Гражданский кодекс часть 1

Судья Кондратенко С.М.дело № 22-395/2014 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ г. Петропавловск-Камчатский10 июня 2014 года Камчатский краевой суд в составе:

судьи Белоусова С.Н.,

при секретаре Савельевой Р.С.,

с участием прокурора Сабанской М.Ю.,

осуждённого Фоменко А.В.,

защитников - адвоката Копытова И.А., представившего удостоверение №36 и ордер №1648 от 6 мая 2014 года,

адвоката Бургач С.И., представившей удостоверение №195 и ордер №1222 от 6 мая 2014 года,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённого Фоменко А.В. и его защитников - адвокатов Копытова И.А. и Бургач С.И. на приговор Петропавловск-Камчатского городского суда от 30 апреля 2014 года, которым

Фоменко Андрей Викторович, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в
<адрес>, <данные изъяты>, проживающий в <адрес>, ранее несудимый,

осуждён по ч.1 ст.286 УК РФ к штрафу в размере 50 000 рублей.

Исследовав представленные материалы уголовного дела, выслушав пояснения осуждённого Фоменко А.В. и его защитников – адвокатов Копытова И.А. и Бургач С.И., подержавших апелляционные жалобы, а также мнение прокурора Сабанской М.Ю. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

установил :

Фоменко приговором суда признан виновным и осуждён за превышение должностных полномочий, то есть совершение действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов государства.

Как установил суд, Фоменко, являясь Руководителем Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае, в соответствии с Положением о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом (далее - Росимущество) и Положением о территориальном управлении Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае (ТУ Росимущества) в 2011 году осуществлял на территории края полномочия собственника конфискованных морских судов, относящихся к казне Российской Федерации, по обеспечению их сохранности, подготовке к продаже, реализации в установленном порядке, и по организации их уничтожения в случае невозможности реализации.

29 сентября 2011 года он издал распоряжения №№ 218-р и 219-р о закреплении на праве хозяйственного ведения за ФГУП «Приволжский» и ФГУП «Северо-Восточное Содружество» («СВС») конфискованных за нарушение административного законодательства Российской Федерации в области охраны окружающей среды и природопользования судов «Николай Солодчук», «Кит», «Адонис», «Тигиль», «Ангара», «Флинт», «Таис», «Талдан», «Оникс», «Рей», «Кусеки Мару», «Норд», «Зюйд», «Мидас», «Ронд» и незаконно передал их указанным предприятиям по актам приёма-передачи от 12, 14 и 15 октября 2011 года, а также издал распоряжение
№ 271-р от 1 ноября 2011 года о закреплении за ФГУП «СВС» на праве хозяйственного ведения конфискованных судов «Екатерина» и «Чень Хуэй №1», и незаконно передал их предприятию по актам приёма-передачи от 16 ноября 2011 года.

Действия Фоменко, явно выходящие за пределы его полномочий и выразившиеся в незаконной передаче ФГУП «Приволжский» и ФГУП «СВС» в хозяйственное ведение конфискованных морских судов, подлежащих в соответствии с требованиями ч.4 ст.54 Федерального закона РФ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» либо продаже на аукционе с зачислением денежных средств в федеральный бюджет либо уничтожению, привели к утрате собственником – Российской Федерацией прав владения, пользования и распоряжения вышеуказанными морскими судами или денежными средствами, полученными от продажи их на аукционах ФГУП «Приволжский» в сумме не менее 10167203 рублей, а также полученными ФГУП «СВС», - в сумме не менее 35821 142 рублей, то есть повлекли существенное нарушение охраняемых законом интересов государства.

В судебном заседании подсудимый Фоменко вину свою по предъявленному обвинению не признал.

В апелляционной жалобе осуждённый Фоменко А.В. просит отменить обвинительный приговор и вынести оправдательный приговор.

Считая неправильным решение суда апелляционной инстанции об отмене предыдущего оправдательного приговора в отношении него, утверждает, что он не совершал преступления, и что его позиция в обвинительном приговоре отражена неверно.

Полагает, что суд, исключив из обвинения ссылки на незаконность поручений заместителя руководителя Росимущества, согласился с тем, что он исполнял поручения, которые не были заведомо незаконными. Утверждает, что ни о какой реализации или отчуждении судов ФГУПами речи не было, и о том, что ФГУПы стали продавать и сдавать в аренду конфискованные суда он не знал.

Указывает, что в приговоре не приведены доказательства стороны защиты, не раскрыто их содержание, не рассмотрены доводы защиты о сложной ситуации, связанной с недостаточным финансированием хранения конфискованных судов в Камчатском крае и состоянием крайней необходимости.

Обращая внимание на то, что ТУ Росимущества в Камчатском крае на момент продажи конфискованных судов и передачи их в аренду ФГУПами в 2012 году никакого отношения к ним не имело, согласия на аренду и продажу не давало, указывает, что суд не опроверг довод защиты о том, что решение о передаче судов в ФГУПы было принято заместителем руководителя Росимущества в пределах его полномочий, а он просто продублировал это решение. Вместе с тем полагает, что имеющееся в деле Правовое заключение института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации говорит о неоднозначности в вопросах права в данном случае и опровергает вывод о том, что всем было очевидно, что совершается преступление.

Адвокат Копытов И.А. в апелляционной жалобе также считает обвинительный приговор в отношении Фоменко незаконным, просит отменить его, и вынести оправдательный приговор.

Считая необоснованными обвинение, предъявленное Фоменко, подробно анализирует текст обжалуемого приговора и ссылаясь на постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 апреля 1996 года №1 «О судебном приговоре» и от 16 октября 2009 года №19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», приводит 68 доводов о незаконности приговора и о том, что Фоменко не совершал преступления. Указывает, что суд существенно изменил в совещательной комнате суть обвинения, нарушил принцип состязательности уголовного судопроизводства и право подсудимого на защиту, не мотивировал, почему квалифицирует действия Фоменко, совершённые в разные дни, по одной статье. Выводы суда о виновности Фоменко считает противоречивыми, основанными на предположениях и не подтверждёнными доказательствами, исследованными в судебном заседании, но неправильно оцененными, без учёта доводов защиты.

Утверждая, что суд неправильно применил уголовный закон, указывает, что Фоменко никаких активных действий, явно превышающих его полномочия, не совершал, охраняемые законом интересы государства не нарушал, субъектом инкриминируемого преступления не является. Считая продажу конфискованных судов либо их уничтожение в соответствии с законом о рыболовстве декларацией итогового результата действий с этими судами, а не правил действий должностных лиц, полагает, что в приговоре следовало указать Порядок отчуждения судов, который Фоменко нарушил.

Указывая, что конфискация судов – это процедура, а не возникновение права, полагает, что морские суда, переданные в ФГУП «СВС» не являлись собственностью России.

Ссылаясь на обобщение судебной практики по делам о превышении должностных полномочий за 2007 год в Челябинской области, указывает, что издание распоряжения не является действием, о котором говорится в ст.286 УК РФ, поскольку его нельзя признать действием, которое никто ни при каких обстоятельствах не вправе совершать.

Ссылаясь на Правовое заключение института законодательства и сравнительного правоведения, указывает на неоднозначность взглядов в вопросах возможности передачи конфискованных судов в хозяйственное ведение ФГУПов, и полагает, что решение арбитражного суда о недействительности распоряжения Фоменко исходило из спорности правоотношений, а не из незаконности его распоряжения.

Утверждает, что никакие действия Фоменко не выходили явно за пределы его полномочий, поскольку, имея полномочия по изданию распоряжений, он не самостоятельно принимал решение, а строго в соответствии с положениями ст.15 Федерального закона «О государственной гражданской службе Российской Федерации» исполнял поручения заместителя руководителя Росимущества, в отношении которого вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Полагает, что отсутствие «преступного» приказа, исходя из смысла ст.42 УК РФ, исключает уголовную ответственность Фоменко, для которого указания непосредственного руководителя не были заведомо незаконными.

Указывает, что между наступившими последствиями и действиями, которые вменяются Фоменко, отсутствует причинная связь, поскольку он не давал согласия на продажу и передачу конфискованных судов во фрахт, не заключал договоры купли-продажи и фрахтования, и мотива для совершения преступления у него не было.

Считая необоснованной ссылку в приговоре на письмо заместителя руководителя Росимущества ФИО1, указывает, что суд не исследовал его полномочия.

Утверждает, что действия Фоменко по передаче конфискованных судов в ФГУПы в целях дальнейшей реализации были направлены на снижение расходов по их содержанию из-за недостаточности финансирования при отсутствии нормативной базы по регулированию данных правоотношений, и совершались в состоянии крайней необходимости.

Отмечает, что распоряжения, связанные с выполнением поручений Росимущества в отношении конфискованных судов, выносил не только Фоменко, и ссылается на практику арбитражных судов, которые ни разу не признали действия руководителей Территориальных управлений Росимущества, совершёнными с превышением полномочий.

Утверждает, что ТУ Росимущества в Камчатском крае не обладало полномочиями собственника конфискованных судов и являлось исполнителем решения Росимущества, являвшегося собственником, в части вынесения распоряжений и передачи судов ФГУПам, которые также являлись исполнителями решения Росимущества в части принятия этих судов.

Обращая внимание на то, что приговор не содержит таких доказательств, как показания свидетелей, и ссылаясь на показания допрошенных в судебном заседании свидетеля ФИО2, специалиста по определению технического состояния судна ФИО3, и расчёты специалиста ФИО5, связанные со стоимостью хранения судов, утверждает, что сведения об ущербе, причинённом действиями Фоменко, в материалах дела отсутствуют, и что изданием распоряжений существенный вред Российской Федерации не причинён. Полагает, что охраняемые законом интересы государства нарушил не Фоменко, а руководители ФГУПов и именно их действия находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Адвокат Бургач С.И.в апелляционной жалобе также просит отменить приговор в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением уголовного закона.

Ссылаясь на постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 апреля 1996 года №1 «О судебном приговоре», указывает, что в приговоре не приведены доказательства стороны защиты, в том числе показания свидетелей ФИО2 и ФИО3, и не приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты. Утверждает, что судом не исследованы все версии стороны защиты, не выяснены и не оценены имеющиеся противоречия, и приговор основан не на достоверных доказательствах, а на предположениях. Полагает, что суд, исключив из обвинения ссылку на незаконность поручений заместителя руководителя Росимущества, признал, что они вполне законны. Вывод суда о том, что Фоменко не вправе был издавать распоряжения №№218-р, 219-р и 271-р, считает противоречащим Положению о территориальном управлении Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Камчатском крае. Указывает, что вывод суда об очевидном характере нарушения ч.4 ст.54 Закона о рыболовстве противоречит показаниям Фоменко и другим доказательствам по делу, согласно которым этот закон является не единственным нормативно-правовым актом, регулирующим вопросы владения, пользования и распоряжения конфискованным имуществом.

Указывая, что суд не рассмотрел доводы защиты о правильности учёта расходов федерального бюджета со ссылкой на заключение специалиста ФИО5, отказался исследовать доказательства, оправдывающие Фоменко, и существенно изменил формулировку обвинения, нарушив право подсудимого на защиту, полагает, что суд должен был рассмотреть доводы защиты о правомерности действий заместителя руководителя Росимущества во взаимосвязи с конституционными положениями о необходимости толкования всех сомнений в пользу обвиняемого.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Киракосян Ж.И., считая доводы осуждённого и его защитников необоснованными, просит оставить приговор суда без изменения, а жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, и обсудив доводы апелляционных жалоб с учётом мнения сторон, судебная коллегия находит обвинительный приговор в отношении Фоменко правильным.

Виновность его в совершении преступления установлена судом на основании доказательств, достаточно полно и всесторонне исследованных в открытом судебном заседании, проверенных и получивших в приговоре суда надлежащую оценку по правилам, установленным ст.87, 88 УПК РФ.

Как видно из постановлений Петропавловск-Камчатского городского суда и Южно-Сахалинского городского суда (т.2 л.д.56-161, т.4 л.д.235-247, т.5 л.д.1-94), вынесенных в период с 30 декабря 2004 года по 10 марта 2011 года, морские суда «Николай Солодчук», «Кит», «Адонис», «Тигиль», «Ангара», «Флинт», «Таис», «Талдан», «Оникс», «Рей», «Кусеки Мару», «Норд», «Зюйд», «Мидас», «Ронд», «Екатерина», «Чень Хуэй №1» по результатам рассмотрения дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст.8.17 Кодекса РФ об административных правонарушениях, были конфискованы, то есть принудительно безвозмездно обращены в федеральную собственность в соответствии с требованиями закона.

Согласно Актам приёма-передачи имущества, относящегося к государственной казне Российской Федерации, от 12 и 14 октября, 15 и 16 ноября 2011 года (т.1 л.д.119-126, 133-139, т.11 л.д.77-79, 84-86) Фоменко передал генеральному директору ФГУП «СВС» морские суда «Оникс», «Рей», «Кусеки Мару», «Норд», «Зюйд», «Мидас», «Ронд», «Екатерина», «Чень Хуэй №1», и заместителю директора по имущественным отношениям ФГУП «Приволжский» - морские суда «Николай Солодчук», «Кит», «Адонис», «Тигиль», «Ангара», «Флинт», «Таис» и «Талдан», во исполнение своих распоряжений №№218-р, 219-р и 271-р.

Платёжные поручения, протоколы открытых аукционов по продаже федерального имущества и договоры купли-продажи недвижимости за период с 13 января по 24 декабря 2012 года (т.9 л.д.162-169, 177-191, 199-208, 221-229, 237-245, т.12 л.д.3-6, 9-12, 19-22) подтверждают факты получения ФГУП «Приволжский» 2233000 рублей за проданное на аукционе судно «Кит», 3819000 рублей за судно «Ангара», 6050000 рублей за судно «Талдан», 5460000 рублей за судно «Николай Солодчук», 5775000 рублей за судно «Таис», и факты получения ФГУП «СВС» 30330 602 рублей за проданное на аукционе судно «Екатерина» и 5 490540 рублей - за судно «Чень Хуэй №1».

Из сопроводительного письма и платёжного поручения №46
от 16 января 2013 года (т.10 л.д.24-25) следует, что в федеральный бюджет за морские суда, проданные на аукционах, после запроса следователя ФГУП «Приволжский» перечислило 13169796 рублей 62 копейки из фактически полученных 23337000 рублей.

Дополнительные соглашения к договорам бербоут-чартера, договоры бербоут-чартера и фрахтования судна без экипажа (т.3 л.д.2-22, т.10 л.д.1-23) свидетельствуют о том, что ФГУП «Приволжский» и ФГУП «СВС» передали не проданные на аукционах конфискованные морские суда «Адонис», «Тигиль», «Флинт», «Оникс», «Рей», «Кусеки Мару», «Норд», «Зюйд», «Мидас», «Ронд» другим предприятиям во владение и пользование, при этом в соответствии с дополнительными соглашениями бюджет Российской Федерации с 1 ноября 2011 года перестал быть получателем денежных средств, и получателями всех денежных средств за временное владение и пользование вышеперечисленным имуществом казны Российской Федерации, переданным в аренду, в соответствии с договорами стали Арендодатели ФГУП «Приволжский» и ФГУП «СВС».

Подсудимый Фоменко признал в судебном заседании, что был осведомлен о письме заместителя руководителя Росимущества ФИО1 «О реализации конфискованных морских судов» от 1 сентября 2011 года, содержащем предостережение о негативных последствиях несоблюдения требований ч.4 ст.54 Федерального закона РФ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», с прямым указанием на то, что этот федеральный закон исключает возможность закрепления конфискованных судов за федеральными государственными унитарными предприятиями, а также подтвердил, что относящиеся к казне Российской Федерации вышеперечисленные конфискованные суда были переданы ФГУП «СВС» и ФГУП «Приволжский» на основании его письменных распоряжений о закреплении их за соответствующими предприятиями на праве хозяйственного ведения.

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 28 июня 2012 года Распоряжение № 219-р от 29 сентября 2011 года, подписанное руководителем ТУ Росимущества в Камчатском крае Фоменко А.В. (т.1 л.д.130-132), признано незаконным, не соответствующим требованиям ст.54 Федерального закона «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» и Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учётом совокупности всех приведённых в приговоре относимых, допустимых и достоверных доказательств, суд обоснованно признал вину ФИО7 доказанной и правильно в пределах обвинения, поддержанного государственным обвинителем, квалифицировал его действия по ч.1 ст.286 УК РФ. При этом суд достаточно подробно обосновал выводы о наличии признаков указанного преступления и о необходимости изменения обвинения с учётом требований ст.252 УПК РФ, а также привёл мотивы, по которым одни доказательства положил в основу приговора, а другие отверг.

Наказание осуждённому суд назначил в соответствии с требованиями ст.6, 43, 60 УК РФ, с учётом характера, фактических обстоятельств и степени общественной опасности совершённого преступления, его личности, обстоятельств, смягчающих наказание, при отсутствии отягчающих, а также с учётом имущественного положения и влияния назначенного наказания на его исправление.

С доводами осуждённого и его защитников о необходимости отмены приговора суд апелляционной инстанции не может согласиться, учитывая следующие обстоятельства.

Согласно требованиям ст.38915 УПК РФ основаниями для отмены или изменения приговора в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, существенное нарушение уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона.

Несогласие участников уголовного судопроизводства с приговором само по себе не является основанием для его отмены или изменения.

Доводы апелляционных жалоб, связанные с необоснованностью обвинения и недоказанностью вины ФИО7, законностью его распоряжений №№ 218-р, 219-р и 271-р, недостаточным финансированием хранения конфискованных судов и условиями крайней необходимости, отсутствием мотива и признаков превышения полномочий, законностью поручений заместителя руководителя Росимущества ФИО4, наличием у него полномочий давать соответствующие указания и отсутствием полномочий давать разъяснения у заместителя руководителя Росимущества ФИО1, отсутствием причинно-следственной связи между действиями ФИО7 и наступившими последствиями, а также отсутствием нарушения интересов государства, аналогичные доводам, приведённым стороной защиты в суде первой инстанции, были предметом тщательного судебного разбирательства и в обжалуемом приговоре суда им дана надлежащая оценка, правильность которой у суда апелляционной инстанции не вызывает сомнений.

Несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам, установленным судом, при проверке материалов уголовного дела не выявлено. Утверждение адвокатов о том, что выводы суда о виновности ФИО7 не подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами, опровергается совокупностью приведённых в приговоре доказательств его вины. Выводы суда о том, что показания свидетелей ФИО2 и ФИО3 не имеют доказательственного значения по данному делу, и о том, что доводы защиты и доказательства, представленные стороной защиты в подтверждение невиновности подсудимого, не опровергают приведённые в приговоре доказательства его вины в превышении должностных полномочий, суд апелляционной инстанции считает правильными. Таких существенных противоречий, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности ФИО7, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания, выводы суда не содержат.

Доводы о неправильном изложении в приговоре позиции подсудимого, о предположительном характере выводов суда, о существенном изменении сути обвинения в совещательной комнате, нарушении принципа состязательности уголовного судопроизводства и права подсудимого на защиту, при проверке не нашли подтверждения и являются несостоятельными. Утверждение осуждённого о том, что не было речи о реализации судов ФГУПами, также противоречит содержанию его распоряжений № 218-р, 219-р и 271-р.

Таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, в том числе перечисленных в апелляционных жалобах нарушений ст.14, 15, 73-74, 85, 88, 90, 252, 307 УПК РФ, судом первой инстанции не допущено.

Ссылки на ст.15 Федерального закона о государственной гражданской службе, в соответствии с которой ФИО7 обязан был исполнять поручения своего руководителя, нельзя признать безусловно влекущими отмену или изменение обжалуемого приговора суда, поскольку указанная норма закона также предусматривает обязанность гражданского служащего отказаться от исполнения поручения руководителя, а кроме этого предусматривает возможность привлечения гражданского служащего к уголовной ответственности в соответствии с федеральными законами.

Утверждения авторов апелляционных жалоб о том, что суд первой инстанции признал поручения заместителя руководителя Росимущества вполне законными, согласился с тем, что ФИО7 исполнял поручения, которые не были заведомо незаконными, и отказался исследовать доказательства, оправдывающие ФИО7, являются несостоятельными, поскольку не соответствуют действительности.

Вопреки доводам о законности поручений заместителя руководителя Росимущества ФИО4, эти поручения не содержат никаких ссылок на закон, сами не являются нормативными актами и никаким образом не опровергают правильность указания другого заместителя руководителя Росимущества, - ФИО1, - на необходимость соблюдения требования Федерального закона «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов». При таких обстоятельствах ссылки на положения ст.42 УК РФ также нельзя признать обоснованными.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции о содержании умысла, преюдициальном значении вступившего в законную силу Решения арбитражного суда о незаконности распоряжения № 219-р, а также об аналогичном характере и содержании распоряжений №218-р и №271-р, суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы о том, что ФИО7 не является субъектом инкриминируемого преступления и не совершал никаких активных действий, явно превышающих его полномочия, противоречат приведённым в приговоре доказательствам и опровергаются ими.

Довод о том, что на момент продажи и передачи в аренду конфискованных судов в 2012 году ФИО7 никакого отношения к ним не имел, на доказанность его вины в превышении должностных полномочий не влияет.

Ссылки адвокатов на разъяснения, изложенные в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном приговоре» и «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», сами по себе не являются безусловными свидетельствами незаконности или необоснованности обжалуемого приговора суда, постановленного в соответствии с требованиями закона.

Доводы, связанные с необходимостью указания в приговоре того порядка отчуждения судов, который ФИО7 нарушил, и предположение о том, что конфискованные суда, переданные в ФГУП «СВС», не являлись собственностью России, не основаны на законе.

Доводы о том, что арбитражные суды ни разу не признали действия руководителей Территориальных управлений Росимущества, совершёнными с превышением полномочий, что охраняемые законом интересы государства нарушил не ФИО7, а руководители ФГУПов, и ссылки в апелляционных жалобах на судебную практику в Челябинской области в 2007 году, консультационное Правовое заключение специалиста ФИО6 (т.4 л.д.92-106) и консультацию (пояснение, заключение) специалиста ФИО5 (т.16 л.д.60-63), приобщённые к материалам дела по ходатайствам стороны защиты, также не влияют на законность и обоснованность обжалуемого приговора суда.

Доводы апелляционных жалоб, связанные с переоценкой вступившего в законную силу решения арбитражного суда, отменённого оправдательного приговора и постановления суда апелляционной инстанции об отмене оправдательного приговора, не подлежат проверке, поскольку не относятся к предмету данного судебного разбирательства.

На основании изложенного, руководствуясь ст.38913, 38920 и 38928 УПК РФ, суд

постановил:

приговор Петропавловск-Камчатского городского суда от 30 апреля 2014 года в отношении ФИО7 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осуждённого и его защитников - без удовлетворения.

Судья