Гражданский кодекс часть 1

на решение Ленинского районного суда г.Красноярска от 1 февраля 2022 года, которым с 30 июля 2020 года расторгнут договор № 2 аренды недвижимого имущества от 25 ноября 2019 года, заключённый между ИП ФИО1 и ФИО2; с ИП ФИО1 в пользу ФИО2 взысканы арендная плата за май-июль 2020 года 201 000 руб., плата за коммунальные услуги – 32667,78 руб., неустойка за досрочное расторжение договора – 120 000 руб., пеня за несвоевременное внесение арендной платы – 100 000 руб., в возмещение стоимости ремонтно-восстановительных работ нежилого помещения – 482342,54 руб., расходы по оплате государственной пошлины – 12 560 руб.; в остальной части в иске ФИО1 и во встречном иске ФИО2 отказано.

Заслушав докладчика, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 предъявила в суде иск к ФИО2 о расторжении договора аренды нежилого помещения.

Требования мотивированы тем, что 25 ноября 2019 года между ИП ФИО1 и ФИО2 заключён договор №2 аренды недвижимого имущества, по условиям которого ФИО1 предоставлено в аренду нежилое помещение № по адресу: <адрес>, общей площадью 110 кв.м, сроком с 1 декабря 2019 года по 31 октября 2020 года, с целью оказания услуг по присмотру и уходу за детьми дошкольного возраста с 3 до 7 лет, по договору с МАДОУ «Детский сад № 220 комбинированного вида». С введением с 27 марта 2020 года Указом Губернатора Красноярского края мер по предупреждению распространения коронавирусной инфекции на территории Красноярского края, а также уведомлением от МАДОУ «Детский сад № 220 комбинированного вида» от 15 апреля 2020 года о наступлении обстоятельств непреодолимой силы ФИО1 с 1 апреля 2020 года прекратила оказание услуг по присмотру и уходу за детьми и закрыла детский сад. 13 апреля 2020 года ФИО1 обратилась к ФИО2 с просьбой о снижении арендной платы на 50 %, которая согласилась снизить арендную плату после предоставления документов, обосновывающих снижение доходов. В связи с продлением антикоронавирусных ограничений и с невозможностью осуществлять свою деятельность ФИО1 направила ФИО2 уведомление о расторжении договора аренды с 3 июля 2020 года по причине существенного изменения обстоятельств, которые стороны не могли предвидеть. Однако ФИО2 уклоняется от получения уведомления, на передачу ключей от помещения не явилась, 6 июля 2020 года ФИО1 направила ей соглашение о расторжении договора с предложением подписать и вернуть в её адрес один экземпляр, но ответ от ФИО2 так и не получила. ФИО1 просит расторгнуть с 3 июля 2020 года договор аренды нежилого помещения заключённый с ФИО2 25 ноября 2019 года.

ФИО2 предъявила в суде встречный иск к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании задолженности по договору аренды, неустойки, ущерба.

Требования мотивированы тем, что в соответствии с условиями, заключённого между сторонами договора аренды установлена арендная плата 67 000 руб. в месяц, которая подлежит уплате до 3 числа текущего месяца, кроме того, арендатор производит оплату жилищно-коммунальных услуг. До 3 марта 2020 года ФИО1 регулярно осуществляла оплату, однако с мая 2020 года оплату не производит, в соответствии с условиями договора заявила отказ от исполнения договора, но её уведомление о расторжении договора получено только 6 ноября 2020 года и, с учётом установленного договором 30-дневного срока, договор подлежит расторжению с 6 декабря 2020 года. Кроме того, ФИО1 в нежилом помещении произвела незаконную перепланировку, состоянию помещения нанесён значительный ущерб, который подлежит возмещению. ФИО2 просит возложить на ИП ФИО1 обязанность возвратить нежилое помещение №, общей площадью 110 кв.м., расположенное на первом этаже в жилом доме по адресу: <адрес> и взыскать с неё задолженность по договору аренды 662178,80 руб., пеню за просрочку внесения арендной платы – 265368,71 руб., предусмотренную договором неустойку за досрочное расторжение договора – 120 000 руб., в возмещение стоимости ремонтно-восстановительных работ – 100000 руб.,

В последующем ФИО2 исковые требования изменила, так как помещение ФИО1 возвратила, просит взыскать с неё задолженность по договору аренды 567 802,67 руб., пеню за просрочку внесения арендной платы – 558 300,18 руб., неустойку за досрочное расторжение договора – 120 000 руб., ущерб в виде стоимости необходимых ремонтно-восстановительных работ – 505 598 руб.

Судом постановлено приведённое выше решение.

В апелляционной жалобе представитель ФИО1 – ФИО3 просит решение суда в части взыскания арендной платы, платы за коммунальные услуги, неустойки и пени отменить, ссылаясь на то, что по причине введения Указом Губернатора Красноярского края №71-уг от 27 марта 2020 года дополнительных мер, направленных на предупреждение распространения коронавирусной инфекции, вызванной 2019-nCoV на территории Красноярского края, ФИО1 была вынуждена прекратить оказание услуг по присмотру и уходу за детьми дошкольного возраста и закрыть детский сад по независящим от неё обстоятельствам; она не имела ни физической, ни финансовой возможности содержать арендованное помещение, решение о расторжении договора аренды связано со сложившейся в мире обстановкой, однако, суд не признал коронавирусные ограничения форс-мажорными обстоятельствами. Указывает, что взыскание арендной платы за май-июль 2020 года является незаконным, поскольку она фактически не имела возможности и не пользовалась помещением, и не должна нести обязательства по оплате коммунальных услуг и оплачивать неустойку за досрочное расторжение договора. Кроме того, размер взысканной судом неустойки является чрезмерно завышенным и существенным для ФИО1

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда изменить, расторгнуть договор аренды с 6 декабря 2020 года и взыскать задолженность по договору аренды и коммунальным платежам, пеню за их просрочку в предъявленном размере, поскольку вывод о сроке, с которого подлежит считать договор аренды расторгнутым, является неверным. Уведомление о расторжении договора получено ею лишь 6 ноября 2020 года и в соответствии с условиями договора он подлежит расторжению с 6 декабря 2020 года. Указывает, что постановлением заместителя руководителя Управления Федеральной службы Роспотребнадзора по Красноярскому краю №4076 от 16 февраля 2021 года по делу об административном правонарушении установлен факт не доставления и неполучения почтовых отправлений ФИО2 от ФИО1, поэтому сообщение о намерении арендатора отказаться от договора аренды нельзя считать доставленным; материалами дела подтверждается, что в спорный период, в том числе в августе и сентябре 2020 года представитель ФИО2 неоднократно обращался к ФИО1 о допуске в арендованное помещение, которая выдавала ключи, но каждый раз после осмотра забирала их обратно и своим поведением давала арендодателю основание полагать, что договор продолжает действовать. Кроме того, суд необоснованно применил положения ст.333 ГК РФ и снизил установленную договором неустойку, доводов в обоснование несоразмерности или необоснованности неустойки ФИО1 не представлено.

ФИО2, ФИО1, её представитель ФИО3 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, заявлений либо ходатайств об отложении дела не представили, на основании ч.3 ст.167, ст.327 ГПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Выслушав объяснение представителя ФИО2 – ФИО4, проверив материалы дела, решение суда, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения принятого судом решения.

В соответствии со ст.309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

По договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование (ст.606 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п.1 ст.614 Гражданского кодекса РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Статьёй 622 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учётом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

На основании ст.451 Гражданского кодекса РФ существенное изменение обстоятельств, из которых стороны исходили при заключении договора, является основанием для его изменения или расторжения, если иное не предусмотрено договором или не вытекает из его существа. Изменение обстоятельств признаётся существенным, когда они изменились настолько, что, если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключён или был бы заключён на значительно отличающихся условиях (п.1).

Если стороны не достигли соглашения о приведении договора в соответствие с существенно изменившимися обстоятельствами или о его расторжении, договор может быть расторгнут, а по основаниям, предусмотренным пунктом 4 настоящей статьи, изменён судом по требованию заинтересованной стороны при наличии одновременно следующих условий: в момент заключения договора стороны исходили из того, что такого изменения обстоятельств не произойдёт; изменение обстоятельств вызвано причинами, которые заинтересованная сторона не могла преодолеть после их возникновения при той степени заботливости и осмотрительности, какая от неё требовалась по характеру договора и условиям оборота; исполнение договора без изменения его условий настолько нарушило бы соответствующее договору соотношение имущественных интересов сторон и повлекло бы для заинтересованной стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишилась бы того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора; из обычаев или существа договора не вытекает, что риск изменения обстоятельств несёт заинтересованная сторона (п.2).

Договором аренды могут быть установлены и другие основания досрочного расторжения договора по требованию арендатора в соответствии с пунктом 2 статьи 450 настоящего Кодекса (п.2 ст.620 Гражданского кодекса РФ).

Как следует из материалов дела, ФИО1 является индивидуальным предпринимателем с 30 марта 2012 года (т.1, л.д.12-17).

25 ноября 2019 года между ФИО2 и ИП ФИО1 заключён договор № 2 аренды недвижимого имущества, по условиям которого ФИО2 передала ФИО1 во временное владение и пользование (аренду) недвижимое имущество – нежилое помещение №, общей площадью 110 кв.м., расположенное на первом этаже в жилом доме по адресу: <адрес>, сроком с 1 декабря 2019 года по 31 октября 2020 года (т.1, л.д.20-22).

В соответствии с дополнительным соглашением от 1 декабря 2019 года к договору аренды №2 от 25 ноября 2019 года, размер арендной платы составляет 67000 руб. (т.1, л.д.23).

Согласно п.2.4 договора, арендатор оплачивает все коммунально – бытовые и эксплуатационные услуги самостоятельно, в том числе оплачивает за вывоз ТБО, потреблённую электрическую энергию, холодное и горячее водоснабжение, канализацию, в соответствии с начислениями, производимыми соответствующими организациями, а также плату за услуги по содержанию и эксплуатации многоквартирного дома и мест общего пользования, в управляющую компанию, обслуживающую данный дом.

Стороны устанавливают, что оплату за потреблённую тепловую энергию арендатор уплачивает в размере 3000 руб. ежемесячно (п.2.5 договора).

Арендная плата вносится авансовым платежом ежемесячно, до 3 числа текущего месяца путём перечисления денежных средств на счёт арендодателя, либо иным образом по согласованию сторон (п.2.2 договора).

Арендатор имеет право отказаться от договора аренды, письменно уведомив арендодателя об этом за 30 дней, с проведением соответствующих взаиморасчётов с арендодателем (п.4.18 договора).

В случае просрочки уплаты или неуплаты арендатором арендной платы в сроки, установленные настоящим договором, начисляется пеня в размере 3% от суммы задолженности за каждый день просрочки исполнения обязательства (п.5.2 договора).

Если состояние возвращаемого арендуемого имущества по окончании срока действия настоящего договора находится в состоянии худшем, нежели состояние имущества с учётом естественного износа, арендатор возмещает причинённый ущерб в размере, определяемом на основании заключения независимого оценщика (п.5.3 договора).

В случае досрочного расторжения договора по инициативе одной из сторон, сторона, инициировавшая расторжение договора, уплачивает другой стороне неустойку в размере 120 000 руб. (п.5.4 договора).

29 ноября 2019 года между МАДОУ «Детский сад №220» и ИП ФИО1 заключён договор, по условиям которого ФИО1 обязалась по заданию МАДОУ «Детский сад №220» оказать услуги по присмотру и уходу за детьми дошкольного возраста с 3 до 7 лет для МАДОУ «Детский сад №220 комбинированного вида», а МАДОУ «Детский сад №220» - принять и оплатить оказанные услуги за счёт средств бюджета города Красноярска на 2020-2021 годы в соответствии с требованиями и условиями настоящего договора, срок действия договора с 1 января 2020 года по 31 декабря 2021 года (т.1, л.д.25-32).

Согласно дополнительному соглашению от 9 января 2020 года к договору от 29 ноября 2019 года место исполнения договора: оказание услуг по присмотру и уходу за детьми ИП ФИО1 осуществляла по четырём адресам, в том числе по <адрес> (т.3, л.д.2).

Указом Губернатора Красноярского края №71-уг от 27 марта 2020 года «О дополнительных мерах, направленных на предупреждение распространения коронавирусной инфекции, вызванной 2019-nCoV», на территории Красноярского края, приостановлена с 28 марта 2020 года по 5 апреля 2020 года, в том числе работа детских садов и групп дневного пребывания (т.1, л.д.35-37).

Постановлением Правительства Российской Федерации №434 от 3 апреля 2020 года предоставление услуг по дневному уходу за детьми признано отраслью экономики, в наибольшей степени пострадавшей в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции (т.1, л.д.64-68).

13 апреля 2020 года ФИО1 обратилась к ФИО2 с просьбой о снижении арендной платы на 50 %, поскольку согласно Указу Президента РФ от 25 марта 2020 года «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней» и Указу Губернатора Красноярского края №71-УГ от 27 марта 2020 года с 28 марта 2020 года были закрыты все образовательные учреждения, включая детские сады города Красноярска, в связи с этим она не имеет возможности платить арендную плату в полном размере по причине отсутствия фактических доходов (т.1, л.д.24).

14 апреля 2020 года ФИО2 на письмо ФИО1 направила в ответ, в котором указала, что она готова рассмотреть вопрос мотивированного снижения размера арендной платы в текущем месяце при предоставлении ФИО1 документов, подтверждающих и обосновывающих расчётом снижение доходов по виду деятельности, осуществляемому в арендуемом помещении (т.1, л.д.69).

15 апреля 2020 года МАДОУ «Детский сад №220 комбинированного вида» направило в адрес ИП ФИО1 уведомление №80 о наступлении обстоятельств непреодолимой силы (распространение новой коронавирусной инфекции (2019-nCoV)), согласно которому в период с 1 апреля 2020 года по 30 апреля 2020 года наступило действие обстоятельств непреодолимой силы (т.1, л.д.33).

18 мая 2020 года МАДОУ «Детский сад №220 комбинированного вида» направило в адрес ИП ФИО1 уведомление №89, которым уведомило её о невозможности исполнения договора в мае 2020 года ввиду продления периода действия ограничительных мер по 31 мая 2020 года включительно. Указано, что исполнение договора возобновится по окончании этого периода (т.1, л.д.34).

27 июня 2020 года ИП ФИО1 направила в адрес ФИО2 уведомление о расторжении договора аренды с 3 июля 2020 года, в связи с существенным изменением обстоятельств, которые стороны при заключении договора не могли предвидеть. Задолженность у арендатора перед арендодателем по договору отсутствует (т.1, л.д.70).

Согласно отчёту об отслеживании почтового отправления (66007934013447), уведомление о расторжении договора аренды в адрес ФИО2 прибыло в место вручения 30 июня 2020 года, где ожидало вручения до 31 августа 2020 года (т.1, л.д.76).

6 июля 2020 года ИП ФИО1 направила в адрес ФИО2 к ранее направленному уведомлению о расторжении договора аренды соглашение о расторжении указанного договора с актом приёма – передачи. Указано, что помещение освобождено 1 июля 2020 года и, поскольку ФИО2 не присутствовала при передачи помещения, просит сообщить о способе передачи ключей (т.1, л.д.72-74).

Согласно отчеёту об отслеживании почтового отправления (66009749001107), соглашение о расторжении договора в адрес ФИО2 прибыло в место вручения 8 июля 2020 года, где ожидало вручения до 8 сентября 2020 года (т.1, л.д.77).

3 июля 2020 года ФИО1, двое воспитателей и член родительского комитета подписали акт возврата помещения по договору аренды №2 от 25 ноября 2019 года (т.2, л.д.120).

7 августа 2020 года ИП ФИО1 направила в адрес МАДОУ «Детский сад №220» претензию, в которой указала, что исполнителем оказаны услуги за период с 1 апреля 2020 года по 31 мая 2020 года по договору от 29 ноября 2019 года надлежащим образом, в соответствии с условиями договора и условиями действующих правовых актов, в связи с этим просит произвести оплату за фактически исполненные и предоставленные услуги в течение 15 рабочих дней (т.1, л.д.113).

3 сентября 2020 года ФИО4 направила в адрес ИП ФИО1 письмо, в котором указала, что по состоянию на 3 сентября 2020 года у неё имеется задолженность по арендной плате за 6 месяцев, начиная с апреля 2020 года, в размере 402000 руб.; по коммунальным услугам – 36857,04 руб., из которых жилищная услуга УК Покровград – 18857,04 руб., плата за тепловую энергию – 18000 руб.; пеня – 1024719,42 руб., которую она просит оплатить в 3-х дневный срок (т.1, л.д.145).

Согласно ответу МАДОУ «Детский сад №220 комбинированного вида» №174 от 24 сентября 2020 года на судебный запрос, заказчиком (МАДОУ «Детский сад №220») не было исполнено условие договора в части оплаты в апреле и мае 2020 года, ввиду продления периода действия ограничительных мер по 31 мая 2020 года (уведомление №80 от 15 апреля 2020 года, №89 от 18 мая 2020 года) (т.1, л.д.91).

В соответствии с ответом Красноярского почтамта УФПС Красноярского края от 16 декабря 2020 года на судебный запрос, в ОПС Красноярск 660004 сложилась сложная кадровая ситуация, отсутствовал почтальон, обслуживающий данный участок. Извещения о поступлении почтовых отправлений доставляли свободные почтальоны по мере возможности. Документы, подтверждающие доставку почтовых отправлений (66007934013447, 66009749001107) в ОПС отсутствуют (т.2, л.д.98).

По акту приёма-передачи от 10 декабря 2020 года нежилое помещение возвращено ФИО2 в присутствии представителей независимого оценщика ООО «Эксперт-СМ», с указанием показаний приборов учёта, ключи от помещения переданы, ФИО1 отказалась от подписания данного акта, так как 6 июля 2020 года направляла соглашение о расторжении договора с актом приёма-передачи (т.2, л.д.226).

В соответствии с экспертным заключением ООО «Эксперт-СМ» №114/20 от 15 декабря 2020 года, выполненным по заказу ФИО2, стоимость ремонтно-восстановительных работ и материалов, необходимых для устранения выявленных дефектов внутренней отделки и имущества – нежилого помещения по адресу: <адрес>, составляет 505 598 руб. (т.2, л.д.131-203).

Постановлением заместителя руководителя Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю №4076 от 16 февраля 2021 года АО «Почта России» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.14.4 КоАП РФ, в связи с нарушением установленных законом контрольных сроков пересылки письменной корреспонденции, а именно нарушением прав ФИО2, поскольку АО «Почта России» не доставило извещения о поступлении почтовых отправлений в объект почтовой связи места назначения (т.2, л.д.206-209).

Согласно заключению эксперта №407-2021 от 27 сентября 2021 года проведённой по делу ООО «Оценщик» судебной экспертизы, стоимость устранения ущерба, причинённого имуществу, нежилому помещению по адресу: <адрес>, в связи с нарушением арендатором требований к процессу эксплуатации, составляет 482342,54 руб. В данном помещении отсутствуют строительные дефекты, приведшие в процессе эксплуатации к ущербу, все дефекты имеют эксплуатационный характер (т.3, л.д.36-82).

Разрешая спор, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что представленными в материалы дела доказательствами подтверждается заключение между ФИО2 и ФИО1 договора № 2 аренды недвижимого имущества от 25 ноября 2019 года.

Установив, что ФИО1 уведомила ФИО2 о расторжении договора с 30 июня 2020 года, когда уведомление прибыло в отделение почтовой связи по месту жительства арендодателя, а по условиям договора аренды договор считается расторгнутым по истечении 30 дней с даты уведомления, суд, исследовав все представленные в дело доказательства, в том числе действия сторон, пришёл к выводу, что договор аренды нежилого помещения подлежит расторжению с 30 июля 2020 года, в связи с существенно изменившимися обстоятельствам, возникшими после его заключения по причине введения на территории Красноярского края мер по предотвращению распространения коронавирусной инфекции.

При этом, суд, оценив поведение ФИО2, указал, что она намеренно уклонялась от принятия нежилого помещения от ФИО1 и от подписания соглашения о расторжении договора аренды, в связи с существенно изменившимися обстоятельствами.

Принимая во внимание, что ФИО1 свои обязательства по договору аренды надлежащим образом не исполняет с мая 2020 года, в соответствии с условиями договора и установленными обстоятельствами договор аренды подлежит расторжению с 30 июля 2020 года, суд взыскал со ФИО1 в пользу ФИО2 образовавшуюся с мая по июль 2020 года задолженность по арендной плате в сумме 201000 руб., по коммунальным коммунальные платежам – 32667,78 руб., а также предусмотренные договором неустойку за просрочку исполнения обязанности по внесению арендной платы с 1 октября 2020 года по 16 декабря 2020 года, размер которой на основании ст.333 ГК РФ уменьшил до 100000 руб., и неустойку за досрочное расторжение договора – 120000 руб.

Кроме того, поскольку в соответствии с заключением проведённой по делу ООО «Оценщик» судебной экспертизы установлено, что в результате эксплуатации ФИО1 нежилого помещения по адресу: <адрес>, ему причинён ущерб, размер которого составляет 482342,54 руб., то есть арендуемое имущество находится в состоянии худшем, нежели состояние имущества с учётом естественного износа, суд взыскал с неё в пользу ФИО2 в возмещение стоимости необходимых ремонтно – восстановительных работ нежилого помещения указанную сумму.

Суд на основании ст.98 ГПК РФ взыскал со ФИО1 в пользу ФИО2 судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины, при этом, отказал ФИО2 во взыскании расходов на оплату экспертного заключения в размере 13000 руб., указав, что ею не представлены доказательства подтверждающую оплату данной суммы.

Не соглашаясь с принятым по делу решением, представитель ФИО1 - ФИО3 в апелляционной жалобе со ссылкой на Указ Губернатора Красноярского края №71-уг от 27 марта 2020 года о дополнительных мерах, направленных на предупреждение распространения коронавирусной инфекции, вызванной 2019-nCoV, на территории Красноярского края, указывает на то, что ФИО1 была вынуждена прекратить оказание услуг по присмотру и уходу за детьми дошкольного возраста и закрыть детский сад по независящим от неё обстоятельствам, решение о расторжении договора аренды связано со сложившейся в мире обстановкой, однако, суд не признал коронавирусные ограничения форс-мажорными обстоятельствами и взыскал с неё арендную плату и неустойки.

В соответствии со ст.401 Гражданского кодекса РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (п.1). Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несёт ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (п.3).

Согласно ответу на вопрос №7 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространения на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) №1, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2020 года, если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является её относительный характер.

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Из приведённых разъяснений следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий её осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу этого существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учётом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Тем самым, тот факт, что ФИО1 не могла использовать арендуемое ею помещение по назначению, в связи с введением коронавирусных ограничений, не является безусловным основанием для освобождения её от принятых на себя обязательств по договору аренды.

Учитывая приведённые разъяснения Верховного Суда РФ, суд первой инстанции, исследовав и оценив все представленные доказательства, пришёл к обоснованному выводу, что введённые на территории Красноярского края коронавирусные ограничения не являются форс-мажорными обстоятельствами, и потому, установив, что с мая 2020 года ФИО1 прекратила исполнение обязательств по договору аренды, взыскал с неё в пользу ФИО2 образовавшуюся с мая по июль 2020 года задолженность по арендной плате – 201000 руб., за коммунальные услуги – 32667,78 руб., неустойку за просрочку исполнения обязанности по внесению арендной платы за период с 1 октября 2020 года по 16 декабря 2020 года, размер которой на основании ст.333 ГК РФ уменьшил до 100000 руб.

При этом, вопреки доводам апелляционной жалобы, поскольку пунктом 5.4 договора аренды предусмотрено, что в случае досрочного расторжения договора по инициативе одной из сторон, сторона, инициировавшая расторжение договора, уплачивает другой стороне неустойку в размере 120 000 руб., а, как установлено материалами дела ФИО1 уведомила ФИО2 о расторжении договора аренды, районный суд обоснованно взыскал со ФИО1, как с инициировавшей расторжение договора стороны, в пользу ФИО2 неустойку за досрочное расторжение договора – 120000 руб.

Доводы апелляционной жалобы о чрезмерно завышенном размере взысканной со ФИО1 неустойки не могут быть признаны обоснованными.

Согласно п.1 ст.330 Гражданского кодекса РФ неустойкой (штрафом, пеней) признаётся определённая законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии с положениями п.1 ст.333 Гражданского кодекса РФ наличие оснований для снижения неустойки и определение критериев соразмерности неустойки является прерогативой суда первой инстанции и определяется в каждом конкретном случае судом самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств, при этом, при определении размера неустойки должны учитываться законные интересы обеих сторон по делу.

Из анализа норм действующего законодательства следует, что неустойка представляет собой меру ответственности за нарушение исполнения обязательств, носит воспитательный и карательный характер для одной стороны и одновременно, компенсационный, то есть является средством возмещения потерь, вызванных нарушением обязательств, для другой стороны, и не может являться способом обогащения одной из сторон.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае её чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

ФИО1 при рассмотрении дела судом первой инстанции заявила о снижении неустойки на основании ст.333 ГК РФ, районный суд применил положения статьи 333 ГК РФ и уменьшил размер неустойки до 100 000 руб.

Принимая во внимание все существенные обстоятельства дела, явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, обстоятельства, при которых данная неустойка возникла, судебная коллегия с учётом компенсационного характера неустойки, её соразмерности последствиям нарушения обязательств, полагает, что оснований для уменьшения или увеличения определённой к взысканию неустойки не имеется.

Поэтому подлежат отклонению как указанные выше доводы апелляционной жалобы, ФИО1 так и доводы апелляционной жалобы ФИО2 о том, что суд необоснованно применил положения ст.333 ГК РФ и снизил установленную договором неустойку, доводов в обоснование несоразмерности взысканной судом неустойки сторонами не провидено.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 со ссылкой на постановлением заместителя руководителя Управления Федеральной службы Роспотребнадзора по Красноярскому краю №4076 от 16 февраля 2021 года по делу об административном правонарушении и установлении факт не доставления и неполучения ею почтовых отправлений, о том, что уведомления о расторжении договора получено только 6 ноября 2020 года и договор подлежит расторжению с 6 декабря 2020 года, а не с 30 июля 2020 года, судебная коллегия находит несостоятельными.

Как было указано выше, постановлением заместителя руководителя Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю №4076 от 16 февраля 2021 года АО «Почта России» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.14.4 КоАП РФ, в связи с нарушением прав ФИО2, выразившимся в недоставлении извещений о поступлении почтовых отправлений в объект почтовой связи места назначения.

При этом, материалами дела подтверждается и судом установлено, что ФИО2 знала о намерении ФИО1 расторгнуть договор аренды, что усматривается из представленной переписки сторон за 16 июня 2020 года, согласно которой ФИО1 сообщала арендодателю ФИО2 о расторжении договора, на что она пояснила, что расторгнет договор в любое время с оплатой за месяц и неустойкой 120 000 руб. Кроме того, 2 июля 2020 года ФИО1 сообщила ФИО2 в переписке о том, что направила уведомление по почте, а из скриншота сайта Домофонд.ру следует, что ФИО2 в апреле 2020 года размещала объявление о сдаче нежилого помещения по <адрес> в аренду.

Согласно п.4.18 договора аренды, арендатор имеет право отказаться от договора аренды, письменно уведомив арендодателя об этом за 30 дней, с проведением соответствующих взаиморасчётов с арендодателем.

Поэтому, суд, оценив как представленные в дело доказательства, так и действия сторон, свидетельствующие о намерении расторгнуть договор, установив, что ФИО1 уведомила ФИО2 о расторжении договора с 30 июня 2020 года, когда уведомление прибыло в отделение почтовой связи по месту жительства арендодателя ФИО2, пришёл к верному выводу, что договор аренды нежилого помещения подлежит расторжению в связи с существенно изменившимися обстоятельствам после его заключения по причине введения на территории Красноярского края мер по предотвращению распространения коронавирусной инфекции с 30 июля 2020 года.

При этом, с учётом установленных обстоятельств, в том числе поведения как арендатора ФИО1, так и арендодателя ФИО2 само по себе постановление заместителя руководителя Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю №4076 от 16 февраля 2021 года, вынесенное по делу об административном правонарушении в отношении АО «Почта России» и недоставление извещений о поступлении почтовых отправлений, вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО2 не свидетельствует о том, что надлежащим уведомлением о расторжении договора является исключительно уведомление, полученное ею 6 ноября 2020 года.

Таким образом, судом правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, дана надлежащая оценка всем представленным доказательствам, доводам и возражениям сторон, выводы суда не противоречат материалам дела и требованиям закона, процессуальных нарушений, влекущих отмену решения, судом не допущено и оснований для отмены решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ленинского районного суда города Красноярска от 1 февраля 2022 года оставить без изменения, а апелляционные жалобы представителя ФИО1 – ФИО3 и ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 2 июня 2022 года