Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба и судебных расходов,

по апелляционной жалобе Головина Николая Ивановича

на решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 23.06.2021.

Заслушав доклад судьи Переверзевой Ю.А., объяснения представителя ФИО2 – ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО4, возражавшего против удовлетворения жалобы, судебная коллегия

установила:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1) обратилась в суд с указанным иском, в котором просила взыскать с ФИО2 причиненный ущерб в размере 68 250 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 248 рублей.

В обоснование заявленных требований указала, что ФИО2 являлся работником ИП ФИО1, трудовую деятельность осуществлял с 20.02.2019 в должности водителя, уволен 09.04.2021 на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по собственному желанию).

20.02.2019 с ФИО2 был заключен договор о полной материальной ответственности.

24.04.2021 ИП ФИО1 проведена служебная проверка, в результате которой обнаружена недостача материальных ценностей в размере 68 250 рублей. Было установлено, что недостача образовалась за период с 13.06.2020 по 08.12.2020 вследствие предоставления ФИО2 чеков неизвестного происхождения на оплату дизельного топлива для заправки служебного автомобиля. Получить объяснение ФИО2 по данному факту не представилось возможным ввиду его нахождения в отпуске в период с 26.03.2021 по 08.04.2021 и последующего его увольнения. Добровольно возместить ущерб, причиненный работодателю, ФИО2 отказался.

Решением суда иск удовлетворен: с ФИО2 в пользу ИП ФИО1 взысканы сумма причиненного ущерба в размере 68 250 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 20 000 рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 248 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда отменить.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ИП ФИО1 и ответчик ФИО2 не явились, о его времени и месте извещены электронными заказными письмами (получены 15.10.2021 и 05.10.2021 соответственно), уполномочили представлять свои интересы представителей, что позволяет в силу положений части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, выслушав представителей сторон, судебная коллегия приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела имеются существенные нарушения норм материального и процессуального права, допущенные судом первой инстанции, и они выразились в следующем.

Судом установлено, что 20.02.2019 между ИП ФИО1 и ФИО2 заключен трудовой договор, в соответствии с которым он принят на должность водителя.

20.02.2019 между сторонами заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому работник принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.

09.04.2021 трудовой договор между сторонами расторгнут, ФИО2 уволен по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по собственному желанию).

31.03.2021 от механика З.И.Н. на имя ИП ФИО1 поступила докладная записка, согласно которой в ходе проверки представленных водителем ФИО2 чеков о заправке грузового транспортного средства МАН г/г № установлено, что в период с 13.06.2020 по 18.12.2020 ФИО2 производил заправки указанного транспортного средства дизельным топливом на АЗС ИП Л.Р.В.. (АЗС Автомост, Красносулинский район, М4 Дон, 987 км), о чем представил чеки: от 13.06.2020, от 08.07.2020, от 16.07.2020, от 18.07.2020, от 23.07.2020, от 28.07.2020, от 30.07.2020, от 04.08.2020, от 07.08.2020, от 11.08.2020, от 14.08.2020, от 26.08.2020, от 01.09.2020, от 10.09.2020, от 15.09.2020, от 18.09.2020, от 23.09.2020, от 02.12.2020, от 04.12.2020, от 08.12.2020 на сумму 13 860 рублей каждый, а всего 6 000 литров на сумму 277 200 рублей. При этом стоимость дизельного топлива не менялась и составляла 46 рублей 20 копеек за 1 литр. Перечисленные обстоятельства вызвали сомнения, поскольку в представленных чеках не считывается QR код, а мониторинг цифровых колебаний стоимости дизельного топлива в период с 13.06.2020 по 08.12.2020 указывает, что стоимость менялась.

На основании указанной докладной записки приказом № 7/п от 05.04.2021 создана комиссия по проведению служебной проверки в отношении водителя ФИО2 по вопросу обоснованности предоставления им чеков на дизельное топливо.

24.04.2021 комиссией в составе ИП ФИО1, членов комиссии: механика З.И.Н., приглашенного лица – старшего бухгалтера ООО «РМК» М.Е.Д. составлен акт о причинении ущерба, согласно которому установлено: водителем ИП ФИО1 – ФИО2 предоставлялись чеки неизвестного происхождения на оплату дизельного топлива для заправки служебного грузового транспортного средства МАН (г/н №) на АЗС ИП Л.Р.В. (АЗС Автомост, Красносулинский район, М4 Дон, 987 км): от 13.06.2020, от 08.07.2020, от 16.07.2020, от 18.07.2020, от 23.07.2020, от 28.07.2020, от 30.07.2020, от 04.08.2020, от 07.08.2020, от 11.08.2020, от 14.08.2020, от 26.08.2020, от 01.09.2020, от 10.09.2020, от 15.09.2020, от 18.09.2020, от 23.09.2020, от 02.12.2020, от 04.12.2020, от 08.12.2020 на сумму 13 860 рублей каждый, а всего 6 000 литров на сумму 277 200 рублей, при этом стоимость дизельного топлива не менялась и составляла 46 рублей 20 копеек за 1 литр.

Также в ходе проведения проверки от ИП Л.Р.В. 24.04.2021 получена информация исх. № 24 от 08.04.2021 о том, что реальная стоимость дизельного топлива на АЗС «Автомост» составляла: с 01.06.2020 по 30.06.2020 – 36 рублей за 1 литр; с 01.07.2020 по 31.07.2020 – 35 рублей 50 копеек за 1 литр; с 01.08.2020 по 31.08.2020 – 35 рублей 50 копеек за 1 литр; с 01.09.2020 по 03.09.2020 – 35 рублей 50 копеек за 1 литр; с 04.09.2020 по 30.09.2020 – 33 рубля 50 копеек за 1 литр; с 01.12.2020 по 15.12.2020 – 33 рубля 50 копеек за 1 литр; с 16.12.2020 по 31.12.2020 – 34 рубля за 1 литр.

При указанных обстоятельствах водителем ФИО2 в период с 13.06.2020 по 08.12.2020 необоснованно присвоено 68 250 рублей.

Удовлетворяя заявленные требования и взыскивая с ФИО2 в пользу ИП ФИО1 ущерб в размере 68 250 рублей, суд первой инстанции исходил из того, что истец доказал правомерность заключения с ответчиком договора о полной индивидуальной материальной ответственности, доказательств отсутствия вины ответчика в образовавшейся недостаче суду не представлено, а факт вины ответчика нашел свое подтверждение.

Судебная коллегия считает, что выводы суда основаны на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также сделаны с существенным нарушением норм процессуального права.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, содержатся в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 232 указанной главы Трудового кодекса Российской Федерации определена обязанность стороны трудового договора возместить причиненный ею другой стороне этого договора ущерб в соответствии с названным кодексом и иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть третья статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

Материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба (статья 233 Трудового кодекса Российской Федерации).

Условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, пределы такой ответственности определены главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации «Материальная ответственность работника».

Согласно статье 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В соответствии со статьей 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Она заключается в обязанности работника возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб, но не свыше установленного законом максимального предела, определяемого в соотношении с размером получаемой им заработной платы. Таким максимальным пределом является средний месячный заработок работника. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть первая статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью второй статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев полной материальной ответственности установлен статьей 243 Трудового кодекса Российской Федерации.

К таким отнесены, в частности, случаи: когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; недостачи ценностей, вверенных работнику на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу (пункты 1, 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 244 Трудового кодекса Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Статьей 247 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Таким образом, необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действий или бездействия) работника, причинная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что юридически значимыми обстоятельствами для разрешения иска ИП ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного работодателю, являлись такие обстоятельства, как: вина работника ФИО2 в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность ФИО2 за ущерб, причиненный работодателю; действия ФИО2 по предоставлению в качестве отчетных документов кассовых чеков; доказательства того, что представленные ФИО2 чеки являются недействительными (поддельными).

В обоснование заявленных требований истец ссылался на наличие вины ФИО2 в образовавшейся недостаче, исходя из акта о причинении ущерба.

Однако в материалах дела отсутствуют доказательства того, что представленные ответчиком кассовые чеки о заправке автомобиля топливом являются недействительными (поддельными).

Мнение механика З.И.Н. не может являться таким доказательством, поскольку сделано лишь на его предположениях о том, что QR коды не читаются, при этом достоверных доказательств тому не имеется.

Доказательств того, что ФИО2 в действительности не производил заправку автомобиля на АЗС ИП Л.Р.В., что ему не выдавались от имени указанного индивидуального предпринимателя указанные чеки, истцом не собрано ни в ходе проведения проверки, ни представлено и в материалы дела.

Сообщение ИП Л.Р.В. подтверждает лишь цену дизельного топлива на АЗС в определенные периоды времени, но не опровергает факт выдачи ФИО2 представленных им от имени ИП Л.Р.В. чеков и их действительность.

Также судом не было принято во внимание то обстоятельство, что проверка проведена комиссией в отсутствие материально ответственного лица ФИО2, который также не был ознакомлен и с результатами проверки. Письменные объяснения относительно выявленного ущерба у ФИО2 в нарушение положений части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации также не истребовались.

Довод истца о том, что истребование у работника объяснений в связи с его увольнением невозможно, противоречит действующему правовому регулированию, устанавливающему порядок привлечения работника к материальной ответственности и обязанность работодателя до принятия им решения о возмещении ущерба конкретным работником провести проверку с истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

При таких данных судебная коллегия приходит к выводу, что представленные истцом документы не подтверждают наличие причинно-следственной связи между действиями работника ФИО2 и причиненным ущербом, наличие ущерба как такового, а также наличие условий для полного возмещения причиненного ущерба, соблюдение процедуры проверки обстоятельств причинения ущерба и его размера, в связи с чем оснований для взыскания с ответчика материального ущерба по основаниям, заявленным в иске, и как следствие, судебных расходов не имелось, в связи с чем решение суда подлежит отмене с принятием нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

При этом довод апелляционной жалобы о том, что дело рассмотрено с нарушением норм процессуального права, устанавливающих правила подсудности, несостоятелен и подлежит отклонению.

Так, из материалов дела следует, что ходатайство представителя ответчика о передаче дела по подсудности судом первой инстанции разрешено, вынесено мотивированное определение об отказе в передаче дела по подсудности от 09.06.2021.

Указанное определение, которое подлежит самостоятельному обжалованию, в установленном законом порядке не обжаловалось и вступило в законную силу.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 23.06.2021 отменить.

Принять новое решение, которым в удовлетворении иска индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба и судебных расходов отказать.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня вынесения апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Старооскольский городской суд Белгородской области.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25.10.2021.

Председательствующий

Судьи

Определение28.10.2021