Гражданский кодекс часть 1

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, администрации муниципального образования г.Краснодар ФИО6,

действующего на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления по вопросам семьи и детства администрации муниципального образования г. Краснодар ФИО7,

действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО4 о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительной сделки,

установил:

ФИО8 обратился в Первомайский районный суд г. Краснодара с исковым заявлением к ФИО4, администрации муниципального образования г. Краснодар о признании договора дарения от 07.08.2015, заключенного между ФИО1 и ФИО2, недействительным, применении последствий недействительной сделки в виде обязания ФИО4 отменить регистрацию квартиры по адресу: <адрес> на имя ФИО2, а также о признании ФИО2 по совокупности совершенных ею неправомерных действий недобросовестным наследником.

Требования искового заявления мотивированы тем, что по просьбам уже нездорового отца истца ФИО1ФИО8 переехал на постоянное место жительство в Россию и 06.06.2015 прописался в квартире, которая принадлежала его отцу на праве собственности. Данная квартира расположена по адресу: <адрес>. В то же время в указанной квартире проживала жена ФИО1 – ФИО2, которая была против проживания истца в спорной квартире. До момента смерти ФИО1, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, он говорил о том, что указанная квартира перейдет в наследство истцу и его жене ФИО2 После смерти ФИО1 истцу стало известно о том, что 07.08.2015 между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения, по которому квартира, расположенная по адресу: <адрес>, перешла в собственность ФИО2 В сентябре 2017 года умерла ФИО2, и единственным ее наследником является ответчик ФИО4 После того, как истцу стало известно об указанном договоре дарения, он, усомнившись в его достоверности, обратился к специалистам, которые дали заключение о том, что подпись ФИО1 в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ выполнена не ФИО1 На основании изложенного, учитывая, что ФИО2 сфальсифицировала договор дарения, на основании которого позже зарегистрировала право собственности за собой, истец, не имея иного места жительства, в целях защиты своих прав обратился в суд с вышеуказанными требованиями.

Истец ФИО8 в судебное заседание не явился, воспользовался своим правом, предусмотренным ст. 48 ГПК РФ, на ведение гражданского дела через представителя.

Представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании уточнил исковые требования, просил суд признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО2, недействительным, применить последствия недействительной сделки, обязать Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Краснодарскому краю аннулировать государственную регистрацию права собственности ФИО2 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, а также признать ФИО2 недобросовестным наследником. Настаивал на исковых требованиях по доводам искового заявления, просил иск удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО4, а также его законный представитель ФИО5 в судебном заседании возражали против доводов искового заявления, просили суд отказать в удовлетворении иска, поскольку договор дарения был подписан ФИО1 лично.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, администрации муниципального образования г.Краснодар ФИО6, действующий на основании доверенности, в судебном заседании разрешение спора оставил на усмотрение суда.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления по вопросам семьи и детства администрации муниципального образования г. Краснодар ФИО7, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, поскольку это будет следствием ущемления прав несовершеннолетнего ФИО4

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Краснодарскому краю в судебное заседание не явился, известил суд об уважительности причины своей неявки, просил дело рассмотреть в его отсутствие.

По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого резолюцией 2200 А (XXI) Генеральной Ассамблеи от 16.12.1966, вступившего в силу 23.03.1976, лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных правах.

В соответствии с частью 3 статьи 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, установив юридически значимые для разрешения спора обстоятельства в результате исследования и оценки собранных доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, считает, что иск предъявлен обоснованно и подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем: признания права, признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки, иными способами, предусмотренными законом.

Статьей 35 Конституции Российской Федерации предусмотрено право частной собственности, которое охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. Принудительное отчуждение имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного возмещения.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Частью 3 этой же статьи предусмотрено, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 07.08.2015 между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения квартиры, по условиям которого ФИО1, будучи единственным собственником трехкомнатной квартиры № 16 общей площадью 59,4 кв.м., жилой площадью 43,9 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>, подарил, а ФИО2 приняла в дар указанную квартиру (л.д. 10-11).

На основании указанного договора 10.08.2015 в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним внесена соответствующая запись о регистрации права собственности ФИО2 на квартиру № 16 общей площадью 59,4 кв.м., жилой площадью 43,9 кв.м., расположенную по адресу: <адрес> (л.д. 12).

После смерти ФИО1 истец, усомнившись в достоверности подписи ФИО1, обратился к специалисту ООО «Профессионал-Эксперт» ФИО10 с целью определения подлинности подписи ФИО1 в договоре дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ.

На исследование были предоставлены оспариваемый договор дарения и согласие на вселение и регистрацию по месту пребывания от собственника ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, в подлинности которого истец не сомневался. Согласно заключению специалиста подписи от имени ФИО1 в исследованных документах выполнены разными лицами (л.д. 15-22).

Ввиду возникшего спора, а также учитывая, что ФИО2 умерла ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 93), истец обратился в суд в целях разрешения возникшего спора к единственному наследнику ФИО2 – ФИО4

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В силу части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Судом в целях определения подлинности подписи ФИО1 в оспариваемом договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено экспертам криминалистам ООО «ПрофЭксперт-Юг». Согласно заключению судебной почерковедческой экспертизы № от 25.02.2019 изображение подписи от имени ФИО1, расположенное в договоре дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, вероятно выполнено не ФИО1, а другим лицом (л.д. 147-165).

Судом оценено экспертное заключение ООО «ПрофЭксперт-Юг» с точки зрения допустимости, достаточности и достоверности. Но в то же время, учитывая, что экспертиза была проведена по копии оспариваемого договора, в целях получения более достоверного результата судом была назначена повторная судебная почерковедческая экспертиза с исследованием подлинного договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, предоставленного в материалы дела.

Так, согласно заключению повторной судебной почерковедческой экспертизы № от 29.05.2019, выполненной экспертом-криминалистом ООО «Экспертно-Правовое бюро «Гарант», подпись от имени ФИО1, расположенная в строке «Даритель» в предоставленном на экспертизу договоре дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, вероятно выполнена не ФИО1, а другим лицом (л.д. 206-223).

Ответить на вопрос о подлинности подписи ФИО1 в категорической форме возможно только при наличии достаточного объема сравнительного материала, а именно образцов личной подписи ФИО1, выполненных в оригиналах документов в период 2015 года.

Учитывая, что на момент судебного разбирательства ФИО1 умер, со стопроцентной вероятностью определить подлинность подписи от его имени в оспариваемом договоре не представляется возможным. Однако учитывая, что две судебные экспертизы ответили на вопрос о том, что подпись от имени ФИО1 выполнена, вероятно, другим лицом, свидетельствует о том, что суд может на основании заключений установить данный факт.

Суд принимает в качестве допустимого доказательства экспертное заключение, выполненное экспертами ООО «Экспертно-Правовое бюро «Гарант», поскольку исследование проведено квалифицированным экспертом, обладающим необходимыми познаниями для проведения данного вида исследования, предупрежденным об уголовной ответственности в соответствии с законом. Выводы эксперта не противоречивы, согласуются с выводами заключения независимого эксперта, предоставленного истцом.

Согласно ст. 41 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами.

Повторная судебная почерковедческая экспертиза, выполненная экспертом-криминалистом ООО «Экспертно-Правовое бюро «Гарант», является полной, ясной, обоснованной, содержит подробное описание произведенного исследования, отсутствуют какие-либо сомнения в правильности и обоснованности выводов эксперта. Судебная экспертиза основана на нормах действующего законодательства, нормы которого применены должным образом. Экспертом дан полный и обоснованный ответ на поставленный судом вопрос, сомнений в правильности которого у суда не имеется.

Эксперт ФИО11, которая провела судебную экспертизу, обладает необходимыми знаниями, которые подтверждены свидетельствами и дипломами о профессиональной переподготовке. Эксперт-криминалист имеет свидетельство на право самостоятельного производства судебных экспертиз № по дактилоскопической экспертизе, технико-криминалистической экспертизе документов, а также почерковедческой экспертизе, и сомнений в ее компетенции суд не обнаружил.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что повторная судебная почерковедческая экспертиза, выполненная ООО «Экспертно-Правовое бюро «Гарант», может быть положена в основу принимаемого судом решения.

Учитывая, что в судебном заседании доказан факт того, что договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, который должен выражать волю дарителя ФИО1 на передачу в собственность ФИО2 спорной квартиры, подписан не уполномоченным лицом, то есть не дарителем ФИО1 – собственником передаваемой в дар квартиры, суд делает вывод о том, что указанный договор носит признаки недействительной сделки.

Согласно ст. 574 ГК РФ формой договора дарения недвижимого имущества является письменная, а также договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Однако согласно Федеральному закону от 30.12.2012 № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся в статьях 558, 560, 574, 584 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат применению к договорам, заключаемым после дня вступления в силу настоящего Федерального закона, то есть после 01.03.2013.

Сведений о том, что ФИО1 передоверил свое право на заключение договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ материалы дела не содержат, следовательно, судом не установлено правомочие лица, подписавшего за ФИО1 оспариваемый договор.

Таким образом, учитывая, что договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ не выражает подлинной воли собственника квартиры на передачу ее в дар ФИО2, суд признает его недействительным.

Ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу требований п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Так, судом установлено, что на основании оспариваемого договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, признанного судом недействительным, зарегистрировано право собственности за ФИО2, что подтверждается истребованными в суд доказательствами, а именно регистрационным делом на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (л.д. 123-146).

Учитывая, что ФИО2 скончалась ДД.ММ.ГГГГ и, как следует из пояснений сторон, единственным ее наследником является несовершеннолетний ФИО4, в настоящее время спорная квартира зарегистрирована именно за ответчиком ФИО4

Как следует из существа спора, право собственности ФИО4 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, возникло на основании недействительной сделки, следовательно, в качестве последствия недействительной (ничтожной) сделки является аннулирование записи о государственной регистрации права собственности ФИО4 на спорную квартиру.

Согласно позиции Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, если имущество было передано по недействительной сделке, оно подлежит возврату в порядке реституции, а не путем виндикации у другой стороны сделки (Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010).

Приводя стороны в первоначальное положение, суд руководствуется пунктом 2 статьи 167 ГК РФ.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.06.2017 № 16-П указано, что добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 ГК РФ в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права.

Исходя из вышеназванного, суд делает вывод о законности и обоснованности заявленных истцом требований о применении последствий недействительной (ничтожной) сделки и о необходимости их удовлетворения.

Ничтожная сделка является таковой вне зависимости от признания ее недействительной судом (п. 1 ст. 166 ГК РФ) и в силу требований п. 1 ст. 167 ГК РФ не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Таким образом, не имеют юридического основания последствия заключения договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между дарителем ФИО1 и одаряемой ФИО2

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску оспаривающего такой договор лица, чьи права или охраняемые законом интересы он нарушает.

Значимым при оспаривании договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ обстоятельством также является злоупотребление правом со стороны ФИО2, которое привело впоследствии к нарушению прав и законных интересов истца.

Рассматривая исковые требования ФИО8 о применении последствий недействительной (ничтожной) сделки в части аннулирования записи о государственной регистрации права собственности на квартиру общей площадью 59,4 кв.м., жилой площадью 43,9 кв.м., состоящую из 3 комнат, расположенную на 4 этаже пятиэтажного дома, находящуюся по адресу: Российская Федерация, <адрес>, за ФИО4, суд пришел к следующему выводу.

Пункт 1 статьи 1 ГК РФ к числу основных начал гражданского законодательства относит, в частности, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты, а абзац третий ст. 12 ГК РФ устанавливает такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Статьей 304 ГК РФ предусмотрено, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу ст. 2 Федерального закона от 21.07.1997 №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Согласно положениям п. 6 ст. 8.1 ГК РФ лицо, указанное в государственном реестре в качестве правообладателя, признается таковым, пока в установленном законом порядке в реестр не внесена запись об ином.

В разъяснениях, содержащихся в пунктах 52, 53 совместного Постановления Пленума Верховного Суда РФ и ВАС РФ №10/22 от 29.04.2010, указано, что оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

На основании ч. 2 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу постановления судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

В силу ч. 2 ст. 13 ГПК РФ государственный регистратор обязан внести запись в Единый государственный реестр прав на основании судебного акта независимо от его участия в деле.

Учитывая обстоятельства дела, а также применение к настоящему спору положений ст. 167 ГК РФ, суд полагает, что регистрационные записи, основанные на сделках, признанных судом недействительными, не могут быть сохранены.

В соответствии с предусмотренными п. 154 Правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 23.12.2013 № 765, особенностями внесения в ЕГРП записей на основании судебного акта о признании сделки недействительной или ничтожной, применении последствий такой сделки, если судом признана недействительной оспоримая сделка и применены последствия ее недействительности - решен вопрос о принадлежности зарегистрированного вещного права на объект недвижимости, а также в случае применения последствий ничтожной сделки (решен вопрос о принадлежности зарегистрированного вещного права на объект недвижимости) запись со статусом «актуальная» подраздела II-1 погашается. Если судебным актом предусмотрено восстановление прав, прекращенных в связи с государственной регистрацией перехода права на основании ничтожной или признанной недействительной оспоримой сделки, восстановление права осуществляется путем формирования новой записи подраздела II-1 с указанием в ней номера государственной регистрации права лица, которым данный объект был отчужден на основании такой сделки (являющейся ничтожной или признанной недействительной с применением указанных последствий ее недействительности). В новой записи подраздела II-1 в отношении документов-оснований дополнительно указываются реквизиты соответствующего судебного акта.

Поскольку в соответствии со ст. ст. 167, 168 ГК РФ спорный договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, является недействительным, не влекущим юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с его недействительностью, и недействителен с момента его совершения, то есть с ДД.ММ.ГГГГ, последствием его недействительности является аннулирование записи о государственной регистрации права собственности на квартиру общей площадью 59,4 кв.м., жилой площадью 43,9 кв.м., состоящую из 3 комнат, расположенную на 4 этаже пятиэтажного дома, находящуюся по адресу: Российская Федерация, <адрес>, за ФИО4

Следовательно, произведенная в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок к ним запись о регистрации права собственности за ответчиком ФИО4 подлежит аннулированию (погашению).

Рассматривая исковые требования в части признания ФИО2 недобросовестным наследником, суд руководствуется следующим.

Согласно ст. 1117 ГК РФ не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке. Однако граждане, которым наследодатель после утраты ими права наследования завещал имущество, вправе наследовать это имущество.

Однако, как следует из разъяснения, содержащегося в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, вследствие совершения которых граждане утрачивают право наследования по указанному основанию, могут заключаться, например, в подделке завещания, его уничтожении или хищении, понуждении наследодателя к составлению или отмене завещания, понуждении наследников к отказу от наследства.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 ГК РФ при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы). Вынесение решения суда о признании наследника недостойным в соответствии с абзацами первым и вторым пункта 1 статьи 1117 ГК РФ не требуется. В указанных в данном пункте случаях гражданин исключается из состава наследников нотариусом, в производстве которого находится наследственное дело, при предоставлении ему соответствующего приговора или решения суда.

Таким образом, анализируя обстоятельства настоящего дела, а также нормативную базу по данному вопросу, учитывая, что вопрос рассматривается в отношении человека, который умер ДД.ММ.ГГГГ, а также то, что в отношении ФИО2 нет вступившего в законную силу приговора суда или решения суда о признании ее действий недостойными в отношении наследодателя ФИО1, суд не находит правовых оснований для удовлетворения данной части исковых требований.

При таких обстоятельствах, суд отмечает, что установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права и охраняемого законом интереса, а также факта их нарушения ФИО4, будучи наследником ФИО2, доказаны. Применение последствий недействительной (ничтожной) сделки необходимо и обоснованно в сложившейся спорной ситуации, целью которого является защита прав истца от незаконного их ущемления.

Регулирование прав на жилое помещение должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении иных лиц, как и обеспечение взаимного учета их интересов зависят от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора, то есть не исключается необходимость учета особенностей конкретных жизненных ситуаций при разрешении соответствующих гражданских дел (Постановление Конституционного Суда РФ от 21.04.2003 № 6-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации»; Определение Конституционного суда РФ от 3 ноября 2006 года № 455-О).

Как указано в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 г. № 23 «О судебном решении» заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК РФ.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и статьей 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Суд оценивает доказательства, согласно ст. 67 ГПК РФ, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО8 к ФИО4, администрации муниципального образования г.Краснодар о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительной сделки – удовлетворить частично.

Признать договор дарения квартиры общей площадью 59,4 кв.м., жилой площадью – 43,9 кв.м., состоящей из 3 комнат, расположенной на 4-ом этаже пятиэтажного дома, находящейся по адресу: РФ, <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО2 – недействительным.

Применить последствия недействительной сделки, обязав Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Краснодарскому краю аннулировать запись о государственной регистрации права собственности на квартиру общей площадью 59,4 кв.м., жилой площадью – 43,9 кв.м., состоящую из 3 комнат, расположенную на 4-ом этаже пятиэтажного дома, находящейся по адресу: РФ, <адрес>, за ФИО4.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Данное решение является основанием для внесения изменений записи в Единый государственный реестр недвижимости Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Краснодарский краевой суд через Первомайский районный суд г.Краснодара в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Первомайского

районного суда г. Краснодара А.В. Краснопеев

Мотивированное решение изготовлено 20.06.2019.