой инстанции, исходил из того, что собственноручно подписанные ФИО1 Дополнительное соглашение № к предварительному договору купли-продажи комнаты в коммунальной квартире от 18.09.2012 г. (<данные изъяты>), Соглашение о новации от 22.08.2015 г. (<данные изъяты>), Договор займа (<данные изъяты>) и поведение сторон свидетельствуют о заключении в порядке ст. 414 ГК РФ договора займа на сумму 1 000 0000 руб., предусмотренного ст. 808 ГК РФ в качестве новации возникших ранее долговых обязательств ответчика перед истцом.

Суждение суда о новации имевшихся правоотношений по договору купли-продажи не свидетельствует о незаконности требований ФИО2 о взыскании денежных средств, доводы апелляционной жалобы отклоняются по следующим мотивам.

Как следует из материалов дела, в срок до 18 декабря 2013 года основной договор между ФИО2 и ФИО1 купли-продажи комнаты в коммунальной квартире заключен не был. Соответственно, обязательства, предусмотренные предварительным договором, были прекращены 18 декабря 2013 года, что соответствует пункту 3 статьи 425 ГК РФ, согласно которому законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору.

В соответствии со ст. 818 ГК РФ по соглашению сторон долг, возникший из купли-продажи, аренды имущества или иного основания, может быть заменен заемным обязательством. Замена долга заемным обязательством осуществляется с соблюдением требований о новации (статья 414) и совершается в форме, предусмотренной для заключения договора займа (статья 808).

В силу положений ст. 414 ГК РФ обязательство прекращается соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим обязательством между теми же лицами, предусматривающим иной предмет или способ исполнения (новация).

Таким образом, по своей правовой природе существо новации заключается в замене первоначального обязательства, существовавшего между сторонами ранее, другим обязательством с одновременным прекращением первоначального обязательства.

Тем самым, под новацией понимается замена первоначального обязательства новым обязательством, предусматривающим другой предмет или способ исполнения.

Граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права (ст. 9 ГК РФ). Судебной защите подлежат нарушенные или оспоренные права (ст. 11 ГК РФ).

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 425 ГК РФ и пунктом 6 ст. 429 ГК РФ действие предварительного договора купли-продажи было прекращено 18 декабря 2013 года, заключение соглашения о новации договора, прекратившего свое действие, законом не предусмотрено. Однако, Соглашение о новации от 22 августа 2015 года (<данные изъяты>) и Дополнительное соглашение № предварительному договору купли-продажи от 22 августа 2015 года (<данные изъяты>) не могут рассматриваться как отдельные договоры, влекущие возникновение обязанностей у ответчика. Поэтому признание данных соглашений недействительными сделками само по себе не влечет восстановление каких-либо прав ФИО1

Соглашение о новации от 22 августа 2015 года и Дополнительное соглашение № к предварительному договору купли-продажи от 22 августа 2015 года (<данные изъяты>) фактически представляют собой письменное согласие и признание ФИО1 обязанности по возврату ФИО2 денежных средств в размере 1 000 000 руб.: 540 000 руб. полученных 18 сентября 2012 года и 460 000 руб. как неустойки за пользование данными денежными средствами.

В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа ) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно п. 2 ст. 808 ГК РФ, в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Согласно ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

Статьей 812 ГК РФ предусмотрено, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Как следует из материалов дела, Договор беспроцентного займа заключен ФИО2 (займодавец) и ФИО1 (заемщик) 22 августа 2015 года (<данные изъяты>).

Факт получения 540 000 руб. от истца 18 сентября 2012 года ФИО1 признавала, составление договора займа этих денежных средств 22 августа 2015 года процессуально закрепило и подтвердило соглашение сторон о передаче денежных средств ответчику и её обязанности по возврату основного долга. Кроме того, соглашение о размере неустойки за пользование данными денежными средствами в размере 460 000 руб. сторонами также было достигнуто в момент составления письменного договора займа.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Достоверных и допустимых доказательств того, что ФИО1 не имела намерения заключать указанный договор займа и принимать обязательства по возврату долга, а также доказательств неполучения указанных денежных средств ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не представлено.

Доказательств, свидетельствующих о погашении имеющейся перед истцом задолженности в названной сумме, ФИО1 не представлено, в материалах дела не имеется.

Согласно пункту 1 статьи 811 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата заимодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В силу статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Согласно Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

С учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в п. 2 Определения от 21.12.2000 г. N 263-О, положения п. 1 ст. 333 ГК РФ содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Следовательно, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

При этом, наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что сумма неустойки является соразмерной заявленному долгу и процентам и не подлежит снижению, с учетом ст. 333 ГК РФ.

Судебная коллегия также считает указанный размер неустойки с учетом существа спора, периода нарушения обязательства соразмерным последствиям нарушения обязательства, соблюдает баланс прав участников спорных правоотношений. Взыскание неустойки в ином размере будет противоречить правовым принципам обеспечения восстановления нарушенного права и соразмерности ответственности правонарушителя последствиям нарушенного обязательства.

На основании изложенного, судебная коллегия находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным, не подлежащим отмене по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Нижегородского районного суда г. Нижнего Новгорода от 18 декабря 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО5 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи