Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел гражданское дело 2-1389/2021; 55MS0086-01-2021-001129-51 по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании гарантийного депозита, процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов по оплате государственной пошлины,

по кассационной жалобе ФИО2 на решение мирового судьи судебного участка № 54 в Ленинском судебном районе города Омска от 6 августа 2021 г. и апелляционное определение Ленинского районного суда города Омска от 15 декабря 2021 г.

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО2 о взыскании гарантийного депозита, процентов за пользование чужими денежными средствами, расходов по оплате государственной пошлины.

Решением мирового судьи судебного участка № 54 в Ленинском судебном районе города Омска от 6 августа 2021 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично, с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана сумма гарантийного депозита по договору аренды от 23 сентября 2019 г. № 1 в размере 45000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 20 октября 2020 г. по 9 марта 2021 г. в размере 737, 35 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 1572, 05 рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Апелляционным определением Ленинского районного суда города Омска от 15 декабря 2021 г. решение мирового судьи судебного участка № 54 в Ленинском судебном районе города Омска от 6 августа 2021 г. оставлено без изменения.

ФИО2 обратилась в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции с кассационной жалобой, в которой поставила вопрос об отмене принятых по делу судебных актов как незаконных.

На основании части 10 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации настоящая кассационная жалоба рассматривается в суде кассационной инстанции судьей единолично без проведения судебного заседания.

Проверив материалы дела в пределах доводов кассационной жалобы, судья Восьмого кассационного суда общей юрисдикции находит жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Восьмой кассационный суд общей юрисдикции находит, что выводы судов первой и апелляционной инстанции отвечают требованиям законодательства, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 23 сентября 2019 г. между ИП ФИО2 (арендодатель) и ИП ФИО1 (арендатор) заключен договор аренды нежилого помещения 18П, общей площадью 25,6 кв. м, расположенного на первом этаже пристройки литера А2 к нежилому строению по адресу: <...> (объект аренды), подлежащего использованию под парикмахерскую, сроком на 11 месяцев, с арендной платой в размере 45000 рублей в месяц, с внесением гарантийного депозита в размере месячной арендной платы (л.д. 9-18).

В соответствии с актом приема-передачи от 23 сентября 2019 г. объект аренды с находящимся в нем имуществом и оборудованием согласно перечню передан арендатору (л.д. 33-35).

Согласно уведомлению от 4 августа 2021 г. № № в ЕГРН сведения об объекте аренды - нежилом помещении 18П, расположенном на первом этаже пристройки литера А2 к нежилому строению по адресу: <адрес>, его правообладателе отсутствуют (л.д. 108).

Указанное нежилое помещение является пристройкой, в качестве объекта права не зарегистрировано, располагается на принадлежащем ФИО2 на основании свидетельства о государственной регистрации права № от 16 мая 2011 г. земельном участке по адресу: <адрес>, площадью 640 кв. м, предназначенном для эксплуатации расположенных на этом участке трехэтажного здания магазина с офисами и складского помещения, что следует из пояснений представителя ответчика в суде первой инстанции.

Сторонами не оспаривалось, что во исполнение п. 7.1 договора аренды от 23 сентября 2019 г. арендатором 20 сентября 2019 г. внесен гарантийный депозит в размере 45 000 рублей.

В соответствии п. 12 Распоряжения Губернатора Омской области от 3 апреля 2020 г. № 37-р «О внесении изменений в распоряжение Губернатора Омской области от 17 марта 2020 года № 19-р» (с учетом Распоряжения от 17 апреля 2020 г. № 46-р), в связи с введением на территории Омской области в целях предотвращения распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) режима повышенной готовности временно приостановлена с 28 марта по 30 апреля 2020 г., в том числе деятельность: парикмахерских, салонов красоты, спа-центров, массажных кабинетов и других аналогичных объектов.

Судами первой и апелляционной инстанции установлено, как следует из материалов дела, 26 апреля 2020 г. ФИО1 в адрес ФИО2 направлено заявление, содержащее со ссылкой на статью 19 Федерального закона от 1 апреля 2020 г. № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций», п. 12 Распоряжения Губернатора Омской области от 3 апреля 2020 г. № 37-р «О внесении изменений в распоряжение Губернатора Омской области от 17 марта 2020 г. № 19-р», п. 9 Постановления Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 г. № 434 «Об утверждении перечня отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции» предложение о заключении дополнительного соглашения к договору аренды от 23 сентября 2019 г. о предоставлении арендных каникул и снижении арендной платы, зачете уплаченной за апрель 2020 г. арендной платы в счет оплаты за последующие объявленные рабочими месяцы, в случае отказа - о расторжении договора аренды досрочно в связи с форс-мажорными обстоятельствами, с возвратом уплаченного гарантийного депозита в размере 45000 рублей (л.д. 7-8).

Согласно ответу ФИО2 от 30 апреля 2020 г. на указанное заявление положения Постановления Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 г. № 434 «Об утверждении перечня отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции» подлежат применению исключительно в отношении кредитных договоров, на отношения в рамках договора аренды от 23 сентября 2019 г. не распространяются, положения статьи 19 Федерального закона от 1 апреля 2020 г. № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» не предусмотрены случаи освобождения от уплаты арендной платы (арендных каникул), предложено рассмотреть вопрос о снижении размера арендой платы (л.д. 109).

Исходя из буквального толкования содержащихся в заявлении ФИО1 от 26 апреля 2020 г. слов и выражений, а также приведенных норм, следует, что в нем идет речь помимо уменьшения размера арендной платы о предоставлении отсрочки ее уплаты. Из представленных ФИО1 в материалы дела видеозаписей, содержащихся на оптическом компакт-диске, и пояснений ФИО1 в судебном заседании следует, что в период с 1 мая 2020 г. по 4 мая 2020 г. ею предпринимались попытки получить доступ в арендованное помещение, в выдаче ключей от которого вахтерами бизнес-центра ей отказано (л.д. 121).

В соответствии с истребованными судом первой инстанции копиями материалов номенклатурного дела ОП № 9 УМВД России по городу Омску 1 мая 2020 г. в 19 часов 47 минут в дежурную часть ОП № 9 УМВД России по городу Омску поступило сообщение ФИО1 по факту недопуска в салон красоты «Эгоистка» по адресу: <адрес>, от ФИО1, 1 мая 2020 г. принято заявление о привлечении к ответственности администрации бизнес-центра «Гостиный двор» (зарегистрировано в КУСП за № 11371, талон уведомление № 594) по факту ограничения доступа в арендуемое помещение, последняя опрошена, на основании рапорта от 8 мая 2020 г. материалы проверки приобщены к специальному номенклатурному делу (л.д. 98-105).

Исходя из пояснений ФИО1 и представленных ею сведений об обмене электронными сообщениями в период до 22 мая 2020 г. осуществлялось согласование условий оплаты арендной платы, в том числе за май 2020 года.

Согласно дополнительному соглашению от 22 мая 2020 г. к договору аренды от 23 сентября 2019 г. стороны договорились:

- арендную плату за апрель, май и июнь 2020 года установить единой суммой в размере 45000 рублей, зачесть в качестве таковой арендную плату, внесенную за апрель 2020 года;

- размер арендной платы за июль, август, сентябрь 2020 года в размере 30 000 рублей;

- в случае нарушения арендатором сроков внесения арендной платы за июль, август, сентябрь 2020 года более чем на 2 дня - считать дополнительное соглашение отмененным, руководствоваться положениями договора аренды от 23 сентября 2019 г. в редакции, действовавшей до заключения дополнительного соглашения (л.д. 74).

С учетом согласования сторонами в дополнительном соглашении от 22 мая 2020 г. к договору аренды от 23 сентября 2019 г. необходимости внесения ФИО1 арендной платы в размере 30000 рублей, в том числе за сентябрь 2020 года, действие договора сторонами распространено до 30 сентября 2020 г.

В соответствии с п. 6.2 договора аренды от 23 сентября 2019 г. о желании расторгнуть договор по истечении срока его действия стороны уведомляют друг друга в порядке, предусмотренном п.п. 6.5, 6.8 настоящего договора (п. 6.8 в договоре отсутствует). Уведомление считается направленным надлежащим образом, обеспечивающим вручение адресату при условии, если уведомление вручено нарочным способом или направлено ценным письмом с описью вложения с уведомлением о вручении.

Согласно п. 6.5 договора аренды от 23 сентября 2019 г. арендатор вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения обязательств по настоящему договору, письменно предупредив арендодателя в срок за 2 месяца в порядке, предусмотренном абз. 2 п. 6.2 настоящего договора. В случае такого одностороннего отказа договор считается расторгнутым по истечении указанного в настоящем пункте срока.

В силу п. 6.3 договора аренды от 23 сентября 2019 г. если к моменту окончания срока действия договора арендатор письменно в порядке, предусмотренном договором, не уведомил арендодателя о своем желании расторгнуть договор и продолжает пользоваться имуществом при отсутствии возражений стороны арендодателя считается возобновленным на тот же срок.

На основании уведомления от 16 июля 2020 г., поименованного «уведомление о расторжении договора аренды в связи с окончанием срока действия договора», полученного ФИО2 17 июля 2020 г., ФИО1, сообщила о намерении расторгнуть договор аренды от 23 сентября 2019 в связи с окончанием срока его действия и передать имущество по акту приема-передачи арендодателю, предъявила требование о возврате гарантийного депозита (л,д. 38).

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что с учетом установленных по делу обстоятельств, распространения отношений сторон до 30 сентября 2020 г., договор аренды от 23 сентября 2019 г. согласно волеизъявлению ФИО1 подлежал расторжению по окончанию его действия, то есть 30 сентября 2020 г.

При этом суд первой и апелляционной инстанций отклонили ссылку представителя ответчика на необходимость толкования уведомления от 16 июля 2020 г. применительно к п. 6.5 договора аренды от 23 сентября 2019 г. (направление уведомления ровно за 2 месяца), поскольку из смысла указанного пункта во взаимосвязи с п.п. 2.3.18, 6.7 договора аренды от 23 сентября 2019 г., следует, что в целях соблюдения интересов сторон, в данном случае арендодателя, подобное уведомление должно быть направлено не позднее, чем за 2 месяца до предстоящего освобождения помещения. Положения п.п. 6.5-6.7 договора аренды от 23 сентября 2019 г. с учетом их расположения после п. 6.4 договора, предусматривающего право сторон на досрочное прекращение договора, подлежат применению при подобных обстоятельствах. Исходя из п. 6.3 договора аренды от 23 сентября 2019 г., при наличии уведомления от 16 июля 2020 г. о расторжении договора, договор возобновлению на тот же срок вопреки доводам представителя ответчика не подлежал. Из представленной в материалы дела ФИО1 переписки с использованием программы обмена электронными сообщениями «WhatsApp» между абонентским номером ФИО1 № (наименование контакта «Людмила» и абонентским номером ФИО3 № (наименование контакта «ФИО4 32. ФИО5 Салон») на бумажном носителе, сверенной судом с перепиской в программе электронного устройства ФИО1, ее пояснений в судебном заседании и показаний свидетеля ФИО3 следует, что 20 сентября 2019 г. ФИО1 внесены денежные средства на основании договора, 3 апреля 2020 г. и 4 апреля 2020 ею предложено рассмотреть вопрос о предоставлении «финансовых каникул» с оплатой арендной платы после возобновления деятельности, снятия карантинных ограничений, 30 апреля 2020 ФИО3 сообщено о возможности приступить к работе в арендованном помещении, 7 мая 2020 г. ФИО3 отправлен фотофайл счета на оплату арендной платы за май 2020 года, 13 июля 2020 г. ФИО1 сообщено о намерении прекращения договорных отношении, освобождения арендованного помещения в сентябре 2020 года, на что ей указано на необходимость уведомить посредством официальной переписки, 17 июля 2020 г. ФИО3 сообщено о получении уведомления, указано на необходимость освободить помещение 18 сентября 2020 г., 10 августа 2020 г. ФИО3 сообщено о разъяснениях бухгалтера относительно возможности возврата гарантийного депозита по окончании договора, после подписания актов, 15 сентября 2020 г. дата приема-передачи объекта пересогласована на 16 сентября 2020 г., 17 сентября 2020 г. ФИО3 подтвержден факт получения заявления о возврате гарантийного депозита, передачи его юристу, 19 октября 2020 г. ФИО3 указано на отсутствие оснований, по информации юриста, для возврата гарантийного депозита (л.д. 79-86).

Несмотря на содержащееся в уведомлении от 16 июля 2020 г. однозначно сформулированное намерение ФИО1, о расторжении договора аренды от 23 сентября 2019 г. по окончании срока его действия (т.е. 30 сентября 2020 г.), соответствующая дата приема-передачи объекта аренды указана ФИО3 непосредственно по указанию ФИО2

Согласно платежному поручению № 15 от 19 августа 2020 г. ФИО1 произведена оплата арендной платы по договору за период с 01 сентября 2020 г. по 17 сентября 2020 г. (л.д. 95)

Как установлено судом первой инстанции, объект аренды с находящимся в нем имуществом и оборудованием согласно перечню передан арендодателю по акту приема-передачи от 16 сентября 2020 (л.д. 36-37). В этой связи суд первой инстанции пришел к выводу о фактическом расторжении договора аренды от 23 сентября 2019 г. сторонами досрочно по инициативе арендодателя.

Согласно п.п. 7.3 договора аренды от 23 сентября 2019 г. после сдачи объекта аренды арендодателю в соответствии с условиями договора арендатору в течение 30 календарных дней возвращается гарантийный депозит.

16 сентября 2020 г. ФИО1 в адрес ФИО2 направлено заявление о возврате гарантийного депозита в связи с прекращением договора аренды от 23 сентября 2019 г., которое оставлено без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в суд с настоящим исковым заявлением (л.д. 6).

Суд апелляционной инстанции дал оценку доводам ответчика об отсутствии в силу п. 7.4 договора аренды от 23 сентября 2019 г. оснований для возврата гарантийного депозита ввиду отсутствия нарушения арендодателем требований договора, осуществления действий по недопуску ФИО1 в арендованное помещение в период с 1 мая 2020 г. по 4 мая 2020 г., указанные доводы отклонены исходя из п. 7.6 договора аренды от 23 сентября 2019 г., предусматривающего право удержания арендодателем находящегося в объекте аренды имущества арендатора в целях обеспечения обязательств по договору, в частности оплаты арендной платы за май 2020 года. В том числе, исходя из переписки с использованием программы обмена электронными сообщениями «WhatsApp» между ФИО3 и ФИО1 30 апреля 2020 г. ФИО3 указано на возможность возобновления деятельности в арендованном помещении с 1 мая 2020 г., счет на оплату арендной платы за май 2020 года направлен 7 мая 2020 г.

Вместе с тем, истцом заявлены ко взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 17 октября 2020 г. по 9 марта 2021 г. в размере 753, 43 рублей, исходя из размера денежной суммы, подлежащей возврату - 45000 рублей, периода просрочки 144 дня.

Частью 1 ст. 19 Федерального закона от 01.04.2020 № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» установлено, что в отношении договоров аренды недвижимого имущества, заключенных до принятия в 2020 году органом государственной власти субъекта Российской Федерации в соответствии со ст. И Федерального закона от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» решения о введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации, в течение 30 дней со дня обращения арендатора соответствующего объекта недвижимого имущества арендодатель обязан заключить дополнительное соглашение, предусматривающее отсрочку уплаты арендной платы, предусмотренной в 2020 году. Требования к условиям и срокам такой отсрочки устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Согласно п. 1 Требований к условиям и срокам отсрочки уплаты арендной платы по договорам аренды недвижимого имущества, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439, данные требования применяются к условиям и срокам отсрочки уплаты арендной платы, предусмотренной в 2020 году за использование недвижимого имущества по договорам аренды недвижимого имущества, которые заключены до принятия в 2020 года органом государственной власти субъекта Российской Федерации в соответствии со ст. 11 Федерального закона от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» решения о введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации и арендаторами по которым являются организации и индивидуальные предприниматели, осуществляющие деятельность в отраслях российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции.

Согласно разделу 9 Перечня отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации 03.04.2020 № 434, к таковым отнесено предоставление услуг парикмахерскими и салонами красоты.

Отсрочка предоставляется в отношении недвижимого имущества, находящегося в государственной, муниципальной или частной собственности, за исключением жилых помещений.

Таким образом, право на отсрочку уплаты арендной платы на основании ч. 1 ст. 19 Федерального закона от 1 апреля 2020 г. № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» и на условиях, указанных в п. 3 Требований к условиям и срокам отсрочки уплаты арендной платы по договорам аренды недвижимого имущества, имеют организации и индивидуальные предприниматели - арендаторы недвижимого имущества, за исключением жилых помещений, по договорам аренды, заключенным до принятия органом государственной власти соответствующего субъекта Российской Федерации указанного в этой норме решения, которые осуществляют деятельность в отраслях российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции.

Установление наличия иных дополнительных оснований или условий для предоставления отсрочки уплаты арендной платы в силу ч. 1 ст. 19 Федерального закона от 1 апреля 2020 г. № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций», в том числе невозможности пользоваться арендованным имуществом по назначению, в соответствии с положениями указанных правовых норм не требуется.

При этом условия отсрочки, применяются к дополнительным соглашениям к договору аренды об отсрочке независимо от даты заключения такого соглашения. Стороны договора аренды могут установить иные условия предоставления отсрочки, если это не приведет к ухудшению для арендатора условий, предусмотренных указанными требованиями.

В силу ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, п.п. 43-46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст.ст. 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абз. 1 ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В силу ч. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Вместе с тем согласно ст. 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

С учетом этого суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу о частичном взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, а именно за период с 20 октября 2020 г. по 9 марта 2021 г. в размере 737,35 рублей.

Доводы кассационной жалобы о том, что суд апелляционной инстанции не принял во внимание конкретные доказательства, не являются основаниями для отмены судебных актов, так как сводятся к оценке доказательств, которым суды дали надлежащую оценку. В соответствии с частью 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими и определять, какое судебное постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела. Дополнительные доказательства судом кассационной инстанции не принимаются.

Изложенные в жалобе доводы были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, не свидетельствуют о неправильном применении ими норм права, сводятся к установлению иных обстоятельств по обособленному спору, что не входит в полномочия суда при кассационном производстве.

Вопросы доказывания и оценки доказательств, на которых основаны доводы жалобы, не составляют оснований для кассационного пересмотра апелляционного определения.

Приведенные доводы основаны на ином применении ответчика положений законодательства к установленным обстоятельствам дела, не подтверждают нарушений судами норм материального и процессуального права, повлиявших на исход дела, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов на основании статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 379.5 – 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой кассационный суд общей юрисдикции

определил:

решение мирового судьи судебного участка № 54 в Ленинском судебном районе города Омска от 6 августа 2021 г. и апелляционное определение Ленинского районного суда города Омска от 15 декабря 2021 г. оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Судья Е.В. Прудентова