Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ИОВ к ИСА, МВН, ЛАА о признании договоров купли-продажи движимого имущества недействительными, применении последствий недействительности сделок,

по апелляционной жалобе ИОВ на решение Урайского городского суда от 29 октября 2020 года, которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ИОВ к ИСА, МВН, ЛАА о признании договоров купли-продажи движимого имущества недействительными, применении последствий недействительности сделок - отказать».

Заслушав доклад судьи Кузнецова М.В., пояснения истца ИСА и ее представителя КИН, настоявших на доводах апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ИОВ обратилась в суд с вышеуказанным исковым заявлением, которым просила признать недействительными: договор купли- продажи от 24.04.2018 автомобиля TOYOTA TUNDRA гос.номер (номер), 2010 года выпуска, заключенный между ИСА и МВН,; договор купли-продажи от 24.12.2019 Снегоболотохода «Странник» гос. (номер), год выпуска 2012, заключенный между ИСА и ЛАА,; договор купли-продажи от 24.12.2019 прицепа (номер)(номер), заключенный между ИСА и ЛАА. Прим оспаривании сделок истец просила применить последствия их недействительности, в виде возврата сторон в первоначальное положение.

В обосновании требований истцом указано, что в производстве Урайского городского суда находится гражданское дело по иску ИОВ к ИСА о расторжении брака и разделе имущества супругов, встречному исковому заявлению ИСА о разделе совместно нажитого имущества. Супруги состояли в браке с 08.10.2004, фактические брачные отношения прекращены в декабре 2019. В ходе рассмотрения дела было установлено, что 24.04.2019 между ИСА, и МВН был заключен договор купли-продажи автомобиля TOYOTA TUNDRA гос.номер (номер), 2010 года выпуска. 24.12.2019. между ИСА и ЛАА были заключены договоры купли-продажи Снегоболотохода «Странник» гос. (номер), год выпуска 2012 и прицепа (номер) гос.(номер). Между тем, все транспортные средства до настоящего времени зарегистрированы на имя ответчика, находятся в пользовании ИСА По убеждению истца все представленные договоры по отчуждению движимого имущества мнимы. Договоры заключены исключительно с целью «вывести» транспортные средства из имущества, подлежащего разделу, тем самым минимизировать размер имущества, на который претендует истец ИОА Лица, являющиеся сторонами по оспариваемым договорам - МВНТТ., ЛАА на протяжении нескольких лет находятся с ответчиком ИСА в дружеских отношениях, знакомы со всеми членами семьи И., неоднократно бывали у них в доме. И им обоим известно о расторжении брака между И. и заявленных ИОВ требованиях о разделе имущества. Все транспортные средства приобретались супругами и браки. Заключив договоры купли-продажи, И. должен был утратить, в том числе, свое право пользования транспортным средством, прицепом, снегоболотоходом, чего им сделано не было.

Истец в судебное заседание на рассмотрение спора судом первой инстанции не явилась, обеспечила явку представителя КИН, которая на удовлетворении исковых требований настаивала в полном объеме.

Ответчик ИСА и его представитель ССВ в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, просили отказать в их удовлетворении, указав, что все сделки были заключены в интересах семьи, о продаже транспортных средств истец достоверно знала. Автомобиль TOYOTA TUNDRA был продан МВН чтоб рассчитаться за займ. Снегоболотоход «Странник» гос. (номер) и прицеп (номер), после совершения сделки находился у него на хранении по просьбе ЛАА

В судебном заседании МВН, ЛАА с исковыми требованиями не согласились.

Суд постановил вышеуказанное решение, об отмене которого и принятии нового решения об удовлетворении исковых требований, просит в апелляционной жалобе ИОВ

В жалобе апеллянт указывает на не принятие судом первой инстанции во внимание фактических обстоятельств по делу, а именно о мнимости совершенной сделки договора купли-продажи автомобиля TOYOTA TUNDRA г/н (номер), 2010 года выпуска, заключенный между ИСА и МВН, договора купли-продажи от 24.12.2019 Снегоболотохода «Странник» г/н (номер), год выпуска 2012, заключенный между ИСА и ЛАА, и договора купли-продажи от 24.12.2019 прицепа (номер) г/н (номер). Принимая во внимание пояснения ЛАА, суд не дал правовой оценки тому факту, что как последний мог рассчитаться за дорогостоящую технику, при этом не взяв ни расписку с ИСА, ни ПТС на транспортные средства, ни сам договор купли-продажи у продавца. Более того обращает внимание на то, что ЛАА не смог правильно ответить на вопросы представителя истца, какие технические характеристики и цвет имеют приобретенные им транспортные средства. Вопреки выводу суда о не предоставлении истцом доказательств осведомленности МВН и ЛАА об отсутствии согласия со стороны ИОВ на отчуждение транспортных средств, апеллянт указывает, что фактически об отчуждении спорных транспортных средств она узнала только после подачи встречного искового заявления ИСА, в котором он просил об исключении из раздела имущества вышеуказанной техники. Указывает на необоснованное отклонение судом первой инстанции свидетельских показаний ИМС Считает, что заключив договоры купли-продажи, ИСА должен был утратить свое право пользования транспортным средством, прицепом, снегоболотоходом. Однако, вся данная техника находится в настоящее время на полном содержании и хранении у последнего.

В судебное заседание апелляционной инстанции ответчики, будучи извещенными не явились. Руководствуясь статьями 327, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия рассмотрела апелляционную жалобу в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, оценив имеющиеся в деле доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что И. состояли в браке с 08.10.2004, фактические брачные отношения прекращены в декабре 2019.

В период брака супругами были приобретены следующие транспортные средства: автомобиль TOYOTA TUNDRA гос.номер (номер), год выпуска 2010; снегоболотоход «Странник» гос. (номер), год выпуска 2012 и прицеп (номер) гос.(номер).

24.04.2019 между ИСА и МВН был заключен договор купли-продажи автомобиля TOYOTA TUNDRA гос.номер (номер), год выпуска 2010; 24.12.2019 между ИСА и ЛАА были заключены договоры купли-продажи снегоболотоход а «Странник» гос. (номер), год выпуска 2012 и прицепа (номер) гос.(номер).

Оспаривая вышеназванные договоры купли-продажи, истец указала на то, что они не соответствуют закону и нарушают ее имущественные права, сделки совершены без ее согласия, а также данные сделки являются мнимыми, поскольку были заключены без намерения породить правовые последствия в виде перехода прав па движимое имущество, с целью избежать раздела совместно нажитого имущества, а также с целью уменьшения ее доли в общем имуществе, спорные автомобили не были переданы от продавца покупателям, расчет не производился, стороны в сделке являются близкими друзьями семьи И..

Судом первой инстанции при разрешении спора установлено, что 24.04.2018 между ИСА и МВН был заключен договор купли-продажи автомобиля TOYOTA TUNDRA гос.номер (номер), год выпуска 2010, из содержания которого следует, что ИСА - продавец, передал в собственность МВН - покупателю, указанное транспортное средство, принадлежащее ему на праве собственности. Стоимость указанного транспортного средства согласована покупателем и продавцом и составляет 1750000 рублей. Покупатель в оплату за приобретенное транспортное средство передал продавцу, а продавец получил денежные средства в размере 1750000 руб. Из договора следует, что право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания настоящего договора. Договор купли-продажи подписан ИСА и МВН

Согласно карточки транспортных средств собственником транспортного средства TOYOTA TUNDRA гос.номер (номер), год выпуска 2010 значится ИСА

Из объяснений МВН следует, что между ним и ИСА был заключен договор займа, по которому последний принял от него денежные средства, поскольку ИСА не смог своевременно исполнить принятые на себя обязательства, то в апреле 2018 было решено заключить договор купли - продажи транспортного средства TOYOTA TUNDRA, как гарантию возврата денежных средств. Транспортное средство было ему передано после подписания договора, он пользовался автомобилем один день, понял, что транспортное средство ему не нужно, и по его поручению ИСА до настоящего времени продает этот автомобиль.

Оценивая доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истец не доказала отсутствие у МВН и ИСА намерений создать правовые последствия, характерные для договора купли-продажи, как и не установлено объективной стороны мнимости сделки купли-продажи, направленной на нарушение прав других лиц, и субъективной, выражающейся в наличии умысла на совершение мнимого договора купли- продажи.

В связи с чем отказал в удовлетворении требований о признании договора купли-продажи автомобиля от 24.04.2018, заключенного между ИСА и МВН

Разрешая требования относительно автомобиля - Снегоболотоход «Странник» гос. (номер), год выпуска 2012, а также прицепа, гос.(номер) и отказывая в признании договоров купли-продажи от 24.12.2019 года, заключенных между ИСА и ЛАА, недействительными суд исходил из следующего.

ИСА - продавец, передал в собственность ЛАА - покупателю, указанное транспортное средство, принадлежащее ему на праве собственности. Стоимость указанного транспортного средства согласована покупателем и продавцом и составляет 500 000 рублей. Покупатель в оплату за приобретенное транспортное средство передал продавцу, а продавец получил денежные средства в размере 500 000 руб. Из договора следует, что право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания настоящего договора. Договор купли-продажи подписан ИСА и ЛЛД

24.12.2019 между ИСА и ЛАА был заключен договор купли-продажи (номер) гос.(номер) НО 54 из содержания которого следует, что ИСА - продавец, передал в собственность ЛАА - покупателю, указанное транспортное средство, принадлежащее ему на праве собственности. Стоимость указанного транспортного средства согласована покупателем и продавцом и составляет 100 000 рублей. Покупатель в оплату за приобретенное транспортное средство передал продавцу, а продавец получил денежные средства в размере 100 000 руб. Из договора следует, что право собственности на транспортное средство переходит к покупателю с момента подписания настоящего договора. Договор купли-продажи подписан ИСА и ЛАА

ЛАА суду пояснил, что в октябре 2019 ему стало известно о намерении ИСА продать снегоболотоход «Странник» и прицеп. Подумав пару дней, им было принято решение купить данные транспортные средства. У него имеются угодия, с этой целью и была приобретена техника. Поскольку было необходимо внести изменения в ПТС относительно категории, стороны договорились заключить договор после внесения всех изменений. В декабре 2019 состоялась сделка, подписан договор, переданы денежные средства, осмотрена техника, передан ПТС. На момент совершения сделки он был лишен права управления транспортными средствами, поэтому не пошел оформлять переход права собственности, кроме того, в связи со сложившейся ситуацией, на выездах из города стоят посты, в связи с чем он не мог транспортировать снегоболотоход «Странник» и прицеп, в связи с чем оставил технику на хранение у ИСА, поэтому ключи и документы находились у И..

Оценивая доказательства в их совокупности, суд пришел к выводу о том, что в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств, с достоверностью подтверждающих, что ЛАА знал или должен был знать о несогласии ИОВ на совершение данной сделки.

Между тем, судебная коллегия, принимая во внимание доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не может согласиться с постановленными выводами суда первой инстанции, на основании следующего.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы права, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие регистрационные действия, что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Исходя из вышеизложенного, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу приведенных выше законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

При этом установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Согласно п. п. 7, 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1 или 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. п. 1 или 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Учитывая фактические обстоятельства по делу, судебная коллегия полагает необоснованным непринятие во внимание судом первой инстанции указанных истцом обстоятельств введения ее в заблуждение, а также обстоятельств того, что между сторонами фактического намерения продажи имущества не было.

Также судебная коллегия обращает внимание на непринятие судом во внимание обстоятельств о безденежности сделок. Судом не учтен факт отсутствия расписок по сделкам отчуждения прицепа и снегоболотохода, не проверены доводы об отсутствии у ЛАА денежных средств, последним в материалы дела не представлены какие либо доказательства их наличия.

Из обстоятельств дела следует, что продавец фактически не передавал имущество, а несет по настоящее время бремя содержания последним, что было подтверждено в судебном заседании.

Судом не учтено, что имущество не выбыло из владения ИСА, надлежаще подтверждено, что последний управляет автомобилем марки Тойота.

Так же судебная коллегия не может согласиться с выводами суда не принявшего во внимание показания сына сторон ИМС, указавшего на возможную заинтересованность последнего. Судебная коллегия отмечает, что последнему были разъяснены права и обязанности свидетеля, ИМС разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, последний согласился дать пояснения по делу. При этом в ходе рассмотрения спора со стороны лиц участвующих в деле, в том числе со стороны ответчика ИСА не представлено данных о заинтересованности свидетеля в исходе спора в пользу истца, не установлено наличие между сторонами неприязненных отношений.

По существу данных ИМС показаний, последний не был осведомлен о сделках, считал имущество принадлежащим их семье, просьба отца о размещении объявления о продаже автомобиля Тойота прозвучала спустя значительное время после заключения договора купли продажи и возврата товара продавцу в целях его последующей перепродажи. В данной части исходя из позиции ответчиков опровергается логическая связь совершенной сделки, которая так же не прослеживается наличием автомобиля во владении ИСА. Доводы ответчика о планируемой продаже автомобиля третьим лицам, так же не могут быть приняты во вниманием судебной коллегией, исходя из факта регистрации автомобиля за ИСА. так как последующая сделка исходя из правил регистрации транспортных средств может быть заключена только между ИСА и последующим покупателем. При наличии таковой сделки в будущем, оспариваемый договор приобретает признаки мнимости.

Так же, по мнению судебной коллегии судом первой инстанции необоснованно не дана надлежащая оценка пояснениям ответчика ЛАА не давшего надлежащих и вразумительных ответов о технических характеристиках приобретенного им имущества.

Исходя из обстоятельств совершения ответчиком ИСА оспариваемых сделок, во взаимосвязи с положениями ст. 10 ГК РФ и наличием у сторон спора о разделе совместно нажитого имущества, судебная коллегия приходит к выводу о недобросовестности поведения ИСА, и наличия у последнего соответствующего мотива, исключения имущества из массы, подлежащей разделу.

При изложенных выше обстоятельствах, в их совокупности, свидетельствующих как о безденежности сделки, так и отсутствием целей их совершения и наступивших последствий, судебная коллегия находит необходимым отменить состоявшееся судебное решение с принятием нового о признании недействительными: договора купли-продажи от 24.04.2018 года автомобиля TOYOTA TUNDRA г/н. (номер) год выпуска 2010, заключенного между ИСА и МВН; договора купли продажи от 24.12.2019 года снегоболотохода «Странник» г/н. (номер), 2012 года выпуска, заключенного между ИСА и ЛАА; договора купли продажи от 24.12.2019 года прицепа (номер) г/н. (номер) заключенного между ИСА и ЛАА

Кроме того, судебная коллегия вопреки предъявленным истцом требованиям отмечает, что в данном случае заключенные между сторонами договора купли-продажи сами по себе не несут в себе правовых последствий, так как фактически отчужденное имущество не выбывало из собственности ответчика ИСА и не было перерегистрировано на третьих лиц. Оснований применения последствий недействительности к мнимым сделкам не имеется

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная учитывает, что истцом была оплачена государственная пошлина в общей сумме 20730 рублей исходя из оценки имущества в сумме 2 506 000. Так, исходя из стоимости имущества по отдельности по автомобилю оплачено 73,19%, по прицепу 4,47%, по снегоболотоходу 22,35%.

Таким образом при удовлетворении требований истца с ответчиков из расчета, в равных долях по каждой сделке, подлежит взысканию в пользу ИОВ, по правилам ст. 98 ГПК РФ 20 730 рублей, а именно с ИСА 10 363 рубля 95 коп., с МВН 7 586 рублей 15 коп., с ЛАА 2 779 рублей 90 коп..

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Урайского городского суда от 29 октября 2020 года отменить.

Принять по делу новое решение.

Исковые требования ИОВ к ИСА, МВН, ЛАА о признании договоров купли-продажи движимого имущества недействительными, применении последствий недействительности сделок удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли продажи от 24 апреля 2018 года автомобиля TOYOTA TUNDRA г/н. (номер) год выпуска 2010, заключенный между ИСА и МВН.

Признать недействительным договор купли продажи от 24.12.2019 года снегоболотохода «Странник» г/н. (номер), год выпуска 2012, заключенный между ИСА и ЛАА.

Признать недействительным договор купли продажи от 24.12.2019 года прицепа (номер) г/н. (номер) заключенный между ИСА и ЛАА.

Взыскать с ИСА в пользу ИОВ расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 363 рубля 95 коп.

Взыскать с МВН в пользу ИОВ расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 586 рублей 15 коп.

Взыскать с ЛАА в пользу ИОВ расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 779 рублей 90 коп.

Председательствующий Гавриленко Е.В.

Судьи Баранцева Н.В.

Кузнецов М.В.