Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании 27 апреля 2021 года по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от <дата>, по гражданскому делу №... по иску ФИО5 к ФИО4 о взыскании задолженности по договору купли-продажи имущества, процентов за пользование чужими денежными средствами, по встречному иску ФИО4 к ФИО5 о расторжении договора купли-продажи имущества, о признании недействительным акта приёма-передачи имущества.

Заслушав доклад судьи Хвещенко Е.Р., выслушав объяснения представителя ответчика ФИО4 – ФИО6, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя истца ФИО5– ФИО7, возражавшего против отмены решения, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда,

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО5 обратился в Московский районный суд Санкт-Петербурга с исковым заявлением, просил взыскать с ФИО4 стоимость товара, переданного по договору купли-продажи имущества /спортивного инвентаря/ от <дата> в размере 7 875 000 руб., проценты за пользование данными денежными средствами за период с <дата> по <дата> в сумме 820 465,63 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 51 677,32 руб.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ФИО4 не исполнил своих обязательств по оплате переданного в собственность имущества в соответствии с договором купли-продажи <адрес>1 от <дата> в сумме 7 875 000 руб. ни в течение 30 календарных дней после подписания договора.

Не согласившись с заявленными требованиями, ФИО4 предъявил встречные исковые требования к ФИО5, просил:

Расторгнуть договор купли-продажи имущества от <дата> на бланке <адрес>1;

Признать недействительным акт приёма-передачи к договору купли-продажи имущества от <дата> на бланке <адрес>1/л.д. 34 том 3/.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры от <дата> в части уплаты ФИО5 в счёт её стоимости денежных средств в размере 6 880 000 руб., признать недействительным акт приёма-передачи квартиры, расположенной по адресу: <адрес><адрес>, <адрес>, <адрес> по указанному договору купли-продажи, взыскать с ФИО5 стоимость квартиры в размере 6 880 000 руб./л.д. 34 том 3/

Определением суда, содержащимся в протоколе судебного заседания от <дата> в принятии встречного иска в части оспаривания договора купли-продажи квартиры от <дата> в части уплаты ФИО5 в счёт её стоимости денежных средств в размере 6 880 000 руб., о признании недействительным акта приёма-передачи квартиры, расположенной по адресу: <адрес><адрес> по указанному договору купли-продажи и взыскании с истца стоимости указанной квартиры в размере 6 880 000 руб., ФИО4 отказано и разъяснено право на обращение с иском в общем порядке.

В обоснование своих требований ФИО4 указал, что ФИО5 являлся его тренером в фитнес клубе «Тор», с которым сложились дружеские и доверительные отношения и от которого в октябре 2017 года поступило предложение инвестировать вложения в его фитнес клуб и о совместном ведении бизнеса, в связи с чем, заключая договор о продаже оборудования с истцом, ответчик полагал, что приобретает половину доли в бизнесе истца, связанном с указанным фитнес клубом, что и определяло цену в договоре купли-продажи оборудования, ответчик полагает, что под видом оформления партнерства в бизнес-проекте фитнес клуба Тор, истец ввёл его заблуждение, заключив в один день три договора, а именно договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «ТОР», договор купли-продажи имущества (спортивного оборудования и др.) и договор купли-продажи квартиры, принадлежащей ответчику, за которую истец никаких денежных средств ответчику не передавал, поскольку данная квартира была передана истцу в счёт оплаты по договору купли-продажи имущества, на взыскании которой в настоящем деле настаивает истец.

ФИО4 также указал, что после заключения договоров стороны по делу вели себя как партнеры по бизнесу, однако в декабре 2018 года истец, сославшись на давление со стороны третьих лиц, во избежание обращения взыскания на долю в уставном капитале ООО «ТОР», оформил договор дарения своей доли в пользу ответчика, в последующем истец заключил договор субаренды нежилого помещения, в котором до настоящего времени располагается фитнес клуб «ТОР» и сообщал ответчику в переписке о необходимости внесения арендных платежей, выплаты заработной платы сотрудникам, а ответчик, обнаружив после консультации с юристом, несоответствие заключенных договоров достигнутым с истцом договоренностям, а также наличие задолженности по спорному договору купли-продажи, обратился к истцу с просьбой о расторжении данного договора, уклонившись от которого, в период нахождения ответчика в Дании, истец продал фитнес клуб Тор третьему лицу по делу ФИО8, при этом договор купли-продажи, того же оборудования, которое было ранее продано ему, был оформлен между матерью истца – ФИО9 и ФИО8, что было установлено в ходе проверки, проведенной правоохранительными органами по заявлению ответчика о преступлении. В связи с чем, считает, что был введён истцом в заблуждение относительно совершаемой сделки и обманут, поскольку проданное ему имущество истцу никогда не принадлежало, кроме того, никогда не выбывало из его фактического владения до продажи третьему лицу ФИО8, а ответчик в свою очередь в результате совершения трёх сделок с истцом не получил того, на что был вправе рассчитывать: ни доли в бизнесе, ни оборудования, ни оплаты за проданную истцу квартиру /л.д.26-34 т.3/.

Решением Московского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> исковые требования ФИО5 удовлетворены, суд взыскал с ФИО4 в пользу ФИО5 стоимость имущества по договору купли-продажи от <дата> в размере 7 875 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с <дата> по <дата> в сумме 794 781,68 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 51 549 руб.

В удовлетворении встречного искового заявления ФИО4 к ФИО5 о расторжении договора купли-продажи имущества, о признании недействительным акта приёма-передачи имущества, отказано.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО4 просит решение суда от <дата> отменить, как незаконное и необоснованное, вынесенное с нарушением норм материального и процессуального права, при неправильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела.

На рассмотрение дела судом апелляционной инстанции истец ФИО5; ответчик ФИО4; третьи лица: ФИО8, ФИО9 не явились, извещены надлежащим образом посредством почтовой связи, об отложении разбирательства дела не просили, доказательств наличия уважительных причин для неявки не представили. ФИО5 и ФИО4 воспользовались своим правом ведения дела через представителей.

При таком положении судебная коллегия на основании п. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, выслушав объяснения явившегося ответчика, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующему. Согласно ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ от <дата> N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 4 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Данным требованиям решение суда отвечает в полном объеме.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемых сделок) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Статьей пункта 1 статьи 10 названного кодекса установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 178 ГК РФ в редакции на дату возникновения спорных правоотношений, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, <дата> между ФИО5 (продавец) с одной стороны и ФИО4 (покупатель) с другой стороны заключен нотариально заверенный договор купли-продажи имущества, текст договора устно и письменно перевел с русского языка на датский язык переводчик ФИО10

Личность участников договора и подпись установлена и удостоверена нотариусом ФИО11, временно исполняющей обязанности нотариуса Санкт-Петербурга ФИО12, также установившей соответствие договора его содержания воле сторон и их дееспособность /л.д.21-25 т.3/.

В соответствии с 1 пунктом договора ФИО5 продал и передал ФИО4 принадлежащее ему на праве собственности имущество согласно перечню, содержащему 42 наименования, а ФИО4 купил указанное имущество.

В силу п. 2 договора стороны совместно оценили имущество в 7 875 000 рублей.

Согласно 3 пункту договора покупатель купил у продавца указанное в договоре имущество за 7 875 000 рублей.

Как следует из пункта 4 данного договора, имущество передано до подписания договора вне помещения нотариальной конторы. Расчет между сторонами будет произведен полностью в течение 30 календарных дней после подписания настоящего договора.

В соответствии с п. 6 договора содержание статей 167,209,223 Гражданского кодекса Российской Федерации временно исполняющий обязанности нотариуса сторонам разъяснил /л.д. 12/

В силу п. 9 договор прочитан вслух и содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета договора, содержание договора зачитано вслух.

Стороны договора поставили свои подписи о разъяснении им исполняющего обязанности нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки, указав, что условия сделки соответствует их намерениям /л.д. 11 том 1/

<дата> обеими сторонами составлен и подписан акт приема-передачи имущества к договору купли-продажи от <дата>./л.д. 9 том 1/

Текст акта приёма-передачи имущества к договору купли-продажи <адрес>1 от <дата> также переведен с русского языка на датский переводчиком ФИО10

В соответствии с пунктом 2 акта покупатель ФИО4 не имеет претензий по количеству, качеству и комплектности переданного имущества, /л.д.8-14 т.1/.

Также <дата> между ФИО5 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи части доли в размере 50 % в уставном капитале.

В соответствии с которым продавец продал часть принадлежащей ему доли в уставном капитале ООО «Тор» ИНН <...>, зарегистрированном по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, а покупатель указанную долю купил за номинальную стоимость в 5 000 руб.

Расчёт между сторонами произведен до подписания данного договора, вне помещения нотариальной конторы (п. 6 договора)

Согласно п. 9 по соглашению сторон нотариус в течении 5 рабочих дней подает заявление о внесении соответствующих изменений в ЕГРЮЛ.

Согласно п. 10 договора указанная часть доли в уставном капитале общества переходит к покупателю с момента внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ. Одновременно к покупателю переходят все права и обязанности участника общества.

Тем же нотариусом ФИО11 на бланках 78 АБ <...> был удостоверен, а переводчиком ФИО10 переведен его текст на датский язык /л.д.120-125 т.1/.

В последующем, <дата> истец подарил ответчику оставшуюся долю в размере 50 % уставного капитала ООО «Тор» ИНН <***>.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц с <дата>ФИО4 являлся генеральным директором, с <дата> внесена запись о принадлежности ФИО4 уставного капитала общества в размере 100 %.

С <дата> деятельность ООО «Тор» прекращена в связи с уклонением от сдачи финансовой отчетности.

Также <дата> между ФИО4 (продавец) с одной стороны и ФИО5 (покупатель) с другой стороны заключен договор купли-продажи квартиры.

В соответствии с которым ФИО4 продал и передал ФИО5, а ФИО5 купил и принял, принадлежащую ответчику квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, лит.А, <адрес>, стоимость которой стороны определили в 6 880 000 руб.

В силу п. 5 договора покупатель купил у продавца указанную квартиру за 6 880 000 рублей. Расчёт между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора, вне помещения нотариальной конторы.

Договор удостоверен нотариусом Тем же нотариусом ФИО11 на бланках <...><...>, текст на датский язык переведен переводчиком ФИО10 /л.д.125-129 т.1/.

В день заключения указанного договора купли-продажи квартиры, а именно <дата> между сторонами подписан акт приёма-передачи <адрес> в <адрес><адрес> Санкт-Петербурге, в пункте 1.1 которого указано, что ФИО5 передал наличные денежные средства в полном объёме, а ФИО4 принял их в размере 6 880 000 руб., текст данного акта также был переведён на датский язык /л.д.18-20 т.3/.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании при участии переводчика ФИО13 /л.д.39-65 т.1/ пояснил, что путем заключения вышеназванных трёх договоров фактически приобрёл у ФИО5 бизнес в виде фитнес клуба Тор, в счёт стоимости которого передал истцу по договору купли-продажи свою квартиру, расположенную по адресу: Санкт<адрес>, <адрес>, а разницу в стоимости «бизнеса» по договору купли-продажи оборудования ФИО4 возместил путем передачи ФИО5 наличных денежных средств в размере 1 000 000 руб. Ведение бизнеса предполагалось совместным, приобретенный фитнес клуб был активно действующим, истец предоставил информацию о прибыли, сам ответчик занимается предпринимательской деятельностью, является фермером, полагал, что истец напишет расписку о том, что оплату по договору купли-продажи имущества получил, однако не сделал этого, при этом денежные средства за проданную истцу квартиру он /ответчик/ также не получал, поскольку она была передана в счёт долга по спорному договору.

<дата>, после предъявления иска о взыскании стоимости проданного истцом имущества, ФИО4 обратился в правоохранительные органы с заявлением о совершении преступления.

Как следует из пояснений стороны ответчика, Постановлением ОЭБ и ПК УМВД по <адрес> Санкт-Петербурга от <дата> в возбуждении уголовного дела отказано /л.д. 243 том 1/

В рамках проверки КУСП-56280 от <дата>, от генерального директора ООО «Фитнес ТОР» ФИО8, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица на стороне ответчика, <дата> получены объяснения /л.д.48-49 т.3/, из которых следует, что в настоящее время ФИО8 является владельцем и генеральным директором фитнес клуба «ТОР», который ранее принадлежал истцу ФИО5, предложившего ему /ФИО8/ партнерство в управлении данным клубом в размере 50 % доли уставного капитала за 3 500 000 руб., заверив в ежемесячной прибыли клуба в размере 500 000 руб. - 600 000 руб. Поскольку, как сообщил ФИО5, всё оборудование для фитнес клуба приобретала его мама ФИО9, он предложил оформить договор дарения на него, для передачи права аренды нежилого помещения, которое занимал фитнес клуб, ФИО5 открыл ООО «Фитнес ТОР», 50 % доли в уставном капитале которого подарил ФИО8, затем расторг договор аренды помещения, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, <адрес>, с ФИО14 и с ноября 2019 года работой клуба по указанному адресу стал заниматься ФИО8, передав истцу в счёт стоимости его приобретения 3 000 000 руб., составив на оставшуюся сумму в 500 000 руб. расписку. После того как ФИО8 убедился в убыточности, а не прибыльности клуба, по договоренности с ФИО5, был составлен договор купли-продажи всего клуба с оборудованием с его мамой ФИО9 за 3 500 000 руб., а расписка ФИО8 на 500 000 руб. была уничтожена В подтверждение данных объяснений со стороны ответчика и третьего лица по делу были представлены:

- договор дарения, совершенный истцом в пользу третьего лица ФИО8<дата> в отношении 50 % доли в уставном капитале ООО «Фитнес Тор» ИНН <***>, зарегистрированного в ЕГРЮЛ <дата>, отчуждаемая доля была оценена в 5 000 руб., удостоверенный нотариусом Санкт-Петербурга ФИО15 на бланке <адрес>8 /л.д.19-20 т.2/;

- договор купли-продажи, заключенный <дата> между ФИО9, также привлеченной к участию в деле в качестве третьего лица, и ФИО8, в соответствии с которым последним было приобретено перечисленное в договоре имущество в количестве 30 наименований, представляющее собой оборудование для спортзалов, фитнес-клубов, которое было оценено сторонами в 3 500 000 руб., передача которых покупателем ФИО8 была подтверждена рукописной распиской, составленной <дата>ФИО9 Кроме того, к договору был составлен акт сдачи-приемки спортивного инвентаря, подписанный продавцом и покупателем, а совершение указанной сделки было согласовано с супругом продавца – ФИО16 /л.д.3-8 т.2/;

- договор дарения оставшейся у истца доли в уставном капитале ООО «Фитнес Тор» ИНН <***> в размере 50 %, совершенный в пользу ФИО8<дата>, удостоверенный нотариусом Санкт-Петербурга ФИО17 на бланке <адрес>0 /л.д.17-18 т.2/;

- договор аренды помещения №..., заключенный <дата> между ФИО14 и ФИО8 в отношении нежилого помещения 15 Н, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, на срок до <дата> и соглашение от <дата> о расторжении ранее заключенного договора аренды №... от <дата> с истцом /л.д.10-18 т.2, л.д.17 т.3/.

Как следует из представленного в материалы дела ответчиком проекта договора субаренды №... от <дата>, предложенного ФИО4 истцом для подписания, указанным нежилым помещением 15 Н площадью 234,4 кв.м, расположенным по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, ФИО5 пользовался им на основании вышеуказанного договора аренды №..., заключенного <дата> с предыдущим собственником помещения /л.д.35-47 т.3/.

В подтверждение принадлежности ФИО9, представлены договора поставки, товарные чеки и накладные о приобретении в 2014,2015 и 2016 годах спортивного инвентаря, указанного в договоре купли-продажи, ФИО9 /л.д.244-???????????

Определением Московского районного суда от <дата> по ходатайству представителя ответчика назначена судебная экспертиза с целью определения рыночной стоимости и установления наличия и соответствия имущества, переданного по договору купли-продажи № <адрес>1, заключенному <дата> между ФИО5 и ФИО4 и по акту приема-передачи имущества к данному договору, имуществу - оборудованию, находящемуся в Фитнес клубе «Тор» по адресу Санкт-Петербург, <адрес> переданному ФИО9 - ФИО8 по договору купли-продажи от <дата> и акту сдачи-приёмки инвентаря к данному договору /л.д.8-14 т.1; л.д.3-8 т.2/, производство которой поручено ООО «Региональный Центр Судебной Экспертизы».

Как следует из исследовательской части заключения эксперта от <дата>, в перечне имущества указанного в договоре купли-продажи от <дата> заключенного между ФИО5 и ФИО4 и акте передачи имущества к данному договору отсутствуют серийные номера оборудования, не указан год выпуска или дата приобретения имущества/л.д. 117 том 2/

В выводах эксперт ФИО18 указал, что на основе данных об оборудовании и имуществе содержащихся в договоре купли-продаже № <адрес>1, от <дата>, акте приема-передачи имущества и оборудования к данному договору, /л.д. 8-14 т.1/ и материалах дела, не представляется возможном установить наличие и соответствие, т.е. является ли оборудование и имущество, перечисленное в договоре № <адрес>1 от <дата> и акте приема - передачи имущества и оборудования к данному договору, имуществом и оборудованием, перечисленным и находящемся в настоящее время в Фитнес клубе Тор», по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, а также оборудованию, переданному ФИО9 - ФИО8 по договору купли-продажи, заключенному <дата> и акту сдачи приемки инвентаря к данному договору /л.д.133 т.2/.

В связи с тем, что сведения об оборудовании, инвентаре и имуществе в договоре купли-продажи № <адрес>1, заключенном <дата> между ФИО5 и ФИО4 и акте приема-передачи имущества и оборудования к данному договору /л.д. 8-14 т.1/ и в материалах дела не содержит достаточного количества существенных и необходимых сведений для идентификации перечисленного в них оборудования и имущества, необходимых для определения рыночной стоимости, произвести оценку рыночной стоимости оборудования и имущества перечисленного в вышеуказанном договоре и акте, учитывая, что в п. 41 данного акта под «перечнем потенциальных клиентов» следует понимать около 300 человек /л.д.9-10 т.1/, не представляется возможным /л.д.133 т.2/.

При этом в дополнительном заключении от <дата> эксперт указал, что рыночная стоимость товаров, имущества и оборудования, аналогичных указанным в акте приема-передачи имущества к договору купли-продажи № <адрес>1 от <дата>, /л.д. 8-14, т.1/, на дату составления договора, при сроке эксплуатации соответствующем сроку эксплуатации оборудования, инвентаря и имущества, перечисленного в договоре купли-продажи, заключенным <дата> и акте сдачи приемки инвентаря к данному договору, /л.д.3-8, т.2/ на дату оценки с учетом неоцененных наименований, и с учетом износа, составляет: 903 316,00 (Девятьсот три тысячи триста шестнадцать) рублей 00 копеек. /л.д.183-241, 175 т.2/.

В суде первой инстанции эксперт ФИО18 подтвердил данное заключение, подтвердил невозможность идентификации имущества, указанного в договоре купли-продажи заключенного <дата> между истцом и ответчиком, тому имуществу, которое находится в фитнес клубе «Тор» в связи с отсутствием у перечисленного в договоре купли-продажи от <дата> имущества инвентарных номеров, которые вместе с тем имеются на оборудовании в фитнес клубе и в договоре купли-продажи от <дата> между ФИО9 и ФИО8, и иных позволяющих идентифицировать имущество /оборудование, спортивный инвентарь/ сведений.

Данные обстоятельства не позволили эксперту прийти к однозначному выводу о нахождении в фитнес клубе того же имущества, которое указано в договоре купли-продажи от <дата>, при этом эксперт не отрицал, что при натурном осмотре спортивного инвентаря и иного имущества фитнес клуба было установлено похожее имущество, указанному в договоре, но невозможно установить является ли оно тем же самым.

В связи с чем эксперт отметил, что повторный осмотр спортивного инвентаря и иного имущества, находящегося в фитнес клубе Тор не приведёт к иным выводам, поскольку в договоре купли-продаже от <дата> не указаны идентифицирующие признаки проданного имущества, в связи с чем рыночная стоимость данного имущества была определена экспертом лишь в той части, в которой он смог найти аналоги на рынке предложений товаров, при этом для определения рыночной стоимости всего проданного по договору имущества недостаточно вводных данных, а для оценки перечня потенциальных клиентов требуется иной вид исследования – оценка бизнеса, предприятий с предоставлением продавцом всей бухгалтерской отчетности и данных о прибыли организации.

167, 170, 179 ГК РФ, оценив в совокупности собранные по делу доказательства, установил, что доказательства наличия обстоятельств, предусмотренных статьей 170, частями 1, 2 статьи 179 ГК РФ, в нарушение статьи 56 ГПК РФ ФИО4 не представлены, а судом в ходе рассмотрения дела не добыты, вследствие чего пришел к обоснованному и мотивированному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных встречных требований.

Данные выводы судебная коллегия находит верными, законными и обоснованными, постановленными в соответствии с нормами действующего законодательства, на основании полного и всестороннего исследования представленных суду доказательств, которым в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ дана правильная надлежащая оценка.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что судом при разрешении спора неверно были определены обстоятельства, подлежащие доказыванию, являются несостоятельными, поскольку все значимые по делу обстоятельства судом первой инстанции были установлены правильно, в связи с чем, оснований к отмене решения суда не имеется.

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане (абзац третий данного пункта).

В п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

Кроме того, юридически значимым обстоятельством являлось выяснение судом вопроса о том, была ли воля всех участников сделки направлена на достижение одних правовых последствий.

Доказательств того, что истец подписал акт приема-передачи имущества, являвшегося предметом договора купли-продажи от <дата> под влиянием заблуждения в нарушение ст. 56 ГПК РФ в материалы дела не представлено, как и не представлено доказательств, свидетельствующих об иной воле истца, в том числе на заключение иной сделки.

Постановляя решение, суд руководствовался положениями ст. ст. 166 - 168, 178, 179, 572, 432, ГК РФ и исходил из того, что все существенные условия оспариваемого договора были изложены четко, ясно и понятно. Возражений по вопросу заключения данного договора ФИО4 не высказывал.

Истец добровольно подписал указанный договор и акт приема-передачи имущества, понимая их содержание, условия и суть сделки, согласился со всеми условиями.

Согласно пункту 4 договора имущество было передано от продавца покупателю до подписания договора вне помещения нотариальной конторы. Факт передачи имущества покупателю также подтвержден актом от <дата>, лично подписанным истцом. Договор купли-продажи и акт приема-передачи имущества содержит перечень приобретенного и переданного истцу имущества, стоимость каждого товара в отдельности.

Как следует из материалов дела, текст договора купли-продажи и акта приема-передачи составлен в простых и понятных выражениях, в нем отражены все существенные условия, содержание договора и акта одобрено истцом путем их подписания, сам договор удостоверен нотариусом. Договор купли-продажи и акт выполнены на двух языках: русский и датский. При подписании договора и акта у истца возражений относительно их условий не имелось, доказательств обратного истцом не представлено.

При разрешении спора суд в обоснование своего вывода о недоказанности ФИО4 факта обмана и злоупотреблениясо стороны ФИО5 установил, что условия договора купли-продажи <адрес>1 от <дата> были исполнены продавцом в полном объёме и надлежащим образом, поскольку истцом ответчику было передано перечисленное в количестве 42 наименований имущество, факт передачи которого подтверждается составленным и подписанным обеими сторонами договора актом приёма-передачи, в момент составления которого, как и до обращения истца в суд, ответчик претензий по количеству и качеству переданного имущества не имел, по своей воле подписал данный акт, текст которого был переведен на его национальный язык.

Суд установил, что сделка заключалась сторонами в продаже уже готового бизнеса в виде фитнес клуба, с накопленной клиентской базой, которая позволяет осуществлять предпринимательскую деятельность, при этом имущество передается в арендованном помещении, деятельность фитнес клуба разрекламирована предыдущим собственником имущества и имела спрос, именно на таких условиях ответчик согласился заключить договор купли-продажи имущества по указанной в нем цене, а не по цене отдельно взятых предметов, истец принял свободное, разумное и добросовестное решение приобрести перечисленное в договоре имущество по указанной в нём цене, условия об обязательном и одновременном заключении данного договора с договором купли-продажи квартиры, принадлежащей ответчику, в счёт оплаты стоимости приобретаемого у истца имущества, данный договор не содержит.

Учитывая, что в собственность ответчика истцом был передан предусмотренный договором товар, по согласованной обеими сторонами цене, товар был принят, но не оплачен ответчиком, при этом существенных нарушений условий договора не установлено, договор исполнялся сторонами более года, суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для расторжения указанного договора.

Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой доказательств судебная коллегия исходя из доводов апелляционной жалобы, не нашла.

В силу п. 1, п. 2 ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Согласно п. 1 ст. 451 ГК РФ существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа.

Изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Лицо, требующее расторжения действующего договора, должно доказать наличие существенного изменения обстоятельств, из которых стороны исходили при его заключении, при этом наступившие обстоятельства должны являться на момент заключения сделки заведомо непредвиденными.

При этом в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств существенного изменения обстоятельств.

Таким образом, оценив в совокупности представленные доказательства, суд пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований, при этом исходил из того, что истцом не представлено никаких допустимых доказательств заблуждения либо обмана при подписании договора купли-продажи и акта приема передачи имущества со стороны ФИО5, а также доказательств того, что со стороны ФИО5 в адрес истца имели место угрозы, совершались насильственные действия, которые послужили основанием для заключения оспариваемого договора купли-продажи. При подписании оспариваемого договора купли-продажи ФИО4 выразил свое желание на приобретение указанного имущества, о чем свидетельствует его подпись, при заключении договора купли-продажи ФИО4 лично присутствовал, текст договора для него был переведен, при нотариусе подтвердил, что действует добровольно, не вынужденно, в том числе, понимает значение своих действий и не заблуждается относительно сделки.

При этом судом правильно распределено бремя доказывания по настоящему гражданскому делу, согласно которому доказывание того обстоятельства, что ФИО4 действовал под влиянием обмана или был введен в заблуждение со стороны ФИО5, который злоупотребил доверием, лежит на ФИО4

Довод подателя жалобы о несоответствии цены договора купли-продажи реальной рыночной стоимости спорного имущества, правильности постановленного по делу решения не опровергает, поскольку указанная в договоре купли-продажи стоимость имущества определена по соглашению сторон, при этом истцом не представлено доказательств того, что он не мог повлиять на определение данной цены.

Суд первой инстанции при рассмотрении заявленных требований ФИО4 обоснованно принял во внимание приведенные выше нормы закона, проанализировал условия договора купли-продажи, представленные в материалы дела доказательства, и пришел к правильному выводу об отсутствии оснований расторжения договора купли-продажи от <дата> и признании акта приема-передачи имущества от <дата> недействительным по основаниям, предусмотренным ст. 178, 179 ГК РФ, поскольку ФИО4 не доказал факт совершения им данной сделки под влиянием обмана или заблуждения со стороны ответчика.

Удовлетворяя исковые требования ФИО5 суд руководствовался положениями ст.ст. 421, 486 ГК РФ, при этом учел, что ФИО5 исполнил свои обязательства по договору, доказательств исполнения обязательств ФИО4 по оплате имущества не представлено, при этом доказательств принятия истцом в счёт стоимости проданного имущества принадлежащей ответчику квартиры, а также передачи им истцу в счёт разницы в стоимости имущества и квартиры наличных денежных средств в размере 1 000 000 руб. ответчиком также не представлено, в связи с чем взыскал с ФИО4 в пользу ФИО5 стоимость имущества по договору купли-продажи от <дата> в размере 7 875 000 руб., руководствуясь положениями ст.ст. 98, 395 ГК РФ проценты за пользование чужими денежными средствами за период с <дата> по <дата> в сумме 794 781,68 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 51 549 руб.

Судебная коллегия в этой части также соглашается с выводом суда.

Согласно п. 1 ст. 408 ГК РФ обязательство прекращается в результате надлежащего исполнения.

Согласно ст. 454 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Оплата товара может быть подтверждена платежными поручениями, кассовыми и товарными чеками, квитанциями, расписками.

Вместе с тем, подобные или иные допустимые доказательства оплаты имущества стоимостью в 7 875 000 руб., приобретенного у истца, ответчиком в ходе разбирательства не представлены.

Ссылка в жалобе на то, что квартиру ФИО4 передал истцу в счёт оплаты по договору купли-продажи имущества, несостоятельна, поскольку пункт 5 договора купли-продажи квартиры и пункт 1.1 акта приёма-передачи квартиры ответчиком истцу подтверждает факт передачи ФИО5 наличных денежных средств в полном объёме и принятие их ФИО4 в размере 6 880 000 руб. /л.д.18 т.3/, при этом, доказательств принятия истцом в счёт стоимости проданного имущества принадлежащей ответчику квартиры, а также передачи им истцу в счёт разницы в стоимости имущества и квартиры наличных денежных средств в размере 1 000 000 руб. ответчиком не представлено.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене решения суда, основаны на ошибочном толковании действующего законодательства Российской Федерации, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, в то время как основания для их переоценки отсутствуют.

Ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильно. Судебная коллегия не находит оснований, установленных ст. 330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке.

Руководствуясь статьей 328 – 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Московского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> оставить без изменения, апелляционною жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: