Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1, поданную 9 июня 2022 года, на решение Центрального районного суда г. Красноярска от 12 марта 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Красноярского краевого суда от 10 марта 2022 года

по административному делу № 2а-1215/2021 по административному исковому заявлению ФИО1 к ГУ МВД России по Красноярскому краю о признании действий и решения незаконными.

Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Лукьяновой Т.Г., при проведении судебного заседания посредством использования систем видеоконференц-связи, заслушав пояснения истца ФИО1, поддержавшего доводы кассационной жалобы, при участии в судебном заседании переводчика ФИО2, Судебная коллегия по административным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции,

у с т а н о в и л а:

ФИО1 (далее -истец, кассатор) обратился в Центральный районный суд г. Красноярска с административным исковым заявлением к ГУ МВД России по Красноярскому краю о признании незаконными действия административного ответчика в части нерассмотрения обращения ФИО1, поданного на узбекском языке, и невозвращения приложенных оригиналов материалов.

В обоснование требований указано, что 17 января 2020 года ФИО1 подано заявление о предоставлении переводов решений административного ответчика. Однако данное обращение не было рассмотрено и не разрешено, поскольку составлено на узбекском языке. К данному обращению административным истцом были приложены оригиналы документов, которые он просил вернуть. Ответчиком оригиналы документов возвращены не были, чем нарушены права административного истца.

Решением Центрального районного суда г. Красноярска от 12 марта 2022 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Красноярского краевого суда от 10 марта 2022 года, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе кассатором ставится вопрос об отмене судебных актов, как принятых с нарушением норм материального и процессуального права. Кассатор настаивает на том, что его обращение не рассмотрено, ответчиком в 2019 -2020 годах в ходе рассмотрения ходатайств о признании «беженцем» или «предоставлении убежище» была проведена проверка, вынесены решения. В процессе данных проверок ответчиком истец указывает, что ему был предоставлен переводчик, в связи с незнанием русского языка, утверждает, что по этой причине ответчик должен был предоставить ему данные постановления в переводе. В ходе того, ответчик несколько раз приходил с переводчиком, знакомил с документами и в ходе заполнения анкет также присутствовал переводчик. В анкете также имеется подпись переводчика. Кассатор настаивает на том, что ответчик в рамках того дело "беженец-убежище» должен был осуществить перевод обращения на узбекском языке и рассмотреть его, согласно ч.2 ст.26 Конституции РФ, ч.2 ст.5 Федерального Закона РФ №53-ФЗ от 01.06.2005, п.4 ст. 15 Закона РФ «О языках народов РФ» и инструкции МВД по делопроизводству ответчик обязан был рассмотреть обращение. Кассатор указывает, что суды приняли решения о невозможности прочтения его обращения по его мнению значение выражения «невозможно прочесть» иное нежели «обращение на иностранном языке». В Федеральном Законе №59-ФЗ, на который ссылаются ответчик и суды написано о «невозможности прочтения», а не об обращениях на иностранном языке. В связи с этим ссылка судов и ответчика на данный закон является необоснованной и незаконной. Согласно пункта 3 данного закона и условии истец утверждает, что имеет право обращаться на своем родном языке либо на любом другом языке, которым владеет. Кассатор настаивает на том, что в деле допущено нарушение, поскольку не привлечено должностное лицо, подписавшее ответ.

В судебном заседании кассатор настаивал на удовлетворении кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения жалобы извещены своевременно и в надлежащей форме. В судебное заседание не явились. На основании статьи 326 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации Судебная коллегия по административным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции находит возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы административного дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по административным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции пришла к следующим выводам.

В соответствии с частью 2 статьи 328 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных актов в кассационном порядке кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов, изложенных в обжалованном судебном акте, обстоятельствам административного дела, неправильное применение норм материального права, нарушение или неправильное применение норм процессуального права, если оно привело или могло привести к принятию неправильного судебного акта.

Нарушения такого характера были допущены судами первой и апелляционной инстанций.

Из материалов дела следует и установлено судами, что заявление административного истца от 17 января 2020 года, написанное на узбекском языке, поступило из Канской межрайонной прокуратуры в ГУ МВД России по Красноярскому краю 4 февраля 2020 года. К данному заявлению были приложены документы на 16 листах, что подтверждается копией сопроводительного письма от 28 января 2020 года.

3 марта 2020 года заявителю направлен ответ о том, что обращение, направленное им в Канскую межрайонную прокуратуру, не может быть рассмотрено по существу, так как является некорректным по содержанию. При этом в ответе на обращение указано, что ранее административному истцу неоднократно разъяснялось, что решением ГУ МВД России по Красноярскому краю от 24 января 2019 года ФИО1 отказано в рассмотрении ходатайства о признании беженцем по существу в соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 5 Федерального закона от 19 февраля 1993 года № 4528-1 «О беженцах», так как в отношении него возбуждено уголовное дело за совершение преступлений на территории Российской Федерации. Решением ГУ МВД России по Красноярскому краю от 16 апреля 2019 года ФИО1 отказано в предоставлении временного убежища на территории Российской Федерации в соответствии с п. 7 Порядка предоставления временного убежища на территории Российской Федерации, утверждённого Постановлением Правительства РФ от 9 апреля 2001 года № 274, так как обстоятельства прибытия в Российскую Федерацию не соответствуют обстоятельствам и причинам, установленным данным нормативным правовым актом и Федеральным законом «О беженцах». Копии указанных решений направлены в адрес административного истца.

В 2019 году ФИО1 неоднократно направлял в ГУ МВД России по Красноярскому краю письменные обращения на русском языке, в том числе касающиеся рассмотрения его ходатайств о признании беженцем и предоставлении временного убежища. Обращения ФИО1 были рассмотрены ГУ МВД России по Красноярскому краю и в ответах от 18 апреля 2019 года, от 2 июля 2019 года административным ответчиком даны разъяснения по существу поставленных ФИО1 вопросов.

Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции исходил из того, что делопроизводство в органах внутренних дел РФ ведется на русском языке, являющемся государственным языком РФ, и обращение административного истца, поданное им на иностранном языке, правомерно оставлено административным ответчиком без рассмотрения, как не поддающееся прочтению, о чем заявителю сообщено в установленный законом срок. Несогласие административного истца с содержанием направленного ему ответа, само по себе не может являться основанием для признания его незаконным. При этом судом принято во внимание, что ФИО1 по существу спорного обращения неоднократно обращался в ГУ МВД России по Красноярскому краю с заявлениями на русском языке, следовательно, реализовал свое право на обращение в государственные органы. Обращение административного истца от 17 января 2020 года, поданное им на иностранном языке, правомерно оставлено административным ответчиком без рассмотрения, как не поддающееся прочтению, о чем заявителю сообщено в установленный законом срок, с заявлениями о возврате направленных им документов ФИО1 в ГУ МВД России по Красноярскому краю не обращался. При этом после неоднократных письменных обращений ФИО1 к административному ответчику на русском языке, его последующие письменные обращения на узбекском языке без приложения перевода направлены не на защиту нарушенного права, а на усложнение процедуры рассмотрения, что не отвечает критериям добросовестности.

Судебная коллегия, проверяя законность решения в апелляционном порядке, с выводами суда первой инстанции об отсутствии факта нарушения прав ФИО1 на получение ответа на обращение согласилась, указав, что ГУ МВД России по Красноярскому краю не относится к органам исполняющим наказание. Таким образом, обращения ФИО1 подлежали рассмотрению в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 02.05.2006 года № 59- ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации». Обращение административного истца от 17 января 2020 года, составленное на узбекском языке, по существу не рассматривалось. Доводы об обязанности обеспечения перевода соответствующим государственным органом является необоснованным, поскольку такая обязанность законодательно не закреплена. Применение норм УПК РФ и УИК РФ, предусматривающих возможность привлечения переводчика, в настоящих правоотношениях невозможно, поскольку ГУ МВД России по Красноярскому краю на момент получения обращений ФИО1 не являлось органом, исполняющим какие-либо принудительные меры в отношении ФИО1, а потому ФИО1 не лишен возможности обратиться в государственные органы, самостоятельно преодолевая языковой барьер, в том числе, обратившись к помощи переводчика, обеспеченного исправительным учреждением - по месту нахождения под стражей. Законодательство, регулирующее вопросы делопроизводства в МВД России, не содержит обязанность МВД России и его подразделений (управлений, отделов и т.д.) осуществлять перевод поступивших к ним письменных обращений граждан, составленных на языке, не относящимся к государственным языкам республик, находящихся в составе Российской Федерации, и к языкам народов Российской Федерации. Право ФИО1 на пользование родным языком и на обращение в государственные органы административным ответчиком не нарушалось, так как обращение ФИО1 составлено с нарушением требований Федерального закона о государственном языке Российской Федерации.

Однако судами не учтено следующее.

Государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык (часть 1 статьи 68 Конституции Российской Федерации).

В силу пункта 1 части 1 статьи 3 Федерального закона "О государственном языке Российской Федерации" государственный язык Российской Федерации подлежит обязательному использованию в деятельности федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, иных государственных органов, органов местного самоуправления, организаций всех форм собственности, в том числе в деятельности по ведению делопроизводства.

В части 7 статьи 1 названного Федерального закона закреплено, что обязательность использования государственного языка Российской Федерации не должна толковаться как отрицание или умаление права на пользование государственными языками республик, находящихся в составе Российской Федерации, и языками народов Российской Федерации.

Пунктом 4 статьи 15 Закона Российской Федерации "О языках народов Российской Федерации" гражданам Российской Федерации гарантировано право на обращение в государственные органы, организации, на предприятия и в учреждения Российской Федерации с предложениями, заявлениями, жалобами на государственном языке Российской Федерации, родном языке или на любом другом языке народов Российской Федерации, которым они владеют.

Правоотношения, связанные с реализацией гражданином Российской Федерации права на обращение в государственные органы, органы местного самоуправления и к должностным лицам и порядок их рассмотрения регламентированы Федеральным законом от 2 мая 2006 года N 59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан в Российской Федерации".

Согласно названному Закону, обращение, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в соответствии с их компетенцией, подлежит обязательному рассмотрению (часть 1 статьи 9); в случае, если решение поставленных в письменном обращении вопросов относится к компетенции нескольких государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц, копия обращения в течение семи дней со дня регистрации направляется в соответствующие государственные органы, органы местного самоуправления или соответствующим должностным лицам (пункт 4 части 8), государственный орган, орган местного самоуправления или должностное лицо дает письменный ответ по существу поставленных в обращении вопросов. Ответ на обращение направляется в форме электронного документа по адресу электронной почты, указанному в обращении, поступившем в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в форме электронного документа, и в письменной форме по почтовому адресу, указанному в обращении, поступившем в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в письменной форме (пункт 4 части 1, часть 4 статьи 10); письменное обращение, поступившее в государственный орган, орган местного самоуправления или должностному лицу в соответствии с их компетенцией, рассматривается в течение 30 дней со дня регистрации письменного обращения (часть 1 статьи 12).

Согласно статье 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами к администрации учреждения или органа, исполняющего наказания, в вышестоящие органы управления учреждениями и органами, исполняющими наказания (далее - вышестоящие органы), суд, органы прокуратуры, органы государственной власти и органы местного самоуправления, к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по правам ребенка, Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей, уполномоченному по правам человека в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по правам ребенка в субъекте Российской Федерации, уполномоченному по защите прав предпринимателей в субъекте Российской Федерации, в общественные наблюдательные комиссии, общественные объединения, а также в соответствии с международными договорами Российской Федерации в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека (часть 4).

Осужденные - иностранные граждане и лица без гражданства вправе давать объяснения и вести переписку, а также обращаться с указанными в части четвертой настоящей статьи предложениями, заявлениями и жалобами на родном языке или на любом другом языке, которым они владеют, а в необходимых случаях пользоваться услугами переводчика. Ответы осужденным даются на языке обращения. При отсутствии возможности дать ответ на языке обращения он дается на государственном языке Российской Федерации с переводом ответа на язык обращения, обеспечиваемым учреждением или органом, исполняющим наказания (часть 5).

Таким образом, осужденные имеют право обращаться с заявлениями (обращениями) в любые органы государственной власти, к которым относится и административный ответчик, на родном языке или на любом другом языке, которым он владеет. С учетом приведенных нормативных положений, административный ответчик обязан рассмотреть обращение и дать мотивированный ответ в установленные законом сроки.

Поскольку истец имеет статус осужденного в соответствии с положениями УИК РФ он имеет право на подачу обращения на родном языке или на любом другом языке, которым он владеет, что свидетельствует о незаконности действий административного ответчика из ответа которого следует, что обращение истца не может быть рассмотрено по существу, так как является некорректным по содержанию, с указанием на то, что документы должны составляться на русском языке (л.д., 27).

При таких обстоятельствах Судебная коллегия по административным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает, что выводы судов о законности действий (бездействия) административного ответчика и ответа на обращение административного истца в данной части нельзя признать обоснованными, они постановлены при неправильном применении норм материального права, состоявшиеся по делу судебные акты являются незаконными.

Судебная коллегия по административным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции, установив, что допущенные нарушения норм материального права являются существенными, повлекли принятие незаконных решения суда первой инстанции и апелляционного определения, без отмены которых невозможно восстановление нарушенных прав и законных интересов истца считает необходимым их отменить и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новое решение об удовлетворении административного искового заявления о признании незаконными бездействия ответчика в части нерассмотрения обращения истца в установленный законом срок.

Возлагая на административного ответчика обязанность рассмотреть в установленном порядке обращение истца от 17 января 2020 года, судебная коллегия по административным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции руководствуется положениями пункта 1 части 3 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, согласно которым в случае удовлетворения административного иска об оспаривании решения, действия (бездействия) и необходимости принятия административным ответчиком каких-либо решений, совершения каких-либо действий в целях устранения нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца либо препятствий к их осуществлению, суд указывает на необходимость принятия решения по конкретному вопросу, совершения определенного действия либо на необходимость устранения иным способом допущенных нарушений прав, свобод и законных интересов административного истца. Доводы истца о необходимости привлечения к участию в деле должностного лица, подписавшего оспариваемый ответ подлежит отклонению, поскольку ответ в адрес истца предоставлен ГУ МВД России по Красноярскому краю, в связи с чем, круг ответчиков судами определен правильно.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329, 330 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации,

о п р е д е л и л а:

решение Центрального районного суда г. Красноярска от 12 марта 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Красноярского краевого суда от 10 марта 2022 года отменить, принять по делу новое решение.

Признать незаконным бездействие ГУ МВД России по Красноярскому краю по не рассмотрению обращения ФИО1 от 17 января 2020 года в установленный законом срок.

Обязать ГУ МВД России по Красноярскому краю рассмотреть в установленном порядке обращение ФИО1 от 17 января 2020 года.

Кассационное определение может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в сроки и в порядке, предусмотренные статьями 318, 319 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Мотивированное кассационное определение изготовлено 22 августа 2022 года.

Председательствующий

Судьи