Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ДЭМ», общества с ограниченной ответственностью «Стоматологическая клиника Эдельвейс-1» (далее по тексту - ООО «СК Эдельвейс-1») на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 05.10.2020 г. по гражданскому делу № 2-19/2020 по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ДЭМ», общества с ограниченной ответственностью «Стоматологическая клиника Эдельвейс-1» к ФИО1 о признании права общей долевой собственности на общее имущество.

Заслушав доклад судьи Семёнцева С.А., объяснения представителя истцов ООО «ДЭМ», ООО «СК Эдельвейс-1» ФИО2, действующей на основании доверенностей № 31/01 от 24.12.2020 г., б/н от 31.01.2021 г., диплома ДВС № 1624360 от 22.06.2002 г., представителя ответчика ФИО1 – ФИО3, действующего на основании доверенности 63АА № 5565899 от 16.09.2019 г., проверив материалы дела, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Истцы ООО «ДЭМ», ООО «СК Эдельвейс-1» обратились в суд с иском к ФИО1 о признании права общей долевой собственности на общее имущество, выдел его из собственности ФИО1, установлении сервитута на помещения ответчика для осуществления доступа в общее помещение теплоузла.

В обоснование иска указано, что они являются собственниками нежилых помещений в здании, находящемся по адресу: <адрес>, ООО «ДЭМ» принадлежат нежилые помещения с кадастровыми номерами №, общей площадью 828,8 кв.м. - 52,2 % от общей площади здания, ООО «СК Эдельвейс-1» принадлежит нежилое помещение с кадастровым номером №, общей площадью 309,9 кв.м - 19,5 % от общей площади здания; ФИО4 (третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора) принадлежит нежилое помещение с кадастровым номером №, общей площадью 143,6 кв.м - 9 % от общей площади здания; ФИО1 принадлежит на праве собственности спорное помещение площадью 306,5 кв.м. - 19,3% от общей площади здания. В комнате № 14, площадью 26,1 кв.м., расположено оборудование теплового узла, а также ввод в здание основных коммуникаций, обслуживающих все здание. Ответчик в июне 2019 г. направил истцам уведомления о том, что с 01.09.2019 г. он отказывается размещать в своих помещениях оборудование теплового узла, потребовав демонтажа всех инженерных коммуникаций и переноса их в помещения, которые ему не принадлежат. Тем самым ответчик лишил остальных собственников доступа в помещение теплового узла для осуществления эксплуатации (технического обслуживания) оборудования теплового узла и вводных коммуникаций, обеспечивающих работоспособность инженерных систем всего здания, помещение теплового узла № 14 является долевой собственностью всех собственников, в связи с чем, просили удовлетворить иск.

Решением Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 22.06.2020 г. исковые требования ООО «ДЭМ», ООО «СК Эдельвейс-1» к ФИО1 удовлетворены.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 05.10.2020 г. решение Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 22.06.2020 г. отменено, принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ООО «ДЭМ», ООО «СК Эдельвейс-1» к ФИО1 о признании права общей долевой собственности на общее имущество здания отказано.

Не согласившись с указанным апелляционным определением, ООО «ДЭМ», ООО «СК Эдельвейс-1» обратились в суд с кассационной жалобой, в которой просят его отменить, ссылаясь на нарушение судом норм материального права, оставить решение суда первой инстанции без изменения. Полагают, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Указывают, что при приобретении ФИО1 недвижимого имущества ему было известно, что в комплексе приобретаемых им помещений содержится техническая комната №14, в которой расположен тепловой узел и коммуникации, обслуживающие всё здание, являющиеся долевой собственностью всех собственников, равно как и помещение (комната) теплового узла; на дату регистрации 30.11.2010 г. права собственности ФИО1 на спорное помещение, право общей долевой собственности ООО «ДЭМ», ООО «СК «Эдельвейс-1» на общее имущество в здании, неразрывно связанное с правом собственности на их помещения в здании, уже существовало; истцы, иные собственники помещений в здании, согласия на исключение спорного помещения из состава общего имущества, не давали. Полагают, что в сложившейся ситуации, когда ответчик создает препятствия в использовании общего имущества, установление сервитута для доступа к нему является надлежащим способом восстановления нарушенного права истцов. Отменяя решение суда первой инстанции и указывая на ненадлежащий способ защиты своего права, апелляционный суд фактически оставил имеющийся между сторонами спор не разрешенным.

В судебном заседании представитель истцов ООО «ДЭМ», ООО «СК Эдельвейс-1» ФИО2 кассационную жалобу поддержала по изложенным в ней основаниям.

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания извещены надлежащим образом. Ходатайств об отложении рассмотрения кассационной жалобы до начала судебного заседания от них не поступало.

В соответствии со статьей 167, частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц, надлежащим образом извещенных о дне слушания дела.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению.

В силу части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения допущены судом апелляционной инстанции по настоящему делу.

Как следует из материалов дела и установлено судами, нежилое здание общей площадью 1584,7 кв.м, с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, введено в эксплуатацию в 1979 году. Истцы, наряду с ответчиком и 3-м лицом – ФИО4 являются собственниками помещений в данном здании на праве общей долевой собственности.

Согласно плана подвала технического паспорта на данное здание по состоянию на 31.10.1996 г. и на 18.03.2013 г. спорное помещение учтено как помещение № 5 (14), площадью 26,1 кв.м., назначение теплоузел. Данное помещение является частью нежилого помещения с кадастровым номером №, принадлежащего ФИО1 на основании договора купли-продажи нежилого помещения № 12 от 08.11.2010 г. с ООО «Жилстрой Плюс», запись регистрации от 30.11.2010 г.

В 2017 г. на основании технических условий ПАО «Т Плюс» № 1207 от 12.05.2017 г. собственники нежилых помещений совместно произвели модернизацию теплового узла, установив необходимые приборы учета тепловой энергии, распределив расходы исходя из площадей помещений, принадлежащих каждому из собственников в здании.

На основании совместного заявления ООО «ДЭМ», ООО «СК Эдельвейс-1», ФИО1 от 01.11.2018 г. ПАО «Т Плюс» произведен перерасчет стоимости тепловой энергии за 2017-2018 гг. согласно показаниям прибора учета, в отопительном периоде 2018-2019 гг. при расчетах стоимости тепловой энергии учитываются показания прибора учета тепловой энергии.

В январе 2019 г. ответчик уведомил собственников здания о том, что поскольку собственники прекратили оплату аренды помещения, находящегося в его собственности, где расположен тепловой узел, узел входа холодной воды и узел канализационных стоков, по окончанию теплового сезона 2018-2019 гг., он отказывает в аренде помещения для размещения инженерных коммуникаций теплового узла с 01.09.2019 г. и планирует использовать его для спортивных мероприятий, в срок до 01.10.2019 г. потребовал освободить помещение и расположить теплоузел в другом месте.

Разрешая спор и удовлетворяя требования истцов, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 274, 277, 289, 290 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 64 от 23.07.2009 г. «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания», исходил из того, что приобретая недвижимое имущество, ФИО1 было известно, что в комплексе приобретаемых им помещений содержится техническая комната № 14, в которой расположен тепловой узел и коммуникации, обслуживающие всё здание и являющиеся долевой собственностью всех собственников, на дату регистрации 30.11.2010 г. права собственности ФИО1 на спорное помещение, право общей долевой собственности ООО «ДЭМ», ООО «СК «Эдельвейс-1» на общее имущество в здании, в т.ч. и спорный теплоузел уже существовало в силу закона, а истцами обоснована необходимость посещения теплового узла один раз в месяц на 8 часов в рабочее время для фиксации показаний приборов учета и ежегодной профилактики системы теплового узла, в том числе с установлением бессрочного права на ограниченное пользование частью помещения ответчика - комнатами №№ 13, 16 для прохода к теплоузлу.

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда с данными выводами районного суда не согласилась, отменив его решение и отказав в удовлетворении заявленных исковых требований. При этом суд второй инстанции исходил из того, что ответчик является собственником спорного нежилого помещения на законном основании, сделки купли-продажи приобретенного им объекта недвижимости никем не оспорены и незаконными не признаны, спорное помещение № 14 не сформировано как самостоятельный объект недвижимости, подвальное помещение, как объект недвижимости с самостоятельным назначением, используется не только с целью обслуживания нежилого здания, установление сервитута в отношении помещений, относящихся к общему имуществу в нежилом здании, законодательством не предусмотрено. Также апелляционный суд отметил, что при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции не указал, является ли рассматриваемый случай исключительным, а предоставление такого права истцам - единственным способом обеспечения исполнения функции содержания общего имущества собственников помещений в здании, а также является ли возможным для обеспечения иного способа доступа к общему имуществу здания, основания для удовлетворения заявленного иска о разделе спорного помещения площадью 26,1 кв.м. - теплового узла № 14, прекращении права собственности ответчика на него не установлены, а выбранный истцами способ защиты своего права не соответствует конкретному виду сложившихся между сторонами правоотношений.

Суд кассационной инстанции с данными выводами апелляционного суда согласиться не может.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 г. № 29 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции» разъяснено, что при рассмотрении кассационных жалобы, представления с делом суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, а также исследовать новые доказательства (ч. 2 ст. 390 ГПК РФ). Вместе с тем, если судом кассационной инстанции будет установлено, что судами первой и (или) апелляционной инстанций допущены нарушения норм процессуального права при исследовании и оценке доказательств, приведшие к судебной ошибке существенного и непреодолимого характера (например, судебное постановление в нарушение требований статьи 60 ГПК РФ основано на недопустимых доказательствах), суд учитывает эти обстоятельства при вынесении кассационного постановления (определения).

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4).

Частью 4 статьи 198 данного кодекса установлено, что в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

Согласно части 1 статьи 195 этого же кодекса решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 г. № 23 «О судебном решении», решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59 - 61 и 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что суд оценивает доказательства и их совокупность по своему внутреннему убеждению, однако это не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Результаты оценки доказательств суд должен указать в мотивировочной части судебного постановления, в том числе доводы, по которым он отвергает те или иные доказательства или отдает предпочтение одним доказательствам перед другими.

По мнению судебной коллегии кассационного суда, обжалуемый судебный акт указанным требованиям не соответствует.

Как разъяснено в пунктах 1 - 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 г. № 64 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания» отношения собственников помещений, расположенных в нежилом здании, возникающие по поводу общего имущества в таком здании, прямо законом не урегулированы. Поэтому в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации к указанным отношениям подлежат применению нормы законодательства, регулирующие сходные отношения, в частности статьи 249, 289, 290 Гражданского кодекса Российской Федерации. В силу изложенного собственнику отдельного помещения в здании во всех случаях принадлежит доля в праве общей собственности на общее имущество здания.

При рассмотрении споров судам следует исходить из того, что к общему имуществу здания относятся, в частности, помещения, предназначенные для обслуживания более одного помещения в здании, а также лестничные площадки, лестницы, холлы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном здании оборудование (технические подвалы), крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции этого здания, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения.

Право общей долевой собственности на общее имущество принадлежит собственникам помещений в здании в силу закона вне зависимости от его регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В пункте 9 указанного постановления сказано, что в судебном порядке рассматриваются споры о признании права общей долевой собственности на общее имущество здания, в том числе в случаях, когда в реестр внесена запись о праве индивидуальной собственности на указанное имущество. Если общим имуществом владеют собственники помещений в здании (например, владение общими лестницами, коридорами, холлами, доступ к использованию которых имеют собственники помещений в здании), однако право индивидуальной собственности на общее имущество зарегистрировано в реестре за одним лицом, собственники помещений в данном здании вправе требовать признания за собой права общей долевой собственности на общее имущество. Суд рассматривает это требование как аналогичное требованию собственника об устранении всяких нарушений его права, не соединенных с лишением владения (ст. 304 ГК РФ).

Если лицо, на имя которого в реестр внесена запись о праве индивидуальной собственности на помещение, относящееся к общему имуществу, владеет таким помещением, лишая других собственников доступа в это помещение, собственники иных помещений в данном здании вправе обратиться в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения (ст. 301 ГК РФ) и о признании права общей долевой собственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 274 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник недвижимого имущества (земельного участка, другой недвижимости) вправе требовать от собственника соседнего земельного участка, а в необходимых случаях и от собственника другого земельного участка (соседнего участка) предоставления права ограниченного пользования соседним участком (сервитута).

Сервитут может устанавливаться для обеспечения прохода и проезда через соседний земельный участок, прокладки и эксплуатации линий электропередачи, связи и трубопроводов, обеспечения водоснабжения и мелиорации, а также других нужд собственника недвижимого имущества, которые не могут быть обеспечены без установления сервитута.

Пунктом 3 статьи 274 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сервитут устанавливается по соглашению между лицом, требующим установления сервитута, и собственником соседнего участка и подлежит регистрации в порядке, установленном для регистрации прав на недвижимое имущество.

Таким образом, установление сервитута, т.е. права ограниченного пользования чужим недвижимым имуществом, в том числе для обеспечения доступа к общему имуществу собственников нежилых помещений в здании, не противоречит действующему законодательству.

По смыслу указанных норм права и разъяснений по их применению юридически значимыми и подлежащими установлению для разрешения спора по настоящему делу являлось выяснение, в том числе при необходимости с привлечением экспертов, относится ли спорное помещение теплоузла площадью 26,1 кв.м., к общему имуществу собственников помещений здания либо таковым является только оборудование теплоузла, предназначено ли изначально при строительстве здания данное помещение исключительно для размещения общедомовых коммуникаций, изменилось ли его назначение при проведенной впоследствии реконструкции здания, возможен ли перенос оборудования в иное помещение с сохранением его целевого назначения для обеспечения теплом всего здания. Как следствие, в зависимости от указанных обстоятельств, зависит и разрешение иных заявленных истцами требований.

Между тем, данные обстоятельства ни судом первой, ни судом второй инстанции определены не были.

Пункт 1 статьи 274 Гражданского кодекса Российской Федерации оговаривает примерный перечень случаев, предполагающих установление сервитута, а также вводит критерии оценки иных потребностей, при наличии которых собственник недвижимости может требовать предоставления ему права ограниченного пользования чужим имуществом.

Из указанной нормы права следует, что сервитут может быть установлен судом в исключительных случаях, когда предоставление этого права является единственным способом обеспечения основных потребностей истца как собственника недвижимости. Сервитут должен быть наименее обременительным для ответчика, поэтому при определении содержания этого права и условий его осуществления суд обязан исходить из разумного баланса интересов сторон спора с тем, чтобы это ограниченное вещное право, обеспечивая только необходимые нужды истца, не создавало существенных неудобств для собственника обслуживающего земельного участка.

Отменяя решение суда первой инстанции апелляционный суд отметил, что при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции не указал, является ли рассматриваемый случай исключительным для установления сервитута, а предоставление такого права истцам - единственным способом обеспечения исполнения функции содержания общего имущества собственников помещений в здании, а также является ли возможным для обеспечения иного способа доступа к общему имуществу здания, а выбранный истцами способ защиты своего права не соответствует конкретному виду сложившихся между сторонами правоотношений.

Обращаясь в суд с вышеуказанными исковыми требованиями и обосновывая свою позицию об обеспечении доступа к общему имуществу через помещения ответчика, истцы ссылались на представленные технические планы, согласно которым доступ в комнату теплоузла № 14 возможен только через помещения № 13 и 16 (по тех. плану 2013 г.), а также направленные ответчиком письма о прекращении доступа к помещению теплоузла в связи с намерением использовать комнату по иному назначению.

Исходя из части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания необходимости установления сервитута и невозможности использования недвижимого имущества без установления права ограниченного пользования чужим имуществом лежит на истце, требующем установления сервитута, а на ответчике лежит обязанность доказать, что доступ в помещение, в котором находится общее имущество, возможен иным путем нежели обременение сервитутом, а также представить доказательства возможности демонтажа и переноса оборудования теплоузла без потери функциональности данной системы для обогрева всего здания, на что ссылался ответчик.

Между тем, материалы дела не содержат каких – либо доказательств, опровергающих представленные истцами технические планы, которые иных способов обеспечить доступ к помещению № 14 теплоузла не предусматривают. Мотивы, по которым апелляционный суд отверг данные доказательства и позицию истцов, в обжалуемом судебном акте со ссылкой на какие – либо доказательства не приведены.

Защита гражданских прав осуществляется способами, закрепленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также иными способами, предусмотренными законом.

Вместе с тем способы защиты гражданских прав могут предопределяться правовыми нормами, регулирующими конкретные правоотношения, в связи с чем стороны правоотношений вправе применить лишь определенный способ защиты права.

Гражданские права защищаются с использованием способов защиты, которые вытекают из существа нарушенного права и характера последствий этого нарушения. Выбор способа защиты права осуществляется истцом. При этом избранный истцом способ защиты должен быть соразмерен нарушению, отвечать целям восстановления нарушенного права лица (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пунктах 1 и 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 года № 23 «О судебном решении», решение является актом правосудия, окончательно разрешающим дело.

Апелляционный суд, приходя к выводу о том, что истцами выбран ненадлежащий способ защиты нарушенного права, несмотря на то, что установление сервитута для обеспечения доступа к общим помещениям не противоречит законодательству, иной способ, которым, по мнению суда, истцы добьются восстановления нарушенного права не указал, фактически оставив имеющийся между сторонами спор не разрешенным.

Допущенные нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, в связи с чем, поскольку повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, суд кассационной инстанции приходит к выводу о необходимости отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 05.10.2020 г. с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение в суд второй инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует установить юридически значимые по делу обстоятельства, правильно распределить между сторонами бремя доказывания и разрешить спор в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и подлежащими применению нормами права.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 379.5, 379.6, 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного суда от 05.10.2020 г. отменить, направить гражданское дело на новое апелляционное рассмотрение в Самарский областной суд.

Председательствующий С.А. Семёнцев

Судьи И.М. Ромасловская

О.И. Никонова

Постановление18.03.2021