Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Кингисеппского городского суда Ленинградской области от 26 июня 2015 года, которым оставлено без удовлетворения исковое заявление ФИО1 к Комитету по управлению имуществом муниципального образования Кингисеппский муниципальный район Ленинградской области о признании права на приобретение земельного участка в собственность за плату.

Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Пономаревой Т.А., объяснения представителя истца ФИО1 – адвоката Кужарова С.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

установила:

ФИО1 14 мая 2015 года обратился в Кингисеппский городской суд Ленинградской области с исковым заявлением к Комитету по управлению имуществом муниципального образования Кингисеппский муниципальный район Ленинградской области (далее – КУИ МО ФИО2 ЛО) о признании права на приобретение в собственность за плату по цене, равной трем процентам кадастровой стоимости, земельного участка площадью 3.696 кв.м с кадастровым номером: №, расположенного по адресу: <адрес>.

В обоснование иска ФИО1 ссылался на те обстоятельства, что в соответствии с договором купли-продажи от 12 августа 2011 года истец приобрел в собственность баню (Г1) с навесом (Г5) и туалетом (Г8), расположенные на арендованном земельном участке площадью 3.696 кв.м с кадастровым номером: №, расположенных по вышеуказанному адресу. По утверждению ФИО1, согласно письму заместителя главы администрации МО ФИО2 ЛО – председателя КУИ МО ФИО2 ЛО М. от 2 марта 2015 года (исх. № 01-11/263) отказано в удовлетворении обращения истца о предоставлении земельного участка в собственность за плату. Считая отказ в предоставлении в собственность земельного участка за плату незаконным, ФИО1, ссылаясь на положения статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 36 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ), требовал судебной защиты нарушенного имущественного права (л.д.6-8).

При проведении подготовки дела к судебному разбирательству в суде первой инстанции представитель КУИ МО ФИО2 ЛО ФИО3, действовавший на основании письменной доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком до ДД.ММ.ГГГГ (л.д.28), представил письменное заявление, в котором возражал против удовлетворения иска ФИО1, указывая, что отсутствие на земельном участке объектов основного назначения, которые должны быть построены на этом участке, возведение на этом же участке только вспомогательных объектов недвижимости даже при наличии государственной регистрации права собственности на них не влечет возникновения у их собственника права на приобретение в собственность земельного участка по правилам статьи 36 ЗК РФ (л.д.26-27).

Кингисеппский городской суд 26 июня 2015 года постановил решение, которым оставил без удовлетворения иск ФИО1 (л.д.42-44).

ФИО1 не согласился с законностью и обоснованностью постановленного 26 июня 2015 года решения, представил апелляционную жалобу, в которой просил отменить решение суда и признать за истцом право на приобретение в собственность за плату по цене, равной трем процентам кадастровой стоимости земельного участка площадью 3.696 кв.м с кадастровым номером: №. В качестве оснований для отмены судебного решения ФИО1 сослался на несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, фактическим обстоятельствам дела. По мнению ФИО1, коль скоро истец обратился в КУИ МО ФИО2 ЛО до вступления в силу с 1 марта 2015 года статьи 39.3 ЗК РФ в соответствии со статьей 35 Федерального закона от 23 июня 2014 года № 171-ФЗ «О внесении изменений в Земельный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации», то истец в данном случае должен применяться закон, действовавший на день подачи заявления – Земельный кодекс Российской Федерации в редакции, действовавшей до 1 марта 2015 года, а именно пункты 1 и 1.1 статьи 36 ЗК РФ. Податель жалобы обращал внимание суда апелляционной инстанции на то обстоятельство, что суд первой инстанции не учел право истца в соответствии с пунктом 1 статьи 36 ЗК РФ на приобретение в собственность земельного участка за плату по цене, равной трем процентам кадастровой стоимости (л.д.48-51).

В свою очередь представитель КУИ МО ФИО2 ЛО ФИО3 представил письменные возражения на апелляционную жалобу, в которых (возражениях) просил оставить апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения, а решение суда от 26 июня 2015 года – без изменения (л.д.54).

На рассмотрение и разрешение апелляционной жалобы не явились ФИО1, представитель КУИ МО ФИО2 ЛО и представитель привлеченной к участию в деле в качестве третьего лица, не заявлявшего самостоятельных требований относительно предмета спора, администрации МО ФИО2 ЛО, при этом представитель КУИ МО ФИО2 ЛО в факсимильном сообщении просил рассмотреть жалобу в его отсутствие, возражая против ее удовлетворения (л.д.66).

Между тем, принимавший участие в апелляционном разбирательстве представитель – адвокат Кужаров С.А., которому на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ поручено представление интересов ФИО1 в Ленинградском областном суде и действовавший также на основании письменной доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком на три года (л.д.31 – 31-оборот), поддержал доводы апелляционной жалобы, считая, что имеются основания для судебного вмешательства в постановленный 26 июня 2015 года судебный акт.

В отсутствии возражений со стороны представителя – адвоката Кужарова С.А., с учетом отсутствия сведений о надлежащем извещении отсутствующих участников гражданского процесса о времени и месте апелляционного разбирательства по правилам статей 113 – 116 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (л.д.59 - 65), с учетом выраженного волеизъявления о рассмотрении жалобы в отсутствии представителя ответчика (л.д.66), суд апелляционной инстанции постановил определение о рассмотрении дела в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда не находит оснований к отмене судебного решения по доводам апелляционной жалобы ФИО1

Как видно из материалов дела в подтверждение обоснованности предъявленного иска ФИО1 представил договор № аренду земельного участка, заключенный 10 апреля 2014 года между КУИ МО ФИО2 ЛО, именуемый в дальнейшем «Арендодатель», с одной стороны, и ФИО1, именуемым в дальнейшем «Арендатор», с другой стороны, (л.д.9-12), по условиям которого «Арендодатель» предоставляет, а «Арендатор» принимает в аренду земельный участок с кадастровым номером: №, общей площадью 3.696 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, с разрешенным использованием: для индивидуального жилищного строительства (далее – ИЖС), (категория земель – земли населенных пунктов), в границах, указанных в кадастровом паспорте участка (л.д.9).

Отметка, содержащаяся в тексте указанного договора, свидетельствует о том, что 19 августа 2014 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ленинградской области (далее – Управление Росреестра по ЛО) произведена государственная регистрация договора № аренды земельного участка от 10 апреля 2014 года, запись регистрации № (л.д.14).

Согласно пункту 2.1 договора № от 10 апреля 2014 года срок аренды участка устанавливается с 10 апреля 2014 года до 10 апреля 2039 года (л.д.9).

Сведения, содержащиеся в свидетельстве о государственной регистрации права серия <данные изъяты>№ выданном 10 октября 2014 года, указывают на то, что 24 сентября 2014 года Управлением Росреестра по ЛО произведена государственная регистрация права собственности ФИО1 на объект права: баню, назначение: нежилое, общая площадь 22,4 кв.м, адрес (местонахождение) объекта: <адрес>, (запись регистрации №) на основании декларации об объекте недвижимого имущества от 8 августа 2014 года и договора № аренды земельного участка от 10 апреля 2014 года, дата регистрации: 19 августа 2014 года, № (л.д.14).

Таким образом, утверждение ФИО1, содержащееся в тексте искового заявления о том, что источником возникновения права собственности на баню является договор купли-продажи, заключенный 12 августа 2011 года с К. (л.д.6), равно как утверждение ФИО1, содержащееся в тексте апелляционной жалобы, о том, что в соответствии с договором купли-продажи от 12 августа 2011 года, заключенным между истцом и К., приобрел в собственность жилой дом и надворные постройки: баню (Г1) с навесом (Г5) и туалет (Г8), (л.д.49) не соответствуют действительности и опровергаются представленными истцовой стороной письменными доказательствами (л.д.9-13, 14).

Между тем, из содержания письменного заявления ФИО1 от 19 февраля 205 года, адресованного в КУИ МО ФИО2 ЛО, усматривается, что истец просил предоставить в собственность за плату земельный участок площадью 3.696 кв.м с кадастровым номером: №, разрешенное использование – ИЖС, расположенного в деревне Внекюля (л.д.15).

В то время как согласно письменному сообщению КУИ МО «ФИО2» ЛО от 3 февраля 2015 года № отказано в удовлетворении заявления ФИО1 о предоставлении испрашиваемого земельного участка в порядке статьи 36 ЗК РФ по мотиву того, что баня является вспомогательной надворной постройкой, тогда как жилой дом на участке не возведен (л.д.16).

Учитывая изложенное, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда отмечает, что по смыслу Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» обстоятельством для возникновения у физических лиц права собственности на земельные участки по правилам статьи 36 ЗК РФ, действовавшей на момент обращения ФИО1 в администрацию МО «ФИО2» ЛО, является факт наличия у этих лиц права собственности на объекты недвижимости, расположенные на этом участке.

Кроме того, коль скоро на испрашиваемом земельном участке расположена принадлежащая ФИО1 баня (свидетельство о государственной регистрации права серия <данные изъяты>№ от ДД.ММ.ГГГГ – л.д.14), то для правильного рассмотрения заявленного ФИО1 спора надлежит также руководствоваться основными понятиями, содержащимися в Инструкции о проведении учета жилищного фонда в Российской Федерации, утвержденной Приказом Министерства Российской Федерации по земельной политике, строительству и жилищно-коммунальному хозяйству (Минземстрой Российской Федерации) от 4 августа 1998 года № 37, по смыслу которой такой объект права, как баня, отнесен законодателем к служебным строениям, при этом под служебным строением понимается строение, которое по отношению к основному зданию имеет второстепенное значение на земельном участке; служебные строения зачастую бывают некапитального типа и при технической инвентаризации их внутренние помещения не измеряются и не учитываются.

Таким образом, нахождение на испрашиваемом земельном участке находящегося в собственности ФИО1 объекта – бани исключает применение положений статьи 36 ЗК РФ (в редакциях, действовавших как до 1 марта 2015 года, так и после 1 марта 2015 года) в связи с тем, что указанная баня, имеющая целью обслуживание основного здания, в отсутствие основного здания не может быть использована в соответствии с назначением. Тогда как именно в целях стимулирования освоения земельных участков в соответствии с их целевым назначением служебные строения не поименованы законодателем в статье 36 ЗК РФ и пункте 2.2 статьи 3 Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации».

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что материалы дела не содержат сведений об установлении площади и местонахождения границ вышеуказанного земельного участка в соответствии с требованиями земельного законодательства Российской Федерации, тогда как в силу требований пункта 3 статьи 6 ЗК РФ (введен Федеральным законом от 23 июня 2014 года № 171-ФЗ) земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных настоящим Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи...

При этом в силу части 3 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» государственным кадастровым учетом недвижимого имущества (далее - кадастровый учет) признаются действия уполномоченного органа по внесению в государственный кадастр недвижимости сведений о недвижимом имуществе, которые подтверждают существование такого недвижимого имущества с характеристиками, позволяющими определить такое недвижимое имущество в качестве индивидуально-определенной вещи (далее - уникальные характеристики объекта недвижимости), или подтверждают прекращение существования такого недвижимого имущества, а также иных предусмотренных настоящим Федеральным законом сведений о недвижимом имуществе.

В свою очередь согласно части 7 статьи 38 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости» местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части. Местоположение отдельных частей границ земельного участка также может устанавливаться в порядке, определенном органом нормативно-правового регулирования в сфере кадастровых отношений, посредством указания на природные объекты и (или) объекты искусственного происхождения, в том числе линейные объекты, если сведения о таких объектах содержатся в государственном кадастре недвижимости и местоположение указанных отдельных частей границ земельного участка совпадает с местоположением внешних границ таких объектов. Требования к точности и методам определения координат характерных точек границ земельного участка устанавливаются органом нормативно-правового регулирования в сфере кадастровых отношений.

При таких обстоятельствах судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда находит, что суд первой инстанции, отказав в предоставлении ФИО1 судебной защиты имущественного права по избранному им средству гражданского судопроизводства, правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, не допустил недоказанности установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, и несоответствия выводов, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, правомерно учел положения пункта 3 статьи 33, пункта 1 статьи 35, пункта 1 абзаца 2 пункта 7 статьи 36 ЗК РФ (в редакциях, действовавших до 1 марта 2015 года, и постановил решение, отвечающее вышеуказанным нормам материального права, при соблюдении требований Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене решения суда, основаны на ошибочном толковании действующего законодательства Российской Федерации, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являющихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции в отсутствии оснований у суда апелляционной инстанции для переоценки этих доказательств.

Ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены решения суда, апелляционная жалоба ФИО4 не содержит.

Руководствуясь абзацем 1 части 1 статьи 327.1, пунктом 1 статьи 328, частью 1 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

определила:

решение Кингисеппского городского суда Ленинградской области от 26 июня 2015 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

судья Дунькина Е.Н.