Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №RS0№-32 по иску В.О.В. к Б.А.А., К.Т.А. о расторжении договора купли-продажи, признании сделки недействительной, прекращении права по кассационной жалобе В.О.В. на решение Шелеховского городского суда Иркутской области от 25 сентября 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 24 декабря 2019 г.

Заслушав доклад судьи Папушиной Н.Ю.,

установила:

В.О.В. обратилась с иском к Б.А.А., Т.Д.Л., К.Т.А. о расторжении договора купли-продажи, признании сделки ничтожной, применении последствий недействительности сделок. В обоснование требований истицей указано, что являясь собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, 4-24-41, решила распорядиться данной квартирой путем продажи. К ней обратился Б.А.А. и после просмотра квартиры, выразил желание её купить. Ответчик убедил истицу заключить договор купли-продажи, обещав выдать расписку с обязательством о фактической передаче денег за квартиру до ДД.ММ.ГГГГ, с чем она согласилась, и ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор купли-продажи.

Стоимость квартиры была определена в 1250000 рублей. В счет аванса Б.А.А. передал ей 50000 рулей и написал расписку-обязательство о передаче ей до ДД.ММ.ГГГГ в счет стоимости <адрес> рублей.

Однако в пункте 2.1. договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ указано, что цена продаваемой квартиры определена в размере 1000000 рублей. Учитывая, что 50000 рублей Б.А.А. передал ей ранее, расписку с обязательством передаче ей денег за проданную квартиру, он написал на 1200000 рублей, пункт 2.1 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ следует признать недействительным, а цену проданной квартиры признать согласованной в 1250000 рублей.

До настоящего времени Б.А.А. своего обязательства по договору купли-продажи не исполнил, в связи с чем, она желает его расторжения с возвратом спорной квартиры в свою собственность. Условие о стоимости является существенным условием договора купли-продажи, не получив указанную денежную сумму за проданное имущество, истица с очевидностью лишилась того, на что вправе была рассчитывать при заключении договора.

ДД.ММ.ГГГГВ.О.В. получила выписку из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) о правах на спорную квартиру, из которой следует, что в настоящее время собственником квартиры является К.Т.А., право которой было зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ

В ходе судебного разбирательства истица уточнила исковые требования, указав, что в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГТ.Д.Л. были даны пояснения по иску о том, что он передавал Б.А.А. в долг денежные средства в размере 750000 рублей. В качестве гарантии их возврата ДД.ММ.ГГГГБ.А.А. и Т.Д.Л. оформили сделку купли-продажи спорной квартиры, при этом согласовав, что после продажи квартиры третьему лицу, Т.Д.Л. заберет свои деньги. При этом Т.Д.Л. указал, что от К.Т.А. по сделке от ДД.ММ.ГГГГ он получил 750000 рублей, как возврат займа от Б.А.А., остальную сумму забрал себе Б.А.А.

Договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, по мнению истицы, является мнимой сделкой, так как был заключен без намерения создать правовые последствия. Спорное недвижимое имущество не переходило в пользование Т.Д.Л., перед покупкой он его не осматривал, в последующем никогда не пользовался, поскольку стороны не преследовали целей перехода права собственности на спорное имущество. Основанием и целью заключения сделки купли-продажи были другие обстоятельства, связанные с долговыми обязательствами, поэтому Т.Д.Л. не собирался пользоваться спорным имуществом или каким-то иным способом реализовать права собственника. По мнению истца, данной сделкой нарушено её право возврата квартиры в её собственность, как последствие расторжения договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку Б.А.А. намеренно совершил последующие сделки с квартирой.

Истица считает сделку купли-продажи квартиры между Т.Д.Л. и К.Т.А. от ДД.ММ.ГГГГ недействительной как совершенную с нарушением требований закона, поскольку Т.Д.Л. не имел права отчуждать спорную квартиру, так как сам приобрел её по ничтожной сделке. Сделками по отчуждению квартиры между Б.А.А. и Т.Д.Л., а также между Т.Д.Л. и К.Т.А. нарушены её права и интересы, поэтому защита её имущественных прав и интересов возможна только в судебном порядке. Применение последствий недействительности сделки предполагает возврат сторонам друг другу полученного по сделкам, вследствие чего, право собственности К.Т.А. подлежит прекращению, взысканию в её пользу с Т.Д.Л. стоимость квартиры в размере 1000000 рублей.

На основании изложенного В.О.В. просила суд признать пункт 2.1 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ней и Б.А.А. недействительным; признать договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ней и Б.А.А. расторгнутым; признать договор купли-продажи квартиры между Б.А.А. и Т.Д.Л. от ДД.ММ.ГГГГ недействительным в силу ничтожности по признаку мнимости; признать договор купли-продажи квартиры между Т.Д.Л. и К.Т.А. от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, как нарушающим требования закона; применить последствия недействительности сделок, возвратить стороны в первоначальное положение путем прекращения права собственности К.Т.А. на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, 4-24-41, и передачи квартиры в собственность В.О.В.

В ходе судебного разбирательства со встречным иском обратилась К.Т.А., которая просила признать её добросовестным приобретателем спорного имущества. В обоснование встречных требований истицей по встречному иску указано, что она возмездно приобрела спорное жилое помещение у лица, чей титул был зарегистрирован в ЕГРН. Из обстоятельств заключения сделки она не могла знать или предполагать о наличии притязаний относительно данного имущества, действовала с должной степенью осмотрительности и заботливости.

Решением Шелеховского районного суда Иркутской области от 25 сентября 2019 г. первоначальные исковые требования удовлетворены частично. Признан недействительным пункт 2.1. договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между В.О.В. и Б.А.А.; признан расторгнутым договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между В.О.В. и Б.А.А. В удовлетворении иных требований отказано. Встречные исковые требования удовлетворены. К.Т.А. признана добросовестным приобретателем однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, 4-24-41.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 24 декабря 2019 г. решение Шелеховского районного суда Иркутской области от 25 сентября 2019 г. оставлено без изменения.

В кассационной жалобе В.О.В. изложена просьба об отмене обжалуемых судебных постановлений в части отказа в удовлетворении требований и вынесении нового судебного акта. Автор жалобы полагает, что судами допущено неправильное применение норм материального права. Так, расторгнув договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, суды должны были возвратить спорную квартиру в собственность истицы по правилам о взыскании неосновательного обогащения. Не учли суды и то обстоятельство, что сделка между Б.А.А. и Т.Д.Л. является ничтожной, чему оценка дана не была. Не согласен податель жалобы и с выводами судами относительно признания К.Т.А. добросовестным приобретателем, полагает, что исходя из обстоятельств совершения сделки, она не предприняла всей полноты заботливости и осмотрительности.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда (http://8kas.sudrf.ru), не явились. От В.О.В. поступило ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие. Иные лица, участвующие в деле, об уважительности причин неявки суду не сообщили, об отложении судебного разбирательства не просили, в связи с чем, руководствуясь статьей 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для её удовлетворения, исходя из следующего.

Согласно положениям части 1 статьи 379.7 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Правилами части 1 статьи 379.6 ГПК РФ определено, что кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Судами установлено, что В.О.В., на основании свидетельства о праве на наследство по закону являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, 4-24-41, состоящей из одной комнаты, общей площадью 29,7 кв.м. Право собственности на указанный объект недвижимости за В.О.В. в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ между В.О.В. и Б.А.А. был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, 4-24-41. Согласно пункту 2.1. договора цена квартиры определена сторонами в размере 1000000 рублей. Расчет между сторонами произведен в полном объеме наличными денежными средствами до подписания договора. Из акта приема-передачи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что продавец передал, а покупатель принял вышеуказанную квартиру. Регистрация права собственности Б.А.А. на данное жилое помещение произведена в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ

Согласно расписке Б.А.А. от ДД.ММ.ГГГГ последний обязался уплатить В.О.В. денежные средства за проданную квартиру по адресу: <адрес>, 4-24-41, в сумме 1250000 рублей в срок до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14 т. 1).

ДД.ММ.ГГГГ между Б.А.А. и Т.Д.Л. заключен договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, 4-24-41. Цена договора установлена сторонами в сумме 1000000 рублей, которые уплачены покупателем до подписания договора купли-продажи. Расчет произведен полностью. Сторонами подписан акт приема-передачи квартиры. Государственная регистрация права собственности Т.Д.Л. произведена ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГТ.Д.Л. заключил с К.Т.А. договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, 4-24-41. Цена квартиры определена сторонами в сумме 1000000 рублей, которые уплачены покупателем в полном объеме. Государственная регистрация права собственности К.Т.А. на квартиру произведена ДД.ММ.ГГГГ

Частично удовлетворяя исковые требования, суды обеих инстанций установили, что В.О.В. имела намерение произвести отчуждение принадлежащей ей на праве собственности однокомнатной квартиры. С этой целью ею был заключен договор купли-продажи с Б.А.А., где стороны занизили реальную цену продаваемого имущества, указав вместо 1000000 рублей вместо 1250000 рублей. О действительной стоимости квартиры Б.А.А. была выдана расписка со сроком погашения долга до ДД.ММ.ГГГГ, что было расценено судами в качестве основания для признания условия договора о цене квартиры недействительным. Признавая договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ расторгнутым, суды исходили из существенного нарушения Б.А.А. его условий, в результате чего истица по первоначальному иску лишилась получения причитающейся ей цены квартиры. Выводы судов в указанной части подателем жалобы не оспариваются, и как следствие судом кассационной инстанции на основании части 1 статьи 379.6 ГПК РФ не проверяются.

Отказывая в удовлетворении требований о признании сделок между Б.А.А. и Т.Д.Л., Т.Д.Л. и К.Т.А. недействительными, суды исходили из отсутствия у В.О.В. материальной предпосылки права на иск, поскольку она не является стороной данных сделок. Кроме того, судами принято во внимание удовлетворение встречных требований К.Т.А. о признании её добросовестным приобретателем.

Разрешая встречные исковые требования, суды пришли к выводу, что К.Т.А. при оформлении договора купли-продажи осматривала спорную квартиру, воспользовалась услугами агентства недвижимости, уплатила стоимость квартиры в полном объеме в размере 1134750 рублей, была ознакомлена со всеми правоустанавливающими документами на объект недвижимого имущества, т.е. действовала с должной степенью заботливости и осмотрительности, каковая требовалась из обстоятельств совершения сделки.

На основании пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Вместе с тем, судами установлено, что в настоящее время фактическим владельцем спорного имущества является К.Т.А., которая проживает в квартире (л.д. 214 т. 1). Следовательно, спор о принадлежности данной вещи не может быть решен путем предъявления иска о реституции по каждому из заключенных договоров купли-продажи, что было принято судами во внимание. Суды также учли, что после расторжения договора возможен не только возврат неосновательно полученного в натуре, но и возмещение неосновательного обогащения в денежной форме.

На основании статьи 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли (пункт 1 статьи 302 ГК РФ).

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в Обзоре судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 01 октября 2014 г., исходя из смысла данных законоположений суду следует установить: 1) факт выбытия имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли; 2) возмездность (безвозмездность) приобретения имущества; 3) знал ли приобретатель или не знал и не должен был знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение.

Приобретатель не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если такие притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными.

При этом согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ истец должен доказывать наличие у него права собственности либо основания законного владения в отношении истребуемого жилого помещения, факт наличия этого имущества у незаконного владельца и выбытие имущества из его владения помимо воли. Обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности приобретателя, подлежат доказыванию истцом (Обзор судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от граждан по искам государственных органов и органов местного самоуправления, Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 г.).

В силу разъяснений, данных в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 22 июня 2017 г. № 16-П, добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума № 25 указал, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Поскольку судами было установлено, что К.Т.А. не была знакома со сторонами спора, приобретала квартиру через квалифицированного посредника (агентство недвижимости), уплатила её рыночную стоимость, не была осведомлена о наличии денежного долга Б.А.А. перед истицей за отчужденное имущество, учитывая публичную достоверность ЕГРН, содержащую сведения о праве Т.Д.Л. на спорное жилое помещение, суды пришли к выводу о признании ответчицы добросовестным приобретателем. При этом судами принято во внимание, что каких-либо доказательств, опровергающих должную заботливость и осмотрительность К.Т.А., при приобретении спорной квартиры, истица суду не представила.

Выводы судов мотивированы и в кассационной жалобе по существу не опровергнуты. Нарушения требований статей 56, 59, 60, 67 ГПК РФ при сборе и оценке доказательств, а равно нарушения норм материального права, судами допущено не было.

Доводы же о несогласии с выводами судов относятся к оценке доказательств и установлению фактических обстоятельств дела, а следовательно, не могут являться основанием для пересмотра судебных постановлений, поскольку в соответствии с частью 3 статьи 390 ГПК РФ суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств над другими.

Следует отметить, что принцип правовой определенности, являющийся гарантией верховенства права, предполагает, что стороны не вправе требовать пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений только в целях проведения повторного слушания и получения нового судебного постановления другого содержания. Иная точка зрения на то, как должно было быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены или изменения вступившего в законную силу судебного постановления нижестоящего суда. Отклонение от данного принципа допустимо исключительно при наличии существенных и неоспоримых обстоятельств и означает, что правильные по существу судебные постановления не могут быть отменены по одним только формальным соображениям.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что каких-либо доводов, свидетельствующих о допущенных по делу нарушениях норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, и оснований для отмены или изменения обжалуемых судебных постановлений кассационная жалоба не содержит, судебная коллегия не находит оснований для её удовлетворения.

Руководствуясь статьями 390, 390.1 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Шелеховского городского суда Иркутской области от 25 сентября 2019 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 24 декабря 2019 г. оставить без изменения, кассационную жалобу В.О.В. – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи