Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании 16 октября 2019 года гражданское дело № 2-2457/2019 по апелляционным жалобам Кляус М. А., Кононова Д. В. на решение Куйбышевского районного суда города Омска от 24 июля 2019 года, которым постановлено:

«Исковые требования Кляус М. А. удовлетворить частично.

Взыскать с Кононова Д. В. в пользу Кляус М. А. в счет возмещения ущерба от ДТП - 156688 рублей, судебные расходы в размере 14216,88 рублей.

В удовлетворении остальной части иска Кляус М. А. отказать.

Встречные исковые требования Кононова Д. В. удовлетворить частично.

Взыскать с Кляус М. А. в пользу Кононова Д. В. в счет возмещения ущерба от ДТП - 122676,02 рублей, судебные расходы в размере 6326,50 рублей.

В удовлетворении остальной части иска Кононова Д. В. отказать».

Заслушав доклад судьи Павловой Е.В., судебная коллегия

установила:

Кляус М.А. обратился в суд с исковым заявлением к Кононову Д.В. о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, указав в обоснование требований, что <...> в <...> часов <...> минут на пересечении <...> в г. Омске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «<...>, под управлением Кононова Д.В., и принадлежащего истцу на праве собственности автомобиля <...>, под управлением Кляуса М.А. Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя Кононова Д.В., который нарушил п. 6.2 Правил дорожного движения РФ, выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора и допустил столкновение с автомобилем истца. Гражданская ответственность виновника дорожно-транспортного происшествия на момент аварии застрахована не была. В соответствии с заключением эксперта ИП Крехова Д.В.№ <...>, стоимость работ по восстановительному ремонту автомобиля «Киа» составила 328630 руб. Просил взыскать с Кононова Д.В. материальный ущерб в размере 328630 руб., расходы по оплате услуг эксперта в размере 10000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 10000 руб., расходы по оплате нотариальных услуг в размере 2100 руб., расходы по оплате государственной пошлины.

Кононов Д.В. обратился в суд со встречным исковым заявлением к Кляусу М.А. о взыскании убытков, причиненных этим же дорожно-транспортным происшествием, указав в обоснование требований, что двигался на автомобиле по <...> со стороны <...> в г. Омске в правом крайнем ряду со скоростью 45-50 км/ч. На перекресток с <...>Кононов Д.В. выехал на зеленый сигнал светофора. Когда двигался по перекрестку, увидел, что из-за стоящих слева автомобилей выезжает автомобиль «Киа» под управлением Кляуса М.А., Кононов Д.В. резко нажал на педаль тормоза, но из-за незначительного расстояния между автомобилями предотвратить дорожно-транспортное происшествие не смог. Момент столкновения зафиксирован на камеру видеорегистратора очевидца аварии, из которой следует, что <...> начинает движение на запрещающий красно-желтый сигнал светофора, в момент столкновения для <...> успел загореться зеленый сигнал светофора. Полагал, что Кляус М.А. нарушил п.п. 6.2, 13.8 Правил дорожного движения РФ, указал, что в действиях Кононова Д.В. нарушений Правил дорожного движения РФ не имеется. Кононов Д.В. обратился в СПАО «РЕСО-Гарантия», застраховавшее гражданскую ответственность Кляуса М.А., ему выплачено страховое возмещение в размере 108878 руб. 48 коп., что составляет 50 % от подлежащих выплате сумм, общий размер ущерба составил 217756 руб. 96 коп. Стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета износа, определенная ООО ЮК «Эдикт», составила 463109 руб. Просил взыскать с Кляус М.А. сумму ущерба в размере 245352 руб. 04 коп., расходы по оплате услуг эксперта в размере 7000 руб., расходы по оплате государственной пошлины (л.д. <...>).

Истец Кляус М.А., являющийся ответчиком по встречному требованию, его представитель по доверенности Сахаруш П.А., в судебном заседании заявленные требования поддержали в полном объеме, встречный иск Кононова Д.В. не признали, просили отказать в его удовлетворении, просили, уточнив требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ при определении ущерба исходить из заключения судебной экспертизы, установившей стоимость восстановительного ремонта автомобиля в размере 313376 руб.

Ответчик Кононов Д.В., являющийся истцом по встречным требованиям, его представитель по устному ходатайству Шкандратов Д.В. в судебном заседании заявленные требования поддержали в полном объеме, первоначально заявленные требования Кляуса М.А. не признали, не оспаривали, что вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г. Омска от <...>Кононов Д.В. признан виновным в совершении спорного дорожно-транспортного происшествия, поскольку выехал на регулируемый перекресток на запрещающий сигнал светофора, однако полагали, что заключением судебной экспертизы от <...> в рамках настоящего гражданского дела установлено, что Кононов Д.В. не имел технической возможности остановиться перед стоп-линией, не прибегая к экстренному торможению, что исключает его ответственность перед Кляус М.А.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СПАО «РЕСО-Гарантия» по доверенности Константинова Ю.В. в судебном заседании разрешение спора оставила на усмотрение суда, указав, что страховая компания с учетом административного расследования по делу, выплатила 50 % от страхового возмещения.

Судом постановлено изложенное выше решение.

В апелляционной жалобе Кляус М.А. просит решение суда первой инстанции изменить, в удовлетворении заявленных Кононовым Д.В. требований отказать, удовлетворить исковые требования Кляус М.А., указывая в обоснование, что оспариваемый судебный акт является незаконным и необоснованным, судом неверно применены нормы материального права. На момент выезда автомобиля Кононова Д.В. на регулируемый перекресток для транспортного потока, движущегося по <...>, уже включился зеленый сигнал светофора, что соответствует включению красного сигнала светофора для транспортных средств, двигающихся по <...>. Указывает, что желтый сигнал светофора включается после мигающего земельного сигнала светофора, что обязывает водителя выбрать такую скорость движения, которая будет обеспечивать возможность соблюдения требований сигналов светофоров в дальнейшем. Наличие у Кононова Д.В. технической возможности остановиться, не применяя экстренное торможение, не имеет правового значения для квалификации его виновных действий в причинении ущерба. Кононов Д.В. выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора, начав движение к нему без сбавления скорости. Указанные обстоятельства установлены решением Октябрьского районного суда г. Омска от <...> по делу № <...>, решением судьи Омского областного суда от <...> по делу № <...>(<...>, которые имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора, что соответствует ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ. Полагает, что действия Кляус М.А. не находятся в прямой причинной связи с причинением вреда, поскольку при должной внимательности водителя Кононова Д.В. и соблюдения им Правил дорожного движения РФ и сигналов светофора, столкновения не могло бы произойти. В связи с чем просил решение суда изменить.

В апелляционной жалобе Кононов Д.В. просит решение суда первой инстанции также изменить, в удовлетворении требований Кляус М.А. отказать, заявленные требования Кононова Д.В. удовлетворить в полном объеме, указывая в обоснование, что оспариваемый судебный акт является незаконным и необоснованным. Указывает, что двигался на своем автомобиле по <...>, выезжал на перекресток на зеленый сигнал светофора, когда увидел, что выезжает автомобиль Кляус М.С., Кононов Д.В. резко нажал на педаль тормоза, но, ввиду малого расстояния между автомобилями, не мог предотвратить дорожно-транспортное происшествие. Из видеозаписи регистратора следует, что автомобиль «Киа» выезжает на перекресток на желтый сигнал светофора, который является запрещающим. Полагает, что автомобиль <...> должен был уступить дорогу автомобилю Кононова Д.В. для завершения маневра. Со стороны водителя «<...>» правая полоса движения предназначена для движения только прямо, а левая полоса, по которой двигался Кляус М.А., предназначена для движения налево, однако, последний двигался прямо, чем нарушил Правила дорожного движения РФ. Считает, что со стороны Кононова Д.В. нарушений Правил дорожного движения РФ в настоящем случае не имеется. Таким образом, судом неверно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Указывает, что Кононов Д.В. заканчивал движение по перекрестку, его проезд. При наличии выводов судебной экспертизы полагает, что вывод суда о виновных действиях со стороны Кононова Д.В. не соответствует обстоятельствам дела.

Лица, участвующие в деле, о рассмотрении дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом (л.д. <...>).

Изучив материалы настоящего гражданского дела, видеозапись дорожно-транспортного происшествия, материал по делу об административном производстве, дополнительно представленные в порядке ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав Кляуса М.А. и Кононова Д.В., каждый из которых доводы заявленной им жалобы поддержал, просил удовлетворить заявленные им требования, требования второй стороны - оставить без удовлетворения, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СПАО «РЕСО-Гарантия» по доверенности Константинову Ю.В., которая доводы жалобы Кляуса М.А. поддержала, просила в жалобе Кононову Д.В. отказать, судебная коллегия приходит к следующему.

Апелляционное производство, как один из процессуальных способов пересмотра невступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального или процессуального права.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Обращаясь в суд с настоящими требованиями, Кляус М.А., при этом последний обратился в суд с рассматриваемыми требованиями первым (<...>), заявив о принятии мер обеспечения в виде наложения ареста на имущество ответчика, указал, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя Кононова Д.В., который нарушил п. 6.2 Правил дорожного движения РФ, выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора и допустил столкновение с автомобилем истца, ввиду чего просил взыскать заявленный им материальный ущерб.

Обращаясь в суд со встречными требованиями (<...>), Кононов Д.В., после получения искового материала Кляуса М.А., указал, что Правил дорожного движения РФ не нарушал, выехал на перекресток и пересек «стоп-линию» на зеленый сигнал светофора, полагал, что автомобиль «Киа» начинал движение на запрещающий красно-желтый сигнал светофора, в момент столкновения для автомобиля «Киа» для последнего уже успел загореться зеленый сигнал светофора, однако, Кляус М.А. должен был пропустить Кононова Д.В. для завершения последним маневра по проезду через перекресток (л.д. <...>).

Гражданская ответственность Кононова Д.В. на момент происшествия застрахована не была.

Частично удовлетворяя заявленные требования Кононова Д.В. и Кляус М.А., определяя степень вины каждого водителя равной по 50 %, суд первой инстанции исходил того, что водитель Кляус М.А. нарушил п. 6.2 Правил дорожного движения РФ, поскольку начал движение на желтый сигнал светофора, не убедившись в безопасности движения, что привело к выезду на перекресток и столкновению с автомобилем под управлением Кононова Д.В., который не располагал технической возможностью остановиться перед линией 6.16 «Стоп», не прибегая к экстренному торможению с момента включения желтого сигнала светофора, и был в силу п.п. 6.13, 6.14 Правил дорожного движения РФ, вправе продолжить дальнейшее движение для проезда перекрестка, вместе с тем, водитель Кононов Д.В., по мнению районного суда, также нарушил п.п. 6.2, 13.8 Правил дорожного движения РФ, согласно которым при включении разрешающего сигнала светофора водитель обязан уступить дорогу транспортным средствам, завершающим движение через перекресток, и пешеходам, не закончившим переход проезжей части данного направления; водитель Кононов Д.В. в нарушение указанных пунктов Правил дорожного движения РФ начал движение на запрещающий сигнал светофора и выехал на регулируемый перекресток на запрещающий сигнал светофора.

Между тем, судебная коллегия не может согласиться с выводом районного суда в части частичного удовлетворения требования встречного иска Кононова Д.В., отказа в удовлетворении требований Кляус М.А. в полном объеме, и признания вины обоих водителей равной, распределенной между Кононовым Д.В. и Кляус М.А. по 50 %, ввиду следующего.

Как установлено в судебном разбирательстве и подтверждается материалами дела, <...> в <...> часов <...> минут на пересечении <...> и <...> в г. Омске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <...>, под управлением Кононова Д.В., являющегося собственником транспортного средства на основании договора купли-продажи от <...> (регистрационные действия не осуществлялись), место работы: агент похоронного агентства «Альфа-ритуал», двигавшегося по <...> со стороны <...>, и автомобиля <...>, под управлением Кляуса М.А., являющегося также собственником транспортного средства на основании договора купли-продажи от <...> (регистрационные действия осуществлены), место работы: крановщик ООО «Гидротранссервис», двигавшегося по <...> в сторону <...> в г. Омске.

Определением № <...> от <...> первоначально отказано в возбуждении дела об административном правонарушении, ввиду отсутствия состава административного правонарушения, в связи с противоречивостью показаний участников происшествия, отсутствием иных доказательств, в частности, видеофиксации аварии, которых у сторон не имелось, установить виновность не представилось возможным (л.д. <...>).

Из пояснений ФИО1, данных <...>, после непосредственно дорожно-транспортного происшествия, следует, что он остановился перед знаком «стоп» на запрещающий сигнал светофора перед перекрестком, загорелся зеленый сигнал светофора, начал движение с левым включенным поворотом, выехал на перекресток, после чего увидел, что справа по <...> со стороны <...>, на запрещающий сигнал светофора на большой скорости движется автомобиль «<...>

При этом из пояснений ФИО2, данных также <...>, сразу после дорожно-транспортного происшествия, до появления записи регистратора очевидца, следует, что он двигался со стороны <...> в сторону <...> около 45-50 км/ч, выезжал на перекресток на зеленый сигнал светофора в прямом направлении в сторону <...>, со стороны <...> с крайнего левого ряда выехал автомобиль <...>, под управлением ФИО1, попытался остановиться, но столкновения избежать не удалось, увидел, что автомобиль «Киа» выехал на перекресток на красный сигнал светофора (л.д. <...>).

Согласно схеме места совершения административного правонарушения, которая подписана обоими участниками дорожно-транспортного происшествия, ширина проезжей части <...> в том месте, где произошло столкновение, составляет 9,5 м, соответственно движение осуществляется по трем полосам в данном направлении, ширина проезжей части <...>, составляет 15 м, соответственно, движение по <...> осуществляется по двум полосам для движения в каждом направлении; со стороны <...> в направлении движения ФИО2 с правой стороны на расстоянии 13,6 м от пересечения проезжих частей расположен светофорный объект, на расстоянии 3,6 м от него знак «стоп-линия»; со стороны <...> в направлении движения ФИО1 установлен на расстоянии 3 м от пересечения проезжих частей по правой стороне светофорный объект, на расстоянии 4 м от него знак «стоп-линии»; столкновение произошло на перекрестке, место столкновения обозначено «х» от пересечения – 0,7 м со стороны ФИО1 (до левого края проезжей части <...> по ходу движения автомобиля «Фольсваген») и 7 м от наиболее отдаленной части со стороны ФИО2 по левой стороне (до правого края проезжей части <...> по ходу движения автомобиля «Киа»); перекресток является регулируемым; границы пересекающихся дорог засыпаны снегом, образуя прямые углы (л.д. <...>).

Дополнительно судебная коллегия отмечает, что согласно фотографического материала, перед выездом на перекресток со стороны движения ФИО2 имеется пешеходный переход, обозначенный соответствующим образом.

<...>ФИО1 обратился в ГИБДД УМВД России по г. Омску с заявлением о пересмотре определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, ввиду появления записи с видеорегистратора автомобиля очевидца дорожно-транспортного происшествия.

<...>ФИО2 обратился в СПАО «Ресо-Гарантия», где застрахована гражданская ответственность ФИО1, о возмещении убытков (л.д. <...>

ФИО2<...> подана жалоба на определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в ГИБДД УМВД России по г. Омску, с требованием о возращении дела об административном правонарушении на новое рассмотрение, указывая, что двигался со скоростью 45-50 км/ч, на перекресток въезжал на зеленый сигнал светофора, водитель автомобиля «Киа» двигался на красно-желтый сигнал светофора, следовало уступить дорогу автомобилю «Фольксваген» для завершения проезда перекрестка, при этом он двигался на стоп-линии на зеленый сигнал светофора (л.д. <...>

Судебная коллегия отмечает, что ФИО2 одновременно ходатайствовал провести по делу автотехническую экспертизу для определения того, мог ли его автомобиль при движении со скоростью 45-50 км/ч при включении запрещающего сигнала светофора остановиться перед стоп-линией, не прибегая к экстренному торможению, действуя соответственно п. 6.14 Правил дорожного движения РФ; экспертизу просил назначить в Омскую лабораторию судебных экспертиз Минюста России (л.д. <...>). При этом сам же в пояснениях утверждал, что двигался на зеленый сигнал светофора, экспертизу же предлагал назначить исходя из того, что пересекал стоп-линию на запрещающий сигнал светофора.

Решением от <...> по результатам рассмотрения жалобы на определение об отказе в возбуждение дела об административном правонарушении от <...> указанное определение отменено, дело об административном правонарушении направлено на новое рассмотрение.

Установлено, что из записи видеорегистратора следует, что также отмечает судебная коллегия, проанализировав запись регистратора, диск с записью с видеорегистратора, приобщенный к материалам настоящего гражданского дела, что перед автомобилем, в котором установлен видеорегистратор, в крайнем правом ряду стоит транспортное средство, для транспортного потока по <...> включен запрещающий красный сигнал светофора, время на регистраторе показывает 09:51 (по записи), далее продолжается свечение красного сигнала светофора и включается желтый сигнал светофора по <...>, время на регистраторе 09:53, два транспортных средства во встречном направлении (со стороны движения ФИО2) завершают проезд перекрестка, автомобилей сторон в кадре не имеется (14 секунда записи, согласно записи на диске, приобщенном к материалам настоящего гражданского дела), на второй секунде горения желтого сигнала светофора в кадре постепенно появляется автомобиль «Киа», движущийся в левом ряду по <...> в направлении <...> слева от автомобиля очевидца, появляется в кадре во встречном направлении автомобиль «Тойота» (15 секунда записи диска), включается зеленый сигнал светофора для транспортного потока, движущегося по <...> (15-16 секунда записи диска), в этот момент въезжает и завершает проезд перекрестка автомобиль «Тойота», движущийся по <...> со стороны <...> (09:55) (16 секунда записи), который последним двигался до появления в кадре автомобиля «Фольсваген», автомобиль «Киа» пропускает на зеленый сигнал светофора автомобиль «Тойота», подъезжая к перекрестку, и при зеленом сигнале светофора по окончании второй секунды горения зеленого сигнала светофора подъезжает к перекрестку (17 секунда записи), на переходе 17-18 секунды «Киа» въезжает на перекресток, при этом автомобиля Фольсваген в это время ни в кадре камеры, ни на перекрестке не обнаруживается, затем только на окончании секунды появляется автомобиль «Фольксваген», движущийся по <...> со стороны <...> в крайнем левом ряду, после чего происходит столкновение двух транспортных средств в 09:58 (18 секунда записи, 2,73-2,75 секунды горения зеленого сигнала со стороны движения ФИО1 л.д. <...>).

В рамках проведения проверки по данному факту истребована справка № <...> от <...> о режиме работы светофорного объекта по <...> – ФИО3, в соответствии с которой зеленый сигнал светофора для транспортного потока по <...> включается в тот момент, когда для транспортного потока, движущегося по <...>, включается красный сигнал светофора, данная справка по фазам также проанализирована судебной коллегией в рамках настоящего дела (л.д. <...>

<...> даны дополнительные пояснения ФИО2 по факту аварии, который указал, что на дорожном покрытии имелись гололедные явления, ввиду чего не мог остановиться у стоп-линии.

Постановлением № <...> по делу об административном правонарушении от <...>ФИО2 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.12 Кодекса РФ об административных правонарушениях «Проезд на запрещающий сигнал светофора», при этом в постановлении отражено, что ФИО1 двигался на зеленый сигнал светофора (л.д<...>).

Из обстоятельств происшествия, указанных в постановлении, следует, что ФИО2 проехал перекресток на запрещающий красный сигнал светофора, допустив столкновение с автомобилем «<...>, под управлением ФИО1, который двигался на перекрестке по зеленому сигналу светофора.

<...>ФИО2 обратился в СПАО «РЕСО-Гарантия», где застрахована ответственность ФИО1, с заявлением о выплате страхового возмещения в страховую компанию истца, при этом гражданская ответственность самого ФИО2 не застрахована.

Страховщиком произведен расчет ущерба, согласно заключения ООО «Авто-Эксперт» от <...>, стоимость восстановительного ремонта автомобиля <...>, по Единой методике с учетом износа, определена в размере 217756 руб. 96 коп. В соответствии с актом от <...>ФИО2 произведена страховая выплата в размере 108878 руб. 48 коп., 50 %, то есть в бесспорной части, поскольку к моменту обращения к страховщику сотрудниками ГИБДД проводилось административное расследование.

Согласно экспертного заключения ООО ЮК «Эдикт» № <...> от <...> стоимость восстановительного ремонта автомобиля <...>, без учета износа, определена в размере 463109 руб.

В соответствии с заключением эксперта № <...> ИП ФИО4, стоимость работ, услуг, запасный частей и материалов, необходимых для восстановления поврежденного автомобиля <...>, составляет 328630 руб.

Определением Куйбышевского районного суда г. Омска от <...> по ходатайству, как ФИО2, так и ФИО1, назначена судебная автотехническая экспертиза об определении стоимости восстановительного ремонта транспортного средства <...> а также транспортного средства «Фольксваген», также на разрешение экспертного учреждения ФГБУ Омская ЛСЭ Минюста России поставлены вопросы относительно нарушения водителями Правил дорожного движения РФ, соответствовали ли действия водителей в спорной дорожной обстановке Правилам дорожного движения РФ, а именно: какими пунктами Правил дорожного движения РФ должны были руководствоваться водители обоих транспортных средств, соответствовали ли действия водителей правилам дорожного движения с технической точки зрения, имел ли возможность водитель автомобиля Фольсваген при включении запрещающего сигнала светофора остановиться перед стоп-линией, не прибегая к экстренному торможению, действуя в соответствии с правилами дорожного движения (л.д. <...>).

При этом судебная коллегия акцентирует внимание на том, что ставился вопрос о соответствии правилам дорожного движения, вопрос же причинной связи действий водителей с происшествием относится к компетенции суда; также коллегия обращает внимание на то, что вопрос о наличии возможности остановится ставился судом, исходя из заданного параметра движения автомобиля Фольсваген на запрещающий сигнал светофора, как вопрос был сформулирован в ходатайстве ФИО2, без акцента – являлся ли он желтым или красным (л.д. <...>).

Из заключения судебной экспертизы ФГБУ Омская ЛСЭ Минюста России следует (л.д. <...>), что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Киа», без учета износа, составляет 313376 руб., в связи с чем, со стороны ФИО1 имело место уточнение требований в указанной части в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Выводы остальных вопросов судебной коллегией во внимание приняты быть не могут, ввиду следующего, полагая их не обладающими свойствами достоверности и объективности.

При определении обстоятельств дорожной ситуации, эксперт исходил из предполагаемой скорости движения транспортного средства ФИО2, еще до его приближения к стоп-линии, определяя ее расчетным путем и не имея каких-либо исходных данных, с учетом определения временных границ и интервалов сигналов светофоров, как со стороны ФИО1, так и со стороны ФИО2, судебный эксперт при этом учел, что желтый сигнал светофора был включен за 3 секунды до включения зеленого сигнала светофора для автомобиля ФИО1, с момента включения желтого сигнала светофора для движения транспортного средства «Фольксваген» до момента столкновения прошло 5,73 секунды. Рассчитывая скорость движения автомобиля, за рулем которого на момент дорожно-транспортного происшествия находился ФИО2, эксперт исходил из того, что скорость движения данного автомобиля составляла от 46,8 км/ч до 50,5 км/ч, приняв за основу расчетную формулу, приведенную в заключении экспертизы, об определении удаления автомобиля «Фольксваген» от «стоп-линии» со стороны его линии движения до включения желтого сигнала светофора, определив, что данное расстояние составляло 56,67 м; величина остановочного пути определена, как 76,65 м, что, по мнению эксперта, превышает удаление транспортного средства «Фольксваген» от линии дорожной разметки «стоп-линия».

Коллегия полагает, что указанные выводы эксперта не согласуются с материалами дела об административном правонарушении, судебными актами, вынесенными по данному делу в рамках производства проверки по факту рассматриваемой аварии, видеозаписью регистратора очевидца, материалами настоящего гражданского дела. В данной части заключение эксперта не содержит полных и развернутых ответов на поставленные вопросы, приведенные формулы не содержат какого-либо научного обоснования, соответствующая справочная и методическая литературы соответствующих сведений при изучении судебной коллегией не содержит; в покадровом изложении обстоятельств происшествия приведены не все значимые кадры событий происшествия, посекундная расшифровка кадров не приведена, что не позволяет в полной мере проследить все события происшедшего (л.д. 169, 172 т. 1), между тем выводы эксперта приняты судом, как единственно и безусловно верные, без анализа и сопоставления с иными материалами дела.

Анализируя посекундно видеозапись регистратора, с учетом справки о режиме работы светофорного объекта и фазах горения светофора (л.д. <...>), судебная коллегия в части ФИО2 усматривает, что на перекресток ФИО2 выезжал, как и появляется в зоне видимости камеры видеорегистратора, четко на запрещающий красный сигнал светофора.

Одновременно в отношении ФИО1 судебная коллегия отмечает, что из записи видеорегистратора следует, что перед автомобилем, в котором установлен регистратор, в крайнем правом ряду стоит транспортное средство, время 09:51 (секунды 12-13, согласно записи на дисковом носителе), продолжается свечение красного сигнала светофора и включается желтый сигнал светофора 09:53 (14 секунда записи), в кадре на второй секунде свечения желтого сигнала светофора (середина 15 секунды записи) постепенно появляется автомобиль «Киа» под управлением ФИО1, движущийся в левом ряду по <...> в направлении <...>, не выезжая за пределы зоны светофора и не пересекая линию перекрестка, затем включается зеленый сигнал светофора для транспортного потока, движущегося по <...> (16 секунда записи), в этот момент заезжает на последнюю секунду горения желтого сигнала и въезжает на перекресток, проезжая его на зеленый сигнал светофора (со стороны движения ФИО1) автомобиль «Тойота» (в направлении движения ФИО2), который завершает проезд перекрестка также на зеленый сигнал светофора, движущийся по <...> со стороны <...> (09:55), в этот момент автомобиль «Киа» на 1 и 2 секунды горения зеленого сигнала светофора пропускает автомобиль «Тойота» (16 и 17 секунда, горение зеленого сигнала светофора), как завершающий проезд перекрестка, после чего иных транспортных средств во встречном направлении не усматривается, далее, на завершении 2 секунды зеленого сигнала светофора въезжает на перекресток (17-18 секунда), когда автомобиль Фольсваген на перекресток не въехал, он не усматривается ни в кадре регистратора, ни на перекрестке, затем в кадре появляется автомобиль Фольксваген, движущийся по <...> со стороны <...> в крайнем левом ряду на красный сигнал светофора в его направлении движения, после чего происходит столкновение двух транспортных средств на 2,73 (2,75) секунды горения зеленого сигнала со стороны ФИО1 непосредственно на перекрестке.

При этом, согласно административному делу, повреждения автомобиля «Киа» следующие: задний левый фонарь, задний бампер, правое заднее крыло, крышка багажника, что также следует из досудебного заключения специалиста и фотографического материала, к нему приложенного (л.д. <...>).

Судебная коллегия отмечает, что выводы же судебного эксперта носят явно и сугубо предположительный характер, поставлены в зависимость от скорости движения автомобиля ФИО2 еще до подъезда к «стоп-линии», что находится за пределами зоны досягаемости регистратора и не согласуется с материалами дела, учитывая, что достоверно установлено, что последний не предпринял действий для снижения скорости при обнаружении возможного дорожно-транспортного происшествия, напротив, в ходе разбирательства по делу об административном нарушении менял процессуальную позицию относительно причин рассматриваемой аварии и доказывания своей невиновности в произошедшем, сначала указывая, что двигался на зеленый сигнал светофора на самом перекрестке, затем, указывая, что проехал стоп-линию на этот же зеленый сигнал светофора, затем в областном суде в рамках административного дела, получив результаты судебной экспертизы по настоящему делу, указал, что не заметил зеленый мигающий сигнал светофора, в последующем и вовсе, ссылаясь на версию судебного эксперта, указал, что мог ехать на желтый сигнал светофора и не мог остановится без применения экстренного торможения, указав в последующем, что не мог остановиться из-за гололедных явлений.

Определяя скорость движения автомобиля Фольсваген, судебный эксперт исходил из указания на приведенную ссылку на метод «5.3.3 Метод автомасштаба», исходя из колесной базы автомобиля применительно к появлению автомобиля в диапазоне зоны видимости регистратора, использована формула, учитывающая номера кадров, фиксирующих положение транспортного средства в начальной и конечной точках, при этом сами кадры не приведены в части, позволяющей определить их нумерацию по хронологии кадров, часть расчета, как указано в заключении эксперта, приведена по формуле исчисления максимальной скорости, без какого-либо физического или математического обоснования, приведены округления расчетов без каких-либо обоснований, при этом, указывая, что скорость автомобиля при въезде в кадр регистратора составляет 46,8-50,5 км/ч, для дальнейших же расчетов безосновательно принимает ее равной и до этого события при движении к стоп-линии с округлением 47-51 км/ч, при этом, беря за основу удаление автомобиля Фольсваген от линии дорожного полотна 6.16 «Стоп» в момент включения для его направления движения желтого сигнала светофора по соответствующей формуле, обоснование которой также не приведено, внося в формулу расчета скорость 47-51 км/ч, и весь период горения красного (соответственно зеленого) и желтого сигналов светофора, и, беря за основу расстояния от места столкновения до знака «стоп» 21,5 м, при этом по схеме происшествия: 13,6+3,6+3,5(3,6)=20,7 (20,8) м (л.д. 174-175 т. 1).

При этом, какого-либо мотивированного обоснования тому, почему эксперт взял за основу, исходные данные о движении автомобиля Фольваген применительно к горению желтого сигнала светофора, как исходные верные параметры, в заключении эксперта не приведено (л.д. <...>). Не приведено и данных, исходя из каких данных эксперт взял сведения о величине остановочного пути транспортного средства, расчет остановочного пути (л.д. <...>).

В связи с изложенным выше, с учетом установленных обстоятельств дела, какого-либо правового значения выводы эксперта о том, что автомобиль Фольсваген не располагал технической возможностью предотвратить происшествие, не имеют, поскольку автомобиль совершал движение на красный сигнал светофора, при этом экспертом, помимо того, что в качестве исходной характеристики, взяты данные о движении Фольсвагена на желтый сигнал светофора, при этом не учтено и то, что до загорания желтого сигнала светофора три секунды горит зеленый мигающий сигнал.

Вывод же эксперта о том, что в момент горения желтого сигнала светофора, автомобиль «Киа» находился в движении, чем нарушил п. 6.2 Правил дорожного движения РФ, при том, что иных нарушений не установлено, не свидетельствует о том, что автомобиль выехал на данный сигнал на перекресток, поскольку выезд осуществлен на зеленый сигнал светофора, что также следует из судебных актов в рамках административного дела.

Допрошенный в судебном заседании <...> эксперт ФИО5, который в настоящее время в указанном учреждении деятельность не осуществляет, каких-либо иных пояснений не дал, обоснование расчетов не привел; в отношении автомобиля «Киа» указав, что данный автомобиль начал движение на желтый сигнал светофора, указав, что по видеозаписи стоп-линию не видно, «сказать, был ли автомобиль перед стоп-линией, невозможно», иного в указанной части не привел, указал в части ФИО2, что делал расчеты от момента включения желтого сигнала светофора для ФИО2, привести этому обоснование по вопросам исковой стороны не мог, при обоснованном приведении исковой стороной расчета о движении ФИО2 на красный сигнал светофора, убедительных пояснений в этой части не привел, указав, что «взял за исходную ситуацию» – ситуацию движения ФИО2 на желтый сигнал светофора (л.д. <...>).

Пунктом 1.5 Правил дорожного РФ предусмотрено, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу п. 8.1 Правил дорожного движения РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

При этом, из п.п. 6.2, 6.13 Правил дорожного движения РФ следует, что запрещающий сигнал светофора запрещает движение, соответственно, лицо, которому запрещено движение, не имеет преимущество по отношению к лицу, которому оно разрешено.

Согласно п. 6.2 Правил дорожного движения РФ зеленый сигнал разрешает движение; зеленый мигающий сигнал разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал; желтый сигнал запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных п. 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов.

В силу п. 6.14 Правил дорожного движения РФ водителям, которые при включении желтого сигнала или поднятии регулировщиком руки вверх не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение.

Согласно п. 6.13 Правил дорожного движения РФ при запрещающем сигнале светофора водители должны остановиться перед стоп-линией, в при ее отсутствии на перекрестке перед пересекаемой проезжей частью, не создавая помех пешеходам.

При этом судебным экспертом не учтено, но указанное отражено в определениях судей в рамках административного дела, что до мигающего желтого сигнала светофора со стороны движения ФИО2 три секунды горит мигающий зеленый сигнал светофора, который сообщает водителям о том, что скоро будет гореть запрещающий сигнал светофора и следует выбрать соответствующую скорость движения.

Из приведенных положений Правил дорожного движения РФ следует, что водитель при включении зеленого мигающего светофора по общему правилу должен действовать таким образом, чтобы к моменту загорания желтого сигнала светофора остановить транспортное средство, в соответствии с п. 6.13 Правил дорожного движения, в частности, на перекрестке; при этом согласно Правил дорожного движения РФ «перекресток» - место пересечения, примыкания или разветвления дорог на одном уровне, ограниченное воображаемыми линиями, соединяющими соответственно противоположные, наиболее удаленные от центра перекрестка начала закруглений проезжих частей; согласно схеме дорожно-транспортного происшествия соответствующие границы приведены на схеме.

Ссылки в жалобе ФИО2 о том, что он завершал маневр проезда перекрестка, делая это на зеленый (первоначальная версия событий) или на желтый (последующая версия событий) сигнал светофора, не могут быть признаны состоятельными, поскольку исходя из простых базовых математических и физических расчетов, последний уже въехал на перекресток на запрещающий красный сигнал светофора, пересекая стоп-линию также на красный сигнал светофора, что является нарушением Правил дорожного движения РФ. Так, применительно к горению зеленого сигнала светофора 2,73 (2,75) секунды, и соответствующему времени горения красного сигнала светофора для ФИО2 в его направлении движения, с учетом заявленного скоростного режима, также установленного экспертным путем в рамках судебной экспертизы (при появлении транспортного средства ФИО2 в зоне обзора видеорегистратора), 46,8-50,5 км/ч (13-14 м/с, 46,8-50,5/3,6), преодолел порядка 35,4-38,2 м, при том, что расстояние от места столкновения до стоп-линии согласно схемы места происшествия, не превышает 24,2 м, фактически - 20,7 (20,8) м - с учетом наложения линий проезжих частей (короткой и длинной), таким образом ФИО2 двигался на запрещающий красный сигнал светофора, как при въезде на перекресток, так и при пересечении стоп-линии.

Также доводы ФИО2 опровергаются справкой о режиме работы светофорного объекта по <...> – ФИО3, в соответствии с которой, зеленый сигнал светофора для транспортного потока по <...> включается в тот момент, когда для транспортного потока, движущегося по <...> включается красный сигнал светофора (пофазно).

Коллегия учитывает, что при даче пояснений в ходе разбирательства по делу об административном правонарушении ФИО2 указывал, что сигналы светофора не увидел в части зеленого мигающего сигнала, и не обратил на них внимание, ввиду чего торможение не применял, потом указывал, что автомобиль ФИО1 не видел, в рамках проведения проверки по факту случившегося утверждал, что не мог применить экстренное торможение, ввиду скользкого дорожного покрытия, полагал, что не нарушал Правила дорожного движения РФ, поскольку заканчивал маневр.

При этом позиция истца ФИО1 в указанной части является четкой и непротиворечивой.

Не могут быть признаны обоснованными и ссылки в жалобе ФИО2 на то, что ФИО1 начал движение и въехал на перекресток на «красно-желтый» сигнал светофора в нарушение п. 6.2 Правил дорожного движения РФ, поскольку, как ранее подробно и посекундно было изложено коллегией, соответствующий въезд материалами дела не подтверждается, факт же того, что автомобиль истца начинает движение на второй секунде горения желтого сигнала, в причинной связи с происшествием не находится, учитывая, что согласно записи регистратора, заключения судебной экспертизы, на второй секунде горения желтого сигнала светофора постепенно появляется автомобиль «Киа» под управлением ФИО1 в кадре, движущийся в левом ряду по <...>, не выезжая за пределы зоны светофора и не пересекая линию перекрестка (л.д. <...>, схема места совершения административного правонарушения), затем включается зеленый сигнал светофора для транспортного потока, движущегося по <...> для движения ФИО1, в этот момент заезжает на последнюю секунду горения желтого сигнала и въезжает на перекресток на зеленый сигнал светофора (для стороны движения уже ФИО1) автомобиль «Тойота», который завершает проезд перекрестка также на зеленый сигнал светофора, и его пропускает автомобиль Киа, который на 1 и 2 секунде горения зеленого сигнала, не набирая скоростной режим, пропускает автомобиль «Тойота», как завершающий проезд перекрестка, на завершении 2 секунды горения зеленого сигнала светофора въезжает на перекресток, когда автомобиль Фольсваген на перекресток еще не въехал и в кадре не появился, затем в кадре появляется автомобиль Фольксваген, движущийся по <...> со стороны <...> в крайнем левом ряду на красный сигнал светофора в его направлении движения, после чего происходит столкновение двух транспортных средств на 2,73 (2,75) секунды горения зеленого сигнала светофора со стороны ФИО1

Каких-либо иных доказательств наличия невиновности в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии, ФИО2 не приведено.

Не могут быть приняты во внимание ссылки в жалобе ФИО2 на неверность действий ФИО1 в части проезда перекрестка в прямолинейном направлении перед аварией, а не поворота налево, как это предусмотрено установленным на его полосе движения дорожным знакам движения по полосам. Между тем, каких-либо доказательств указанного в материалы дела не представлено. В объяснениях, данных сразу после происшествия, ФИО1 отметил, что двигался с намерением повернуть налево, доказательств обратного не усматривается из самой видеозаписи регистратора. В суде по административному делу <...> последний также пояснил, что ехал именно налево (протокол судебного заседания от <...>). Доказательств обратного из материалов дела не усматривается.

Коллегия отмечает, что при включении разрешающего сигнала светофора водитель обязан уступить дорогу транспортным средствам, завершающим движение через перекресток, и пешеходам, не закончившим переход проезжей части данного направления (п. 13.8 Правил дорожного движения РФ).

При этом «уступить дорогу (не создавать помех)» - требование, означающее, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость (п. 1.2 Правил дорожного движения РФ).

Из совокупности указанных положений следует, что водитель автомобиля, остановившегося на перекрестке на запрещающий сигнал светофора, не должен начинать движение при включении разрешающего сигнала светофора до тех пор, пока перекресток не покинут автомобили, выехавшие на перекресток с иного направления без нарушения Правил дорожного движения, а также пешеходы.

Данные требования ФИО1 были соблюдены.

Между тем, во всяком случае, преимущества в движении при проезде регулируемого перекрестка ФИО2 в рассматриваемой ситуации не имел, поскольку выехал на него уже на красный сигнал светофора, при этом ФИО1 двигался на перекрестке на разрешающий сигнал светофора и совершал движение в тот момент, когда транспортным средствам, движущимся со встречного направления, уже горел запрещающий сигнал светофора, имея, во всяком случае, преимущество в движении.

Доводы жалобы ФИО2 о том, что ФИО1 не был включен сигнал поворота налево в данной части в причинной связи с происшествием не находятся, учитывая, что, во всяком случае, ФИО1 двигался, находясь в этой части вне зоны видимости автомобиля ФИО2, и маневр намеревался совершать в правильном направлении, учитывая, что доказательств обратного не представлено, при этом начало движения ФИО1 находится за пределами зоны видеорегистратора, сам ФИО1 утверждал изначально в пояснениях <...>, в судебном заседании <...>, что сигнал поворота включен был, выключен при непосредственном совершении маневра, движение иным образом в данной части дорожными знаками на месте происшествия предусмотрено не было.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что обоюдная вина в настоящем случае установлена быть не может, перекресток является регулируемым, вина в дорожно-транспортном происшествии является одного водителя – ФИО2, нарушений в режиме работы светофоров на момент аварии не имелось. Между действиями ФИО1 и наступившим дорожно-транспортным происшествием, причинно-следственная связь отсутствует, поскольку происшествие явилось результатом неправильных действий ФИО2, поскольку в случае отсутствия нарушений со стороны последнего, ФИО1 совершил бы проезд перекрестка без аварии.

Кроме того, судебная коллегия учитывает следующее.

Частью 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, в редакции на время разрешения спора в суде, предусмотрено, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступившие в законную силу постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, в редакции с <...>).

Аналогичные разъяснения даны в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <...>№ <...> «О судебном решении».

Соответствующие положения по аналогии применялись и при рассмотрении дела судом первой инстанции.

Решением судьи Октябрьского районного суда г. Омска от <...> постановление № <...> по делу об административном правонарушении от <...>, которым ФИО2 привлечен к административной ответственности, по жалобе ФИО2 – оставлено без изменения, жалоба ФИО2 – без удовлетворения. Из указанного судебного акта следует, что вопреки доводам жалобы, в момент включения желтого сигнала светофора для автомобиля под управлением ФИО1, автомобиль под управлением ФИО2 только приближается к перекрестку, а на перекресток выезжает уже на запрещающий красный сигнал светофора, при этом, водитель ФИО1 совершает движение на своем автомобиле на зеленый сигнал светофора; при этом судом было отказано в проведении технической экспертизы, ввиду очевидности факта проезда стоп-линии и перекрестка на красный сигнал светофора (л.д. <...>

Решением судьи Омского областного суда решение судьи Октябрьского районного суда г. Омска от <...> оставлено без изменения, жалоба ФИО2 – без удовлетворения. Установлено, что при включении мигающего зеленого сигнала светофора ФИО2 мер к снижению скорости не принял, данный сигнал, в соответствии с его пояснениями, не видел, что привело к выезду на перекресток без снижения скорости на запрещающий красный сигнал светофора. Отмечено, что желтый сигнал светофора включается после мигающего зеленого, предупреждающего, что вскоре будет включен запрещающий сигнал, что обязывает водителя выбрать такую скорость движения автомобиля, которая обеспечила бы ему возможность соблюдения требований сигналов светофоров; также судьей проанализированы ссылки заявителя ФИО2 на п. 6.14 Правил дорожного движения РФ и признаны с учетом приведенного выше необоснованными (л.д. <...>

При этом, как следует из протокола судебного заседания от <...>, заключение судебной экспертизы по настоящему гражданскому делу было приобщено и исследовано судом в рамках указанного административного дела, при этом ФИО2 продолжал утверждать, что пересекал перекресток на зеленый сигнал светофора, как и стоп-линию, «тормозить начал на перекрестке», при этом в ходе опроса суда пояснил, что все же «когда ФИО2 подъехал к перекрестку могло произойти переключение с зеленого на желтый сигнал светофора», но он не мог остановится, не прибегая к экстренному торможению (л.д<...>).

Таким образом, исходя из вышеуказанного в совокупности, судебная коллегия приходит к выводу о невиновности водителя «Киа» ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии, ввиду чего полагает, что заявленные им требования являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Размер ущерба, установленный судебным экспертом, ответной стороной не оспорен, исковой стороной признан.

Как указано выше, из заключения судебной экспертизы ФГБУ Омская ЛСЭ Минюста России следует, что стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Киа», без учета износа, составляет 313376 руб., в связи с чем, со стороны ФИО1 имело место уточнение требований в указанной части (л.д. <...> ввиду чего данные требования подлежат удовлетворению.

Согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от <...>№ <...>-П, применительно к случаю причинения вреда транспортному средству в результате возмещения убытков в полном размере, потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, ему должны быть возмещены расходы на восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства. По смыслу вытекающих из ст. 35 Конституции РФ во взаимосвязи с ее ст. ст. 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание в том числе требование п. 1 ст. 16 Федерального закона «О безопасности дорожного движения», согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления поврежденного транспортного средства. Замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на другие детали, узлы и агрегаты. Поскольку возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла. Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, то есть необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы.

Как разъяснено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <...>№ <...> «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», применяя ст. 15 Гражданского кодекса РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством. Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений имущества (абз. 2 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ).

Доказательств иной стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства без учета износа, в том числе наличие иного способа восстановления автомобиля ФИО1, ответчиком в материалы дела не представлено.

В части взыскания расходов по оплате услуг эксперта, нотариуса, юридических услуг, судебная коллегия отмечает следующее.

Статьей 98 Гражданского процессуального кодекса РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Суд апелляционной инстанции полагает обоснованным взыскать с ФИО2 расходы на проведение досудебной экспертизы в размере 10000 руб., подтвержденные квитанцией на оплату экспертных услуг, поскольку исковые требования ФИО1 удовлетворены в полном объеме с учетом их уточнения в ходе разбирательства по делу. Расходы ФИО1 на оценку ущерба обусловлены необходимостью доказывания размера ущерба, причиненного вследствие дорожно-транспортного происшествия (л.д. <...>

Согласно ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

На основании ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При рассмотрении дела в суде интересы ФИО6 представлял ФИО7 по доверенности.

<...> между ФИО7 (исполнитель) и ФИО1 (заказчик, клиент) был заключен договор на оказание юридических услуг и услуг по представлению интересов заказчика в суде, в соответствии с условиями которого, клиент поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства представлять интересы клиента в суде по иску клиента к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего <...>, судебных расходов. По договору исполнитель обязался изучить имеющуюся у клиента документы, относящиеся к предмету спора, дать предварительно заключение, подготовить исковое заявление, направить иск с числом копий в суд, консультировать клиента по всем необходимым и возникающим вопросам в ходе рассмотрения гражданского дела, обеспечить присутствие представителя во всех судебных заседаниях по данному спору (л.д. <...> В соответствии с п. 3.1 договора на оказание юридических услуг сторонами определена стоимость услуг в размере 10000 руб.

Согласно акту приема-передачи денежных средств, заказчиком ФИО1 оплачено по договору об оказании юридических услуг 10000 руб., которые приняты представителем ФИО7 (л.д. <...>

Представитель ФИО1 по доверенности ФИО7 в рамках рассмотрения гражданского дела участвовал в судебных заседаниях <...>, <...>, заявил ходатайство о проведении судебной автотехнической экспертизы.

Коллегия отмечает, что рассматриваемое дело действительно представляло определенную сложность и требовало проведение определенного объема работы со стороны представителя.

Часть 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ резюмирует об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Как следует из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в п.п. 11, 13 Постановления от <...>№ <...> «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объём заявленных требований, цена иска, сложность дела, объём оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер, сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя.

Разрешая вопрос о взыскании расходов на оплату услуг представителя, руководствуясь положением ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ, учитывая подтвержденный материалами дела объем оказанной правовой помощи, категорию сложности гражданского дела, продолжительность его рассмотрения, участие в судебных заседаниях, учитывая характер заявленных требований, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании с ФИО2 судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 10000 руб.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <...>№ <...> «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Расходы, понесенные ФИО1 на составление доверенности на представление интересов в суде в размере 2100 руб., возмещению не подлежат (л.д. <...>), из ее содержания и срока действия следует, что она выдана не только на представление интересов ФИО1 по настоящему делу по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба по факту дорожно-транспортного происшествия от <...>, поскольку таковая содержит общие полномочия на представление интересов ФИО1, а не специальные - для участия в данном обособленном споре.

Так доверенность содержит общие полномочия на представление интересов во всех судебных, административных, государственных и правоохранительных органах, а не для участия в данном конкретном споре, тремя представителями.

Таким образом, полномочия представителя истца не ограничены лишь представительством в судебных органах. Кроме того, в материалы дела представлена копия доверенности, что позволяет использование выданной истцом доверенности для выполнения иных поручений.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ между сторонами подлежат распределению судебные расходы по уплате государственной пошлины. При подаче искового заявления ФИО1 уплачена государственная пошлина в размере 6486 руб., которые подлежат взысканию с ФИО2 с учетом объема заявленных требований в размере 6333 руб.

Исходя из вышеуказанного, решение суда первой инстанции подлежит изменению с принятием нового решения об удовлетворении заявленных требований ФИО1 в полном объеме, и отказа в удовлетворении встречных требований ФИО2

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

определила:

решение Куйбышевского районного суда города Омска от 24 июля 2019 года изменить.

Изложить резолютивную часть решения суда в следующей редакции:

«Исковые требования ФИО8 удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, денежные средства в размере 313376 рублей, расходы по оплате услуг эксперта в размере 10000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 10000 рублей, расходы по уплате государственный пошлины в размере 6333 рубля.

Встречные исковые требования ФИО2 оставить без удовлетворения».

Председательствующий

Судьи:

Председательствующий: Чекурда А.Г.

Дело № 33-6650/2019

55RS0002-01-2019-003168-26

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

(резолютивная часть)

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Щукина А.Г.

судей Павловой Е.В., Чернышевой И.В.

при секретаре Будкевич О.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании 16 октября 2019 года гражданское дело № 2-2457/2019 по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО2 на решение Куйбышевского районного суда города Омска от 24 июля 2019 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения ущерба от ДТП - 156688 рублей, судебные расходы в размере 14216,88 рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 отказать.

Встречные исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 в счет возмещения ущерба от ДТП - 122676,02 рублей, судебные расходы в размере 6326,50 рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО2 отказать».