Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ломоносовского районного суда города Архангельска от 9 ноября 2021 г. (дело № 2-3339/2021) по иску ФИО1 к Управлению Федеральной службы судебных приставов по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о признании права на поступление в органы принудительного исполнения, признании незаконным отказа в принятии на службу в органы принудительного исполнения, возложении обязанности рассмотреть заявление и документы с учетом предельного возраста.

Заслушав доклад судьи Бланару Е.М., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Управлению Федеральной службы судебных приставов по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (далее – УФССП России по АО и НАО, Управление) о признании права на поступление в органы принудительного исполнения, признании незаконным отказа в принятии на службу в органы принудительного исполнения, возложении обязанности рассмотреть заявление и документы с учетом предельного возраста.

В обоснование иска указано, что ФИО1 замещала должность судебного пристава-исполнителя в УФССП России по АО и НАО с 16 августа 1999 г. по 14 августа 2018 г. Во время прохождения государственной гражданской службы приказом от 28 февраля 2008 г. №-к ей присвоен классный чин юстиции – юрист 1 класса. В декабре 2019 г. она приняла участие в конкурсе на включение в кадровый резерв для замещения вакантных должностей Управления, по результатам которого письмом от 9 декабря 2019 г. ей сообщили, что она включена в кадровый резерв на основании приказа от 5 декабря 2019 г. №-к. 29 июля 2021 г. она обратилась к ответчику с заявлением о поступлении на службу в органы принудительного исполнения Российской Федерации на должность судебного пристава-исполнителя. Уведомлением от 9 августа 2021 г. ей сообщили, что по ее заявлению не принято положительного решения со ссылкой на ч. 2 ст. 17 Федерального закона от 1 октября 2019 г. № 328-ФЗ «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 328-ФЗ), в соответствии с которой предельный возраст поступления на службу в органы принудительного исполнения для замещения должностей – 40 лет. Между тем в соответствии с п. 1 ст. 25.1 Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» предельный возраст пребывания на гражданской службе – 65 лет. Закон № 328-ФЗ вступил в силу с 1 января 2020 г., в то время как она была включена в кадровый резерв 5 декабря 2019 г. Кроме того, п. 1 ст. 92 Закона № 328-ФЗ устанавливает, что в отношении гражданских служащих, ранее проходивших службу в федеральных органах исполнительной власти на должностях, по которым предусмотрено присвоение специальных званий, предельный возраст поступления в органы принудительного исполнения – 63 года. При этом согласно Таблице соответствия специальных званий, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 23 декабря 2019 г. № 615, классный чин юстиции – юрист 1 класса соответствует специальному званию сотрудника органа принудительного исполнения – младший лейтенант внутренней службы. Трудовые функции по должности судебного пристава-исполнителя не изменились с 2008 г. В связи с изложенным просила признать за ней право на поступление в органы принудительного исполнения в порядке, установленном ст. 92 Закона № 328-ФЗ, признать незаконным отказ УФССП России по АО и НАО в принятии ФИО1 на службу в органы принудительного исполнения в связи с достижением предельного возраста поступления на службу в органы принудительного исполнения – 40 лет, обязать ответчика рассмотреть поданные 29 июля 2021 г. заявление и документы с учетом предельного возраста поступления в органы принудительного исполнения.

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО1 исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям.

Представитель ответчика УФССП России по АО и НАО ФИО2 в судебном заседании суда первой инстанции с иском не согласилась. В письменных возражениях на исковое заявление просила отказать в удовлетворении иска в полном объеме. Пояснила, что согласно приказа руководителя УФССП России по АО и НАО от 5 декабря 2019 г. №-к ФИО1 включена в кадровый резерв по итогам второго этапа конкурса на включение в кадровый резерв Управления для замещения вакантных должностей старшей группы должностей категории «специалисты». После вступления в силу Закона № 328-ФЗ Федеральная служба судебных приставов перешла на иной вид деятельности государственной службы, поступление на которую регламентируется Законом № 328-ФЗ. Данным законом установлен предельный возраст поступления на службу в органы принудительного исполнения – 40 лет. На момент обращения в Управление с заявлением о поступлении на службу ФИО1 был <данные изъяты> год. Нормы ст. 92 Закона № 328-ФЗ установлены для тех, кто проходил службу на аттестованных должностях.

Дело рассмотрено судом первой инстанции в отсутствие представителя третьего лица Федеральной службы судебных приставов, извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Решением Ломоносовского районного суда города Архангельска от 9 ноября 2021 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 к УФССП России по АО и НАО о признании права на поступление в органы принудительного исполнения, признании незаконным отказа в принятии на службу в органы принудительного исполнения, возложении обязанности рассмотреть заявление и документы с учетом предельного возраста отказано.

С указанным решением не согласилась истец ФИО1, в поданной апелляционной жалобе просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что Закон № 328-ФЗ вступил в силу с 1 января 2020 г. в то время как она была включена в кадровый резерв 5 декабря 2019 г., в связи с чем, по ее мнению, она вправе была рассчитывать на замещение вакантных должностей Управления до 65 лет, что согласуется с целями и задачами трудового законодательства. Кроме того, отмечает, что п. 1 ст. 92 Закона № 328-ФЗ устанавливает, что в отношении гражданских служащих, ранее проходивших службу в федеральных органах исполнительной власти на должностях, по которым предусмотрено присвоение специальных званий, предельный возраст поступления в органы принудительного исполнения – 63 года. При этом, обращает внимание, что согласно Таблице соответствия специальных званий, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 23 декабря 2019 г. № 615, классный чин юстиции – юрист 1 класса соответствует специальному званию сотрудника органа принудительного исполнения – младший лейтенант внутренней службы. По ее мнению, тот факт, что по состоянию на 29 июля 2021 г. она не являлась гражданским служащим, а также проходила службу у ответчика в должности судебного-пристава-исполнителя, относящейся к должностям государственной гражданской службы Российской Федерации, для которой присвоение специальных званий не предусматривалось, правового значения не имеет. Из буквального толкования нормы не следует, что она может быть применена только к гражданским служащим, проходящим службу, по ее мнению, напротив речь идет о гражданских служащих ранее проходивших службу в федеральных органах исполнительной власти, следовательно, должна иметь свое распространение и на уволившихся гражданских слушающих. Считает необоснованным указание суда на то, что возрастное ограничение 63 года установлено только для действующих на 1 января 2020 г. федеральных государственных гражданских служащих ФССП и ее территориальных органов, которые ранее проходили службу в федеральных органах исполнительной власти на должностях, по которым предусмотрено присвоение специальных званий. Полагает, что такое толкование нормы приводит к ущемлению прав бывших работников ФССП, желающих поступить на службу в органы принудительного исполнения, и которые так же имеют право на то, чтобы периоды службы у ответчика были зачтены в стаж службы (выслугу лет). По ее мнению, указание суда на то, что иное толкование приведет к тому, что лица, уволенные с гражданской службы до вступления в силу Закона № 328-ФЗ, будут необоснованно поставлены в более выгодное положение по сравнению с гражданскими служащими ФССП и ее территориальных органов, осуществляющими служебную деятельность как до, так и после 1 января 2020 г., не имеет правового значения, так как на момент обращения к ответчику с заявлением указанные гражданские служащие уже воспользовались правом для поступления на службу в органы принудительного исполнения. Таким образом, полагает, что ст. 92 Закона № 328-ФЗ имеет самостоятельное правовое регулирование и должна применяться к тем лицам, которые в настоящее время желают поступить на службу в органы принудительного исполнения и к тем отношениям, которые возникают в связи с этим на дату их обращения. Обращает внимание, что трудовые функции по должности судебного пристава-исполнителя не изменились с 2008 г.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции представитель третьего лица, надлежащим образом в установленном гражданском процессуальном порядке извещенный о времени и месте его проведения, не явился, о причинах неявки суду не сообщил. При таких обстоятельствах в соответствии с ч. 3 ст. 167, ч. 1 ст. 327 ГПК РФ судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося представителя третьего лица.

Изучив материалы дела, заслушав истца, поддержавшую доводы апелляционной жалобы по изложенным основаниям, представителя ответчика ФИО2, не согласившуюся с доводами апелляционной жалобы, считающую решение суда законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в ее пределах, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что с 16 августа 1999 г. ФИО1 проходила государственную службу в должности судебного пристава-исполнителя. 14 августа 2018 г. освобождена от замещаемой должности федеральной государственной гражданской службы и уволена с государственной гражданской службы в УФССП России по АО и НАО на основании п. 3 ч. 1 ст. 33 Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» (далее – Закон № 79-ФЗ), по инициативе гражданского служащего.

На момент увольнения ФИО1 находилась в классном чине – юрист 1 класса.

Приказом УФССП России по АО и НАО от 5 декабря 2019 г. №-к ФИО1 включена в кадровый резерв Управления для замещения вакантных должностей старшей группы должностей категории «специалисты».

29 июля 2021 г. истец обратилась с заявлением на имя директора Федеральной службы судебных приставов – главного судебного пристава Российской Федерации, в котором просила принять ее на службу в органы принудительного исполнения Российской Федерации на должность судебного пристава-исполнителя УФССП России по АО и НАО.

Уведомлением от 9 августа 2021 г. ответчик сообщил ФИО1, что она не может быть принята на службу в органы принудительного исполнения Российской Федерации в связи с достижением ею предельного возраста поступления на службу.

Не согласившись с указанным решением ответчика, истец обратилась в суд с настоящим иском.

Оценив представленные по делу доказательства, приняв во внимание положения законодательства, регулирующие спорные правоотношения, суд пришел к выводу, что оснований для удовлетворения требований истца о признании права на поступление в органы принудительного исполнения, признании незаконным отказа в принятии на службу в органы принудительного исполнения, возложении обязанности рассмотреть заявление и документы с учетом предельного возраста не имеется.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, считает их правильными, основанными на исследованных доказательствах, которым была дана верная правовая оценка, выводы в решении подробно мотивированы, полностью соответствуют фактическим обстоятельствам и материалам дела, сомнений у судебной коллегии не вызывают.

С 1 января 2020 г. вступил в силу Закон № 328-ФЗ, регулирующий правоотношения, связанные с поступлением на службу в органы принудительного исполнения, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника.

Частью 2 ст. 17 Закона № 328-ФЗ установлен предельный возраст поступления на службу в органы принудительного исполнения для замещения должностей в органах принудительного исполнения – 40 лет.

На дату обращения с заявлением о принятии на службу в органы принудительного исполнения Российской Федерации ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, достигла возраста <данные изъяты> год.

Переходными положениями ст. 92 Закона № 328-ФЗ, на которые ссылается истец в обоснование заявленных исковых требований, предусмотрена процедура перевода государственных гражданских служащих Федеральной службы судебных приставов России на должности сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 92 Закона № 328-ФЗ предельный возраст поступления на службу в органы принудительного исполнения в отношении федеральных государственных гражданских служащих Федеральной службы судебных приставов и ее территориальных органов (далее – гражданские служащие) – 60 лет. В отношении гражданских служащих, ранее проходивших службу в федеральных органах исполнительной власти на должностях, по которым предусмотрено присвоение специальных званий, предельный возраст поступления в органы принудительного исполнения – 63 года.

Из совокупного толкования выше указанных норм законодательства следует, что предельный возраст поступления на службу в органы принудительного исполнения 60 лет установлен для лиц, занимающих должности государственной гражданской службы в Федеральной службе судебных приставов и ее территориальных органах на дату вступления в силу Закона № 328-ФЗ, в целях недопущения ущемления их трудовых прав в связи с переходом на новый вид службы. При этом возрастное ограничение 63 года установлено для действующих на 1 января 2020 г. федеральных государственных гражданских служащих Федеральной службы судебных приставов и ее территориальных органов, которые ранее проходили службу в иных федеральных органах исполнительной власти на должностях, по которым предусмотрено присвоение специальных званий. Иное толкование приведет к тому, что лица, уволенные с гражданской службы до вступления в силу Закона № 328-ФЗ, будут необоснованно поставлены в более выгодное положение по сравнению с гражданскими служащими Федеральной службы судебных приставов и ее территориальных органов, осуществлявшими служебную деятельность непрерывно как до, так и после 1 января 2020 г.

Между тем, как правильно установлено судом первой инстанции, по состоянию на 29 июля 2021 г. истец гражданским служащим не являлась. До 14 августа 2018 г. ФИО1 проходила службу в УФССП России по АО и НАО в должности судебного пристава-исполнителя, относившейся к должностям государственной гражданской службы Российской Федерации, для которой присвоение специальных званий не предусматривалось.

Таким образом, суд пришел к правильному выводу, что истец не может быть принята на службу в органы принудительного исполнения Российской Федерации в связи с достижением ею предельного возраста поступления на службу.

При этом, вопреки позиции истца, Таблица соотношения специальных званий сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации, классных чинов федеральной государственной гражданской службы, воинских и специальных званий, классных чинов юстиции, классных чинов прокурорских работников утверждена Указом Президента Российской Федерации от 23 декабря 2019 года № 615 в целях реализации положений ч. 4 ст. 92 Закона № 328-ФЗ и присвоения специальных званий сотрудникам Федеральной службы судебных приставов и ее территориальных органов, изъявившим желание поступить на службу в органы принудительного исполнения после вступления в силу указанного Федерального закона.

Как верно отметил суд первой инстанции, тот факт, что приказом Управления от 5 декабря 2019 г. №-к ФИО1 была включена в кадровый резерв для замещения вакантных должностей старшей группы должностей категории «специалисты», правового значения для данного дела не имеет. Такое включение имело место в порядке, предусмотренном ст. 64 Закона № 79-ФЗ, для замещения вакантных должностей гражданской службы. Согласно ч. 2 ст. 2 Закона № 328-ФЗ правоотношения, связанные с поступлением на федеральную государственную гражданскую службу в органы принудительного исполнения, прохождением и прекращением такой службы, регулируются законодательством Российской Федерации о государственной гражданской службе Российской Федерации, а трудовые отношения – трудовым законодательством. В то же время в заявлении от 29 июля 2021 г. ФИО1 просила принять ее на службу в органы принудительного исполнения на должность судебного пристава-исполнителя в соответствии с Законом № 328-ФЗ.

Опровергающие данные выводы доводы жалобы основаны на неверном толковании норм права, регулирующих спорные правоотношения. По существу они были предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку в решении суда, с которой судебная коллегия соглашается, в связи с чем отсутствуют основания для их переоценки.

Иных доводов, которые бы имели правовое значение для разрешения спора, нуждались в проверке, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая, что обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции определены верно на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, а выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, судебная коллегия в пределах доводов апелляционной жалобы оснований к отмене или изменению оспариваемого решения не усматривает.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Ломоносовского районного суда города Архангельска от 9 ноября 2021 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий	Е.И. Хмара

Судьи	Е.М. Бланару

	Р.С. Сафонов