Гражданский кодекс часть 1

- лица, привлекаемого к административной ответственности Р., **.**.**** года рождения, уроженца Ленинграда, зарегистрированного по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, гражданина Российской Федерации, проживающего по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, несовершеннолетних детей на иждивении не имеющего, работающего председателем постоянной комиссии по образованию и науке Законодательного собрания Санкт-Петербурга, которому были разъяснены права, предусмотренный ст.51 Конституции РФ, ст.25.1 КоАП РФ,

- защитника– адвоката Грузда Б.Б., представившего удостоверение №*** и ордер № №*** от **.**.****, рассмотрев в открытом судебном заседании дело об административном правонарушении, предусмотренном ст. 19.3 ч.1 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Р. оказал неповиновение сотрудникам полиции при исполнении ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей при следующих обстоятельствах.

В период с 14 часов 00 минут до 14 часов 15 минут **.**.****, гр. Р. находился напротив <адрес><адрес> возле «мемориала борцам революции», где добровольно присутствовал в массе граждан не менее 1000 человек с целью публичного выражения своего мнения и формирования мнения окружающих по поводу актуальных проблем общественно-политического характера о «тотальной нетерпимости коррупции», являясь участником несогласованного в установленном порядке публичного мероприятия в виде митинга, проводимого «12» июня 2017 г. по указанному адресу, проведение которого не было согласовано Комитетом по вопросам законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга в указанное время и в указанном месте, то есть митинг проводился с нарушением требований федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», а также в нарушение Указа Президента РФ от 09.05.2017 № 202 «Об особенностях применения усиленных мер безопасности в период проведения в Российской Федерации Чемпионата Мира по футболу FIFA 2018 года и Кубка Конфедераций FIFA 2017 года».При этом гр-н Р., совместно с находящимися в непосредственной близости (менее 10 метров) от него другими участниками митинга, скандирующими лозунги «Путин вор», «Путин надоел», «Беспредел», то есть, участвовал в проведении митинга, который не был согласован в установленном законом порядке с Комитетом по вопросам законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга.

Информация о нарушении требований п.1 ч. 3 ст. 6 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях» была доведена до участников мероприятия, в том числе и до гр. Р. инспектором ОООП УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга старшим лейтенантом полиции ФИО1, осуществлявшим в соответствии со ст. 2,12 федерального закона от 07.02.2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», обязанности по обеспечению правопорядка в общественных местах и предупреждению и пресечению преступлений и административных правонарушений, который неоднократно, публично, посредством громко-усиливающей аппаратуры, уведомил всех лиц, участвующих в данном митинге, в т.ч. и гр-на Р., потребовал прекратить митинг и разойтись.

Данные законные требования, гр. Р. проигнорировал, в нарушение требований ч. 3 ст. 30 федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», а также п.1 ч. 3 ст. 6 и ч.4 ст. 17 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», несмотря на то, что на прекращение данных противоправных действий у участников данного несогласованного митинга, в т.ч. и гр. Р., было не менее 5 минут, однако в указанный промежуток времени, гр-н Р. не выполнил законные требования, инспектора ОООП УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга старшего лейтенанта полиции ФИО1, о прекращении проведения несогласованного публичного мероприятия в виде митинга. В нарушение требований п.1 ч. 3 ст. 6, ч. 4 ст. 17 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», целенаправленно продолжал свое участие в несогласованном митинге, при этом, как и ранее, совместно с находящимися в непосредственной близости (менее 10 метров) от него другими участниками митинга, скандирующими лозунги «Путин вор», «Путин надоел», то есть, участвовал в проведении митинга, который не был согласован в установленном законом порядке Комитетом по вопросам законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга.

При попытке вывести его из кольца оцепления нарушителей общественного порядка, для доставления с целью составления административного протокола, физически упирался, отталкивал сотрудников полиции, хватался за форменную одежду. Своими действиями гр. Р. оказал неповиновение законному требованию сотрудников полиции в связи с исполнением им обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, нарушив требования п.1 ч.3 ст. 6, ч. 4 ст.17 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях»

Таким образом, Р. совершил административное правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 19.3 КоАП РФ.

В судебном заседании Р. свою вину в совершении инкриминированного ему правонарушения не признал и показал, что примерно после 14 часов 00 минут **.**.**** он находился на <адрес> в Санкт-Петербурга в связи с исполнением своих полномочий депутата законодательного собрания с целью контроля за соблюдением конституционных прав граждан на свободу собрания и публичного выражения своего мнения, а не с целью своего участия в публичном мероприятии. Также Р. пояснил суду, что он является членом контрольной группы законодательного собрания Санкт-Петербурга, в связи с чем в его непосредственные полномочия входит осуществление контроля за соблюдением действующего законодательства. Никакого физического противодействия при препровождении его в автобус сотрудникам полиции Р. не оказывал. Сотруднику национальной гвардии ФИО2 он, Р. не препятствовал исполнять свои обязанности, физического противодействия в задержании кого-либо не оказывал, разъяснял в беседе с сотрудником полиции действующее законодательство и предотвратить нарушение конституционных прав граждан сотрудниками полиции. Кроме того, в 14.00 он уже находился в автобусе вместе с задержанными, куда был препровождён с применением физической силы, а потому в это время он не мог совершать действий, описанных в одном из протоколов об административном правонарушении. Также Р. полагал, что протокол об административном правонарушении в отношении него составлен с нарушением требований ст.28.5 КоАП РФ, то есть не немедленно, а спустя длительное время после инкриминированных ему событий.

Защитник Грузд Б.Б. поддержал позицию Р., просил суд прекратить производство по делу об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения, поскольку полагал, что изложенные в протоколе обстоятельства не нашли своего подтверждения исследованными судом доказательствами. Кроме того, защитник Грузд Б.Б. обратил внимание суда на то, что производство по настоящему делу об административном правонарушении осуществляется с нарушением требований действующего законодательства, поскольку в соответствии с п.1 ст.12 Закона Санкт-Петербурга №515-74 от 22.10.2004 депутат законодательного собрания не может быть привлечён к административной ответственности за действия, соответствующие статусу депутата.

Изучив представленные суду материалы, суд приходит к выводу о том, что в действиях Р. имеется состав правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 19.3 КоАП РФ, что подтверждается следующими доказательствами:

- протоколом об административном правонарушении АП №*** от **.**.****, которым установлены юридически значимые факты, свидетельствующие о невыполнении Р. законного требования сотрудника полиции при исполнении им обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению им служебных обязанностей. Протокол составлен надлежащим должностным лицом с участием Р. и его защитника, При составлении протокола об административном правонарушении Р. были разъяснены права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ;

- Рапортом ст. инспектора 1 отдела ЦОПАЗ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО3 о том, что им при просмотре сети Интернет в свободном доступе был обнаружен видеофайл, на котором Р.**.**.**** в период времени с 14 часов 00 минут до 14 часов 20 минут участвовал в публичном мероприятии в виде митинга на <адрес> проводимом с нарушением требований действующего законодательства, а также оказывал сотрудникам полиции активное неповиновение, выразившееся в оказании физического противодействия при сопровождении его в автобус для установления личности, а также воспрепятстствовал исполнению сотрудниками полиции и сотрудниками ОМОН своих служебных обязанностей;

- Объяснениями свидетеля ФИО1, оставленными при производстве по делу об административном правонарушении **.**.****. ФИО1 после разъяснения ему прав, предусмотренных ст.51 Конституции РФ, ст.25.6 КоАП РФ с предупреждением об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ показал, что он состоит в должности полицейского полка ППСП ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Около 12 час. 00 мин **.**.****, им в соответствии со ст.12 федерального закона от 07.02.2011 года № 3-ФЗ «О полиции», осуществлялись обязанности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а также предотвращению и пресечению административных правонарушений при возможном проведении несогласованного в установленном порядке публичного мероприятия, целью которого являлось выражение мнения о «тотальной нетерпимости коррупции»по адресу: <адрес>

В период с 14 часов 00 минут до 14 часов 15 минут **.**.****Р. находился напротив <адрес> Санкт-Петербурга около мемориала борцам революции, где добровольно присутствовал в массе граждан не менее 1000 человек с целью публичного выражения своего мнения и формирования мнения окружающих по поводу актуальных проблем общественно-политического характера о «тотальной нетерпимости коррупции», являясь участником несогласованного в установленном порядке публичного мероприятия в виде митинга, проводимого **.**.**** по указанному адресу, проведение которого не было согласовано Комитетом по законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга в указанное время и в указанном месте, то есть фактически митинг проводился с нарушением требований федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», а также в нарушение Указа Президента РФ от 09.05.2017 № 202 «Об особенностях применения усиленных мер безопасности в период проведения в Российской Федерации Чемпионата Мира по футболу FIFA 2018 года и Кубка Конфедераций FIFA 2017 года». При этом Р.., присутствовал совместно с находящимися в непосредственной близости (менее 10 метров) от него другими участниками митинга, скандирующими лозунги «Путин вор», «Путин надоел», «Позор», «Беспредел», некоторые из них имели средство наглядной агитации в виде желтой игрушечной утки, то есть, участвовал в проведении митинга, который не был согласован в установленном законом порядке Комитетом по вопросам законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга. Информация о нарушении требований п. 1 ч. 3 ст. 6 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях» была доведена до участников мероприятия, в том числе и до Р. ФИО1, осуществлявшим в соответствии со ст. 2,12 федерального закона от 07.02.2011 г. № З-ФЗ «О полиции», обязанности по обеспечению правопорядка в общественных местах и предупреждению и пресечению преступлений и административных правонарушений, который неоднократно публично уведомил всех лиц, участвующих в данном митинге, в т.ч. и гр-на Р. и потребовал прекратить митинг и разойтись, посредством громко-усиливающей аппаратуры. Данные законные требования, Р. проигнорировал в нарушение требований п.1 ч. 3 ст. 30 федерального закона от 07.02.2011 № 3- ФЗ «О полиции», а также п. 1 ч. 3 ст. 6 и ч.4 ст. 17 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», несмотря на то, что на прекращение данных противоправных действий у участников данного несогласованного митинга, в т.ч. и у Р. было не менее 5 минут, однако в указанный промежуток времени, Р. не выполнил законные требования сотрудника полиции, о прекращении проведения несогласованного публичного мероприятия в виде митинга. В нарушение требований п.1 ч. 3 ст. 6, ч. 4 ст. 17 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», целенаправленно продолжал свое участие в несогласованном митинге, как и ранее, совместно с находящимися в непосредственной близости (менее 10 метров) от него другими участниками митинга, скандирующими лозунги «Путин вор», «Путин надоел», «Позор», «Беспредел», некоторые из них имели средство наглядной агитации в виде желтой игрушечной утки, то есть, участвовал в проведении митинга, который не был согласован в установленном законом порядке Комитетом по вопросам законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга. Своими действиями гр. Р. оказал неповиновение законному требованию сотрудника полиции в связи с исполнением им своих служебных обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности;

- Объяснениями свидетеля ФИО4, оставленными при производстве по делу об административном правонарушении **.**.****. ФИО4 после разъяснения ему прав, предусмотренных ст.51 Конституции РФ, ст.25.6 КоАП РФ с предупреждением об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ показал, что он состоит в должности инспектора полка ППСП ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. **.**.**** около 12 час. 00 мин. ФИО4, совместно с сержантом полиции ФИО5 в соответствии со ст. 2, 12 федерального закона от 07.02.2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», осуществлялись обязанности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а также предотвращению и пресечению административных правонарушений при возможном проведении несогласованного в установленном порядке публичного мероприятия, целью которого являлось выражение мнения о «тотальной нетерпимости коррупции» по адресу: <адрес>. В ходе исполнения служебных обязанностей, напротив <адрес><адрес> возле «Мемориала борцам революции», **.**.****, был задержан ранее не знакомый ФИО4 С.В. Р., который в период с 14 часов 00 минут до 14 часов 15 минут находился на Марсовом поле Санкт-Петербурга возле «мемориала борцам революции», где добровольно присутствовал в массе граждан не менее 1000 человек с целью публичного выражения своего мнения и формирования мнения окружающих по поводу актуальных проблем общественно-политического характера о «тотальной нетерпимости коррупции», являясь участником несогласованного в установленном порядке публичного мероприятия в виде митинга, проводимого **.**.**** по указанному адресу, проведение которого не было согласовано Комитетом по законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга в указанное время и в указанном месте, то есть фактически митинг проводился с нарушением требований федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», а также в нарушение Указа Президента РФ от 09.05.2017 № 202 «Об особенностях применения усиленных мер безопасности в период проведения в Российской Федерации Чемпионата Мира по футболу FIFA 2018 года и Кубка Конфедераций FIFA 2017 года». При этом Р., находился в непосредственной близости (менее 10 метров) от него другими участниками митинга, скандирующими лозунги «Путин вор», «Путин надоел», «Беспредел», то есть, участвовал в проведении митинга, который не был согласован в установленном законом порядке с Комитетом по законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга. Информация о нарушении требований п.1 ч. 3 ст. 6 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях» была доведена до участников мероприятия, в том числе и до Р. сотрудником полиции инспектором ОООП УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга старшим лейтенантом полиции ФИО1, осуществлявшим в соответствии со ст.ст. 2,12 федерального закона от 07.02.2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», обязанности по обеспечению правопорядка в общественных местах и предупреждению и пресечению преступлений и административных правонарушений, который неоднократно, публично, посредством громко-усиливающей аппаратуры, уведомил всех лиц, участвующих в данном митинге, в том числе и Р., потребовал прекратить митинг и разойтись. Данные законные требования, Р. проигнорировал, в нарушение требований ч. 3 ст. 30 федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», а также п.1 ч. 3 ст. 6 и ч.4 ст. 17 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», несмотря на то, что на прекращение данных противоправных действий у участников данного несогласованного митинга, в т.ч. и у Р., было не менее 5 минут, однако в указанный промежуток времени, Р. не выполнил законные требования сотрудника полиции, инспектора ОООП УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга старшего лейтенанта полиции ФИО1, о прекращении проведения несогласованного публичного мероприятия в виде митинга. В нарушение требований п.1 ч. 3 ст. 6, ч. 4 ст. 17 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», целенаправленно продолжал свое участие в несогласованном митинге, при этом, как и ранее, находился в непосредственной близости (менее 10 метров) от него других участников митинга, скандирующих лозунги «Путин вор», «Путин надоел», то есть, участвовал в проведении митинга, который не был согласован в установленном законом порядке Комитетом по законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга. При попытке вывести его из кольца оцепления нарушителей общественного порядка, для доставления с целью составления административного протокола, физически упирался, отталкивал сотрудников полиции, хватался за форменную одежду. Своими действиями гр. Р. оказал неповиновение законному требованию сотрудников полиции в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, нарушив требования п.1 ч.3 ст. 6, ч. 4 ст.17 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях». Р. при участии ФИО4 был доставлен к автобусу УМВД России по Центральному району Санкт-Петербурга;

- Объяснениями свидетеля ФИО5, оставленными при производстве по делу об административном правонарушении **.**.****. ФИО5 после разъяснения ему прав, предусмотренных ст.51 Конституции РФ, ст.25.6 КоАП РФ с предупреждением об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ показал, что он состоит в должности полицейского полка ППСП ГУ МВД России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области. **.**.**** около 12 час. 00 мин. ФИО5, совместно с лейтенантом полиции ФИО4 в соответствии со ст. 2, 12 федерального закона от 07.02.2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», осуществлялись обязанности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а также предотвращению и пресечению административных правонарушений при возможном проведении несогласованного в установленном порядке публичного мероприятия, целью которого являлось выражение мнения о «тотальной нетерпимости коррупции» по адресу: <адрес> В ходе исполнения служебных обязанностей, напротив <адрес> возле «Мемориала борцам революции», **.**.****, был задержан ранее не знакомый ФИО5 И.А. Р., который в период с 14 часов 00 минут до 14 часов 15 минут находился на <адрес> Санкт-Петербурга возле «мемориала борцам революции», где добровольно присутствовал в массе граждан не менее 1000 человек с целью публичного выражения своего мнения и формирования мнения окружающих по поводу актуальных проблем общественно-политического характера о «тотальной нетерпимости коррупции», являясь участником несогласованного в установленном порядке публичного мероприятия в виде митинга, проводимого **.**.**** по указанному адресу, проведение которого не было согласовано Комитетом по законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга в указанное время и в указанном месте, то есть фактически митинг проводился с нарушением требований федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», а также в нарушение Указа Президента РФ от 09.05.2017 № 202 «Об особенностях применения усиленных мер безопасности в период проведения в Российской Федерации Чемпионата Мира по футболу FIFA 2018 года и Кубка Конфедераций FIFA 2017 года». При этом Р., находился в непосредственной близости (менее 10 метров) от него другими участниками митинга, скандирующими лозунги «Путин вор», «Путин надоел», «Беспредел», то есть, участвовал в проведении митинга, который не был согласован в установленном законом порядке с Комитетом по законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга. Информация о нарушении требований п.1 ч. 3 ст. 6 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях» была доведена до участников мероприятия, в том числе и до Р. сотрудником полиции инспектором ОООП УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга старшим лейтенантом полиции ФИО1, осуществлявшим в соответствии со ст.ст. 2,12 федерального закона от 07.02.2011 г. № 3-ФЗ «О полиции», обязанности по обеспечению правопорядка в общественных местах и предупреждению и пресечению преступлений и административных правонарушений, который неоднократно, публично, посредством громко-усиливающей аппаратуры, уведомил всех лиц, участвующих в данном митинге, в том числе и Р., потребовал прекратить митинг и разойтись. Данные законные требования, Р. проигнорировал, в нарушение требований ч. 3 ст. 30 федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», а также п.1 ч. 3 ст. 6 и ч.4 ст. 17 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», несмотря на то, что на прекращение данных противоправных действий у участников данного несогласованного митинга, в т.ч. и у Р., было не менее 5 минут, однако в указанный промежуток времени, Р. не выполнил законные требования сотрудника полиции, инспектора ОООП УМВД России по Центральному району г. Санкт-Петербурга старшего лейтенанта полиции ФИО1, о прекращении проведения несогласованного публичного мероприятия в виде митинга. В нарушение требований п.1 ч. 3 ст. 6, ч. 4 ст. 17 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», целенаправленно продолжал свое участие в несогласованном митинге, при этом, как и ранее, находился в непосредственной близости (менее 10 метров) от него других участников митинга, скандирующих лозунги «Путин вор», «Путин надоел», то есть, участвовал в проведении митинга, который не был согласован в установленном законом порядке Комитетом по законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга. При попытке вывести его из кольца оцепления нарушителей общественного порядка, для доставления с целью составления административного протокола, физически упирался, отталкивал сотрудников полиции, хватался за форменную одежду. Своими действиями гр. Р. оказал неповиновение законному требованию сотрудников полиции в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, нарушив требования п.1 ч.3 ст. 6, ч. 4 ст.17 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях». Р. при участии ФИО5 был доставлен к автобусу УМВД России по Центральному району Санкт-Петербурга;

- текстом обращения к участникам несанкционированного публичного мероприятия и журналистам, зачитанным сотрудником полиции ФИО1 **.**.****. Данный текст содержит уведомление о незаконности проводимого публичного мероприятия, а также требование прекратить участие в незаконном публичном мероприятии;

- справкой ст. инспектора 1 отдела ЦОПАЗ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО3 о том, что им были скопированы на диск материалы, обнаруженные им в свободном доступе в сети Интернет и приобщены к материалу в отношении Р. То обстоятельство, что в рапорте сотрудника полиции ФИО3 имеется указание на обнаружение видеозаписи **.**.****, а в справке о копировании указано, что запись скопирована из сети интернет **.**.****, не является каким-либо противоречием, поскольку обнаружение записи и её копирование вовсе не должны происходить в один день;

- Оптическим диском, содержащим видеофайлы, при просмотре которых было установлено, что на видеозаписях зафиксированы эпизоды событий проводившегося **.**.**** на <адрес> Санкт-Петербурге несанкционированного публичного массового мероприятия, в ходе которых сотрудники полиции и полковник ОМОН применяют физическую силу к Р., стоявшему перед этим лицом к лицу с полковником ОМОН, а также факт активного физического противодействия Р. при сопровождении его сотрудниками полиции в автобус.

Таким образом, совокупностью исследованных судом доказательств установлено наличие в действиях Р. состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 19.3 КоАП РФ.

Ч.3 ст.19.3 КоАП РФ устанавливает административную ответственность за неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции в связи с исполнением им обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению им служебных обязанностей

**.**.**** на <адрес> Санкт-Петербурге проходило несанкционированное публичное массовое мероприятие – митинг, проводившееся с нарушением требований п.1 ч. 3 ст. 6 федерального закона от 19.06.2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», а также с нарушением Указа Президента РФ от 09.05.2017 № 202 «Об особенностях применения усиленных мер безопасности в период проведения в Российской Федерации Чемпионата Мира по футболу FIFA 2018 года и Кубка Конфедераций FIFA 2017 года», поскольку его проведение в указанное время и в указанном месте не было согласовано Комитетом по вопросам законности, правопорядку и безопасности Санкт-Петербурга.

Несмотря на предупреждение сотрудниками полиции участников публичного мероприятия о незаконности его проведения и на требование, предъявленное с помощью звукоусиливающей аппаратуры, прекратить участие в проведении публичного мероприятия, участники несанкционированного публичного мероприятия своё участие в нём не прекратили, в связи с чем сотрудниками полиции при содействии сотрудников ОМОН Национальной гвардии в целях обеспечения общественного порядка и общественной безопасности в соответствии со ст. 2, 12 федерального закона от 07.02.2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» и со ст. 2 федерального закона от 03.07.2016 г. № 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации» производились меры по пресечению правонарушений, создающих угрозу общественному порядку и общественной безопасности и административному задержанию лиц, совершивших административные правонарушения. Р., как и другие участники несанкционированного публичного мероприятия не выполнил законное требование сотрудников полиции покинуть место незаконно проводимого публичного мероприятия, продолжил своё участие в незаконном публичном массовом мероприятии, при попытке вывести его, из кольца оцепления нарушителей общественного порядка, для доставления с целью составления административного протокола, физически упирался, отталкивал сотрудников полиции, хватался за форменную одежду. Своими действиями гр. Р. оказал неповиновение законному требованию сотрудников полиции в связи с исполнением им обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности.

Приведённые судом обстоятельства установлены на основании последовательных и непротиворечивых объяснений свидетелей ФИО4, ФИО5, которые мотивов для оговора Р. не имеют, в связи с чем у суда отсутствуют основания для того, чтобы подвергать сомнению изложенные в объяснениях этих лиц сведения. Объяснения сотрудников полиции – ФИО4 и ФИО5 получены в строгом соответствии с требованиями КоАП РФ после разъяснения им прав, предусмотренных ст.51 Конституции РФ, ст.25.6 КоАП РФ, с предупреждением об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ.

Изложенные ФИО4 и ФИО5 в объяснениях обстоятельства подтверждаются видеозаписью на представленном суду оптическом диске, при просмотре которой суд может зафиксировать факт того, что Р. оказывал физическое сопротивление при попытке сотрудников полиции вывести его из кольца оцепления, подвести к автобусу и посадить в автобус.

Доводы стороны защиты о том, что Р.**.**.**** находился на <адрес> в Санкт-Петербурге с целью осуществления контроля за соблюдением конституционных прав граждан на свободу собраний и публичного выражения своего мнения, то есть осуществляя полномочия депутата законодательного собрания Санкт-Петербурга, опровергаются исследованными судом доказательствами.

Действительно, в соответствии с ч.2 ст.1.4 КоАП РФ особые условия применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении и привлечения к административной ответственности должностных лиц, выполняющих определенные государственные функции (депутатов, судей, прокуроров, сотрудников Следственного комитета Российской Федерации и иных лиц), устанавливаются Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.

В соответствии с ч.3 ст.13 Федерального Закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» №184-ФЗ от 6 октября 1999 года депутат не может быть привлечен к уголовной или административной ответственности за высказанное мнение, позицию, выраженную при голосовании, и другие действия, соответствующие статусу депутата. Данная норма закреплена также в ч.1 ст.12 Закона Санкт-Петербурга "О гарантиях деятельности депутатов Законодательного Собрания Санкт-Петербурга" от 22.10.2004 N 515-74.

Однако сторона защиты не смогла привести убедительных доводов, подтверждающих, что при проведении несанкционированного массового публичного мероприятия требовалось участие депутата законодательного собрания Санкт-Петербурга с его особым статусом для контроля за обеспечением конституционных прав граждан на свободу собраний, а также доводов, подтверждающих, что присутствие депутата законодательного собрания Р. в месте проведения несанкционированного массового мероприятия, в том числе после объявления требования сотрудников полиции покинуть место проведения несанкционированного публичного мероприятия было направлено на исполнение им своих должностных обязанностей, Не смогла сторона защиты привести и доводов, подтверждающих, что действия Р. по воспрепятствованию сотрудникам полиции и национальной гвардии при осуществлении ими полномочий по охране общественной безопасности и общественного порядка соответствовали статусу депутата законодательного собрания.

Кроме того, как следует из объяснений сотрудников полиции ФИО5 и ФИО4, Р. находился среди граждан, в непосредственной к ним близости, выкрикивающих лозунги общественно-политического содержания. При этом Р. не сообщил суду о том, что он, зная о незаконности проводимого публичного мероприятия, обращался бы к гражданам с предложениями прекратить незаконное участие в несанкционированном публичном мероприятии. Все эти обстоятельства суд оценивает в совокупности и приходит к выводу о том, что Р. присутствовал **.**.**** на <адрес> не с целью осуществления контроля за соблюдением законодательства, а с целью личного участия в несанкционированном публичном массовом мероприятии. Тот факт, что Р. входит в контрольную группу Законодательного собрания Санкт-Петербурга сам по себе не свидетельствует о том, что Р. находился **.**.**** на <адрес> в Санкт-Петербурге с целью осуществления контрольных функций Законодательного собрания. Так, в соответствии со ст.1 Закона Санкт-Петербурга «О контрольных функциях Законодательного Собрания Санкт-Петербурга» от 29 декабря 2000 года №687-81 контрольная группа создается в целях осуществления контроля за исполнением Устава Санкт-Петербурга, законов Санкт-Петербурга и иных правовых актов, принятых Законодательным Собранием Санкт-Петербурга, контроля за своевременным приведением в соответствие с законодательством Российской Федерации правовых актов Санкт-Петербурга, правовых актов органов государственной власти Санкт-Петербурга Законодательным Собранием Санкт-Петербурга. В соответствии со ст.2 названного Закона контрольная группа осуществляет подготовку к рассмотрению Законодательным Собранием Санкт-Петербурга материалов по вопросам о неисполнении Устава Санкт-Петербурга, законов Санкт-Петербурга и иных правовых актов, принятых Законодательным Собранием Санкт-Петербурга и о несвоевременном приведении в соответствие с законодательством Российской Федерации правовых актов Санкт-Петербурга, а также правовых актов органов государственной власти Санкт-Петербурга. В судебном заседании сторона защиты не привела никаких доводов, свидетельствующих, о том, что Р. находился на <адрес> с целью контроля за соблюдением Устава Санкт-Петербурга и законодательства Санкт-Петербурга. Кроме того, в соответствии со ст.5 названного Закона Основанием для рассмотрения контрольной группой вопроса является обращение депутата Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, губернатора Санкт-Петербурга, содержащее информацию о нарушениях Устава Санкт-Петербурга, законов Санкт-Петербурга и иных правовых актов, принятых Законодательным Собранием Санкт-Петербурга, или информацию о несвоевременном приведении в соответствие с законодательством Российской Федерации правовых актов Санкт-Петербурга, правовых актов органов государственной власти Санкт-Петербурга. Таким образом, участие Р. в несанкционированном публичном мероприятии **.**.**** на <адрес> Санкт-Петербурге не соответствовало осуществлению его функций члена контрольной группы Законодательного собрания Санкт-Петербурга, описанным в Законе, ни по основаниям, ни по назначению контрольной группы, ни по форме её деятельности.

В судебном заседании **.**.**** по ходатайству защитника были допрошены в качестве свидетелей Г. и Б.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Г. после разъяснения ст.51 Конституции РФ и ст.25.6 КоАП РФ с предупреждением об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ показала суду, что она работает в постоянной комиссии по вопросам науки и образования Законодательного собрания Санкт-Петербурга. Р. является её руководителем. С Р. она находится в служебных и дружеских отношениях. **.**.**** она присутствовала на <адрес> в Санкт-Петербурге, где принимала участие в публичном массовом мероприятии, посвящённом общественно значимым вопросам. На <адрес> она также видела Р. Она видела, как Р. с применением физической силы препровождали в автобус. Что этому предшествововало, она не видела. Через какое-то время она вновь видела Р. на <адрес> в Санкт-Петербурге. Каких-либо конфликтов между Р. и сотрудниками полиции или национальной гвардии она не наблюдала. Она также не видела, чтобы Р. на <адрес> выкрикивал какие-либо лозунги, держал бы какие-либо плакаты. Незадолго до публичного массового мероприятия на <адрес> в личной беседе Р. сообщил ей о своём намерении как депутата Законодательного собрания Санкт-Петербурга присутствовать на этом мероприятии с целью контроля за соблюдением конституционных прав граждан на свободу собраний.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Б. после разъяснения ст.51 Конституции РФ и ст.25.6 КоАП РФ с предупреждением об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ показал суду, что он по гражданско-правовому договору работает в постоянной комиссии по вопросам науки и образования Законодательного собрания Санкт-Петербурга. Р. является его руководителем. С Р. он находится в служебных и дружеских отношениях, знает его более 10 лет. **.**.**** он присутствовал на <адрес> в Санкт-Петербурге, где проходило публичное массовое мероприятие, посвящённое общественно-значимым вопросам. На <адрес> он также видел Р. Он видел, как Р. с применением физической силы препровождали в автобус. Что этому предшествововало, он не видел. Через какое-то время он вновь видел Р. на <адрес> в Санкт-Петербурге. Каких-либо конфликтов между Р. и сотрудниками полиции или национальной гвардии он не наблюдал. Она также не видела, чтобы Р. на <адрес> выкрикивал какие-либо лозунги, держал бы какие-либо плакаты. Незадолго до публичного массового мероприятия на <адрес> в личной беседе Р. сообщил ему о своём намерении как депутата Законодательного собрания Санкт-Петербурга присутствовать на этом мероприятии с целью контроля за соблюдением конституционных прав граждан на свободу собраний.

Таким образом, свидетели Г. и Б. не были очевидцами событий, которые инкриминируются Р. по данному делу об административном правонарушении, а именно неповиновения сотрудникам полиции в связи с осуществлением ими полномочий по охране общественной безопасности и общественного порядка, а также воспрепятствования исполнению ими своих служебных обязанностей.

Показания свидетелей Г. и Б. о том, что Р. в личном разговоре с ними намеревался присутствовать **.**.**** на <адрес> Санкт-Петербурга с целью контроля соблюдения прав граждан на свободу собраний лишний раз подчёркивают тот факт, что Р., достоверно зная о незаконности проведения публичного массового мероприятия **.**.**** на <адрес> (во всяком случае, после соответствующего объявления сотрудников полиции) самим фактом своего присутствия среди лиц, участвовавших в проведении незаконного публичного мероприятия, вопреки установленному законодательством РФ запрету и требованию сотрудников полиции публично выражал свою позицию относительно законности проводимого публичного мероприятия.

В судебном заседании **.**.**** по ходатайству защитника были допрошены в качестве свидетелей С., М., В., В.

Допрошенная в судебном заседании свидетель С. после разъяснения ст.51 Конституции РФ и ст.25.6 КоАП РФ с предупреждением об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ показала суду, что она была на <адрес>**.**.**** в период времени с 14 часов 15 минут до 17 чаов 00 минут. Около 14 часов 30 минут она видела Р., который шёл от специализированного автобуса. Ни задержания Р., ни его конфликта с сотрудником ОМОН она не видела. Также свидетель показала, что Р. около 17 часов **.**.****, то есть непосредственно после окончания несанкционированного публичного массового мероприятия сообщал ей, что он находился на <адрес> в Санкт-Петербурге с целью соблюдения прав участников несанкционированного публичного мероприятия.

Допрошенный в судебном заседании свидетель М. после разъяснения ст.51 Конституции РФ и ст.25.6 КоАП РФ с предупреждением об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ показал суду, что он был на <адрес>**.**.**** в период времени с 14 часов 05 минут На <адрес> свидетель издалека видел Р., которого сотрудники полиции куда-то несли на руках. После этого свидетель снова видел Р. на <адрес>. Цели своего нахождения на <адрес>Р. ему не сообщал. Также свидетель показал суду, что задержания на <адрес> начались примерно через 5 минут после объявления по громкой связи о незаконности публичного мероприятия. ФИО6 Р. с сотрудниками ОМОН свидетель не видел, как не видел и событий, препятствующих задержанию Р.

Допрошенный в судебном заседании свидетель В. после разъяснения ст.51 Конституции РФ и ст.25.6 КоАП РФ с предупреждением об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ показал суду, что он является помощником депутата Законодательного собрания Санкт-Петербурга Р., а также его другом. **.**.****В. находился на <адрес> с целью участия в несанкционированном публичном мероприятии. Также в этот день на <адрес> находился Р., который ранее говорил В. о том, что намерен в это время присутствовать в месте проведения публичного мероприятия с целью осуществления контрольных функций депутата Законодательного собрания Санкт-Петербурга. В. наблюдал, как происходило задержание Р. и препровождение его в автобус. Задержание было абсолютно необоснованным, никакие события этому не предшествовали. Физического сопротивления при задержании и доставлении в автобус Р. не оказывал. Также В. был очевидцем конфликта Р. с сотрудником ОМОН, находившимся в камуфляжной форме. На неправомерные действия сотрудника ОМОН при задержании участников публичного мероприятия Р. в словесной форме высказал свои возражения, Физически никак действиям сотрудника ОМОН не препятствовал. Сотрудник ОМОН необоснованно и неправомерно стал применять к Р. физическую силу.

Допрошенный в судебном заседании свидетель В. после разъяснения ст.51 Конституции РФ и ст.25.6 КоАП РФ с предупреждением об ответственности по ст.17.9 КоАП РФ показал суду, что он **.**.**** присутствовал на <адрес> в Санкт-Петербурге Также на <адрес> он видел Р. Около 13 часов 50 минут **.**.**** на <адрес>Р. сообщил В. о том, что он присутствует на <адрес> с целью фиксации нарушений со стороны полиции в отношении граждан. Задержания Р., его препровождения в автобус, конфликтов Р. с сотрудниками ОМОН В. не видел.

При анализе показаний свидетелей В., М., С. суд исходит из того, что никто из названных лиц не был очевидцем задержания Р. и его конфликта с сотрудниками ОМОН. При анализе показаний свидетеля В. суд исходит из того, что показания этого свидетеля относительно задержания Р., его доставления в автобус, а также относительно конфликта с сотрудником ОМОН опровергаются последовательными и непротиворечивыми объяснениями свидетелей Г.Пп., ФИО5 и ФИО4, а также видеозаписью, из которой следует, что у Р. возник конфликт с сотрудником ОМОН, находившимся не в камуфляжной, а в чёрной форме. В. пояснил суду, что он находится в дружеских отношениях с Р. При таких обстоятельствах суд отвергает показания В. как недостоверные, данные из ложно понятого чувства товарищества.

При анализе показаний свидетелей С., В. и В. относительно того, что Р. сообщал им, что присутствовал на <адрес> для осуществления контрольных функций депутата законодательного собрания, суд исходит из того, что ни характер незаконно проводимого публичного мероприятия, ни характер участия в нём Р., ни основания для осуществления контрольных функций депутатом Законодательного собрания Санкт-Петербурга не соответствовали заявленным Р.

В судебном заседании по ходатайству защитника были приобщены к материалам дела три оптических диска, содержащих видеозаписи, две из которых фиксируют факт задержания Р. и препровождения его в автобус, а третья является нарезкой, освещающей эпизоды публичного мероприятия, проводившегося **.**.****.

Представленные стороной защиты видеозаписи ввиду ракурса фиксируют не полностью процесс задержания Р. и доставления его в автобус. Кроме того, на данных записях обзор периодически перекрывают спины людей, в том числе сотрудников полиции. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что данные записи не опровергают выводов суда о том, что Р. оказывал сопротивление при доставлении в автобус, сделанный на основании приобщённых к протоколу об административном правонарушении видеозаписей и показаний свидетелей ФИО5 и ФИО4.

Представленная стороной защиты обзорная видеозапись публичного мероприятия является нарезкой, состоящей из эпизодов, не позволяющей сделать выводов ни о продолжительности юридически значимых событий, ни о их последовательности.

В соответствии с ч.1 т.28.5 КоАП РФ протокол об административном правонарушении составляется немедленно после выявления совершения административного правонарушения.

Данное требование закона нарушено не было. Так, рапорт ст. инспектора ЦОПАЗ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области о выявлении административного правонарушения при просмотре в свободном доступе в сети интернет видеофайлов, свидетельствующих о совершении Р. административного правонарушения был составлен **.**.****. Протокол об административном правонарушении был составлен надлежащим должностным лицом с участием Р. с учётом соблюдения требований закона о соблюдении права привлекаемого лица на участие в составлении протокола, то есть с учётом времени, необходимого для уведомления Р. о времени и месте составления протокола. Тот факт, что Р. не был задержан на месте совершения административного правонарушения и в отношении него сразу после совершения административного правонарушения не был составлен протокол об административном правонарушении, не препятствует производству по делу об административном правонарушении.

Учитывая изложенное, суд не усматривает существенных нарушений закона при составлении протокола об административном правонарушении и прилагающихся к нему материалов, а также считает доказанной вину Р. в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.19.3 КоАП РФ.

При назначении Р. наказания, суд руководствуется общими принципами назначения административного наказания, предусмотренными Главами 3 и 4 КоАП РФ, учитывает обстоятельства правонарушения, личность правонарушителя, который ранее к административной ответственности не привлекался. Обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание по данному делу не установлено. При таких обстоятельствах, учитывая, что негативных последствий в результате данного правонарушения не наступило, жизнь и здоровье людей в результате данного правонарушения в опасность поставлены не были, суд полагает возможным по данному делу назначить Р. административное наказание в виде административного штрафа.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 29.7, 29.9, 29.10 КоАП РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Признать Р. виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 19.3 КоАП РФ и назначить ему наказание в виде административного штрафа в размере 1000 (одна тысяча) рублей.

Реквизиты для оплаты штрафа:

УФК по Санкт-Петербургу (ГУ МВД России по г. СПб и ЛО)

УИН 18880478175190004654

ИНН/КПП <***>/784201001

ОКТМО 40298563000

Расч. Счет 40101810200000010001 в ГРКЦ ГУ Банка России по СПб и ЛО

БИК 044030001

КБК 18811690020026000140

Наименование платежа: Штраф по ч.1 ст. 19.3 КоАП РФ.

Постановление может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение 10 суток со дня получения или вручения копии постановления.

По истечении срока обжалования и срока на добровольную оплату административного штрафа, не обжалованное и не опротестованное постановление по делу об административном правонарушении вступает в законную силу и обращается к исполнению.

При неуплате административного штрафа в срок, сумма штрафа на основании ст. 32.2 КоАП РФ будет взыскана в принудительном порядке.

Неуплата штрафа в срок, предусмотренный КоАП РФ (60 суток с момента вступления в законную силу постановления), в соответствии со ст. 20.25 КоАП РФ, влечет наложение административного штрафа в двукратном размере суммы неуплаченного административного штрафа.

Судья: В.В. Васюков