Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску публичного акционерного общества «Сбербанк России» к ФИО2, ФИО3 о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности,

УСТАНОВИЛ:

ПАО Сбербанк обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО4 указав, что решением Третейского суда при АНО «Независимая Арбитражная Палата» постановленным 21.06.2016 года с ФИО2, ООО «Энергоарсенал» в солидарном порядке была взыскана задолженность по кредитному договору № № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме № рублей и определением Ленинского районного суда г.Оренбурга от 25.07.2016 года были выданы исполнительные листы на принудительное исполнение решения Третейского суда.

18.08.2016 года судебным приставом – исполнителем ОСП Ленинского района г.Оренбурга было возбуждено исполнительное производство по принудительному исполнению решения суда, которое 26.09.2017 года было окончено в связи с отсутствием у должника имущества, на которое возможно обратить взыскание в целях исполнения судебного акта.

Также ФИО2 является должником в связи с неисполнением обязательств по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ по которому решением Ленинского районного суда г.Оренбурга вступившим в законную силу 29.09.2017 года с нее в пользу Банка взыскана задолженность в размере № рублей и расходы по оплате государственной пошлины, а также должником по договору о выдаче кредитной карты, в связи с чем 10.02.2017 года мировым судьей судебного участка № 2 Центрального района г.Оренбурга был вынесен судебный приказ о взыскании задолженности в сумме 82520,29 рублей.

Вместе с тем, несмотря на наличие задолженности перед кредитором 14.06.2017 года ФИО2 произвела безвозмездное отчуждение принадлежащего ей помещения № в <адрес> в <адрес> своей свекрови ФИО4, а ДД.ММ.ГГГГ заключила договоры дарения по условиям которых безвозмездно передала ФИО4 нежилые помещения № и № в доме № по ул. № г.Оренбурге. Переход права собственности на вышеуказанные помещения зарегистрирован в установленном законом порядке.

Таким образом при наличии неисполненного судебного акта о взыскании задолженности ФИО2 подарила принадлежащее ей имущество, на которое могло бы быть обращено взыскание в целях удовлетворения требований кредитора, своей свекрови, чем сделала невозможным исполнение решений судов в полном объеме.

Ссылаясь на то, что при совершении сделок ФИО2 нарушила запрет, установленный ст.10 ГК РФ и злоупотребила принадлежащими ей правами, при наличии непогашенной задолженности перед кредитором произвела безвозмездное отчуждение принадлежащего ей имущества, на которое могло бы быть обращено взыскание в целях исполнения судебного акта, просил суд признать недействительными (ничтожными) договоры дарения заключенные ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4 в отношении помещений №, №, № в <адрес> в <адрес> и применить последствия недействительности ничтожных сделок возвратив имущество в собственность ФИО2

Определением суда от 17.08.2018 года производство по делу в отношении ФИО4 прекращено в связи со смертью ответчика ДД.ММ.ГГГГ (то есть до принятия искового заявления к производству суда), в качестве соответчика привлечен ФИО3, как наследник умершей принявший наследство в установленном законом порядке.

Впоследствии ПАО Сбербанк дополнил правовые основания заявленного иска указав также на то обстоятельство, что сделки, совершенные между ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) являются мнимыми в соответствии с положениями ст.170 ГК РФ поскольку были совершены лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия. Фактически отчужденное имущество из владения семьи З-вых не выбывало, коммерческую деятельность в помещениях осуществляет и осуществляло № единственным учредителем и единоличным исполнительным органом которого является ФИО3, супруг дарителя ФИО2 и сын одаряемой ФИО4, которая распорядилась своим имуществом на случай смерти завещав его сыну ФИО3 Ранее собственником спорного имущества являлось ООО «Стройинжинеринг», которое произвело его отчуждение по договорам от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2

Таким образом, несмотря на формальное отчуждение имущества ФИО4, которой на момент совершения сделок было 84 года, контроль над помещениями продолжает осуществлять ФИО3, являющийся супругом дарителя. В связи с изложенным просил суд заявленные исковые требования о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель ПАО Сбербанк ФИО1 заявленные исковые требования поддержала в полном объеме пояснив суду, что оспариваемые сделки прямо нарушают запрет, установленный в ст.10 ГК РФ и по своей правовой природе являются мнимыми, то есть были совершены лишь для вида и с единственной целью избежать возможного обращения взыскания на имущество при исполнении решения суда о взыскании задолженности ФИО2 перед кредитором ПАО Сбербанк. О наличии задолженности и требованиях кредитора ФИО2 на момент совершения сделок по безвозмездному отчуждению принадлежащего ей имущества было достоверно известно поскольку еще 28.04.2016 года кредитором в ее адрес было направлено требование о погашении задолженности, а 21.06.2016 года Третейским судом было вынесено решение о взыскании задолженности в сумме 606 655,29 рублей. До настоящего времени задолженность в полном объеме должником не погашена, также имеется задолженность по иным кредитным договорам, взысканная в судебном порядке. То обстоятельство, что ФИО2 при рассмотрении дела произвела частичное погашение задолженности не является юридически значимым обстоятельством, поскольку в полном объеме задолженность не погашена. Также не имеет правового значения и размер непогашенной задолженности поскольку доказыванию в данном случае подлежит факт недобросовестного поведения должника. Соразмерность имущества будет впоследствии определяться судебным приставом – исполнителем при обращении взыскания с целью удовлетворения требований кредитора. Просила суд заявленные исковые требования удовлетворить в полном объеме.

ФИО2 в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями не согласилась по основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск. Суду пояснила, что на момент совершения сделок и безвозмездного отчуждения принадлежащего ей имущества ФИО4, которая являлась ее свекровью, она не преследовала цель причинить вред иным лицам, а распорядилась своим имуществом по своей воле и по своему усмотрению, то есть реализовывала свои правомочия собственника, предоставленные ей ст.209 ГК РФ. Каких – либо запретов и ограничений на совершение сделок с принадлежащим ей имуществом в установленном законом порядке зарегистрировано не было, о наличии решения Третейского суда она не знала, поскольку участия при рассмотрении дела не принимала. Решение об отчуждении имущества было принято в связи с тем, что она хотела прекратить заниматься коммерческой деятельностью. В настоящее время ею предпринимаются меры к погашению задолженности, в рамках принудительного исполнения судебных актов произведен арест принадлежащего ей транспортного средства, а следовательно говорить об отсутствии иных источников погашения задолженности преждевременно. Кроме того, размер задолженности перед Банком несоразмерен стоимости ранее принадлежавшего ей имущества. Просила суд в удовлетворении исковых требований отказать. Также пояснила, что она является директором №» и как директор возражает относительно заявленных требований.

ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал пояснив, что ФИО2 является его супругой, а ФИО4 являлась его мамой. Оспариваемые сделки были совершены ФИО2 спустя год после вынесения решения суда и каких – либо ограничений и запретов на их совершение в установленном законом порядке зарегистрировано не было. Решение произвести отчуждение имущества его матери ФИО4 было принято в связи с тем, что у одаряемой было больше свободного времени, чем у супруги и она могла более эффективнее управлять имуществом. Намерений уклоняться от погашения задолженности ФИО2 не имела, в настоящее время принимаются меры к погашению задолженности. Просил суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель Управления Росреестра по Оренбургской области, судебный пристав – исполнитель ОСП Ленинского района УФССП России по Оренбургской области в судебное заседание не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Заслушав пояснения участников процесса, изучив материалы дела и оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности суд приходит к следующему выводу.

В силу ч. 1, ч. 2 ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

На основании ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно пунктам 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом). По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Судом установлено, что решением Третейского суда при АНО «Независимая Арбитражная Палата» постановленным ДД.ММ.ГГГГ (полный текст ДД.ММ.ГГГГ) с ФИО2 и ООО «Энергоарсенал» в солидарном порядке в пользу ПАО Сбербанк взыскана задолженность по кредитному договора № № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме №,29 рублей.

Определением Ленинского районного суда г.Оренбурга от 25.07.2016 года по заявлению ПАО Сбербанк выданы исполнительные листы на принудительное исполнение решения третейского суда и 18.08.2016 года в отношении должника ФИО2 судебным приставом – исполнителем ОСП Центрального района г.Оренбурга возбуждено исполнительное производство № – ИП о взыскании задолженности в сумме № рублей.

26.09.2017 года судебным приставом – исполнителем ОСП Центрального района г.Оренбурга вынесено постановление об окончании исполнительного производства на основании п.3 ч.1 ст.46, п.3 ч.1 ст.47, ст.6,14 ФЗ «Об исполнительном производстве».

Также решением Ленинского районного суда г.Оренбурга постановленным 21.08.2017 года с ФИО2 в пользу ПАО Сбербанк взыскана задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ образовавшаяся по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в сумме 235 452,91 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 5 554,53 рублей.

10.11.2017 года судебным приставом – исполнителем ОСП Ленинского района г.Оренбурга в отношении должника ФИО2 возбуждено исполнительное производство по принудительному взысканию задолженности, которое постановлением судебного пристава – исполнителя от 30.11.2017 года окончено на основании п.3 ч.1 ст.46, п.3 ч.1 ст.47, ст.6,14 ФЗ «Об исполнительном производстве».

Также 10.02.2017 года мировым судьей судебного участка № 2 Центрального района г.Оренбурга был вынесен судебный приказ о взыскании с ФИО2 в пользу ПАО Сбербанк задолженности по кредитной карте в сумме 82 520,29 рублей.

Согласно сведениям, представленным ПАО Сбербанк, по состоянию на 24.10.2018 года задолженность должником ФИО2 в полном объем не погашена, по кредитному договору от 21.11.2013 года, по которому с ФИО2 взыскана задолженность в солидарном порядке с ООО «Энергоарсенал» размер задолженности составляет 273 912,87 рублей, по кредитной карте размер задолженности составляет 83 858,09 рублей, также имеется задолженность по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ в сумме 241 007,44 рублей.

Судебным приставом – исполнителем ОСП Ленинского района 22.03.2018 года вновь возбуждено исполнительное производство в отношении должника ФИО2, в рамках которого произведен арест принадлежащего должнику имущества – автомобиля Рено Логан, примерная стоимость установлена в размере 100 000,00 рублей, для оценки рыночной стоимости привлечен специалист.

Согласно справке 2-НДФЛ размер дохода ФИО2, являющейся директором ООО «Энергоарсенал» составляет 13 800,00 рублей ежемесячно.

Также в рамках рассмотрения спора судом установлено, что с 06.08.2015 года ФИО2 являлась собственником недвижимого имущества, помещения № площадью 79,3 кв.м., помещения № площадью № кв.м., помещения № площадью 23,6 кв.м., расположенных по адресу <адрес>, которые были приобретены ею на основании договора купли – продажи, заключенного ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Стройинжинеринг».

14.06.2017 года ФИО2 (даритель) заключен договор дарения по условиям которого даритель произвела отчуждение принадлежащего ей помещения № площадью в <адрес> в <адрес> одаряемой ФИО4 Переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке.

19.07.2017 года ФИО2 (даритель) заключены договоры дарения по условиям которых произведены отчуждение принадлежащих ей помещений № и № в <адрес> в <адрес> одаряемой ФИО4

На момент совершения сделок ФИО2 состояла в зарегистрированном браке с ФИО3 (брак зарегистрирован с ДД.ММ.ГГГГ).

ФИО3 является сыном ФИО4, что подтверждается записью акта о рождении №.

ФИО4 умерла ДД.ММ.ГГГГ, о чем сделана запись акта о смерти №.

На момент смерти ФИО4 распорядилась принадлежащим ей имуществом, завещав его сыну ФИО3, который также является наследником по закону первой очереди.

Из наследственного дела, заведенного нотариусом <адрес>ФИО7 после смерти ФИО4 усматривается, что ФИО3 принял завещанное ему имущество, обратившись с соответствующим заявлением о принятии наследства.

В силу ст.1110 ГК РФ, ст.1112 ГК РФ при наследовании имущество умершего переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент. В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно вышеприведенных норм закона, несмотря на то, что дееспособность одной из сторон оспариваемых сделок прекращена в связи со смертью, ПАО Сбербанк не лишен возможности оспаривать сделки, предъявив требования к лицу, к которому в порядке универсального правопреемства перешли права и обязанности наследодателя.

ФИО3, как наследник умершей ФИО4 привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

Таким образом, в рамках рассмотрения спора судом достоверно установлено, что несмотря на наличие у ФИО2 имущественных обязательств перед кредитором ПАО Сбербанк, как установленных вступившими в законную силу судебными актами (решение Третейского суда от 21.06.2016 года, судебный приказ от 10.02.2017 года), так и имевшихся по состоянию на 26.12.2016 года просроченных обязательств по кредитному договору заключенному с ПАО Сбербанк 15.01.2014 года, ФИО2 на безвозмездной основе, заключив 14.06.2017 года и 19.07.2017 года договоры дарения произвела отчуждение принадлежащего ей недвижимого имущества - помещений №, №, № по адресу <адрес> в пользу ФИО4, которая являлась матерью ее супруга ФИО3, что привело к невозможности обращения на него взыскания в рамках исполнения решения суда.

Действия ФИО2 по безвозмездному отчуждению принадлежащего ей имущества при наличии неисполненных обязательств перед кредитором ПАО Сбербанк суд расценивает как злоупотребление предоставленными правами поскольку зная о необходимости возврата долга ФИО2 не могла не осознавать, что ее действия, направленные на отчуждение принадлежащих ей объектов недвижимого имущества путем заключения договоров дарения приведут к невозможности удовлетворения требований кредитора. Таким образом, заключение договоров дарения 14.06.2017 года и 19.07.2017 года является злоупотреблением правом, поскольку было направлено на исключение возможности обращения взыскания на имущество должника.

Злоупотребление правом при совершении сделок является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК РФ, в связи с чем согласно разъяснениям, данным в п. п. 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", такие сделки могут быть признаны недействительными на основании положений ст. 10 и п. п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ, как нарушающие требования закона.

Более того, суд учитывает что оспариваемые договоры дарения были заключены между ФИО2 и ФИО4, которая является матерью супруга должника, то есть фактически между лицами, которые являются одной семьей.

Согласно представленных в суд доказательств деятельность в отчужденных помещениях осуществляет ООО «Стройинжинеринг», учредителем и единоличным исполнительным органом которого является ФИО3 (супруг дарителя).

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, формальное исполнение для вида условий сделки ее сторонами не может являться препятствием для квалификации судом такой сделки как мнимой.

В рамках рассмотрения спора каких – либо относимых и допустимых доказательств тому что ФИО2, заключая оспариваемые договоры дарения и безвозмездно отчуждая принадлежавшее ей имущество имела иную цель, нежели сделать невозможным взыскание с нее денежных средств в пользу кредитора, суду не представлено. Деятельность в помещениях, ранее принадлежавших ФИО2, по прежнему осуществляет ООО «Стройинжинеринг», единственным учредителем и директором которого является ФИО3, то есть сын одаряемой и супруг дарителя.

Таким образом, суд, оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности приходит к выводу о том, что оспариваемые сделки, помимо того, что совершены с нарушением запрета, установленного ст.10 ГК РФ, являются мнимыми в силу ст.170 ГК РФ, то есть совершены лишь для вида, с целью избежать возможного обращения взыскания на имущество должника при принудительном исполнении решения суда. Совершая сделки ФИО2, имея согласно представленных доказательств ежемесячный доход в размере 13 800,00 рублей не могла не осознавать что отчуждение имущества создаст препятствия к погашению задолженности перед кредитором ПАО Сбербанк. О наличии задолженности перед кредитором ФИО2 было достоверно известно еще с 21.06.2016 года, то есть задолго до совершения сделок по отчуждению имущества.

К доводам ФИО3 о том, что договоры дарения были заключены его супругой в связи с тем, что ФИО4, которой на момент заключения сделок было 83 года могла более эффективно управлять имуществом суд относится критически, поскольку зная о наличии обязательств перед кредитором ФИО2, действуя разумно и осмотрительно обязана была не допустить совершения сделок, которые в дальнейшем препятствовали бы возможности удовлетворить требования кредитора за счет реализации принадлежащего должнику имущества.

При этом доводы ответчиков о том, что на момент совершения сделок под арестом спорное имущество не находилось, запрет на совершение регистрационных действий в период заключения договоров дарения наложен не был, суд находит несостоятельными поскольку данные обстоятельства не являются юридически значимыми для разрешения спора о признании сделок недействительными на основании ст.10 ГК РФ, ст.170 ГК РФ. О наличии неисполненных имущественных обязательств перед кредитором ФИО2 было достоверно известно, а следовательно, действуя разумно и осмотрительно она обязана была не совершать сделок, которые впоследствии препятствовали бы удовлетворению требований кредитора за счет имущества должника.

О дате рассмотрения спора Третейским судом ФИО2, а также ООО «Энергоарсенал», директором которого она является, извещались надлежащим образом, что следует из решения суда, телеграммы о дате и времени рассмотрения дела получены лично ФИО2 14.05.2016 года и 16.05.2016 года, а следовательно, зная о предъявленных требованиях имущественного характера ФИО2 обязана была не совершать действий по отчуждению принадлежащего ей имущества.

Также не могут быть приняты во внимание доводы ответчиков о несоразмерности стоимости отчужденного имущества имущественным требованиям кредиторов поскольку данное обстоятельство не является юридически значимым для разрешения данного спора. Объем имущества и его начальная продажная стоимость определяется судебным приставом – исполнителем при принудительном исполнении судебного акта.

В связи с изложенным суд признает недействительными договор дарения заключенный 14.06.2017 года между ФИО2 (даритель) и ФИО4 в отношении помещения № по адресу <адрес>, договор дарения заключенный 19.07.2017 года между ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемая) в отношении помещения № по <адрес> и договор дарения заключенный 19.07.2017 года между ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемая) в отношении помещения № по <адрес> в <адрес> и применяет последствия недействительности сделок путем возврата спорных помещений в собственность ФИО2

Согласно сведений из ЕГРП собственником помещений №,№, № в <адрес> в <адрес> значится ФИО4, сведений о том, что ФИО3 нотариусом <адрес>ФИО7 выданы свидетельства о праве на наследство на спорное имущество, материалы наследственного дела, заведенного после смерти ФИО4 не содержат.

Вместе с тем, согласно п.4 ст.1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Поскольку на момент рассмотрения требований ПАО Сбербанк о признании сделок недействительными одаряемая ФИО4 умерла и распорядилась на случай своей смерти всем принадлежащим ей имуществом завещав его ФИО3, который в установленном законом порядке принял открывшееся наследство, учитывая, что в соответствии со ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет за собой юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью и недействительна с момента ее совершения, применяя последствия недействительности оспариваемых сделок суд исключает помещения №, №, № по адресу <адрес> из состава наследства, открывшегося после смерти ФИО4 Право собственности на указанные помещения возникшее в силу п.4 ст.1152 ГК РФ у ФИО3, как наследника ФИО4 умершей ДД.ММ.ГГГГ, подлежит прекращению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования публичного акционерного общества Сбербанк России к ФИО2, ФИО3 о признании сделок недействительными, применении последствий их недействительности - удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения заключенный 14.06.2017 года между ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемая) в отношении нежилого помещения площадью № кв.м по адресу <адрес> помещение №.

Признать недействительным договор дарения заключенный 19.07.2017 года между ФИО2 (даритель) и ФИО4 (одаряемая) в отношении нежилого помещения площадью № кв.м по адресу <адрес> помещение №.

Применить последствия недействительности сделок возвратив помещения №, №, № в <адрес> в <адрес> в собственность ФИО2.

Исключить помещения №, №, № в <адрес> в <адрес> из состава наследства, открывшегося после смерти ФИО4 умершей ДД.ММ.ГГГГ и прекратить право собственности ФИО3 на помещения №, №,№ в <адрес> в г.Оренбурге перешедшее к нему в порядке наследования после смерти ФИО4.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию Оренбургского областного суда чрез Центральный районный суд г.Оренбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Е.В. Крыгина

В окончательной форме решение принято 31.10.2018 года