Гражданский кодекс часть 1

при секретаре Гордеевой С.А. рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску САО «ВСК» к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке суброгации, поступившее по апелляционной жалобе ответчика на решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 27.12.2018.

Заслушав доклад судьи Майоровой Н.В., объяснения представителя истца ФИО2, ответчика ФИО1, третьего лица ФИО3, представителя ответчика ФИО4, судебная коллегия

установила:

САО «ВСК» обратилось с иском к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке суброгации.

В обоснование исковых требований указало, что 01.01.2017 произошло ДТП с участием автомобиля «Киа Спортэдж» под управлением ФИО1 ДТП В результате ДТП автомобиль «Киа Спортэдж», принадлежащий ФИО3, получил механические повреждения. Поврежденный автомобиль застрахован от ущерба в САО «ВСК», страховая сумма 950000 руб., безусловная франшиза 75000 руб. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля составила бы 1110164 руб., что превышает 75% действительной стоимости автомобиля. ФИО3 выплачено страховое возмещение в размере 875000 руб. (950000 руб. страховая сумма - 75000 руб. безусловная франшиза). Стоимость годных остатков составила 520000 руб. Сумма, подлежащая возмещению в порядке суброгации, исчисляется как 875000 руб. - 520000 руб. = 355000 руб. Ответчик не включен в договор КАСКО в качестве лица, допущенного к управлению застрахованным транспортным средством, соответственно на него не распространяются правила добровольного страхования автотранспортных средств. Просил взыскать с ответчика ФИО1 в счет возмещения вреда 355000 руб. и расходы по оплате государственной пошлины 6 750 руб.

Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 27.12.2018 исковые требования удовлетворены.

С ФИО1 в пользу САО «ВСК» в счет возмещения ущерба взыскано 355000 руб., расходы по оплате государственной пошлины 6 750 руб.

С таким решением ответчик не согласился, поскольку он считал себя лицом допущенным к управлению автомобилем «Киа Спортейдж», то полагал, что на него распространяются те же положения по договору КАСКО, что и на страхователя. Кроме того, указал, что в действиях истца имеется злоупотребление правом, поскольку страхователь и ответчик являются членами одной семьи.

Ответчик, представитель ответчика, третье лицо ФИО3 в заседании суда апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы поддержали, представитель истца возражал против доводов апелляционной жалобы, полагал решение суда оставить без изменения.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения решения суда в связи с неверным применением норм материального права.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Пунктом 1 ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Таким образом, суброгация является одной из форм перехода прав кредитора к другому лицу (перемена лица в обязательстве), на что прямо указано в п. 4 ч. 1 ст. 387 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть страховщик на основании закона занимает место кредитора в обязательстве, существующем между пострадавшим и лицом, ответственным за убытки.

Судом установлено, что между 21.10.2016 между ФИО3 и САО «ВСК» заключен договор страхования автомобиля Киа Спортэдж, государственный регистрационный знак №.

01.01.2017 на 78 км + 175 м автодороги Екатеринбург - Тюмень водитель автомобиля «Киа Спортэдж», государственный регистрационный знак №, ФИО1 при выполнении маневра обгона не справился с управлением, допустил столкновение со встречно движущимся автомобилем «Киа Спектра», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5, после чего допустил столкновение со встречно движущимся автомобилем «Лада Гранта», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6, и отлетевшие детали автомобилей повредили автомобиль «Даф», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО7

ДТП произошло по вине ФИО1 Вина не оспорена.

Согласно отчету ООО «АВС-Экспертиза» от 26.10.2017 №, представленному истцом, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Киа Спортэдж», государственный регистрационный знак № без учета износа составила 1110164 руб., наиболее вероятная стоимость автомобиля ФИО3 в поврежденном состоянии с учетом года выпуска равна 520000 руб.

10.01.2017 ФИО3 обратилась в САО «ВСК» с заявлением о страховом случае.

Признав случай страховым САО «ВСК», произвело выплату страхового возмещения в размере 875000 руб. (950000 руб. - 75000 руб. (безусловная франшиза).

Годные остатки переданы по договору купли-продажи ФИО8

Оценив представленные сторонами доказательства, суд пришел к правильному выводу о взыскании с ответчика ущерба 355000 руб. (875000 руб. - 520000 руб.), судебная коллегия соглашается с указанным выводом суда.

Довод апелляционной жалобы о том, что поскольку ответчик считает себя лицом допущенным к управлению автомобилем «Киа Спортейдж», то на него распространяются те же положения по договору КАСКО, что и на страхователя, судебной коллегией отклоняется, как основанный на неверном толковании норм материального права.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06. 2013 года № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан», на лицо, допущенное согласно договору страхования к управлению транспортным средством, которое использует это транспортное средство на основании гражданско-правового или трудового договора и имеет интерес в сохранении этого имущества, распространяются правила добровольного страхования автотранспортных средств как на страхователя, в связи с чем, страховщик не обладает правом требовать взыскания с данного лица выплаченной суммы страхового возмещения в порядке суброгации, предусмотренной п. 1 ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку ответчик по договору КАСКО не был включен в список лиц, допущенных к управлению транспортным средством, счто отражено в страховом полисе №№ (том1,л.д50), то правила добровольного страхования автотранспортных средств не распространяются на него в той же мере, как на страхователя, следовательно, страховщик имеет право требовать взыскания с данного лица выплаченной суммы страхового возмещения в порядке суброгации, предусмотренной п. 1 ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации. ФИО3 при заключении договора добровольного страхования автомобиля имела возможность выбора условий страхования по управлению транспортным средством лицами, допущенными к управлению, либо по управлению транспортным средством любыми лицами. Наличие интереса в сохранении застрахованного имущества не может являться основанием для освобождения лица от возмещения убытков, причиненных по вине этого лица страховщику.

Включение ответчика в перечень лиц, допущенных к управлению транспортным средством, по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств также не может являться основанием для освобождения ответчика от ответственности за причинение убытков страховщику в порядке суброгации.

В силу требований п. 1 ст. 959 Гражданского кодекса Российской Федерации в период действия договора имущественного страхования страхователь (выгодоприобретатель) обязан незамедлительно сообщать страховщику о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска. Значительными во всяком случае признаются изменения, оговоренные в договоре страхования (страховом полисе) и в переданных страхователю правилах страхования.

Собственник автомобиля ФИО3 об изменении обстоятельств, указанных страховщику при заключении договора и влияющих на увеличение страхового риска, не сообщила. Таким образом, она самостоятельно определила круг лиц, допущенных к управлению транспортным средством в рамках договора добровольного страхования, и в соответствии со сведениями, сообщенными страхователем, и была рассчитана страховая премия.

Поскольку в результате действий ответчика истцу были причинены убытки в размере выплаченной суммы страхового возмещения, то САО «ВСК» имеет право требовать возмещения понесенных расходов. Ссылки ответчика в апелляционной жалобе на отсутствие оснований для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, для данного спора правового значения не имеют, поскольку страховщик от выплаты не освобождался, равно, как и не была застрахована ответственность ответчика за причинение ущерба, а было застраховано только имущество собственника ФИО3

Довод апелляционной жалобы о том, что в действиях истца имеется злоупотребление правом, поскольку страхователь и ответчик являются членами одной семьи, судебной коллегией отклоняется, как несостоятельный.

Ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично (п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таких обстоятельств по делу не установлено.

В контексте указанных положений закона, факт наличия родственных связей на объем прав и обязанностей собственника транспортного средства не влияет.

Иные доводы апелляционной жалобы не влекут отмену решения, по существу повторяют позицию ответчика в суде первой инстанции, которой судом дана надлежащая правовая оценка, оснований для переоценки установленных судом обстоятельств не имеется.

Фактически изложенные в апелляционной жалобе доводы выражают несогласие ответчика с выводами суда, направлены на их переоценку, а также собранных по делу доказательств, равно как выражают субъективную точку зрения ответчика о том, как должно быть рассмотрено дело и каким должен быть его результат.

В соответствии с ч. 3 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с ч. 4 ст. 330 настоящего Кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции. Из материалов дела следует, что таких нарушений судом первой инстанции не допущено.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 327.1, 327 - 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 27.12.2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

Председательствующий: Сафронов М.В.

Судьи: Карпинская А.А.

Майорова Н.В.

...

...	...
...	...
	...

...