Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи административное дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Белозерского районного суда Вологодской области от 04 июня 2018 года, которым ему отказано в удовлетворении административных исковых требований к Министерству финансов Российской Федерации в лице Казначейства по Вологодской области о компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Вологодского областного суда Коничевой А.А., объяснения административного истца ФИО1, судебная коллегия

установила:

приговором Хабаровского краевого суда от 24 декабря 1998 года (с учетом определения Верховного Суда Российской Федерации от 26 ноября 1999 года) ФИО1 осужден по части 2 статьи 105, части 3 статьи 162, части 1 статьи 122 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде пожизненного лишения свободы, которое в настоящее время отбывает в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области.

28 апреля 2018 года ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления казначейства по Вологодской области о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование требований указал, что при вынесении в отношении него обвинительного приговора были допущены существенные нарушения, выразившиеся в том, что в состав суда входили народные заседатели С.М.М. и Ф.Т.В., которые не имели на то полномочий. Согласно сообщению Государственного архива Хабаровского края С.М.М. избиралась народным заседателем 10 июля 1987 года, сведения о продлении её полномочий по истечении пяти лет отсутствуют. Ф.Т.В. была наделена полномочиями 16 мая 1993 года в соответствии со статьей 164 Конституции РФ, однако Конституция РФ была принята только в декабре 1993 года. Кроме того, указанные народные заседатели исполняли свои обязанности свыше предусмотренных действующим на тот момент законодательством 14 дней в календарном году.

Кроме того, на момент рассмотрения его уголовного дела действовала статья 15 УПК РФ, согласно которой преступления, в которых он обвинялся, подлежали рассмотрению либо судом с участием присяжных заседателей, либо составом трех профессиональных судей.

Также нарушения выразились в том, что при рассмотрении дела судом кассационной инстанции он не был обеспечен помощью адвоката.

Указанные нарушения являлись предметом разбирательства по аналогичным делам в Европейском Суде по правам человека и признаны существенными, подпадающими под Европейскую Конвенцию, однако административным ответчиком не принято мер для восстановления его нарушенных прав. Незаконными действиями ему были причинены физические и нравственные страдания. Будучи осужденным незаконным составом суда, он более 20 лет содержится в местах лишения свободы, утратил веру в правосудие, испытывает чувство несправедливости, что провоцирует сильный стресс, головные боли, потерю сна и аппетита. Просил признать нарушение ответчиком в отношении него статей 1,6,13,53,55 Конвенции по правам человека, статьи 27 Венской конвенции от 23 мая 1969 года, обязать ответчика обеспечить реализацию права на рассмотрение дела законным составом суда и получения квалифицированной юридической помощи в кассационной инстанции, взыскать с административного ответчика компенсацию морального вреда в сумме 5000 евро в пересчете по курсу рубля, действующему на день выплаты.

Судом принято приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 ставит вопрос об отмене решения суда по мотиву его незаконности и необоснованности и направлении дела на новое рассмотрение.

В судебном заседании апелляционной инстанции ФИО1 доводы жалобы поддержал.

В судебное заседание апелляционной инстанции представитель административного ответчика, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного заседания, не явился, судебной коллегией принято решение о рассмотрении дела в его отсутствие.

Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для его отмены.

Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 1099-1101 и 1069 Гражданского кодекса РФ, исходил из того, что истец не имеет права на возмещение ему морального вреда, поскольку обвинительный приговор в отношении ФИО1 вступил в законную силу, вышестоящими инстанциями не отменен, в настоящее время исполняется, к лицам, подпадающим под действия статьи 133 УПК РФ, имеющим право на реабилитацию, истец не относится.

С таким выводом судебная коллегия соглашается по следующим причинам.

В силу 29 Закона РСФСР от 08 июля 1981 года «О судоустройстве РСФСР», действующего на момент вынесения в отношении ФИО1 приговора, краевой суд избирается соответствующим Советом народных депутатов в составе председателя, заместителей председателя, членов суда и народных заседателей сроком на 5 лет.

В соответствии со статьей 15 УПК РСФСР уголовные дела в суде первой инстанции рассматриваются коллегиально или единолично; коллегиальное рассмотрение дел осуществляется судом в составе судьи и двух народных заседателей.

Согласно статье 9 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик (введены Законом СССР от 25 декабря 1958 года и утратили силу с 1 июля 2002 года) уголовные дела во всех судах рассматриваются судьями и народными заседателями, избранными в установленном законом порядке. Рассмотрение уголовных дел во всех судах в первой инстанции производится в составе судьи и двух народных заседателей. Народные заседатели при осуществлении правосудия пользуются всеми правами судьи.

Согласно статье 70 Закона о судоустройстве РСФСР народные заседатели призываются к исполнению своих обязанностей в судах в порядке очередности не более чем на две недели в году, кроме случаев, когда продление этого срока вызывается необходимостью закончить рассмотрение судебного дела, начатого с их участием.

Установлено, что уголовное дело по обвинению ФИО1 рассматривалось Хабаровским краевым судом в составе судьи и двух народных заседателей. Рассмотрение дела закончилось обвинительным приговором от 24 декабря 1998 года (л.д. 27). Указанный приговор определением Верховного Суда РФ от 26 ноября 1999 года изменен в части назначенного ФИО1 наказания в виде смертной казни, которое заменено на пожизненное лишение свободы (л.д. 51).

Административный истец полагает, что уголовное дело по его обвинению рассмотрено незаконным составом суда. В качестве доказательств, подтверждающих эти доводы, представлены сообщения Государственного архива Хабаровского края.

Оценивая представленные документы, судебная коллегия полагает, что изложенная в них информация о том, что в просмотренных документах Государственного архива Хабаровского края (решения Президиума и решения сессий Хабаровского краевого Совета народных депутатов за 1990-1993 г.г.) сведений о продлении полномочий народного заседателя С.М.М. нет, однозначно не свидетельствует о том, что народный заседатель С.М.М. участвовала при рассмотрении уголовного дела по обвинению ФИО1, не имея на то законных полномочий.

Доводы заявителя, что народный заседатель Ф.Т.В. была назначена на эту должность решением Малого краевого совета народных депутатов со ссылкой на Конституцию РФ, которая была принята только в декабре 1993 года, являются несостоятельными в силу следующего.

Согласно статье 164 Конституции (Основной закон) Российской Федерации-России от 12 апреля 1978 года (утратила силу в связи с принятием Конституции Российской Федерации 12 декабря 1993 года) все суды Российской Федерации образуются на началах выборности судей и народных заседателей.

В соответствии с представленным сообщением Государственного архива Хабаровского края от 09 июля 2007 года Ф.Т.В. была избрана народным заседателем на основании решения Малого Совета Хабаровского Краевого Совета народных депутатов от 16 мая 1993 года №97, который при принятии данного решения руководствовался статьей 164 Конституции РФ (л.д. 14).

Указом Президента РФ от 25 декабря 1993 года № 2289 «О замещении вакантных должностей федеральных судей» установлено, что народные заседатели краевых судов временно осуществляют свои полномочия впредь до принятия соответствующего федерального закона.

Указом Президента РФ от 23 января 1997 года №41 установлено, что народные заседатели краевых судов осуществляют свои полномочия впредь до принятия федерального закона о порядке назначения (избрания) народных заседателей.

Такой Федеральный закон был принят 02 января 2000 года.

Таким образом, Ф.Т.В. осуществляла полномочия народного заседателя на законных основаниях.

Доводы истца о том, что оба народных заседателя осуществляли свои полномочия свыше предусмотренных 14 календарных дней в году, объективно ничем не подтверждены.

Кроме того, судебная коллегия полагает, что ФИО1 пропустил срок для предъявления в данной части административного искового заявления, поскольку в силу статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов. Такой же срок предусматривался ранее главой 25 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Фактически заявленные ФИО1 требования исходят из нарушения его прав, связанных с осуществлением правосудия, о чем он прямо указывает в административном исковом заявлении, что в силу статьи 1 указанного кодекса относится к административным делам об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, иных государственных органов, органов военного управления, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих.

Однако о наличии полномочий у народных заседателей административному истцу стало известно из справок Государственного архива Хабаровского края от 09 июля 2007 года, 01 ноября 2008 года, 04 октября 2007 года, что ФИО1 подтвердил в суде апелляционной инстанции. Уважительных причин пропуска срока судом не установлено.

Кроме того, требования истца связаны с предполагаемым нарушением его права на рассмотрение дела с участием присяжных заседателей либо трех профессиональных судей. При этом истец полагает, что на момент рассмотрения уголовного дела по его обвинению состав суда по этой причине являлся незаконным.

Данные требования являются необоснованными по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 15 УПК РСФСР (в ред. от 21 июля 1998 года, утратил силу с 1 января 2003 года) уголовные дела в суде первой инстанции рассматриваются коллегиально или единолично; коллегиальное рассмотрение дел осуществляется судом в составе судьи и двух народных заседателей. Рассмотрение дел во всех судах, кроме районного (городского) народного суда, может по решению соответствующего суда с согласия обвиняемого осуществляться судом в составе трех профессиональных судей, один из которых является председательствующим (коллегией судей).

Согласно части 2 данной нормы уголовные дела о преступлениях, за которые уголовным законом предусмотрено максимальное наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет, пожизненного лишения свободы или смертной казни, рассматривает коллегия в составе трех профессиональных судей.

Действие части 2 было приостановлено до введения в действие нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, принятого 18 декабря 2001 года.

Согласно части 3 статьи 15 УПК РСФСР в соответствии с правилами раздела десятого настоящего Кодекса по ходатайству обвиняемого дела о преступлениях, указанных в части второй настоящей статьи, рассматриваются судьей и присяжными заседателями.

В своем определении от 23 июня 2005 года №292-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что сами по себе нормы закона об участии в отправлении правосудия народных заседателей и их правовом статусе, равно как и утратившие к настоящему времени силу нормы Уголовно-процессуального кодекса РСФСР об участии народных заседателей в уголовном судопроизводстве, не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права и свободы граждан и затрагивающие установленные статьями 119, 121, 122 и 128 Конституции Российской Федерации гарантии правового статуса профессиональных судей.

Что касается института присяжных заседателей, то согласно постановлению Верховного Совета РФ от 16 июля 1993 года, которым были внесены соответствующие изменения в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», УПК РСФСР, суды с участием присяжных заседателей учреждались с 01 ноября 1993 года в Ставропольском крае, Саратовской, Ивановской, Московской и Рязанской областях, с 01 января 1994 года – в Алтайском и Краснодарском краях, Ростовской и Ульяновской областях.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 02 февраля 1999 года «О проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 16 июля 1993 года № 5451/1-1 «О порядке введения в действие Закона Российской Федерации «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», Уголовно - процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях» было предписано Федеральному Собранию РФ незамедлительно внести в законодательство изменения, обеспечивающие на всей территории Российской Федерации каждому обвиняемому в преступлении, за совершение которого федеральным законом в качестве исключительной меры наказания установлена смертная казнь, возможность реализации права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей.

Во исполнение данного определения и в соответствии с Федеральным законом от 27 декабря 2002 года №181-ФЗ «О внесение изменений в Федеральный закон «О введение в действие УПК РФ» суды с участием присяжных заседателей на территории Хабаровского края вводились в действие с 01 июля 2003 года.

Таким образом, на момент рассмотрения уголовного дела по обвинению ФИО1 и вынесения в отношении него приговора состав краевого суда с участием народных заседателей не противоречил действующему на тот период времени законодательству.

Также ФИО1 полагает, что были нарушены его права отсутствием адвоката в суде кассационной инстанции. При этом административный истец ссылается на то, что у него были достигнуты предварительные договоренности о выделении ему адвокатов от <....> и от правозащитной организации. Истец полагает, что он не был заблаговременно извещен о дате и времени рассмотрения его кассационной жалобы, в связи с чем не мог оповестить об этом адвокатов. При рассмотрении кассационной жалобы его ходатайства о переносе судебного заседания были отклонены. В связи с данными обстоятельствами заявителю причинен моральный вред.

Указанные доводы судебной коллегией также отклоняются как необоснованные.

Действительно, как усматривается из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26 ноября 1999 года, ФИО1 лично присутствовал в судебном заседании и давал объяснения, при этом сведения о непосредственном участии в заседании адвоката отсутствуют (л.д. 48).

Согласно пункту 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» обязательным условием удовлетворения требований о компенсации морального вреда является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий. Сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения названных требований.

Из приведенных разъяснений в совокупности со статьями 1069, 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание. Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Таких доказательств суду не представлено.

В соответствии со статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что в случае очевидного отклонения действий участников гражданского оборота от добросовестного поведения, в том числе путем предъявления надуманных исковых требований, суд обязан дать надлежащую правовую оценку таким действиям.

Административное исковое заявление ФИО1, датированное 20 апреля 2018 года, поступило в суд 28 апреля 2018 года, по истечении 18 лет после событий, с которыми истец связывает причинение ему нравственных страданий, влекущих взыскание компенсации морального вреда.

Такое поведение, по мнению судебной коллегии, нельзя признать добросовестным, соответствующим правилам статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, как пояснил административный истец суду апелляционной инстанции, в дальнейшем приговор суда им по указанному основанию (отсутствие защитника в кассационной инстанции) не обжаловал. Следовательно, как правильно указал суд первой инстанции, ФИО1 отбывает наказание в соответствии с приговором, вступившим в законную силу, в связи с чем оснований для удовлетворения его требований и апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Белозерского районного суда Вологодской области от 04 июня 2018 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: