I инстанция – Карпова А.И.
II инстанция – Матлахова А.С., Козина Т.Ю. (докладчик), Андроник А.В.
77RS0021-02-2022-021907-62
Дело №88-33644/2023
О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
20 декабря 2023 года город Москва
Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе
председательствующего Буториной Ж.В.,
судей Васева А.В., Зуевой Н.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Райффайзен Капитал» о расторжении договора доверительного управления, взыскании убытков, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами (номер дела, присвоенный судом первой инстанции 2-1363/2023),
по кассационной жалобе ФИО1 на решение Пресненского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ,
Заслушав доклад судьи судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции Васева А.В., выслушав объяснения представителя по доверенности ФИО1 – ФИО8, настаивавшей на доводах кассационной жалобы, представителя по доверенности ООО УК «Райффайзен Капитал» - ФИО9, возражавшего против доводов кассационной жалобы,
у с т а н о в и л а:
Истцом заявлены требования о расторжении договора доверительного управления, взыскании убытков, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.
Решением Пресненского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования оставлены без удовлетворения.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ решение суда оставлено без изменения.
В кассационной жалобе истец просит отменить указанные судебные акты, как незаконные. В качестве доводов кассационной жалобы указывает на необоснованность выводов судов о прекращении договора доверительного управления исполнением. Суды необоснованно отклонили факт нарушения ответчиком существенного условия п.2.1.1 приложения № договора о кредитном рейтинге эмитента. Так же указывает на отсутствие в апелляционном определении обоснований по заявленным истцом уточнениям апелляционной жалобы и ходатайству об отложении судебного заседания. Судами не дана оценка недобросовестного поведения ответчика.
Стороны извещены о времени и месте рассмотрения дела кассационным судом общей юрисдикции надлежащим образом путем направления почтового извещения, а также размещения сведений на сайте суда.
Неявка лиц, участвующих в деле, в судебное заседание, с учетом их надлежащего извещения о времени и месте проведения судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению кассационной жалобы.
Согласно статье 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив по правилам статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, кассационный суд не находит оснований для удовлетворения жалобы. Оснований, предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения и апелляционного определения в кассационном порядке не имеется.
Судами установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между клиентом ФИО1 и доверительным управляющим ООО «УК «Райффайзен Капитал» путем направления клиентом заявления о присоединении к договору (далее – Заявление), был заключен договор доверительного управления №.1ДУ/BNUSD/20.
В соответствии с общими условиями Заявления, заявление является неотъемлемой частью Договора, при этом клиент, в соответствии со статьей 428 Гражданского кодекса Российской Федерации полностью и безоговорочно присоединяется к условиям и акцептует договор доверительного управления со всеми приложениями к нему, также подтверждая, что ознакомлен с договором доверительного управления, со всеми приложениями к договору доверительного управления, со всеми приложениями к договору, а также иными документами, регулирующими порядок и условия предоставления услуг по доверительному управлению доверительным управляющим, и опубликованным на сайте доверительного управляющего и информационно-телекоммуникационной сети интернет.
Так, из раздела 1 «Термины и определения» Договора следует, что стратегия управления – стратегия доверительного управления, содержащая правила и принципы формирования состава и структуры активов, в соответствии с которыми доверительный управляющий осуществляет доверительное управление активами клиентов. Перечень и описание стратегий управления, которые предлагаются в настоящее время при заключении Договора. Стратегии управления являются стандартными стратегиями управления в значении, определенном Положением Банка России ДД.ММ.ГГГГ№-П «О единых требованиях к правилам осуществления деятельности по управлению ценными бумагами, к порядку раскрытия управляющим информации, а также требованиях, направленных на исключение конфликта интересов управляющего».
При этом актив – денежные средства, переданные клиентом доверительному управляющему в доверительное управление в течение срока действия Договора, и (или) удовлетворяющие требования доверительного управляющего ценные бумаги/производные финансовые инструменты/иное имущество переданные клиентом доверительному управляющему в доверительное управление при заключении договора, а также ценные бумаги и (или) производные финансовые инструменты и (или) иное имущество либо денежные средства, приобретенные и (или) полученные доверительным управляющим при осуществлении доверительного управления в течение срока действия Договора и (или) в связи с его исполнением. Стратегией управления могут быть предусмотрены ограничения в отношении видов активов, которые клиент может передать в доверительное управление.
Кроме того, из раздела также следует, что инвестиционная декларация – документ, определяющий цели доверительного управления, перечень объектов инвестирования активов, а также сведения о структуре активов, которую обязан поддерживать доверительный управляющий в течение всего срока действия Договора. Инвестиционная декларация является неотъемлемой частью Договора.
Согласно п. 2.1. раздела 2 «Общие положения и предмет договора» Договора управления (в ред. ДД.ММ.ГГГГ), клиент передает доверительному управляющему в доверительное управление на определенный настоящим договором срок активы, а доверительный управляющий обязуется осуществлять от своего имени и за вознаграждение управление активами в интересах клиента, являющегося также выгодоприобретателем по настоящему договору. При заключении Договора или в период действия Договора клиенту по его желанию могут быть предоставлены услуги по инвестиционному консультированию, для чего доверительный управляющий заключает с клиентом соответствующий договор.
Пунктом 2.8 Договора установлено, что деятельность доверительного управлявшего по управлению активами ограничивается рамками Договора и требованиями действующего законодательства Российской Федерации.
Положения п. 4.5. Договора предусматривают, что доверительный управляющий вправе самостоятельно определять сроки и порядок инвестирования активов клиента (приобретение (покупка активов), переданных в доверительное управление, а также определять сроки и порядок продажи активов клиента, руководствуясь при этом своими профессиональными знаниями и опытом, а также экономической ситуацией на финансовых рынках.
В силу п. 6.2. Договора, осуществляя доверительное управление по Договору, доверительный управляющий действует в соответствии с ограничениями, указанными в настоящем Договоре и действующем законодательстве Российской Федерации, без необходимости получения от клиента каких-либо дополнительных указаний, поручений или инструкций в отношении использования, приобретения, продажи, иной передачи активов.
Согласно п. 6.3. Договора, соблюдение действующего законодательства Российской Федерации и условий Договора означает, что доверительный управляющий осуществляет доверительное управление активами в интересах клиента, проявляя при этом должную заботливость.
Пунктом 13.1 Договора предусмотрено, что клиент ознакомлен с информацией о рисках, связанных с осуществлением операций/сделок на рынке ценных бумаг и финансовых инструментов, и принял такие риски в полном объеме, подписав Заявление.
Из п. 20 Договора следует, что дестабилизация в хеджировании означает, что хеджирующая организация не в состоянии, после применения коммерчески обоснованных усилий: приобретать, создавать, восстанавливать, заменять, поддерживать, отменять или распоряжаться любой сделкой (сделками) или активом (активами), которые эмитент считает необходимыми для хеджирования рисков заключения и выполнения своих обязательств, возникших в отношении продуктов, или реализовывать, возмещать или переводить доходы от любой такой транзакции (транзакций) или актива (активов).
Согласно Заявлению, ФИО1 была выбрана индивидуальная стратегия управления «Бонусные ноты. Доллары США», о чем, в том числе, свидетельствует представленное в материалы дела «Подтверждение параметров стратегии по договору ДУ №.ДУ/BNUSD/20 от ДД.ММ.ГГГГ», согласно которому индикативными условиями выбранной стратегии являются:
В соответствии с описанием названной стратегии управления, следующем из приложения № к Договору, стратегия управления предназначена для клиентов, ориентирующихся на повышенную доходность в долларах США. Потенциальная прибыль формируется исходя из динамики базового актива с учетом специальных условий, предоставляемых бонусными нотами, которые относятся к структурным нотам. Структурные ноты представляют собой набор финансовых инструментов (в том числе производных); валютой стратегии, срок осуществления которой составляет 3 года, являются доллары США, при этом целью инвестирования установлено получение повышенной доходности в долларах США.
Как следует из пункта 2.1.1. инвестиционной декларации следует, что к перечню объектов инвестирования относятся: акции и депозитарные расписки иностранных и российский эмитентов, прошедших процедуру листинга; суверенные и корпоративные облигации российский эмитентов; суверенные и корпоративные облигации в иностранной валюте российских и иностранных эмитентов (еврооблигации); депозиты; паи или акции инвестиционных фондов; структурная нота и бонусная нота, которая покупается в инвестиционный портфель клиента в форме структурной облигации иностранного эмитента; при этом у эмитента данных активов необходимо наличие как минимум одного долгосрочного кредитного рейтинга от следующих агентств:
- по международной шкале: Фитч Рейтингс» (Fitch Ratings) – «B», «Мудис Инвесторс Сервис» (Moody’s Investor Service) – «В2», «Стэндарт энд Пурс» (Standard & Poor’s) – «В»;
- по национальной шкале: АКРА – «ВВВ(RU)» и Эксперт РА – «ruВВВ», для суверенных и корпоративных облигаций российских эмитентов.
Пунктом 2.1.2 инвестиционной декларации установлено, что ценные бумаги, составляющие активы клиента, могут быть как допущены, так и не допущены к торгам организаторов торговли на рынке ценных бумаг, как включены, так и не включены в котировальные списки фондовых бирж; ценные бумаги, предназначенные для квалифицированных инвесторов в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, могут приобретаться доверительным управляющим только для клиентов, являющихся квалифицированными инвесторами.
Согласно положениям п. 3 и п. 4 инвестиционной декларации, доверительный управляющий имел право на формирования инвестиционного портфеля клиента без ограничений в выборе активов.
Между тем, п. 1.8. декларации о рисках предусмотрен риск: риск возможных убытков, связанных с доверительным управлением ценными бумагами и денежными средствами, согласно которому: риск, связанный с предоставлением Доверительному управляющему полномочий по выбору финансового инструмента, а также риск, связанный с выбором финансовых активов, предусмотренных стратегией доверительного управления.
Риск заключается в том, что в процессе деятельности Доверительного управляющего возможно снижение стоимости активов, переданных в доверительное управление, а также существует вероятность получения убытков по договору доверительного управления в результате решений/действий/бездействий Доверительного управляющего, что может быть обусловлено различными факторами: рыночными, операционными, геополитическими, налоговыми, а также ограничениями по выбору финансовых инструментов, предусмотренными договором доверительного управления и/или стратегией управления, Инвестиционной декларацией, либо ограничениями, связанными с особенностями инфраструктуры рынка ценных бумаг или спецификой конкретных финансовых инструментов».
Пунктом 4 декларации о рисках предусмотрены риски: риски, связанные с приобретением иностранных финансовых инструментов, согласно которым: применительно к иностранным ценным бумагам системные риски, свойственные российскому фондовому рынку, дополняются аналогичными системными рисками, свойственными стране, где выпущены или обращаются соответствующие иностранные ценные бумаги. К основным факторам, влияющим на уровень системного риска в целом, относятся политическая ситуация, особенности национального законодательства, валютного регулирования и вероятность их изменения, состояние государственных финансов, наличие и степень развитости финансовой системы страны места нахождения лица, обязанного по иностранной ценной бумаге. На уровень системного риска могут оказывать влияние и многие другие факторы, в том числе вероятность введения ограничений на инвестиции в отдельные отрасли экономики или вероятность одномоментной девальвации национальной валюты.
При этом в п. 5, предусмотрено, что клиент подтверждает факт предоставления стороны доверительного управляющего информации о рисках, связанных с доверительным управлением денежными средствами и иными активами клиента, осуществлением операций на рынке ценных бумаг, с приобретением иностранных финансовых инструментов и рисках, связанных с инвестированием в производные финансовые инструменты и факт принятия таких рисков в полном объеме, включая, но не ограничиваясь перечисленными в разделах 1 и 2 настоящей декларации.
Договор между доверительным управляющим и клиентом предполагает широкие полномочия Доверительного управляющего. Клиент понимает, что чем больше полномочий по распоряжению имуществом клиента имеет доверительный управляющий, тем больше рисков, связанных с его выбором финансовых инструментов и операций, несет клиент. Клиент не сможет требовать какого-либо возмещения убытков со стороны доверительного управляющего, если только они не были вызваны его недобросовестностью или действиями, очевидно не соответствующими интересам Клиента.
Клиент понимает и соглашается с тем, что он должен внимательно изучать отчеты о деятельности доверительного управляющего. Одобрение Клиентом отчета о деятельности доверительного управляющего (подписание отчета о деятельности доверительного управляющего или одобрение отчета о деятельности доверительного управляющего иным способом, предусмотренным договором доверительного управления), в том числе без проверки отчета о деятельности доверительного управляющего, может рассматриваться в случае спора как одобрение действий Доверительного управляющего и согласие с результатами управления Активами, которые нашли отражение в отчете о деятельности доверительного управляющего.
Клиент подтверждает, что настоящая Декларация ему ясна и понятна, он получил разъяснения (при необходимости) у независимого консультанта по всем возникшим у Клиента вопросам о рисках, описанных в настоящей Декларации. Заключая договор доверительного управления, Клиент принимает на себя все возможные риски, связанные с осуществлением доверительного управления.
Из представленных в материалы дела документов, в частности, анкеты для определения инвестиционного профиля клиента-физического лица следует, что ФИО1 является квалифицированным инвестором.
Судом также установлено, что в целях исполнения Договора клиентом в доверительное управление доверительного управляющего были переданы 325 170,08 долларов США, за счет которых последним были приобретены облигации ISIN CH0524722755 в количестве 323 бонусных нот (структурные облигации) иностранного эмитента EFG International Finance (Guernsey) Ltd., базовым активом которых являлись депозитарные расписки ПАО «Газпром» общей стоимостью 323 000 долларов США.
Согласно отчету о деятельности управляющего за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ стоимость инвестиционного портфеля составляла 323 709 долларов США, при этом по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ стоимость портфеля составила 27 782,26 долларов США.
ДД.ММ.ГГГГ доверительный управляющий ООО «УК «Райффайзен Капитал» в ответ на вх. № от ДД.ММ.ГГГГ сообщил, что в соответствии со стратегией управления потенциальная прибыль формируется исходя из динамики базового актива с учетом специальных условий, предоставляемых бонусными нотами, которые относятся к структурным нотам, которые в свою очередь представляют набор финансовых инструментов. Так, базовым активом указанной стратегии является ADR Газпрома. Эмитентом ноты выступает иностранная компания EFG International Finance (Guernsey) Ltd., St. Peter Port, Guernsey, выпускающая ее согласно швейцарскому законодательству. Между тем, в связи со сложившейся ситуацией в мире, котировки депозитарных расписок (ADR) Газпрома сильно скорректировались в конце февраля 2022 года, а в конце февраля 2022 года и вовсе были остановлены. Также вступил в силу Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 114-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об акционерных общества» и отдельные законодательные акты Российской Федерации», содержащие требования о прекращении обращения депозитарных расписок за границей и их конвертации в акции российских эмитентов, в связи с чем с ДД.ММ.ГГГГ обращение большинства депозитарных расписок за пределами Российской Федерации было прекращено. Учитывая эти факты, а также руководствуясь пунктом в эмиссионной документацией (Termsheet), описывающим возможность досрочного погашения структурной ноты в связи с возникновением рисков, влекущих за собой невозможность хеджировать позицию эмитента по данной структурной ноте, эмитентом в одностороннем порядке было принято решение досрочно погасить структурные облигации, среди базовых активов которых были в том числе ADR Газпрома, из расчета последней доступной цены, при том, что Банк и Управляющая компания (далее–УК) продолжали все это время переговоры с эмитентом на предмет оспаривания данного решения в целях отстаивания интересов клиента. Банк и УК неоднократно вступали в контакт с эмитентом, предлагая, в частности, изменение первоначальных условий выпуска – замену денежного расчета на физическую поставку актива и его последующую расконвертацию. Однако эмитент структурной ноты относит делистинг АДР Газпрома к headging dispruption event, который предусматривает возможность досрочного погашения инструмента в случае невозможности проведения операций с базовым активом, на уступки идти отказался и воспользовался своим правом досрочного погашения инструмента. В связи с этим, упомянутые структурные облигации, купленные клиентами АО «Райффайзенбанк»/ ООО «УК «Райффайзен Капитал», были досрочно погашены эмитентом, при этом оставшаяся часть суммы находится на счетах депозитария НРД и на счет УК не поступали.
В соответствии с разделом 2.3. «Риски» Базового Проспекта от ДД.ММ.ГГГГ (утвержденного эмитентом Леонтек Секьюритиз АГ, зарегистрированного в Швейцарии и имеющего возможность действовать через филиал в Гернси), являющимся приложением к упомянутому письму, что если на базовый актив существенно повлияет непредвиденное событие (например, слияние компаний и реструктуризация или изменение первоначального пакета акций, из которых был сформирован базовый актив, базовый актив реструктуризируется или изменяется, или правила индекса, который является базовым активом, существенно изменяются) или соответствующая цена, уровень или стоимость больше не могут быть рассчитаны, то это может привести к тому, что инвестиционная цель продуктов, основанная на их первоначальных условиях, может быть не достигнута. В этом случае расчетный агент может иметь дискреционные полномочия в соответствии с условиями и положениям продуктов, а именно: скорректировать условия продуктов, в определенных случаях заменить базовый актив другим, рассчитать соответствующую цену, уровень или стоимость самостоятельно, отсрочить платеж, досрочно погасить продукты, или применить некоторую комбинацию вышеперечисленного.
ДД.ММ.ГГГГФИО1 направил в адрес председателя правления АО «Райффайзенбанк» обращение, из которого в том числе следует, что в феврале 2020 года им в Банке был приобретен очередной структурный продукт – «Бонусные ноты. Доллары США, ADR ПАО «Газпром», при этом на момент подписания заявления о присоединении к стратегии его персональный менеджер сообщил следующие основные моменты: стратегия действует до ДД.ММ.ГГГГ, стратегия является одной из наиболее защищенных, держателем расписок является АО «Райффайзенбанк», при этом о каких-либо рисках досрочного прекращения стратегии, о внешнем держателе расписок, о какой-либо эмиссионной документации ему сообщено не было, а также не было представлено соответствующих документов, вместе с тем в мае 2022 года ему сообщили о закрытии данной стратегии АО «Райффайзенбанк», в результате чего был организован звонок с сотрудником ООО «УК «Райффайзен Капитал», в ходе которого он был проинформирован о досрочном погашении неким швейцарским эмитентом ADR, тем самым, прекратив существование стратегии, при этом, при обращении в Банк ДД.ММ.ГГГГ ему сообщили информацию о стратегии, которую никто ранее ему не сообщал, в связи с чем, по его мнению, имеет место специальное сокрытие условий данной стратегии. Вместе с тем, в связи с указанными событиями, просил о завершении данной стратегии в соответствии с условиями стратегии путем возврата ему суммы первоначальных инвестиций в размере 325 170,08 долларов США, а также о выплате ему соответствующего вознаграждения на основании разницы стоимости акций ПАО «Газпром» на момент погашения ADR и стоимости приобретения ADR либо провести конвертацию ADR в акции ПАО «Газпром» на основании котировок акций ПАО «Газпром» на московской бирже на момент официального делистинга ADR.
ДД.ММ.ГГГГФИО1 в адрес ООО «УК «Райффайзен Капитал» была направлена претензия с требованием о расторжении Договора в предусмотренном подп. 1 п. 2 ст. 450 ГК РФ порядке и возмещении убытков в размере 325 170,08 долларов США, мотивированная тем, что доверительный управляющий приобрел бонусные ноты на условиях явно неблагоприятных для клиента, так, в соответствии с положением эмиссионной документации бонусных нот, при наступлении непредвиденных обстоятельств, касающихся базового актива, у эмитента появлялась значительная дискреция при осуществлении платежей, которая изначальна предусматривает огромный риск частичной или полной потери клиентом денежных средств, однако вопреки данного факта, доверительный управляющий приобрел бонусные ноты и не предпринял никаких попыток для хеджирования данных рисков, не проявив тем самым должной заботливости при заключении договора с эмитентом и приобретении бонусных нот. Вместе с тем доверительный управляющий не оспорил действия эмитента, хотя такое оспаривание могло бы защитить интересы клиента и предотвратить практически полную утрату средств, нарушив тем самым, стандарт поведения, предписанных договором.
Отклоняя доводы истца о совершении ответчиком действий по приобретению бонусных нот на депозитарные расписки ПАО «Газпром» без его одобрения, суд исходил из того, что деятельность доверительного управляющего определяется исключительно интересами выгодоприобретателя, при этом доверительное управление в данном случае подлежало осуществлению в пределах тех условий, которые были определены заключенным между сторонами Договором, предусматривающего, в частности, право доверительного управляющего ООО «УК «Райффайзен Капитал» активного управления переданными или приобретенными активами клиента ФИО1, не зарегламентированного при этом обязанностью последнего необходимостью получения согласия клиента на осуществление того или иного действия, в том числе, приобретением или использованием определенного финансового актива (в данном случае, структурных облигаций с базовым активом акции ПАО «Газпром» или структурных облигаций с базовым активом депозитарных расписок ПАО «Газпром»).
Доводы стороны истца о нарушении ответчиком условий договора ввиду приобретения последним бонусных нот на депозитарные расписки, а не акции ПАО «Газпром», суд признал несостоятельными, поскольку анализ заключенного между сторонами договора указывает на то, что такие доводы обусловлены ошибочным отнесением документа, поименованным как «индикативные условия», и содержащейся в нем информации о стратегии, к составной части заключаемого Договора, при том, что ни положениями последнего, ни Заявлением, определение такому понятию как «индикативные условия» или отнесение его к неотъемлемой части Договора, например, к приложению, не содержится, тогда как иными неотделимыми документами, а именно –инвестиционной декларацией, установлено право доверительного управляющего на приобретении бонусных нот на депозитарные расписки. Более того, как следует из обращения истца в АО «Райффайзенбанк» от ДД.ММ.ГГГГ, последний знал и был проинформирован о сущности и содержании выбираемой им стратегии управления, в том числе, о составе его инвестиционного портфеля.
Суд учел доводы ответчика об отсутствии у ООО «УК «Райффайзен Капитал» ответственности за возникшие в результате осуществления доверительного управления убытки, поскольку таковые обусловлены возникшими форс-мажорными обстоятельствами, а именно действиями по приостановке торговли депозитарными расписками Лондонской фондовой биржи, а также действиями компании EFG International Finance (Guernsey) Ltd, которая досрочно погасила структурные облигации, что в свою очередь, в соответствии принятыми истцом условиями договора, а также п.п. 4, 5 декларацией о рисках, освобождает ответчика от ответственности, при этом правомерность действий эмитента является предметом рассмотрения инициированного ДД.ММ.ГГГГ ООО «УК «Райффайзен Капитал» искового заявления в Арбитражный суд <адрес>, что вопреки доводам истца, является допустимой и достаточной мерой защиты.
Поскольку в ходе судебного разбирательства не было установлено существенных нарушений ответчиком условий Договора, суд отказал истцу в удовлевторении требований о расторжении Договора.
Так как не было установлено обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии у доверительного управляющего при доверительном управлении имуществом должной заботливости об интересах выгодоприобретателя, суд отказал истцу во взыскании убытков и процентов за пользование чужими денежными средствами.
Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции полагает, что суды правильно определили обстоятельства, имеющие значение для дела, и дали толкование норм материального права, подлежащих применению к отношениям сторон. Судебное постановление соответствуют требованиям статей 195, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Доводы кассационной жалобы не содержат правовых оснований к отмене обжалуемых судебных постановлений. Они были предметом рассмотрения судов и правомерно признаны несостоятельными по основаниям, подробно приведенным в мотивировочной части решения и апелляционного определения. По существу кассационная жалоба сводится к изложению обстоятельств, исследованных судами, и к выражению несогласия заинтересованной стороны с оценкой представленных по делу доказательств, данной судами.
Вопреки доводам жалобы судами дана оценка всем представленным доказательствам по делу, несогласие заявителя с выводами суда, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих к применению к спорным правоотношениям, не свидетельствуют о нарушениях судом норм материального или процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.
Доводы кассационной жалобы о том, что суд ошибочно указал на прекращение договора его исполнением, основанием для отмены постановленных судебных актов не являются, поскольку на законность постановленных актов не влияет.
Доводы в кассационной жалобе о том, что суд первой инстанции должен был назначить по делу судебную психиатрическую экспертизу, что не сделал, не могут служить основанием к отмене судебных постановлений ввиду следующего.
Доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию с принятыми по делу судебными актами и выводы судов не опровергают, не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального или процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.
В силу конституционной природы правосудия, вытекающей из фундаментального права каждого на защиту его прав и свобод в суде, вышестоящий суд, выявив основания для отмены или изменения проверяемого судебного решения (статьи 330, 379.7, 391.9 и 392 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), во всех случаях обязан осуществить возложенные на него полномочия и отменить или изменить ошибочный судебный акт с тем, чтобы не допустить его существования в правовом поле, учитывая обязательность судебных решений для всех без исключения органов государственной власти и местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций (статья 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В то же время основания для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции закреплены в статье 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Иная точка зрения заявителя на то, как должно было быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены или изменения судебного постановления нижестоящего суда.
В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1).
В пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ№ «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции» разъяснено, что кассационный суд общей юрисдикции согласно части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.
Иная оценка кассационным судом общей юрисдикции доказательств по делу и установление новых фактов не допускаются. Однако, если судами первой и (или) апелляционной инстанций допущены нарушения норм процессуального права при исследовании и оценке доказательств (например, судебное постановление в нарушение требований статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основано на недопустимых доказательствах), кассационный суд общей юрисдикции учитывает эти обстоятельства при вынесении кассационного определения.
Таким образом, переоценка доказательств не отнесена процессуальным законом к полномочиям суда кассационной инстанции. При этом не усматривается, что судами допущены нарушения норм процессуального права при исследовании и оценке доказательств, в частности, требований статьи 60, которые могли бы в силу части 3 статьи 379.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации явиться основанием для отмены судебного постановления судом кассационной инстанции.
С учетом изложенного, оснований для отмены обжалуемых судебных постановлений в кассационном порядке не имеется.
Руководствуясь статьями 379.6, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции
определила:
решение Пресненского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.
Председательствующий /подпись/
Судьи /подписи/
Копия верна.
Судья А.В. Васев