Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании посредством видео-конференц-связи с Малмыжским районным судом Кировской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 об истребовании имущества

по встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения

по кассационным жалобам ФИО1 и ФИО2 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 9 декабря 2021 г.

Заслушав доклад судьи Шестого кассационного суда общей юрисдикции Тарасовой С.М.; выслушав объяснения представителя ФИО3, действующего по доверенности от 12 апреля 2022 г. в интересах ФИО2, поддержавшего доводы его кассационной жалобы и возражавшего против кассационной жалобы ФИО1; судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1, обратившись с иском в суд, просил:

обязать ФИО2 не чинить препятствия и обеспечить доступ в помещение по адресу: <адрес>, - для производства работ по демонтажу принадлежащего ему (ФИО1) оборудования;

взыскать с ФИО2 прибыль от производства пеллет за период с ноября 2018 г. по декабрь 2020 г. в размере 18 200 000 руб., стоимость арендной платы оборудования за тот же период в размере 2 389 922,99 руб.

В иске указал, что по договорам купли-продажи от 3 и 9 апреля 2018 г. он (ФИО1) приобрел линию производства пеллет общей стоимостью 2 000 000 руб., денежные средства на его приобретение взял в долг. Они с ответчиком по устной договоренности решили осуществлять совместную деятельность с разделением прибыли поровну. Ответчик дал согласие на монтаж и установку оборудования в принадлежащем ему на праве собственности здании бывшего хлебокомбината по адресу: <адрес>.

С 2018 г. ответчик занялся производством пеллет и сбытом готовой продукции, при этом сообщил, что производство убыточно, прибыли хватает на заработную плату рабочим и на оплату электричества.

В ноябре 2018 г. он (истец) не смог вернуть долг, был вынужден продать свою квартиру в г. Казань. Он выставил оборудование на продажу, приехал с покупателем, однако ответчик отказался передать оборудование под предлогом, что истец ему должен 1 500 000 руб., ограничил доступ в помещение. Ответчик с ноября 2018 г. по декабрь 2020 г. пользовался его (истца) имуществом в своих интересах, извлекая из этого прибыль, которую единолично присваивал себе.

ФИО2, предъявив встречный иск, и уточнив исковые требования, просил взыскать с ФИО1 неосновательное обогащение за период с апреля 2018 г. по апрель 2021 г. - 5 366 132,80 руб., компенсацию морального вреда - 100 000 руб., возмещение расходов по уплате госпошлины - 35 031 руб.

Во встречном иске указал, что ФИО1, действуя недобросовестно, не исполнил перед ним обязательства.

Он (ФИО2) является собственником здания бывшего хлебокомбината общей площадью 1820,4 кв.м, спорное оборудование они купили совместно. В качестве платы за использование имущества ФИО1 обещал ему из прибыли с продаж пеллет покрыть расходы, связанные с производством.

С апреля 2018 г. по настоящее время ФИО1 использует принадлежащее ему здание и земельный участок. Расходы, связанные с содержанием имущества, оплатой коммунальных платежей, поддержанием в работоспособном состоянии помещения осуществляются исключительно за его (ФИО2) счет. В период с ноября 2018 г. по февраль 2020 г. за электроэнергию им перечислены 1 303 000 руб.

Таким образом, на стороне ФИО1 возникло обогащение за его счет в связи с тем, что он не вносил плату за пользование помещением и за электроэнергию. Средняя арендная плата за период с апреля 2018 г. по апрель 2021 г. составляла 62 руб. за кв.м в месяц, общая сумма в месяц - 112 864,80 руб., за 36 месяцев - 4 063 132,80 руб.

Сумма неосновательного обогащения за период с апреля 2018 г. по апрель 2021 г. составила 5 366 132,80 руб. = 1 303 000 руб. + 4 063 132,80 руб.

Кроме того, ему причинен моральный вред тем, что по гражданскому делу определением от 8 декабря 2020 г. об обеспечении иска наложен арест на имущество, находящееся в принадлежащем ему помещении; 17 декабря 2020 г. в отношении него судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство, наложен арест на имущество, которое передано ему на ответственное хранение; он не имеет возможности использовать принадлежащее ему помещение по назначению.

Решением Малмыжского районного суда Кировской области от 2 июня 2021 г. исковые требования ФИО1 к ФИО2 удовлетворены частично.

На ФИО2 возложена обязанность передать ФИО1 спорное оборудование, установленное в принадлежащем ФИО2 на праве собственности здании бывшего хлебокомбината по указанному выше адресу.

С ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано неосновательное обогащение в виде полученной прибыли за период с ноября 2018 г. по декабрь 2020 г. в размере 1 666 613 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 неосновательного обогащения в виде полученной прибыли за период с ноября 2018 г. по декабрь 2020 г. в размере 16 533 387 руб. и стоимости арендной платы принадлежащего ФИО1 оборудования за тот же период в размере 2 389 922,99 руб. отказано.

Встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 удовлетворены частично.

С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскано возмещение расходов по оплате электроэнергии в размере 1 303 000 руб.

В удовлетворении исковых требований о взыскании с ФИО1 задолженности по арендной плате в размере 4 063 132.80 руб., компенсации морального вреда в размере 100 000 руб., о возмещении судебных издержек в виде оплаты государственной пошлины в размере 35 031 руб. отказано.

С ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано возмещение расходов по оплате государственной пошлины в размере 16 533,06 руб.

С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскано возмещение таких же расходов в размере 14 715 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 9 декабря 2021 г. решение районного суда отменено. По делу принято новое решение, которым ФИО2 обязан передать ФИО1 спорное оборудование, установленное по адресу: <адрес> - в здании бывшего хлебокомбината, принадлежащего на праве собственности ФИО2

С ФИО2 в пользу ФИО1 взыскано неосновательное обогащение за период с октября по декабрь 2020 г. в размере 289 185,18 руб., а также возмещение расходов по оплате государственной пошлины в размере 6 391,85 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 отказано.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 9 декабря 2021 г. в части взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 неосновательного обогащения за период с октября по декабрь 2020 г. в размере 289 185,18 руб., новым решением его исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 9 декабря 2021 г. в части удовлетворения исковых требований ФИО1, новым решением просит его (ФИО2) исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанции, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Проверив материалы дела, законность оспариваемого судебного постановления по делу в пределах доводов кассационных жалоб (статья 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия не находит оснований для их удовлетворения.

Отменяя решение районного суда, как постановленное с существенным нарушением норм процессуального права, суд апелляционной инстанции исходил из того, что, как установлено в ходе служебной проверки, находящийся в материалах дела машинописный текст резолютивной части решения суда от 2 июня 2021 г. не соответствует объявленной в судебном заседании 2 июня 2021 г. резолютивной части решения.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО2 является собственником нежилого здания (хлебозавода, пристроя к хлебозаводу) площадью 1820,4 кв.м по адресу: <адрес>, - 1975 года ввода в эксплуатацию, кадастровой стоимостью 7 323 396,38 руб.

По договору купли-продажи оборудования от 3 апреля 2018 г., заключенному с ООО «УралБизнесЛизинг» (продавцом), ФИО1 (покупатель) прибрел линию производства пеллет стоимостью 1 000 000 руб.

По договору купли-продажи оборудования от 9 апреля 2018 г., заключенному с ИП ФИО4 (продавцом), ФИО1 (покупатель) приобрел оборудование стоимостью 1 000 000 руб.

Согласно постановлению от 18 октября 2020 г. об отказе в возбуждении уголовного дела, ФИО1, обратившись ДД.ММ.ГГГГ с заявлением в дежурную часть МО МВД России «Кильмезский», просил принять меры в связи с незаконным удержанием ФИО2 принадлежащего ему на праве собственности оборудования по адресу: <адрес>.

В ходе проверки установлено, что в 2018 г. ФИО1 с ранее знакомым ФИО2 по устной договоренности создали совместное производство по производству пеллет на территории бывшего хлебозавода по указанному выше адресу, установив оборудование в здании, принадлежащем на праве собственности ФИО2 Они осуществляли работу на предприятии совместно без оформления документов.

Согласно объяснению ФИО1, данное оборудование приобреталось им на его личные денежные средства в 2018 г., договоры купли-продажи заключены им, в связи с чем он считал себя собственником оборудования.

После переезда 24 января 2020 г. на постоянное место жительство в г. Казань он решил выйти из производства, им принято решение о продаже оборудования, размещено объявление на интернет-сайте. В сентябре 2020 г. ФИО1 с покупателем приехали в пгт. <адрес> с целью забрать оборудование с производства, однако ФИО2 его не отдал.

Согласно выписке из ЕГРИП, ФИО2 с 13 августа 2010 г. является индивидуальным предпринимателем; основной вид деятельности: производство пиломатериалов, профилированных по кромке; производство древесного полотна, древесной муки; производство технологической щепы или стружки; дополнительный вид деятельности: лесозаготовки, предоставление услуг в области лесозаготовок, производство топливных гранул и брикетов из отходов деревопереработки.

Согласно сертификату соответствия, срок действия с 2 октября 2019 г. по 1 октября 2022 г.; продукция - твердое биотопливо: древесные пеллеты. Серийный выпуск.

Поскольку сторонами договора простого товарищества могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации; из материалов дела следует, что письменное соглашение сторон отсутствует, существенные условия сделки не определялись, объем и характер прав и обязанностей сторон не устанавливались, то правовые основания для квалификации сложившихся между сторонами правоотношений из обязательства о совместной деятельности признаны отсутствующими.

Надлежаще оценив представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемое оборудование принадлежит на праве собственности ФИО1, при этом находится в помещении, принадлежащем на праве собственности ФИО2, с их использованием стороны в 2018 г. без оформления каких-либо документов и соглашений организовали совместный бизнес по производству пеллет.

Установив, что спорное оборудование по требованию ФИО1 не было возвращено ФИО2 и удерживалось им, суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статей 1, 10, 209, 301, 303, 431, 432, 1102, 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, признал наличие правовых оснований для истребования оборудования из незаконного владения ФИО2

В то же время, учитывая, что представленные доказательства не свидетельствуют о незаконном пользовании сторонами принадлежащего друг другу имущества в период с ноября 2018 г. по сентябрь 2020 г., а риск ведения предпринимательской деятельности в отсутствие надлежащим образом заключенных договоров лежит на сторонах, при рассмотрении дела в апелляционном порядке требования сторон за указанный период признаны не подлежащими удовлетворению.

При этом принято во внимание, что согласно объяснениям сторон, оборудование в помещении ФИО2 установлено по воле ФИО1, использовалось сторонами совместно, договор аренды между ними заключен не был, с требованием передать принадлежащее ему оборудование ФИО1 обратился к ФИО2 только в сентябре 2020 г.

В связи с этим суд апелляционной инстанции признал, что только с октября 2020 г. необходимо исчислять период, за который ФИО1 вправе требовать с ФИО2 неосновательное обогащение за использование оборудования, которое им удерживалось неправомерно. Доказательства недобросовестного использования исключительно ФИО2 оборудования до сентября 2020 г. в материалы дела не представлены.

Соответственно, ФИО2 должен выплатить ФИО1 сумму сбереженной арендной платы в размере стоимости платы за пользование аналогичным имуществом, исходя из выводов экспертного заключения ООО «Эксперт-Сервис», за период с октября по декабрь 2020 г., которая составила 289 185,18 руб.

В то же время, суд апелляционной инстанции признал не подлежащим удовлетворению требование ФИО1 о взыскании с ФИО2 прибыли от производства пеллет с учетом того, что возможность получения ФИО2 прибыли допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждена. Доводы ФИО1 признаны носящими предположительный характер.

Отказывая в требовании ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, суд апелляционной инстанции указал, что в силу абзаца 3 пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации риск ведения предпринимательской деятельности без оформления договорных отношений надлежащим образом лежит на сторонах. Риски и убытки от осуществления такой деятельности не могут служить в качестве основания для их возмещения за счет другой стороны.

Поскольку ФИО2 совместно с ФИО1 осуществлял деятельность по производству пеллет в помещении, принадлежащем ему на праве собственности, признаны отсутствующими основания для удовлетворения заявленных требований к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения в виде арендной платы за здание, электроэнергии за использование помещения по адресу: <адрес>. При этом на требование ФИО1 в сентябре 2020 г. передать принадлежащее ему оборудование ФИО2, как установлено, ответил отказом.

Факт причинения ФИО2 действиями ФИО1 нравственных и физических страданий в связи с нарушением его личных неимущественных прав не установлен, в связи с чем ФИО2 с учетом положений статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации отказано в требовании о компенсации морального вреда.

Рассматривая дело в кассационном порядке, судебная коллегия находит выводы суда апелляционной инстанции мотивированными, подтверждёнными исследованными и надлежаще оцененными доказательствами, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам по делу, нормам материального и процессуального права, в том числе регулирующих порядок сбора, исследования и оценки доказательств. Основания для несогласия с ними не установлены.

Не опровергает выводы суда апелляционной инстанции изложенные в кассационной жалобе ФИО1 доводы о наличии оснований для признания факта незаконного использования ФИО2 принадлежащего ему оборудования в период с 2018 по 2020 г., поскольку оборудование в этот период использовалось, производство пеллет не прекращалось, в то время как он (ФИО1) производством не занимался.

Суд апелляционной инстанции, отклоняя изложенный довод, правомерно исходил из того, что оборудование установлено в принадлежащем ФИО2 помещении по воле ФИО1, оно использовалось сторонами совместно, договор аренды оборудования между ними заключен не был, с требованием передать принадлежащее ему оборудование ФИО1 обратился к ФИО2 только в сентябре 2020 г. Само по себе использование оборудование и производство пеллет не свидетельствует о неправомерных действиях ФИО2 и о возникновении на его стороне неосновательного обогащения либо о причинении его действиями убытков ФИО1

Также не могут быть приняты во внимание, как не основанные на материалах дела, доводы кассационной жалобы ФИО2 о наличии оснований для взыскания с ФИО1 платы за аренду помещения и возмещения расходов по оплате электроэнергии; для признания нарушенными его права собственника помещения и находящегося под ним земельного участка вследствие установления в этом помещении оборудования в апреле 2018 г. с целью организации производства по взаимному согласию сторон.

Доводы кассационных жалоб по существу направлены на переоценку доказательств, повторяют позицию заявителей при рассмотрении дела, которая получила надлежащую правовую оценку, нашедшую отражение в оспариваемом судебном постановлении.

Несогласие с выводами суда апелляционной инстанции в связи с иной оценкой доказательств, иное мнение о характере разрешения спора, субъективное толкование норм права не свидетельствуют о несоответствии выводов суда апелляционной инстанции установленным им обстоятельствам, нарушении норм материального и процессуального права, в силу части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не могут служить в качестве основания для отмены обжалуемого судебного постановления в кассационном порядке.

Руководствуясь статьями 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции

о п р е д е л и л а:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 9 декабря 2021 г. оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО1 и ФИО2 –– без удовлетворения.

Председательствующий Балакирева Е.М.,

Судьи Петрова И.И.,

Тарасова С.М.

Постановление22.04.2022