Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ОАО Хабаровский производственно-коммерческий центр «Металлосервис» к ФИО1, ФИО2 о признании договора купли-продажи недействительным, истребовании имущества из чужого незаконного владения

по кассационной жалобе истца на решение Железнодорожного районного суда города Хабаровска от 4 марта 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 02 июня 2021 г.

Заслушав доклад судьи Куратова А.А., пояснения представителя ФИО3 и ОАО Хабаровский производственно-коммерческий центр «Металлосервис» по доверенности ФИО4, представителя ФИО2 по доверенности ФИО5, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ОАО Хабаровский производственно-коммерческий центр «Металлосервис» (далее – Общество) обратилось в суд с вышеуказанным иском, указывая на то, что Общество является собственником автодороги с кадастровым номером №, расположенной по адресу: г<адрес>

В 2019 г. истцу стало известно, что автодорога разделена на два объекта недвижимости, с выделением объекта недвижимости: «Разгрузочная консоль крана» протяженностью 85 погонных метров, которая зарегистрирована за истцом 05 сентября 2017г., в дальнейшем 18 октября 2017г. зарегистрирована за ФИО1 на основании договора купли-продажи от 22 сентября 2003г., который не одобрен Советом директоров Общества и подписан неизвестным лицом.

На основании договора купли-продажи спорное имущество ФИО1 продано ФИО2, право собственности зарегистрировано 10 ноября 2017 г.

Полагает, что объект недвижимости: «разгрузочная консоль крана» является составной частью механизма козлового крана и является движимым имуществом. Срок исковой давности необходимо исчислять с момента регистрации сделки.

Просили признать договор от 22 сентября 2003г., заключенный между ФИО1 и Обществом недействительным, истребовать из чужого незаконного владения ФИО2 спорный объект недвижимого имущества, взыскать расходы по оплате госпошлины с каждого в размере 13 673 рубля.

Решением Железнодорожного районного суда города Хабаровска от 4 марта 2021 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 02 июня 2021 г., в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе Общество, ссылаясь на допущенные судами нарушения норм права и несоответствие выводов судебных инстанций обстоятельствам дела, просит отменить принятые по делу судебные постановления, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представитель Общества и ФИО3 по доверенности ФИО4 доводы кассационной жалобы поддержала по изложенным в ней основаниям; представитель ФИО2 по доверенности ФИО5 просит в удовлетворении жалобы отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

В судебное заседание кассационного суда общей юрисдикции иные лица, участвующие в деле, не явились. На основании части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Проверив в порядке и пределах статей 379.5-379.7 ГПК РФ правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права с учетом доводов поданной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Из материалов дела следует и судами установлено, что Общество являлось собственником автодороги, расположенной по адресу: <адрес> на основании распоряжения Госкомимущества России № 935-р от 27 апреля 1994г.

01 марта 2002г. между Обществом и ФИО1 (на момент заключения договора ФИО6) заключен договор купли-продажи 43/100 долей площади открытого склада труб № №, общая площадь 3740 кв.м.

Согласно п.п.6 п.1.1. указанного договора в перечень имущества вошел объект «разгрузочная консоль крана» (часть автодороги – 59,1 %, длина 85 м, ширина 13 м, общая площадь 1105 кв. м, инв. № №), считать началом разгрузочной консоли – начало открытого склада труб № № Цена договора составила 1 069 009 рублей 56 коп., с учётом спецификации к договору цена разгрузочной консоли в отдельности составила 112440 руб.

По договору произведена оплата безналичным способом платежными поручениями.

10 апреля 2002г. согласно утверждённому Обществом акту (накладной) № № приемки-передачи основных средств, от Общества переданы в эксплуатацию ФИО1 43/100 доли площади открытого склада труб № №, в том числе железнодорожный путь, подкрановый путь, тролллейная линия ЛЭП.

Границы участка под производственной базой, передаваемого ФИО1 согласованы с Обществом, в которые вошел спорный объект – «Разгрузочная консоль крана», обозначенный на схеме как Участок №1 длиной 85 м.

22 сентября 2003г. между Обществом, в лице генерального директора ФИО3, и ФИО1 заключен договор купли-продажи с отлагательным (суспензивным) условием регистрации объекта недвижимости «Разгрузочная консоль крана», поскольку на дату подписания договора объект «Разгрузочная консоль крана» не был зарегистрирован как отдельный объект недвижимого имущества в установленном порядке.

В счет оплаты договора купли-продажи объекта недвижимости «Разгрузочная консоль крана» 1967 года завершения строительства протяженностью 85 метров, находящегося по адресу: г. <адрес> сторонами принято денежное исполнение ответчика по предыдущему договору в части разгрузочной консоли крана на сумму 100000 руб., в соответствии с платежным поручением № 072 от 27.03.2002.

Согласно п.2 договора продавец, в рамках договора, принял на себя обязательства по проведению своими силами и средствами, инвентаризационного и государственного кадастрового учета, а так же государственной регистрации права собственности на объект «Разгрузочная консоль крана» субъектом которого является, т.е. обратиться в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав, с заявлением о внесении данных на объект «Разгрузочная консоль крана» в Росреестр. Свидетельство о праве собственности предоставляется покупателю в течение 10 дней с момента получения. Цена договора определена 100 000 рублей.

Пунктом 4 договора предусмотрено, что для продавца настоящая сделка не является крупной и не требует дополнительного одобрения высших органов управления.

17 апреля 2017г. по договору от 20 марта 2017г. № 03/39, заключенному Обществом с АО «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ», изготовлен технический план сооружения производственного назначения «Разгрузочная консоль крана», протяженностью 85 м, образованного путем раздела ранее учтенного объекта недвижимости сооружения «Автодорога», протяженностью 547м.

05 сентября 2017г. в ЕГРН Общество зарегистрировало свое право собственности на объект недвижимости назначения «Иное сооружение производственного назначения», наименование «Разгрузочная консоль крана», с кадастровым номером № №

18 октября 2017г. по заявлению Общества в ЕГРН зарегистрировано право собственности на имя ФИО1 на основании спорного договора купли-продажи от 22 сентября 2003г.

24 октября 2017г. между ФИО1 и ФИО2 заключен договор купли-продажи сооружения производственного назначения «Разгрузочная консоль крана».

10 ноября 2017г. в ЕГРН зарегистрировано право собственности на имя ФИО2 на спорный объект.

22 мая 2019г. между МТУ Росимущества в Хабаровском крае и ЕАО и ФИО2 заключен договор аренды земельного участка, находящегося в федеральной собственности, регистрация которого произведена 05 июня 2019г.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствовался статьями 1, 10, 166, 168, 173.1, 174, 181, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации". И исходил из установленного факта заключения между Обществом и ФИО1 22 сентября 2003г. спорной сделки, не являющейся для Общества крупной и не требующей дополнительного одобрения высших органов управления. Установив факт оплаты по спорному договору, факт передачи по воле Общества спорного имущества во владение ответчика ФИО1 в 2003 году (п. 5 договора), суд пришел к выводу, что истец знал о заключении спорного договора, знал о нахождении данного объекта во владении ФИО1 и использовании его ФИО1 для складирования разгрузочного лесоматериала, предпринимая попытки установить порядок пользования спорным объектом с 2006 года.

Судом установлен факт надлежащего исполнения Обществом условий п.2 договора путём обращения 17 апреля 2017 г. в АО «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» для изготовления технического плана спорного сооружения, с последующей регистрацией по заявлению Общества права собственности на спорный объект за ФИО1 18 октября 2017 г.

Установив данные обстоятельства, которые свидетельствуют о наличии воли обеих сторон договора на исполнение совершенной сделки и достижения соответствующих ей правовых последствий, подтверждающих действие договора, фактическое исполнение сделки, суд, с учётом применённого правового принципа «эстоппель», в соответствии с которым истец, как лицо, действовавшее противоречиво и непоследовательно, лишается права ссылаться на определенные обстоятельства, не усмотрел оснований для признания договора купли-продажи от 22 сентября 2003г. недействительным и истребовании имущества из чужого незаконного владения. Также суд пришел к выводу об истечении трёхлетнего срока исковой давности, исчисляемого с момента исполнения спорной сделки.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав положения ст.ст. 168, 181, 196, 199, 200, 209, 301, 302, 421, 454 ГК РФ, согласился с выводами суда первой инстанции. И исходил из того, что в данном случае довод истца о том, что от имени Общества спорный договор не подписывался генеральным директором ФИО3, не является правовым основанием для признания сделки недействительной.

Данные выводы судами сделаны при правильном толковании норм материального права, подлежащих применению при разрешении настоящего дела, доводы истца о не подписании генеральным директором Общества спорного договора обоснованно отклонены.

В силу п. 1 ст. 183 ГК РФ при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

Согласно п. 2 ст. 183 ГК РФ последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента её совершения.

По общему правилу, неуполномоченным лицом является лицо, не имевшее на момент заключения сделки полномочий на заключение этой сделки. При этом заключение сделки неустановленным лицом имеет те же правовые последствия, что и заключение сделки неуполномоченным лицом, поскольку последующее одобрение сделки порождает для одобрившего ее лица все правовые последствия.

Под последующим прямым одобрением сделки, в частности, могут пониматься действия, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, реализация прав и обязанностей по сделке).

В соответствии с пунктом 3 статьи 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ, пункт 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ»).

Из приведенных положений закона и актов их толкования следует, что лицо, подтвердившее своим поведением заключение и действительность договора, при возникновении спора о его исполнении не вправе недобросовестно ссылаться на незаключенность либо недействительность этого договора. Данное положение, если иное не установлено законом, применимо и к возражениям относительно несоблюдения формы сделки или порядка ее совершения.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2).

Поскольку Общество как сторона договора приняла условия сделки, которую исполняла в период с 22 сентября 2003 г. по 18 октября 2017г., до совершения действий, свидетельствующих о её одобрении не заявляло о её недействительности, подтвердило действие договора, судебная коллегия приходит к выводу, что заявление о недействительности сделки вызвано не нарушением прав истца, а попыткой в одностороннем порядке отказаться от исполнения обязательства.

Доводы истца о том, что спорный объект не обладает признаками недвижимой вещи, опровергаются материалами дела. Кроме того, предметом иска не являлись требования об исключении из ЕГРН сведений о спорном объекте недвижимости и снятии его с государственного кадастрового учета.

Также следует отметить, что доводы истца об отсутствии у генерального директора в силу Устава Общества совершать какие – либо сделки с недвижимом имуществом заявлены за пределами годичного срока исковой давности, предусмотренного для признания оспоримой сделки недействительной (п. 2 ст. 182 ГК РФ).

В целом, доводы кассационной жалобы аналогичны доводам, которые были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, и им дана надлежащая правовая оценка в обжалуемых судебных постановлениях, они, по существу, направлены на переоценку собранных по делу доказательств и не опровергают правильность выводов судов об установленных обстоятельствах. Выводы судов, содержащиеся в судебных постановлениях, не противоречат фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанции.

В силу статей 67 и 327.1 ГПК РФ оценка доказательств и установление фактических обстоятельств по делу относится к компетенции судов первой и второй инстанций, разрешивших спор по существу. Суд кассационной инстанции полномочиями по переоценке исследованных судами доказательств и заявленных сторонами обстоятельств не наделен (статья 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Несовпадение результата оценки доказательств судом с мнением заявителя кассационной жалобы, обстоятельством, влекущим отмену судебных постановлений, не является.

При таких обстоятельствах нет оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьёй 390 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Железнодорожного районного суда города Хабаровска от 4 марта 2021 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 02 июня 2021 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ОАО Хабаровский производственно-коммерческий центр «Металлосервис» – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи