Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, третье лицо акционерное общество «Страховая компания «Гайде», о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия

по кассационной жалобе ФИО1 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 16 декабря 2021 года.

Заслушав доклад судьи Четвертого кассационного суда общей юрисдикции Самойловой Е.В., судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 145 164 руб., компенсации морального вреда в сумме 30 000 руб., расходов по оплате услуг представителя 30 000 руб., расходов на проведение досудебной экспертизы в сумме 5 000 руб., расходов по оплате услуг нотариуса в размере 2 200 руб. и расходов по оплате государственной пошлины в сумме 4 104 руб.

В обоснование исковых требований ФИО1 ссылалась на то, что 14 февраля 2020 года произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП), с участием автомобиля «Шевроле Круз», государственный регистрационный номер №, под управлением истца и принадлежащего истцу на праве собственности, и автомобиля «Лада Приора», государственный регистрационный номер №, под управлением ФИО2, в результате которого транспортное средство истца получило механические повреждения. Виновным в ДТП признан ответчик. Гражданская ответственность истца и ответчика застрахована в акционерном обществе «Страховая компания «Гайде» (далее – АО «СК Гайде»).

3 июля 2020 года АО «СК Гайде» выплатило истцу страховое возмещение в размере 125 016 руб. 51 коп.

В соответствии с заключением эксперта № 411-07/20, составленным по инициативе ФИО1, затраты на проведение восстановительного ремонта принадлежащего истцу автомобиля составляют, без учета износа, 270 181 руб.

Разница между определенной заключением экспертизы суммой восстановительного ремонта транспортного средства, без учета износа запасных частей (270 181 руб.) и выплаченной страховщиком суммой (125 016 руб. 51 коп.) составляет 145 164 руб., которая, по мнению истца, подлежит взысканию в ее пользу с ответчика.

Решением Красногвардейского районного суда Республики Крым от 28 июля 2021 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

С ФИО2 в пользу ФИО1 взыскан материальный ущерб в сумме 145 164 руб., расходы по проведению досудебной экспертизы 5 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 10 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины 4 104 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

С ФИО2 в пользу ООО «Межрегиональный центр судебной экспертизы» взысканы расходы на производство судебных экспертиз в сумме 22 000 руб.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 16 декабря 2021 года решение Красногвардейского районного суда Республики Крым от 28 июля 2021 года изменено.

С ФИО2 в пользу ФИО1 взыскан материальный ущерб в сумме 48 926 руб., 1 685 руб. расходов по оплате технического исследования, 3 370 руб. расходов по оплате услуг представителя, 1 668 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

С ФИО2 в пользу ООО «Межрегиональный центр судебной экспертизы» взысканы расходы на проведение судебной экспертизы в сумме 7 417 руб.

С ФИО1 в пользу ООО «Межрегиональный центр судебной экспертизы» взыскано 14 586 руб. в счет оплаты расходов на проведение автотехнической экспертизы.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить апелляционное определение суда апелляционной инстанции и оставить без изменения решение Красногвардейского районного суда Республики Крым от 16 декабря 2021 года, ввиду неверного применения судом апелляционной инстанции норм материального права.

Возражения на кассационную жалобу не поступили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела судом кассационной инстанции, в судебное заседание не явились.

Согласно части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание кассационного суда общей юрисдикции лица, подавшего кассационные жалобу, представление, и других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Информация о рассмотрении кассационной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Четвертого кассационного суда общей юрисдикции в сети Интернет (4kas@sudrf.ru).

При таких обстоятельствах, судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции, руководствуясь частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

В соответствии с частью 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции рассматривает дело в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении.

Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции приходит к выводу о том, что судом апелляционной инстанции допущены нарушения, предусмотренные частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, являющиеся основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 14 февраля 2020 года в г. Симферополе произошло дорожно-транспортное происшествие, с участием принадлежащего истцу автомобиля «Шевроле Круз», государственный регистрационный номер №, и автомобиля «Лада Приора», государственный регистрационный номер №, под управление ФИО2

В результате ДТП принадлежащее ФИО1 транспортное средство получило механические повреждения.

Виновным в дорожно-транспортном происшествии признан водитель ФИО2

Гражданская ответственность сторон застрахована в АО «СК Гайде».

Страховая компания признала случай страховым и выплатила истцу страховое возмещение в размере 125 016 руб. 51 коп.

В соответствии с выполненным по инициативе истца экспертным заключением № 411-07/20 от 7 июля 2020 года, размер затрат на проведение восстановительного ремонта автомобиля «Шевроле Круз», без учета износа, составляет 270 181 руб., с учетом износа - 223 489 руб.

Поскольку ответчик выражал несогласие с определенной истцом суммой восстановительного ремонта транспортного средства, определением суда первой инстанции от 19 августа 2020 года назначена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно заключению эксперта ООО «Межрегиональный центр специализированной экспертизы» № 6/0221 от 16 февраля 2021 года, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Шевроле Круз», по состоянию на 14 февраля 2020 года, без учета износа запасных частей, составляет 275 219 руб., с учетом износа - 218 157 руб.

Определением Красногвардейского районного суда Республики Крым от 14 апреля 2021 года по ходатайству представителя ответчика назначена дополнительная судебная экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта ООО «Межрегиональный центр специализированной экспертизы» № 21/0421 от 23 апреля 2021 года, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Шевроле Круз», поврежденного в результате ДТП 14 февраля 2020 года, в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Центрального банка РФ № 432-П от 19 сентября 2014 года, составляет без учета износа запасных частей 183 126 руб., с учетом износа составляет 134 200 руб.

Разрешая возникший спор, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 15, 931, 935, 1064, 1079, 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в пунктах 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», разъяснениями, содержащимися в пункте 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П "По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО3 и других", приняв в качестве достоверного доказательства по делу представленное стороной истца экспертное заключение № 411-07/20, пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца 145 164 руб., то есть суммы, составляющей разницу между суммой восстановительного ремонта, без учета износа транспортного средства (270 181 руб.), определенной заключением эксперта № 411-07/20 от 7 июля 2020 года, и выплаченной ФИО1 страховой организацией суммой восстановительного ремонта, с учетом износа транспортного средства (125 016 руб. 51 коп.), а также понесенных истцом судебных расходов и компенсации морального вреда.

При этом заключения судебных экспертиз суд первой инстанции признал обоснованными, изложенные в них выводы не опроверг, в тоже время, удовлетворяя частично исковые требования ФИО1, исходил из представленного ею экспертного заключения № 411-07/20.

Изменяя решение суда первой инстанции по апелляционной жалобе стороны ответчика, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в обжалуемом истцом апелляционном определении от 16 декабря 2021 года указала на допущенную судом первой инстанции ошибку в определении подлежащей взысканию суммы, составляющей разницу между восстановительным ремонтом автомобиля, с учетом и без учета износа запасных частей.

При этом суд апелляционной инстанции отметил, что установление действительной законной суммы восстановительного ремонта автомобиля, с учетом износа запасных частей, которую потерпевший должен получить в виде страхового возмещения, возлагается на суд.

Принимая за основу заключение судебной автотехнической экспертизы № 21/0421 от 23 апреля 2021 года, которым определена стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца, рассчитанная в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Центрального банка РФ № 432-П от 19 сентября 2014 года, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца суммы материального ущерба в размере 48 926 руб., составляющей разницу между определенной указанным заключением эксперта суммой восстановительного ремонта, без учета износа (183 126 руб.) и суммой восстановительного ремонта, с учетом износа запасных деталей (134 200 руб.).

Судебная коллегия Четвертого кассационного суда общей юрисдикции не может признать выводы, к которым пришел суд апелляционной инстанции, правомерными, основанными на установленных по делу обстоятельствах, а принятое по делу решение законным и обоснованным, в силу следующего.

В соответствии со статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснено в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Данные законоположения и разъяснения в силу статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации распространяются и на суд апелляционной инстанции.

В силу положений статей 67, 71, 195-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости.

Обжалуемое апелляционное определение указанным требованиям не отвечает.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

В пункте 13 того же постановления Пленума указано, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения.

Согласно преамбуле Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закона об ОСАГО), данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 9 Обзора судебной практики N 2 (2021) от 30 июня 2021 года, в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй статьи 3 Закона об ОСАГО).

При этом страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным статьей 7 Закона об ОСАГО, так и предусмотренным пунктом 19 статьи 12 Закона об ОСАГО специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Центрального банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 г. N 432-П (далее - Единая методика).

Согласно пункту 15 статьи 12 Закона об ОСАГО по общему правилу страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего, может осуществляться по выбору потерпевшего путем организации и оплаты восстановительного ремонта на станции технического обслуживания либо путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на счет потерпевшего (выгодоприобретателя).

Однако этой же нормой установлено исключение для легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации.

В силу пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 указанной статьи) в соответствии с подпунктом 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

При этом пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме, в том числе и по выбору потерпевшего, в частности, если потерпевший является инвалидом определенной категории (подпункт "г") или он не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания сверх лимита страхового возмещения (подпункт "д").

Также подпункт "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Таким образом, в силу подпункта "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший с согласия страховщика вправе получить страховое возмещение в денежной форме.

Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит.

Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО также не предусматривает.

Обращаясь с иском в суд, ФИО1 утверждала, что АО СК «Гайде» 3 июля 2020 года выплатило ей страховое возмещение по ДТП, имевшему место 14 февраля 2020 года и признанному страховым случаем, в сумме 125016,51 руб., выплаченной суммы не достаточно для осуществления ремонта транспортного средства. В тоже время, в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие получение истцом указанной выплаты, как и копия выплатного дела ФИО1 Напротив, АО СК «Гайде» в письме от 26 апреля 2021 года ссылается на то, что ФИО1 с заявлением о выплате страхового возмещения по факту ДТП от 14 февраля 2020 года, не обращалась, выплата страхового возмещения не производилась (том 1 л.д. 185).

Таким образом, поскольку суд апелляционной инстанции не исправил допущенные судом первой инстанции нарушения, не установил в полном объеме обстоятельства, имеющие юридическое значение для рассмотрения данного дела, в том числе обстоятельства, указанные в статье 12 Закона Об ОСАГО, постановленный судебный акт нельзя признать соответствующим закону.

Кроме того, согласно статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 года N 6-П "По делу о проверке конституционности Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" в связи с запросами Государственного Собрания - Эл Курултай Республики Алтай, Волгоградской областной Думы, группы депутатов Государственной Думы и жалобой гражданина С.Н. ФИО4" указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года N 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО3 и других», Закон об ОСАГО, как специальный нормативный правовой акт, не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Аналогичная позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2019 года N 1838-О по запросу Норильского городского суда Красноярского края о проверке конституционности положений пунктов 15, 15.1 и 16 статьи 12 Закона об ОСАГО с указанием на то, что отступление от установленных общих условий страхового возмещения в соответствии с пунктами 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО не должно нарушать положения Гражданского кодекса Российской Федерации о добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения либо осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, о недопустимости действий в обход закона с противоправной целью, а также иного, заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (пункты 3 и 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с положениями статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Таким образом, выявление и собирание доказательств по делу является деятельностью не только лиц, участвующих в деле, но и суда, в обязанность которого входит установление того, какие доказательства могут подтвердить или опровергнуть факты, входящие в предмет доказывания (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года).

Из имеющихся в материалах дела доказательств не представляется возможным установить, является ли сумма выплаченного истцу страхового возмещения равной, меньшей или большей по сравнению со стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства, рассчитанной с учетом износа автомобиля и по требованиям Единой методики, поскольку отсутствуют доказательства выплаты истцу страхового возмещения страховщиком, как и доказательства того, что истец обращался в страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая, о признании страховой компанией случая страховым.

Суд первой инстанции разрешил спор и принял решение о возмещении ответчиком причиненного истцу ущерба, не установив юридически значимые для разрешения спора обстоятельства, а именно сумму страхового возмещения, определенную в соответствии с требованиями Единой методики, и выплату ее истцу страховщиком.

Доказательства, объективно подтверждающие заявленный ко взысканию размер ущерба, а также документы, содержащие сведения об оплате страховой компанией конкретного ремонта транспортного средства (с учетом износа или без учета износа), истцом не представлены.

Кроме того, суд первой инстанции, сославшись на то, что все экспертные заключения являются обоснованными, произвел расчет убытков, исходя из представленного истцом исследования № 411-07/20, в нарушение требований пункта 2 части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не привел мотивов, по которым были отвергнуты в качестве допустимых доказательств заключения судебных экспертиз от 16 февраля 2021 года (без применения Единой методики) и от 23 апреля 2021 года (с применением Единой методики).

Тем самым судом первой инстанции были нарушены положения части 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Судом апелляционной инстанции вышеуказанные нарушения, допущенные судом первой инстанции, не устранены.

В тоже время, суд апелляционной инстанции, принимая решение об изменении судебного акта, принятого судом первой инстанции, и исчислив сумму подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца материального ущерба, исходя из разницы стоимости восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа и стоимости ремонта с учетом износа, определенных в соответствии с требованиями Единой методики, по результатам заключения эксперта № 21/0421 от 23 апреля 2021 года, не учел, что правоотношения сторон в данном случае являются деликтными и регулируются положениями статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072, пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые по их конституционному смыслу в системе мер защиты права собственности, основанной на требованиях статей 7 (часть 1), 17 (части 1 и 3), 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 46 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации вытекают из гарантий полного возмещения потерпевшему вреда.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает обоснованными доводы заявителя жалобы относительно того, что судом апелляционной инстанции неправильно применены нормы материального права и не верно установлен характер правоотношений, возникших между сторонами.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 10 марта 2017 года N 6-П отметил, что как показывает практика, размер страховой выплаты, расчет которой производится в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов, может не совпадать с реальными затратами на приведение поврежденного транспортного средства - зачастую путем приобретения потерпевшим новых деталей, узлов и агрегатов взамен старых и изношенных - в состояние, предшествовавшее повреждению. Кроме того, предусматривая при расчете размера расходов на восстановительный ремонт транспортного средства их уменьшение с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов и включая в формулу расчета такого износа соответствующие коэффициенты и характеристики, в частности срок эксплуатации комплектующего изделия (детали, узла, агрегата), данный нормативный правовой акт исходит из наиболее массовых, стандартных условий использования транспортных средств, позволяющих распространить единые требования на типичные ситуации, а потому не учитывает объективные характеристики конкретного транспортного средства применительно к индивидуальным особенностям его эксплуатации, которые могут иметь место на момент совершения дорожно-транспортного происшествия.

Между тем замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации сами по себе не ограничивают круг доказательств, которые потерпевшие могут предъявлять для определения размера понесенного ими фактического ущерба. Соответственно, поскольку размер расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства определяется на основании Единой методики лишь в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и только в пределах, установленных Федеральным законом "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", а произведенные на ее основании подсчеты размера вреда в целях осуществления страховой выплаты не всегда адекватно отражают размер причиненного потерпевшему фактического ущерба и, следовательно, не могут служить единственным средством для его определения, суды обязаны в полной мере учитывать все юридически значимые обстоятельства, позволяющие установить и подтвердить фактически понесенный потерпевшим ущерб.

Однако суд апелляционной инстанции, произведя расчет причиненного истцу ущерба на основании заключения эксперта № 21/0421 от 23 апреля 2021 года, составленного с применением Единой методики, вышеизложенные нормы материального права и разъяснения к ним, оставил без внимания.

Судебная коллегия отмечает, что производство в кассационном суде общей юрисдикции предназначено для исправления нарушений норм материального и процессуального права, допущенных судами первой и (или) апелляционной инстанций в ходе предшествующего разбирательства дела, которые привели к неправильному разрешению дела и принятию неправильных судебных постановлений.

Проверяя законность обжалуемого судебного постановления, кассационный суд общей юрисдикции устанавливает правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судом при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, то есть осуществляет проверку того, вынесено ли обжалуемое судебное постановление с точным соблюдением норм процессуального права и в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению по данному делу.

Таким образом, при проверке законности обжалуемого судебного постановления кассационный суд общей юрисдикции проверяет, правильно ли судом с учетом характера спорных отношений, заявленных исковых требований и их обоснования, возражений на иск и подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права определены предмет доказывания и правоотношения сторон, установлены ли все юридически значимые обстоятельства, соответствуют ли выводы суда этим обстоятельствам, не допущено ли в ходе разбирательства дела нарушений норм процессуального права, приведших к нарушению прав участников процесса и вынесению неправильного судебного постановления, и обоснованы ли доводы кассационной жалобы, представления.

Реализуя предоставленные законом полномочия по проверке законности вступивших в законную силу судебных постановлений, кассационный суд общей юрисдикции оставляет их без изменения, если признает, что судебные постановления или одно из них являются законным, то есть вынесены с соблюдением норм процессуального права и в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению по данному делу, а доводы кассационной жалобы не нашли подтверждения или являются несущественными.

Принимая во внимание, что судом первой инстанции допущено неправильное применение норм материального и процессуального права, которое не было исправлено судом апелляционной инстанции, оспариваемый судебный акт суда апелляционной инстанции не может быть признан отвечающим признакам законности.

Поскольку для устранения допущенных нарушений требуется установление фактических обстоятельств дела, исследование и оценка доказательств, исходя из необходимости соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), суд кассационной инстанции полагает необходимым апелляционное определение отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела, суду апелляционной инстанции надлежит учесть изложенное, предложить истцу представить документы, подтверждающие его право на возмещение ущерба, определить юридически значимые по делу обстоятельства, в частности, установить, обращалась ли истец в страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая, был ли признан случай страховым, установить сумму выплаченного истцу страхового возмещения, фактический размер причиненного потерпевшей ущерба, а также, превышает ли действительный размер понесенного ею ущерба сумму полученного страхового возмещения, определить разницу между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба и принять мотивированное судебное постановление, основанное на установленных по делу обстоятельствах, отвечающее нормам материального и процессуального права, регулирующих возникшие правоотношения.

Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 16 декабря 2021 года отменить, направить гражданское дело в Верховный Суд Республики Крым на новое апелляционное рассмотрение, кассационную жалобу ФИО1 удовлетворить частично.

Председательствующий Е.В. Самойлова

Судьи В.А. Горковенко

М.Р. Мамий