Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-587/2019 по иску ФИО6 <данные изъяты> к ФИО1 <данные изъяты>, ФИО1 <данные изъяты> о признании договора дарения ничтожной сделкой, применении последствий недействительности, обращения взыскания на земельный участок и дом,

по кассационной жалобе ФИО1 <данные изъяты> на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 04.09.2019 г.,

заслушав доклад судьи Курдюковой Н.А., объяснения представителей ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 8.01.2019г., ФИО4 –ФИО5, по доверенности от 3.07.2019г., поддержавших доводы кассационной жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО6, уточнив требования, обратился в суд с иском к ФИО4 и ФИО2 о признании ничтожным договора дарения земельного участка, заключенного между ФИО4 и ФИО2 09.06.2016 г., применении последствий недействительности сделки и возвращении в собственность ФИО4 спорного земельного участка, обращении на него взыскания вместе с домом, расположенных по адресу: <адрес>, ссылаясь на то, что договор дарения - мнимая сделка, не влекущая правовых последствий, направлена на неисполнение ФИО4 решения Симоновского районного суда города Москвы от 4.05.2016г. о взыскании с него в пользу истца ущерба в размере 1 748 073,52 руб., указывая также на то, что в ходе рассмотрения гражданского дела 15.10.2015 г. были приняты обеспечительные меры в виде ареста на имущество ФИО4 на сумму 1 9717 686 руб., однако зная о взысканной сумме, о принятых обеспечительных мерах ФИО4 подарил спорный земельный участок своей дочери - ФИО2 Полагал необходимым для погашения задолженности обратить взыскание на спорное имущество.

Решением Домодедовского городского суда Московской области от 29.03.2019 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 04.09.2019 г. решение суда отменено и постановлено новое, которым исковые требования удовлетворены, договор дарения признан ничтожной сделкой, применены последствия недействительности сделки и обращено взыскание на земельный участок и дом, расположенные по адресу: <адрес>, путём продажи с публичных торгов.

В кассационной жалобе ФИО2 поставлен вопрос об отмене судебного постановления апелляционной инстанции, как незаконного и необоснованного, вынесенного с нарушением норм материального и процессуального права.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражения на неё, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного постановления.

В соответствии со ст. 379.7 ГПК РФ, основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких нарушений апелляционной инстанцией не допущено.

Судом установлено, что 4.05.2016г. решением Симоновского районного суда г. Москвы в пользу ФИО6 с ФИО4 взыскана сумма ущерба причиненного пожаром в размере 1 748 073,52 руб.

Из материалов дела следует, что в ходе рассмотрения дела определением Симоновского районного суда г. Москвы от 15.10.2015г. на имущество ФИО4 на сумму 1 917 686,80 руб. наложен арест, выдан исполнительный лист и возбуждено исполнительное производство.

Решение суда от 4.05.2016г. не исполнено, взысканная задолженность погашена ответчиком истцу в размере 33 350 руб.

Судом установлено, что ФИО4 по договору дарения от 09.06.2016г. подарил земельный участок с кадастровым номером № своей дочери ФИО2, которая право собственности на земельный участок зарегистрировала 22.06.2016 г., а после заключения договора дарения ФИО2 зарегистрировала право собственности на жилой дом на спорном земельном участке, подав 30.12.2016 г. соответствующую налоговую декларацию.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец указывал на то, что с целью сокрытия имущества от возможного обращения на него взыскания, ответчик ФИО4 09.06.2016г. совершил сделку по отчуждению своей дочери ФИО2 земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>. Данная сделка, по мнению истца, является мнимой, поскольку совершена ФИО4 после подачи истцом в Симоновский районный суд искового заявления о взыскании ущерба, с целью вывода имущества, на которое может быть обращено взыскание по погашению долга.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из того, что на момент заключения договора дарения судебное решение о взыскании задолженности не имелось, каких-либо доказательств, свидетельствующих, что договор дарения земельного участка совершен формально, для вида и ответчики при его заключении преследовали совсем не те цели, которые при этом должны подразумеваться сторонами, и их действия не были направлены на достижение того юридического результата, который должен быть получен при заключении данной сделки, правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не наступили, истцом суду не представлено, равно как не представлено истцом доказательств заключения оспариваемой сделки с целью уклонения от погашения ущерба, взысканного по решению суда.

При этом, суд первой инстанции сделал вывод о том, что спорное имущество не арестовывалось, а наличие ущерба, причиненного пожаром и разбирательство в суде по данному спору не является безусловным основанием для обращения взыскания на земельный участок и возведенный на нем дом, в указанный период времени каких-либо ограничений или обременений в отношении имущества ответчика не существовало, при этом оснований считать, что ФИО4, заключая договор дарения земельного участка со своей дочерью, злоупотреблял своими правами, действовал недобросовестно, не имеется.

Суд апелляционной инстанции, не соглашаясь с решением суда, указал, что судом неправильно применены нормы материального и процессуального права при разрешении спора, указав на следующее.

В силу ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 ч. 1 и ч. 2 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительная с момента ее совершения.

Согласно ч. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, сделку фактически не исполняли и исполнять не желали, и правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

Согласно позиции, изложенной в абз. 2 п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2015г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой и притворной сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки, как ничтожной на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Из разъяснений, изложенных в п. 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 с. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ).

Согласно Обзору судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2015) злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ.

Статья 10 ГК РФ дополнительно предусматривает, что злоупотребление правом может быть квалифицировано любое заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты прав и законных интересов кредиторов, по требованию кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения исполнительного производства сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение имущества должника с целью отказа во взыскании кредитору.

Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. 10 и ст. 168 ГК РФ.

Из материалов дела следует, что ФИО4 произвел отчуждение недвижимости в пользу своей дочери ФИО2 по безвозмездной сделке при наличии неисполненной у него обязанности по возмещению вреда, причиненного пожаром, ФИО6 в размере 1 748 073,52 руб. На момент заключения договора дарения ответчик знал о состоявшемся решении суда и обжаловал его, что отсрочило вступление судебного акта в законную силу, которое до настоящего времени не исполнено, какого-либо иного имущества у ФИО4, на которое может быть обращено взыскание в счет погашения долга, не имеется.

Оценивая указанные действия ФИО4 по отчуждению единственного имеющегося у него свободного имущества, за счет которого возможно было бы погасить свою задолженность перед ФИО6, суд апелляционной инстанции признал их свидетельствующими о заведомо недобросовестном осуществлении ответчиком гражданских прав, в связи с чем квалифицировал их как злоупотребление правом, придя к выводу, что целью сделки явилось укрытие имущества должника от обращения на него взыскания в рамках исполнительного производства, что противоречит положениям ст. 10 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о наличии признаков ничтожности оспариваемой сделки - дарения недвижимого имущества.

Суд апелляционной инстанции, установив, что вышеуказанные нормы действующего законодательства, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд первой инстанции не принял во внимание при разрешении заявленных истцом требований, что привело к вынесению незаконного и необоснованного решения, пришёл к выводу об его отмене.

Исходя из того, что обстоятельства дела установлены, но им дана судом первой инстанции неправильная оценка, суд апелляционной инстанции, отменяя решение, постановил новое решение об удовлетворении заявленных требований в полном объёме.

С данным выводом суда апелляционной инстанции соглашается судебная коллегия.

Доводы кассационной жалобы о добросовестности действий ФИО2 при совершении сделки, о праве собственника распоряжаться своим имуществом по своему усмотрению, при установленных по делу обстоятельствах, не опровергают выводы суда апелляционной инстанции о злоупотреблении правом должника ФИО4

Не влияет на законность оспариваемого постановления и довод о том, что после совершении оспариваемой сделки ФИО2 зарегистрировала право собственности на дом, расположенный на этом земельном участке, перестраивала дом. Вместе с тем ФИО2 не лишена возможности заявить соответствующие требования к ФИО4, в собственность которого возвращено спорное имущество по данной сделке.

Утверждения о том, что судом апелляционной инстанции рассмотрены требования по не заявленным истцом основаниям, по изменённому предмету, являются ошибочным субъективным мнением заявителя.

Указание в жалобе на не извещение 3-лиц о времени и месте судебного разбирательства, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела (т.2 л.д. 78), а кроме того на права заявителя не влияют.

В целом приведенные в кассационной жалобе доводы направлены на переоценку установленных обстоятельств и представленных доказательств на основе иного понимания норм права, а потому основанием к отмене судебного постановления являться не могут, поскольку в соответствии с ч. 3 ст. 390 ГПК РФ кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

Нарушений норм материального и процессуального права, судом апелляционной инстанции не допущено, юридически значимые обстоятельства установлены полно и правильно, которым дана правовая оценка в их совокупности в полном соответствии положениям ст. 67 ГПК РФ.

Таким образом, законных оснований для отмены судебного постановления не усматривается.

Руководствуясь ст. 390, 390.1 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 04.09.2019 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 <данные изъяты> – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи