Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в судебном заседании 11 марта 2014 года уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных Меньшакова И.В. и Рябова Е.В., а также их защитников – адвокатов Капустина О.А. и Чанцева Д.А. на приговор Коряжемского городского суда Архангельской области от 27 декабря 2013 года, которым

Меньшаков И.В., <…> ранее не судимый,

осуждён по ч.3 ст.290 УК РФ (в редакции Федерального закона от 04 мая 2011 года № 97-ФЗ) к наказанию в виде штрафа в размере шестидесятикратной суммы взятки, то есть в сумме 48 522 рублей с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением полномочий представителя власти, с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственных органах и органах местного самоуправления на срок 2 года,

Рябов Е.В., <…> ранее не судимый,

Заслушав доклад судьи Саладина А.С., изложившего обстоятельства дела, содержание приговора и апелляционных жалоб с дополнениями, выступление осужденных Меньшакова И.В. и Рябова Е.В., а также их защитников – адвокатов Еремеева В.В. и Чанцева Д.А., поддержавших доводы апелляционных жалоб, и мнение прокурора Романовской Л.Ю. о законности приговора суда, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда Меньшаков И.В. и Рябов Е.В. признаны виновными в том, что они, являясь должностными лицами – инспекторами дорожно-патрульной службы отдельного взвода ДПС ГИБДД МОБ при ОВД по г. Коряжме Архангельской области (далее – ГИБДД при ОВД по г. Коряжме), действуя совместно и согласованно, получили через посредника взятку в виде продуктов питания и спиртных напитков на общую сумму <…> рублей <…> копеек за совершение в пользу Ильина М.С. и Устюжанинова С.Ж. незаконного бездействия, связанного с непривлечением указанных лиц к административной ответственности по ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, а Меньшаков И.В. также и за совершение незаконных действий, связанных с внесением в схему места совершения административного правонарушения и справку о дорожно-транспортном происшествии заведомо ложных сведений.

Преступление совершено ими 04 февраля 2011 года в г. Коряжме Архангельской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 считает, что приговор суда является незаконным и подлежит отмене в связи с неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона и несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Указывает, что при вынесении приговора суд сослался на доказательства, полученные с нарушением уголовно-процессуального закона, то есть являющиеся недопустимыми. Оспаривает результаты оперативно-розыскного мероприятия (далее ОРМ) «наблюдение». Считает, что оснований для проведения указанного ОРМ не имелось, поскольку объективные данные о том, что кто-либо готовится совершить должностное преступление в кабинете № 8 ОГИБДД ОВД по г. Коряжма, отсутствовали. Сами результаты ОРМ «наблюдение», представленные суду, не содержат информации о технических условиях звукозаписи и описания носителя фонограммы-оригинала с указанием его индивидуальных признаков, а также отсутствуют сведения о конкретных должностных лицах, которым было поручено проведение данного мероприятия. Обращает внимание на то, что результаты проведенного 04 февраля 2011 года ОРМ «наблюдение» были рассекречены только через 1 год и 3 месяца. Указывает, что все оперативно-розыскные мероприятия по уголовному делу проведены с нарушением ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Утверждает, что в отношении него проводилось ОРМ «прослушивание телефонных переговоров» без санкции суда, чем были нарушены его конституционные права. Полагает, что судом необоснованно было отказано в удовлетворении ходатайств стороны защиты о назначении судебно-видеотехнической и судебно-фоноскопической экспертиз. Указывает, что явка с повинной была написана им под психологическим воздействием сотрудников ОСБ ФИО2 и ФСБ ФИО3, изложенные в ней сведения не соответствуют действительности. Считает, что ФИО14 и ФИО5 также написали явки с повинной под психологическим воздействием, о чем ими было сделано заявление в судебном заседании. Оспаривает заключение судебно-почерковедческой экспертизы от 07 декабря 2012 года, согласно которому все рукописные буквенные записи в представленном на экспертизу административном материале выполнены им (ФИО1). В то же время свидетель ФИО4 показала в судебном заседании о том, что рукописные буквенные записи в постановлении по делу об административном правонарушении в отношении ФИО5 выполнены ею. Данные показания ФИО4 были подтверждены показаниями свидетелей ФИО6, ФИО18, ФИО17. Несмотря на наличие противоречий между заключением судебно-почерковедческой экспертизы и показаниями указанных свидетелей в удовлетворении ходатайства стороны защиты о проведении повторной судебно-подчерковедческой экспертизы было необоснованно отказано. Указывает, что заключение судебно-автотехнической экспертизы от 27 марта 2013 года также является недопустимым доказательством. По мнению автора жалобы, представленные на экспертизу исходные данные не соответствуют действительности. Обращает внимание, что осмотр места дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП) производился спустя 1,5 года в летнее время, тогда как само ДТП имело место в зимнее время, в связи с чем ширина проезжей части была иной. Указывает, что показания, данные ФИО14 и ФИО5 в ходе предварительного расследования, не соответствуют действительности и существенно отличаются от объяснений, полученных от них при оформлении ДТП. Полагает, что судом необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты о назначении дополнительной судебно-автотехнической экспертизы. Считает, что показания свидетелей ФИО14, ФИО5, ФИО15 и ФИО16, данные при проведении предварительного расследования, являются недопустимыми доказательствами. Показания ФИО12 и ФИО7, допрошенных в качестве специалистов, являются также недопустимыми, поскольку они основаны на предположении. Кроме того, указанные специалисты не были ознакомлены со всеми материалами административного дела о ДТП. Считает, что показания свидетелей ФИО4, ФИО18, ФИО17, ФИО8, ФИО9 и ФИО6, а также его показания и показания подсудимого ФИО11 были необоснованно отвергнуты судом. Утверждает, что взятки в виде спиртных напитков и продуктов питания он не получал и каких-либо ложных сведений в документы не вносил. Полагает, что суд необоснованно сделал вывод в приговоре о том, что он совершил служебный подлог с целью получения взятки за незаконные действия, не признав его виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.292 УК РФ. Отмечает, что он согласия на прекращение уголовного преследования по ч.1 ст.292 УК РФ в связи с истечением сроков давности, то есть по нереабилитирующему основанию, не давал. Обращает внимание, что ему было предъявлено обвинение по ч.3 ст.290 УК РФ, то есть в получении взятки за совершение незаконных действий (бездействия). Указанное обвинение, по мнению автора жалобы, является неконкретным, из него не ясно, за незаконные действие либо бездействие инкриминируется получение взятки. Считает, что суд неправомерно на основании данного обвинения признал его виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ. Настаивает на своей невиновности.

С учетом изложенных доводов просит приговор суда отменить и оправдать его.

В апелляционной жалобе адвокат Капустин О.А., действующий в защиту интересов осужденного ФИО1, приводит доводы, аналогичные доводам своего подзащитного. Помимо этого, утверждает, что обгон впереди движущегося транспортного средства ФИО14 начал совершать до знака 3.20 «Обгон запрещен». Указанный факт, по мнению автора жалобы, подтверждается показаниями свидетелей ФИО14, ФИО5 и ФИО16, а также результатами ОРМ «наблюдение». Обращает внимание на показания свидетелей ФИО6 и ФИО18, пояснивших, что, если водитель начал совершать обгон до запрещающего знака «Обгон запрещен», то состава административного правонарушения в данном случае не будет. Указывает, что дорожный знак 3.20 «Обгон запрещен» в месте ДТП не соответствует требованиям ГОСТа, а также установлен на недопустимом расстоянии от края проезжей части, в связи с чем привлечение к административной ответственности за нарушение данного знака являлось бы незаконным. Данное обстоятельство подтверждается показаниями инспекторов дорожного надзора ГИБДД ФИО8 и ФИО9 Ссылаясь на показания специалиста ФИО10, утверждает, что ФИО5 и ФИО14 не совершили маневра «обгон», поскольку не опередили двигающийся трактор, в связи с чем указанные лица не могли быть привлечены к административной ответственности по ч.4 ст.12.15 КоАП РФ. Полагает, что факт передачи ФИО1 и ФИО11 взятки в виде спиртных напитков и продуктов питания не доказан. Из показаний свидетелей ФИО14, ФИО15 и ФИО5 неясно, кто именно передавал взятку, и передавалась ли она вообще. По мнению автора жалобы, справка ООО «Либер» не доказывает факт получения ФИО1 взятки в виде продуктов питания, поскольку указанная фирма занимается реализацией только алкогольной продукции. Указывает, что судом при рассмотрении дела был нарушен принцип состязательности сторон, поскольку в удовлетворении заявленных ходатайств стороне защиты было необоснованно отказано. Так, судом было отказано в проведении повторной судебно-почерковедческой экспертизы, дополнительной судебно-автотехнической экспертизы, а также видеотехнической и фоноскопической судебных экспертиз видеозаписи, полученной в результате проведения ОРМ «наблюдение». Полагает, что явка с повинной ФИО1, протокол осмотра места происшествия от 28 июня 2012 года и результаты ОРМ «наблюдение» являются недопустимыми доказательствами, поскольку получены с нарушением требований закона.

С учетом приведенных доводов просит приговор суда отменить и оправдать ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО11 считает, что приговор суда подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Указывает, что действий, инкриминируемых ему органом предварительного расследования и за которые он осужден, не совершал.

Исходя из изложенного, просит приговор суда отменить и направить дело на новое рассмотрение.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Чанцев Д.А. также считает, что приговор суда подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, а также в связи с нарушением уголовно-процессуального закона. Считает, что вина ФИО11 в совершении инкриминируемого преступления не доказана. Указывает, что суд при вынесении приговора необоснованно принял одни доказательства и отверг другие. Полагает, что все положенные в основу приговора доказательства являются недопустимыми. Так, по мнению автора жалобы, показания свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО5, данные ими на стадии предварительного расследования, были получены под психологическим принуждением со стороны сотрудников ОСБ, что подтверждается заявлениями, сделанными ФИО1 и ФИО5 в ходе судебного разбирательства. Указывает, что в судебном заседании не были устранены противоречия, имеющиеся в показаниях ФИО14 и ФИО15, в связи с чем фактически не было установлено, кем передавалась взятка в виде продуктов питания. Свидетель ФИО16 непосредственным очевидцем всего административного разбирательства по факту ДТП с участием водителей ФИО14 и ФИО5 не была, поэтому ее показания не должны были быть приняты судом во внимание. Приводит доводы о том, что результаты ОРМ «наблюдение» получены с нарушением ст.7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Указывает, что предусмотренные законом основания для проведения указанного ОРМ отсутствовали. Аудио-видеозапись, которая велась в ходе проведения ОРМ, также является недопустимым доказательством, поскольку в материалах дела отсутствуют сведения о технических условиях записи и об аппаратуре, на которой она была произведена, а, кроме того, не выяснено, является ли данная запись оригиналом, содержит ли она признаки монтажа, кому принадлежат голоса на данной записи. В связи с этим полагает, что стороне защиты судом было необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств о назначении судебно-видеотехнической и судебно-фоноскопической экспертиз. Указывает, что заключение судебно-автотехнической экспертизы является недопустимым доказательством, поскольку замеры сложившейся на месте происшествия дорожной обстановки для экспертизы были произведены летом, по истечении 1,5 лет с момента происшествия, тогда как само ДТП произошло зимой. Отмечает, что при производстве замеров для производства экспертизы использовался неустановленный измерительный прибор. Сведений об указанном приборе протокол осмотра места происшествия не содержит. В удовлетворении ходатайства о проведении дополнительной судебной-автотехнической экспертизы стороне защиты было необоснованно отказано. По мнению автора жалобы, показания сотрудников ГИБДД ФИО10 и ФИО12, участвующих в деле в качестве специалистов, не могут являться доказательствами по настоящему уголовному делу, поскольку указанные лица проходят службу в ОВД г.Котласа, где правоприменительная практика не совпадает с практикой в Коряжемском ГОВД. Полагает, что суд неправомерно сослался в приговоре на явку с повинной ФИО1, поскольку она является недопустимым доказательством, так как дана в результате оказанного на ФИО1 психологического давления. Справка ООО «Либер» и показания его директора ФИО13 не подтверждают факт того, что инкриминируемые осужденным предметы взятки были приобретены именно в магазинах указанного общества. В удовлетворении ходатайства стороны защиты об истребовании у ООО «Либер» дополнительных документов судом также было необоснованно отказано.

С учетом изложенных доводов просит приговор суда отменить и оправдать ФИО11 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ.

В письменных возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель – помощник прокурора г. Коряжмы Сафонов Е.А. считает приговор законным и обоснованным, а жалобы осужденных и их защитников не подлежащими удовлетворению.

В заседании суда апелляционной инстанции осужденные ФИО1 и ФИО11, а также адвокаты Еремеев В.В. и Чанцев Д.А. поддержали указанные апелляционные жалобы, при этом привели аналогичные доводы. Кроме того, адвокат Чанцев Д.А. указал, что ФИО11 инкриминировалось органом предварительного расследования получение взятки за незаконное бездействие, вместе с тем он осужден судом за получение взятки за незаконные действие и бездействие. Полагает, что суд вышел за пределы предъявленного ФИО11 обвинения, нарушив требования ст.252 УПК РФ.

Проверив материалы дела, заслушав мнения сторон и обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия находит, что выводы суда о доказанности вины ФИО1 и ФИО11 в совершении преступления, за которое они осуждены, являются правильными, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, подробно изложенных и надлежащим образом оцененных в приговоре.

Судом изучены все обстоятельства совершенного ФИО1 и ФИО11 преступления, исследованы протоколы следственных действий и заключения экспертов, которые сопоставлены с показаниями допрошенных лиц и другими доказательствами по делу.

В судебном заседании осужденные Меньшаков и ФИО11 вину в совершении инкриминируемого преступления не признали, при этом не оспаривали, что 04 февраля 2011 года они находились на службе и выезжали на место ДТП с участием автомобилей под управлением ФИО14 и ФИО5, после чего в отделе ГИБДД составляли административные материалы по данному ДТП. Спиртных напитков и продуктов питания они от ФИО14 и ФИО5 не получали.

Доводы ФИО1 и ФИО11 о их невиновности в получении взятки, а также о том, что оснований для привлечения ФИО14 и ФИО5 к административной ответственности по ч.4 ст.12.15 КоАП РФ не имелось, выдвигались в суде первой инстанции и обоснованно были признаны несостоятельными.

Так, из явки с повинной ФИО1 следует, что он вместе с инспектором ФИО11 в феврале 2011 года проводил проверку по факту ДТП с участием автомобилей под управлением ФИО14 и ФИО5. В ходе проверки указанные водители попросили его не привлекать их к административной ответственности за нарушение дорожного знака «Обгон запрещен». На эту просьбу он согласился, так как не захотел разбираться в спорной ситуации. После этого ФИО11 стал требовать вознаграждение, перечень которого он написал на бумаге и передал ФИО5. В этот же вечер им с ФИО11 было передано вознаграждение в виде спиртных напитков и продуктов питания.

Явка с повинной принята у ФИО1 уполномоченным на то лицом с соблюдением всех установленных уголовно-процессуальным законом требований.

Сведений о влиянии сотрудников службы безопасности УМВД России по Архангельской области и РУ ФСБ России по Архангельской области на содержание явки ФИО1 с повинной по делу не имеется.

При написании явки с повинной Меньшаков фактические обстоятельства совершенного преступления изложил собственноручно, после ознакомления со всем протоколом каких-либо заявлений не сделал, при этом правильность изложенных в явке с повинной сведений подтвердил своей подписью.

Самооговора ФИО1 и оговора с его стороны осужденного ФИО11 в явке с повинной судебная коллегия не усматривает.

При этом сведения, изложенные ФИО1 в явке с повинной, полностью соответствуют показаниям свидетелей и другим доказательствам и дополняются ими.

Из показаний свидетеля ФИО14, данных в ходе предварительного расследования, следует, что он, двигаясь на автомобиле «Ниссан Примьера», в зоне действия знака «Обгон запрещен» решил обогнать трактор и двигавшийся за ней автомобиль «Газель» под управлением ФИО5. Во время совершения им обгона автомобиль «Газель» также стал совершать обгон трактора, в результате чего произошло столкновение автомобилей. Прибывшие на место ДТП инспекторы ДПС Меньшаков и ФИО11 составили схему места происшествия и предложили им проехать в здание ГИБДД для составления административных протоколов. В кабинете Меньшаков и ФИО11 разъяснили ему и ФИО5, что они будут привлечены к административной ответственности за нарушение требований знака «Обгон запрещен». За данное правонарушение предусмотрено административное наказание в виде лишения права управления транспортным средством. После этого, чтобы избежать лишения водительских прав, ему и ФИО5 удалось уговорить инспекторов ДПС за вознаграждение указать в схеме места ДТП сведения о том, что обгон ФИО14 автомобиля «Газель» был начат до действия знака «Обгон запрещен». Затем инспектор Меньшаков зарисовал новую схему места ДТП, указав место начало обгона до зоны действия знака «Обгон запрещен», а также взял от участников ДТП объяснения, соответствующие указанной схеме. После оформления всех материалов инспекторы сообщили, что он и ФИО5 им теперь «должны», так как приходиться укрывать нарушения. Инспектором ДПС ему и ФИО5 на листке бумаги был передан список продуктов питания и спиртных напитков, которые необходимо купить. В этот же день он в магазине ООО «Либер» приобрел продукты и спиртное согласно списку на сумму <…> рублей <…> копеек. Через своего знакомого ФИО15 он передал указанные продукты питания и спиртные напитки инспекторам ДПС ФИО1 и ФИО11.

В ходе предварительного расследования свидетель ФИО5 дал показания, аналогичные показаниям свидетеля ФИО14, подтвердив, что он и ФИО14 начали совершать обгон в зоне действия знака «Обгон запрещен». Его и ФИО14 хотели привлечь к административной ответственности за нарушение требований знака «Обгон запрещен», однако им удалось уговорить инспекторов ДПС указать в материалах о ДТП то, что ФИО14 начал обгон до зоны действия данного знака. После оформления всех материалов инспекторы ДПС сообщили о необходимости их вознаграждения. На его вопрос, что именно необходимо купить, один из инспекторов передал листок бумаги со списком продуктов питания и спиртных напитков. ФИО14 купил указанные продукты питания и спиртные напитки и передал их сотрудникам ДПС, а он вернул Ильину половину стоимости этих продуктов.

Аналогичные сведения ФИО14 и ФИО5 изложили в своих явках с повинной.

Явки с повинной у ФИО14 и ФИО5 приняты с соблюдением всех установленных уголовно-процессуальным законом требований.

Сведений о влиянии сотрудников службы безопасности УМВД России по Архангельской области и РУ ФСБ России по Архангельской области на содержание указанных явок с повинной не имеется.

Из показаний свидетеля ФИО15 следует, что он по просьбе своего знакомого ФИО14 приехал на место ДТП. ФИО14 сообщил ему, что он (ФИО14) начал совершать обгон нескольких транспортных средств в зоне действия знака «Обгон запрещен», в это же время водитель автомобиля «Газель», который ФИО14 пытался обогнать, также стал совершать обгон, в результате чего произошло ДТП. Он раньше работал в ГИБДД и знал инспекторов ДПС ФИО1 и ФИО11. Меньшаков сказал ему, что за допущенное нарушение ФИО14 лишат права управления транспортным средством. В здании ГИБДД ФИО14 стал уговаривать ФИО1 указать в документах, что столкновение автомобилей произошло до зоны действия знака «Обгон запрещен». Меньшаков проявил заинтересованность и попросил его (ФИО15) съездить на место ДТП и шагами замерить расстояние от конца поворота до дорожного знака, запрещающего обгон. Когда он вернулся обратно, то со слов ФИО14 понял, что тот договорился с ФИО1, и в действиях ФИО14 нарушений не будет. Вечером в этот же день ФИО14 передал ему два пакета с содержимым для сотрудников ДПС ФИО1 и ФИО11 в качестве благодарности. После этого он передал пакеты с вознаграждением ФИО1 и ФИО11.

Указанные показания свидетель ФИО15 подтвердил при проверке своих показаний на месте.

Свидетель ФИО16 показала, что она находилась в кабинете при оформлении сотрудниками ДПС материалов о ДТП с участием водителей ФИО14 и ФИО5. Из разговора инспекторов ДПС она поняла, что молодой водитель в зоне действия знака «Обгон запрещен» пошел на обгон транспортных средств, в это же время водитель одного из этих транспортных средств также начал обгон, в результате чего произошло ДТП. Сотрудники ГИБДД говорили этим водителям, что они оба нарушили правила дорожного движения, и им грозит лишение водительских прав. Молодой водитель просил сотрудников ДПС оформить документы так, чтобы он получил страховку, и его не лишили водительских прав.

Из протокола осмотра и прослушивания аудио-видеофайлов, полученных в результате ОРМ «наблюдение», следует, что в кабинете ГИБДД происходит разговор сотрудников ДПС ФИО1 и ФИО11 с водителями ФИО14 и ФИО5. В ходе разговора Меньшаков сообщает о необходимости привлечения ФИО14 и ФИО5 к административной ответственности за нарушение требований знака «Обгон запрещен». При этом ФИО11 говорит водителям, что они будут лишены водительского удостоверения на 4 месяца. После этого водитель ФИО14 сообщает, что, если в материалах дела о ДТП будет указано, что он начал совершать обгон до знака «Обгон запрещен», то он отблагодарит сотрудников ДПС. Меньшаков соглашается с указанным предложением и говорит, что ему приходится заниматься укрывательством нарушений. После этого ФИО11 пишет на бумаге список продуктов питания и передает его ФИО5.

Помимо этого, вина ФИО1 и ФИО11 в совершении инкриминируемого преступления подтверждается: заключениями судебно-почерковедческих экспертиз, согласно которым в схеме места совершения административного правонарушения от 04 февраля 2011 года и в справке о ДТП от 04 февраля 2011 года все рукописные буквенные записи и подписи в графе «подпись должностного лица» выполнены ФИО1; заключением судебно-автотехнической экспертизы, согласно которому в действиях водителей автомобилей «Ниссан Примьера» и «Газель» усмотрено несоответствие, с экспертной точки зрения, требованиям дорожного знака 3.20 «Обгон запрещен»; справкой ООО «Либер» и показаниями генерального директора указанного общества ФИО13, согласно которым 04 февраля 2011 года в магазине «Парма» в г. Коряжма была произведена продажа продуктов питания на сумму <…> рублей <…> копеек (водка, кофе, колбаса, пакеты); протоколом осмотра статистики телефонных соединений, согласно которому ФИО15 04 февраля 2011 года неоднократно общался по телефону с ФИО14, а в 20:20:10 в этот же день зафиксирован его телефонный разговор с ФИО1

Сотрудники ГИБДД ФИО12 и ФИО10, допущенные к участию в деле в качестве специалистов, показали, что инспекторы ДПС Меньшаков и ФИО11 не приняли всех мер к установлению обстоятельств ДТП на месте происшествия и при наличии оснований не возбудили дело об административном правонарушении по ч.4 ст.12.15 КоАП РФ.

Не доверять показаниям вышеуказанных свидетелей и выводам экспертов у суда оснований не имелось. Свидетели давали в целом последовательные показания, их показания согласуются между собой и с другими доказательствами по делу.

На основании совокупности этих, а также иных приведенных в приговоре доказательств суд обоснованно пришел к выводу о том, что водители ФИО14 и Устюжанинов стали совершать обгон в зоне действия знака «Обгон запрещен», а прибывшие на место ДТП сотрудники ДПС Меньшаков и ФИО11, установив указанный факт исходя из обстановки на месте ДТП и на основании показаний его участников, должны были и намеревались привлечь ФИО14 и ФИО5 к административной ответственности по ч.4 ст.12.15 КоАП РФ, однако, договорившись о получении от ФИО14 и ФИО5 вознаграждения, этого не сделали. В дальнейшем ФИО14 и ФИО5 через ФИО15 передали ФИО1 и ФИО11 в качестве вознаграждения пакеты с продуктами питания и спиртными напитками.

Указанное свидетельствует о том, что Меньшаков и ФИО11, являясь должностными лицами, получили взятку за незаконное бездействие, а Меньшаков также и за незаконные действия, связанные с внесением в схему места совершения административного правонарушения и справку о дорожно-транспортном происшествии заведомо ложных сведений.

Доводы ФИО1 и ФИО11 о том, что они не получали пакеты с продуктами и спиртным через ФИО15, опровергаются как показаниями самого ФИО15, так и показаниями свидетелей ФИО14 и ФИО5, а также справкой ООО «Либер» и статистикой телефонных соединений.

Таким образом, оценив каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все их в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения дела, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 и ФИО11 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.290 УК РФ (в редакции Федерального закона от 04 мая 2011 года № 97-ФЗ).

Выводы суда мотивированы, противоречий не содержат, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах.

Каких-либо объективных данных, свидетельствующих о том, что в справке ООО «Либер» указаны недостоверные сведения, в материалах дела не имеется.

Изложенные в справке сведения подтверждены показаниями генерального директора ООО «Либер» ФИО13, а также показаниями свидетеля ФИО14, который сообщил, что именно в магазине ООО «Либер» он приобрел указанные им продукты питания и спиртные напитки.

При этом, несмотря на то, что в магазине ООО «Либер» 04 февраля 2011 года была произведена продажа продуктов питания и спиртных напитков на сумму <…> рублей <…> копеек, суд обоснованно в соответствии с ч.1 ст.252 УПК РФ рассмотрел дело в пределах предъявленного подсудимым обвинения, указав, что Меньшаков и ФИО11 получили взятку в виде продуктов и спиртного на сумму <…> рублей <…> копеек, как об этом было указано в предъявленном им обвинении.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО1 предъявленное ему обвинение органом предварительного расследования являлось в достаточной степени конкретизированным, ему инкриминировалось получение взятки за незаконные действия и бездействие, и именно за это Меньшаков был осужден приговором суда.

Нарушения требований ст.171 УПК РФ, а также права ФИО1 на защиту при этом допущено не было.

Показания осужденных ФИО1 и ФИО11, а также показания свидетелей ФИО14, ФИО5, ФИО15, и ФИО16, данные ими как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании, в приговоре приведены. Эти показания судом проверены. Мотивы, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие, в приговоре указаны, выводы суда об этом являются верными и соответствуют требованиям закона.

Показания сотрудников ГИБДД ФИО17 и ФИО18, к которым Меньшаков обращался за консультацией по поводу квалификации административного правонарушения, на правильность выводов суда не влияют, поскольку указанным лицам обстоятельства ДТП были известны со слов ФИО1, который изложил их исходя из преследуемых им целей.

Судом были проверены и показания свидетеля ФИО4, утверждавшей, что именно она, а не Меньшаков, изложила собственноручно обстоятельства административного правонарушения в постановлении о привлечении к административной ответственности ФИО5, при этом в приговоре правильно указано о том, что внесение в указанное постановление заведомо ложных сведений не инкриминировалось в вину ФИО1.

Также в приговоре суда получили оценку и показания сотрудников ГИБДД ФИО8 и ФИО9, которые дали пояснения о том, что запрещающий знак «Обгон запрещен», установленный на ул. Магистральной в г. Коряжме, не соответствует ГОСТу. Суд правильно указал, что водители ФИО14 и ФИО5 воспринимали данный запрещающий знак как действующий, при этом данный знак указан на схеме расстановки дорожных знаков. Кроме того, сами сотрудники ДПС Меньшаков и ФИО11 считали данный знак действующим, в связи с чем, как следует из протокола осмотра и прослушивания аудио-видеофайлов, они не рассматривали возможность освобождения ФИО14 и ФИО5 от административной ответственности по ч.4 ст.12.15 КоАП РФ по указанному основанию.

Оснований для признания недопустимым доказательством заключения судебно-автотехнической экспертизы судебная коллегия не находит.

Исходные данные в заключении эксперта о ширине проезжей части на месте ДТП и других расстояниях были взяты из постановления о назначении автотехнической экспертизы, а в этом постановлении они были указаны следователем на основании сведений, содержащихся в протоколе осмотра места происшествия от 28 июня 2012 года и в протоколе проверки показаний на месте свидетеля ФИО5.

Имеющие значение для дела расстояния на месте ДТП при проведении указанных следственных действий были зафиксированы с учетом показаний свидетеля ФИО5 при помощи лазерного дальномера.

Сведения о применении в качестве технического средства – лазерного дальномера в протоколах следственных действий содержатся.

Замечаний и заявлений от понятых по поводу применения дальномера при проведении данных следственных действий не поступило. Оснований усомниться в точности измерений указанным дальномером судебная коллегия не находит.

Таким образом, сведения, изложенные в протоколе осмотра места происшествия и в протоколе проверки показаний на месте свидетеля ФИО5, соответствуют действительности и являются верными, в связи с чем они были обоснованно предоставлены эксперту для проведения автотехнической экспертизы.

Вопреки доводам апелляционных жалоб нарушений требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» сотрудниками службы безопасности УМВД России по Архангельской области при проведении ОРМ не допущено.

Оперативно-розыскное мероприятие «наблюдение» с применением технических средств видеофиксации проведено и его результаты представлены следователю в соответствии с требованиями Закона РФ № 144 «Об оперативно-розыскной деятельности», Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд (далее Инструкции).

В соответствии п.1 ч.2 ст.7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» основанием для проведения ОРМ в данном случае послужили ставшие известными органу, осуществляющему оперативно-розыскную деятельность, сведения о признаках совершенных и совершаемых противоправных деяний, а также о причастных к ним лицах – сотрудниках ГИБДД ОВД по г. Коряжме. Данные сведения изложены в постановлении о проведении оперативно-розыскного мероприятия от 31 января 2011 года.

Указанное постановление вынесено соответствующим должностным лицом – начальником УВД по Архангельской области, результаты оперативно-розыскной деятельности оформлены протоколом переноса на иной магнитный носитель и прослушивания аудио-видеозаписей, а также иными указанными в постановлении о рассекречивании результатов оперативно-розыскной деятельности документами.

Представление результатов оперативно-розыскной деятельности следователю осуществлено на основании постановления начальника УМВД России по Архангельской области от 25 мая 2012 года.

Рассекречивание по настоящему уголовному делу результатов оперативно-розыскного мероприятия спустя значительный промежуток времени после его проведения требованиям закона не противоречит и обусловлено интересами проводимой оперативно-розыскной деятельности.

Вопреки доводам апелляционных жалоб при документировании хода и результатов ОРМ указание наименования используемых технических средств обязательным не является.

В удовлетворении ходатайств стороны защиты о проведении судебно-фоноскопической и иных экспертиз по полученным в результате ОРМ аудио-видеозаписям судом было обоснованно отказано, поскольку объективных данных, ставящих под сомнение подлинность указанных записей, в уголовном деле не имеется.

При этом, как следует из материалов дела, диск с полученными в ходе ОРМ аудио-видеозаписями был направлен следователю, упакованным в конверт и опечатанным печатью, то есть меры по его целости и сохранности были приняты согласно п.19 указанной Инструкции.

Кроме того, сведения, изложенные в протоколе осмотра и прослушивания аудио-видеофайлов, полученных в результате ОРМ «наблюдение», были полностью подтверждены свидетелями ФИО14 и ФИО5, разговор которых с ФИО1 и ФИО11 и был зафиксирован на указанных аудио-видеозаписях.

Данных о том, что в отношении осужденных проводилось оперативно-розыскное мероприятие «прослушивание телефонных переговоров» без решения суда, материалы уголовного дела не содержат.

Судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон. Не предоставляя какой-либо из сторон преимущества, суд создал необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления прав. Все представленные доказательства исследованы судом по инициативе сторон в соответствии с требованиями закона. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется.

Все поступившие от сторон ходатайства, в том числе о проведении дополнительной судебно-автотехнической экспертизы и повторной судебно-почерковедческой экспертизы, разрешены судом правильно и в соответствии с законом путем вынесения отдельных постановлений и в протокольной форме.

Фактов необоснованного отклонения ходатайств, отказа в проведении обязательных следственных действий или истребовании сведений, которые могли безусловно повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 и ФИО11 в совершении инкриминируемого преступления, судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного ФИО1 вывод суда в описательно-мотивировочной части приговора о наличии в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.292 УК РФ, уголовное преследование по которому прекращено отдельным постановлением на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, требованиям уголовно-процессуального закона не противоречит.

Вместе с тем приговор подлежит изменению в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона и неправильным применением судом уголовного закона.

В соответствии со ст.252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Как следует из предъявленного органом предварительного расследования обвинения, действия ФИО11 были квалифицированы по ч.3 ст.290 УК РФ (в редакции Федерального закона от 04 мая 2011 года № 97-ФЗ) как получение должностным лицом взятки за незаконное бездействие.

Вместе с тем приговором суда ФИО11 осужден по ч.3 ст.290 УК РФ (в редакции Федерального закона от 04 мая 2011 года № 97-ФЗ) за получение должностным лицом взятки за незаконные действия и бездействие.

Поскольку получение взятки ФИО11 за незаконные действия органом предварительного расследования ему не инкриминировалось, то указание об этом подлежит исключению из осуждения ФИО11 по ч.3 ст.290 УК РФ.

В связи с уменьшением объема обвинения назначенное ФИО11 основное наказание в виде штрафа за указанное преступление подлежит снижению.

При назначении ФИО1 и ФИО11 наказания судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, данные о их личностях, а также смягчающие, отягчающее и иные обстоятельства, влияющие на наказание и исправление осужденных.

Так, обстоятельствами, смягчающими наказание, у обоих осужденных судом признано – наличие малолетних детей, а у ФИО1 также и явка с повинной.

Отягчающим наказание обстоятельством у каждого осужденного судом обоснованно в соответствии с п. «в» ч.1 ст.63 УК РФ признано совершение преступления в составе группы лиц.

Решение суда о назначении ФИО1 и ФИО11 наказания в виде штрафа соответствует требованиям закона и принято с учетом имущественного положения осужденных.

Иные доводы осужденных и их защитников, приводимые в апелляционных жалобах и в дополнениях к ним, являются также несостоятельными и основанием для вмешательства в приговор суда не служат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, п.9 ч.1 ст.389.20, ст.389.28 и ст. 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Коряжемского городского суда Архангельской области от 27 декабря 2013 года в отношении ФИО11 изменить:

- исключить указание на осуждение ФИО11 за получение взятки за незаконные действия;

- смягчить назначенное ФИО11 основное наказание в виде штрафа до пятидесятикратного размера суммы взятки, то есть до 40 435 (сорока тысяч четырехсот тридцати пяти) рублей.

Этот же приговор в отношении ФИО1 и ФИО11 в остальной части оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных ФИО1 и ФИО11, а также их защитников – адвокатов Капустина О.А. и Чанцева Д.А. – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в течение одного года в президиум Архангельского областного суда в порядке главы 47-1 УПК РФ.

Председательствующий В.Ф. Ротькин

Судьи А.С. Шпанов

ФИО19