Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Ленэнерго» об обязании совершить действия, о взыскании компенсации морального вреда, неустойки, штрафа, встречному иску ПАО «Ленэнерго» к ФИО1 о признании договора недействительным

установил:

ФИО1 обратился в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ПАО «Ленэнерго», в котором просила:

-обязать ответчика в течение 30 дней с момента вступления решения в законную силу исполнить обязательства по договору № ОД-ГтЭС-24079-17/24080-Э-17 от 29.09.2017 года, осуществить мероприятия по технологическому присоединению энергопринимающих устройств дома по адресу: <адрес>

-взыскать с ответчика в пользу истца неустойку в размере 7 422 руб. 69 коп., компенсацию морального вреда 30 000 руб., штраф.

В обоснование заявленных требований указал, что между ней и ответчиком был заключен договор № ОД-ГтЭС-24079-17/24080-Э-17 от 29.09.2017 года об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, в соответствии с которым, ответчик принял на себя обязательство по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств принадлежащего истцу дома по адресу: <адрес>, в том числе, по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов элекктроэнергетики), с учетом следующих характетристик:

- максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств – 15 кВт;

- категория надежности – третья;

- класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется технологическое присоединение – 10 кВт;

- максимальная мощность ранее присоединяемых энергопринимающих устройств отсутствует;

Истец обязалась оплатить расходов на технологическое присоединение в соответствии с условиями настоящего договора.

Истец исполнила обязательства по договору.

Указанный договор до настоящего времени ответчиком не исполнен, мероприятия по технологическому присоединению энергопринимающих устройств дома по указанному выше адресу не произведены.

Ответчик ПАО «Ленэнерго» обратилось с встречным иском к ФИО1 о признании недействительным договора ОД-ГтЭС-24079-17/24080-Э-17 от 29.09.2017 года, ссылаясь на следующие обстоятельства. Техническими условиями для присоединения к электрическим сетям, являющихся приложением к договору ОД-ГтЭС-24079-17/24080-Э-17 от 29.09.2017 года предусмотрено, что способ исполнения договора по присоединению к электрическим сетям сторонами установлен путем опосредованного присоединения электроустановок истца через электрические сети ДНП «Остров». В ходе рассмотрения дела истец не отрицала, что в настоящее время электроснабжение дома организовано от электрических сетей ДНП «Остров» в соответствии с заключенным договором на пользование инфраструктурой ДНП, в эту же организацию поступает плата за потребленную электроэнергию, которая рассчитывается, исходя из показаний приборов учета. Указал на то, что при подаче заявки на присоединение к электрическим сетям, на основании которой между сторонами заключен оспариваемый договор, истец скрыл от ответчика факт технологического присоединения к электрическим сетям ДНП «Остров», не указал на наличие на объекте существующей мощности. О данных обстоятельствах ПАО «Ленэнерго» при заключении с истцом договора знать не могло. В свою очередь, ДНП «Остров» имеет надлежащим образом оформленное технологические присоединение к электрическим сетям ПАО «Ленэнерго». Следовательно, договор между истцом и ответчиком заключен в нарушение требований норм и правил, предусмотренных для заключения публичного договора об осуществлении технологического присоединения, в соответствии с которыми, технологическое присоединение носит однократный характер, следовательно, повторное технологическое присоединение не требуется. Исполнение данного договора противоречит ФЗ «Об электроэнергетике».

В судебное заседание представитель ФИО1 явилась, первоначальные требования поддержала, в удовлетворении встречного иска просила отказать, настаивала на доводах, изложенных в возражениях на встречный иск (л.д. 72-76), ссылалась на то, что в заключенном между сторонами договоре указана максимальная мощность 15 кВт, тогда как мощность устройств в доме истца в настоящее время составляет 5 кВт. Таким образом, на основании заключенного между сторонами договора мощность устройств в доме истца увеличивается, вследствие чего, при увеличении мощности возможно повторное технологическое присоединение, поскольку такое присоединение возможно только на основании отдельного договора об осуществлении технологического присоединения. Указала, что ПАО «Ленэнерго» пропущен предусмотренный законом срок для обращения в суд с указанными встречными требованиями. Пояснила, что согласование присоединения с ДНП «Остров», на отсутствие которого ссылается ответчик в возражениях на первоначальные требования, не требуется, между истцом и ДНП заключен договор о пользовании инфраструктурой ДНП, истец вправе пользоваться инфраструктурой ДНП и напрямую требовать от поставщика электроэнергии установления технологического присоединения с увеличением мощности.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения первоначальных требований, на встречном иске настаивал.

Представитель третьего лица ДНП «Остров» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом извещался, вследствие чего, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица.

Выслушав истца, ответчика, изучив материалы дела, оценив доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Каждая сторона согласно части 1 статьи 56 ГПК РФ должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 является собственником земельного участка по адресу: <адрес>

16.02.2011 года между СНТ «Остров» и ОАО «Петербургская сбытовая компания» заключили договор электроснабжения № 73819.

01.09.2012 года между ФИО1 и СНТ «Остров» заключен договор № 80-2 на пользование объектами инфраструктуры и другим имуществом общего пользования СНТ «Остров», в том числе, линиями электропередач (от вторичной обмотки трансформатора до индивидуального прибора учета потребителя) (л.д. 77-82).

01.09.2012 года между ФИО1 и СНТ «Остров» заключен договор электроснабжения № 80-1/2012, в соответствии с условиями которого СНТ обязано подавать индивидуальному садоводу ФИО1 энергию и мощность через электрическую сеть в количестве, предусмотренном приложением № 1 к договору (л.д. 43-46).

Приложением № 1 к договору № 80-1/2012 от 01.09.2012 года, договорная величина электроэнергии для индивидуального садовода ФИО1 составляет 5 кВт (л.д. 47).

29.09.2017 года между ФИО1 и ПАО энергетики и электрификации «Ленэнерго» заключен договор № ОД-ГтЭС-24079-17/24080-Э-17 об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям (л.д. 7-10).

В соответствии с условиями договора, ответчик принял на себя обязательство по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств принадлежащего истцу дома по адресу: <адрес>, в том числе, по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства (энергопринимающих устройств, объектов элекктроэнергетики), с учетом следующих характетристик:

- максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств – 15 кВт;

- категория надежности – третья;

- класс напряжения электрических сетей, к которым осуществляется технологическое присоединение – 10 кВт;

- максимальная мощность ранее присоединяемых энергопринимающих устройств отсутствует.

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет четыре месяца со дня заключения договора.

Неотъемлемой частью договора являются технические условия для присоединения к электрическим сетям (л.д. 11-12).

Истцом во исполнение обязанностей по договору произведена уплата денежных средств в размере 10 956 руб. 30 коп. (л.д. 15).

В соответствии с актом от 11.05.2018 года, мероприятия, предусмотренные техническими условиями, истцом не выполнены, отсутствует справка о согласовании точки присоединения и объема работ, необходимых для присоединения запрашиваемой нагрузки по сети 0,4 кВт от СНТ «Остров» (л.д. 16-17).

17.07.2018 года истцом в адрес ответчика направлена претензия со ссылкой на неисполнение ответчиком заключенного с истцом договора (л.д. 18-21), в ответ на которое ответчик в письме от 31.07.2018 года сообщил, что с истцом заключен договор с нарушением установленных норм и правил, поскольку ответчику не было сообщено истцом о наличии у истца технологического присоединения к электрическим сетям, о существующей мощности, ссылался на то, что присоединение к электрическим сетям носит однократный характер (л.д. 22-23).

ПАО «Ленэнерго» заявлены требования о признании недействительным договора № ОД-ГтЭС-2479-17/24080-Э-17 от 29.09.2017 года об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, заключенного между истцом и ответчиком в соответствии со ст. 168 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка может быть признана недействительной только по основаниям, установленным законом.

Согласно абзацу 1 пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

На основании ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно статье 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, если сделка нарушает требования закона или иного правового акта и при этом посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, такая сделка ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2015), утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04 марта 2015 года, разъяснено, что злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

В пункте 8 данного Пленума разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 и 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

При наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий. Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права охраняемые законом интересы нарушает этот договор.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц. По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно пункту 1 статьи 26 Федерального закона от 26 марта 2003 года № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер.

Технологическое присоединение осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным.

Правила технологического присоединения, а также Правила недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 года № 861.

Действие настоящих Правил распространяется на случаи:

присоединения впервые вводимых в эксплуатацию энергопринимающих устройств;

увеличения максимальной мощности ранее присоединенных энергопринимающих устройств;

изменения категории надежности электроснабжения, точек присоединения, видов производственной деятельности, не влекущих пересмотра величины максимальной мощности, но изменяющих схему внешнего электроснабжения ранее присоединенных энергопринимающих устройств;

присоединения ранее присоединенных энергопринимающих устройств, выведенных из эксплуатации (в том числе в целях консервации на срок более 1 года) в порядке, установленном Правилами вывода объектов электроэнергетики в ремонт и из эксплуатации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июля 2007 г. N 484 "О выводе объектов электроэнергетики в ремонт и из эксплуатации";

предусмотренные пунктом 41 настоящих Правил.

Заявляя настоящие требования, ПАО «Ленэнерго» ссылается на те обстоятельства, что с истцом заключен договор с нарушением установленных норм и правил, поскольку ответчику не было сообщено истцом о наличии у истца технологического присоединения к электрическим сетям, о существующей мощности, ссылался на то, что присоединение к электрическим сетям носит однократный характер, что недопустимо.

Между тем, следует принять во внимание следующие обстоятельства.

Согласно разъяснениям, приведенным в решении Верховного Суда РФ от 3 июля 2015 года № АКПИ15-499, Федеральный закон "Об электроэнергетике", устанавливая правовые основы экономических отношений в сфере электроэнергетики, определяя полномочия органов государственной власти по регулированию этих отношений, предусматривает, что технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер (пункт 1 статьи 26).

Во исполнение предписаний федерального законодателя постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 г. N 861 утверждены Правила технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям

Правила определяют порядок технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, регламентируют процедуру присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям сетевой организации, определяют существенные условия договора об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям. Технологическое присоединение является неотъемлемой организационно-технической предпосылкой, необходимой для оказания сетевой организацией услуг по передаче электрической энергии.

Процедура технологического присоединения включает подачу заявки заявителем, который имеет намерение осуществить технологическое присоединение, реконструкцию энергопринимающих устройств и увеличение объема максимальной мощности, а также изменить категорию надежности электроснабжения, точки присоединения, виды производственной деятельности, не влекущие пересмотр (увеличение) величины максимальной мощности, но изменяющие схему внешнего электроснабжения энергопринимающих устройств заявителя; заключение договора; выполнение сторонами договора мероприятий, предусмотренных договором; получение разрешения органа федерального государственного энергетического надзора на допуск к эксплуатации объектов заявителя; осуществление сетевой организацией фактического присоединения объектов заявителя к электрическим сетям.

При осуществлении первичного технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителя все технические параметры такого присоединения закрепляются за присоединенными энергопринимающими устройствами и фиксируются в документах о технологическом присоединении, в частности в акте об осуществлении технологического присоединения. Такими техническими параметрами являются: максимальная мощность энергопринимающих устройств, категория надежности, количество точек присоединения, уровень напряжения, на котором присоединены энергопринимающие устройства.

Технологическое присоединение согласно статье 26 Федерального закона "Об электроэнергетике" осуществляется на основании договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом. Указанный договор является публичным. Плата по договору об осуществлении технологического присоединения взимается однократно с возможным условием об оплате выполнения отдельных мероприятий по технологическому присоединению.

В соответствии с пунктом 4 статьи 26 данного Федерального закона в случае, если происходит смена собственника или иного законного владельца энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики, которые ранее в надлежащем порядке были технологически присоединены, а виды производственной деятельности, осуществляемой новым собственником или иным законным владельцем, не влекут за собой пересмотр величины присоединенной мощности и не требуют изменения схемы внешнего электроснабжения и категории надежности электроснабжения, повторное технологическое присоединение не требуется и ранее определенные границы балансовой принадлежности устройств или объектов и ответственности за нарушение правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства не изменяются.

По смыслу приведенных законоположений повторное технологическое присоединение энергопринимающих устройств имеет место, в частности, при пересмотре величины присоединенной мощности, которое в силу требований пункта 1 статьи 26 Федерального закона "Об электроэнергетике" возможно только на основании отдельного договора об осуществлении технологического присоединения к объектам электросетевого хозяйства, заключаемого между сетевой организацией и обратившимся к ней лицом, в том числе ранее уже заключавшим договор об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств другой мощности.

Под однократностью технологического присоединения, упомянутого в пункте 1 статьи 26 Федерального закона "Об электроэнергетике", понимается разовое осуществление процедуры технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, в объеме максимальной мощности таких энергопринимающих устройств, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства. Кроме того, однократность технологического присоединения к электрическим сетям означает, что плата за технологическое присоединение взимается однократно; при изменении формы собственности или собственника (заявителя или сетевой организации) не требуется осуществления новой процедуры технологического присоединения; изменение формы собственности или собственника (заявителя или сетевой организации) не влечет за собой повторную оплату за технологическое присоединение; реконструкция объекта капитального строительства, ранее присоединенного к электрическим сетям, при которой не осуществляется реконструкция и увеличение максимальной мощности энергопринимающих устройств потребителя, или при которой не осуществляется изменение категории надежности электроснабжения, точек присоединения, видов производственной деятельности, влекущее изменение схемы внешнего электроснабжения, не требует осуществления нового (повторного) технологического присоединения.

Определив в пункте 2 Правил сферу действия нормативного правового акта, включая случаи ранее присоединенных энергопринимающих устройств, максимальная мощность которых увеличивается, Правительство Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом "Об электроэнергетике" и нормами Гражданского кодекса Российской Федерации осуществило нормативно-правовое регулирование отношений по доступу к электрическим сетям и услугам по передаче электрической энергии.

Истец в ходе рассмотрения настоящего дела указывала на то, что мощность, поставляемая через ДНП «Остров», составляет 5 кВт, истец заключила договор с ответчиком, по условиям которого максимальная мощность составляет 15 кВт. Истец пояснила, что мощность 15 кВт – суммарная мощность, с учетом поставляемой мощности 5 кВт, истец заключила оспариваемый договор об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств другой мощности.

При этом, следует принять во внимание те обстоятельства, что осуществление технологического присоединения энергопринимающих устройств другой мощности возможно только на основании отдельного договора, как следует из положений приведенных выше норм.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, в данном случае повторное технологическое присоединение энергопринимающих устройств возможно, вследствие чего, заключенный между сторонами договор № ОД-ГтЭС-24079-17/24080-Э-17 от 29.09.2017 года об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям требованиям положений закона и Правил не противоречит.

Ссылок на наличие иных оснований для признания договора недействительным не имеется.

Таким образом, оснований для признания указанного выше договора, заключенного между сторонами недействительным в соответствии со ст. 168 ГК РФ не имеется.

Кроме того, следует принять во внимание те обстоятельства, что оспариваемый договор заключен между сторонами 29.09.2017 года.

При этом, условиями договора, технических условий, являющихся неотъемлемой частью договора, предусмотрено, что способ исполнения договора по присоединению к электрическим сетям сторонами установлен путем опосредованного присоединения электроустановок истца через электрические сети ДНП «Остров».

В свою очередь, 18.12.2010 года ПАО «Ленэнерго (филиал – Гатчинские электрические сети») составлен акт о технологическом присоединении СНТ «Остров» (л.д. 56).

Срок для осуществления действий по технологическому присоединению по заключенному с истцом договору установлен 4 месяца, то есть истекал 30.01.2018 года.

27.02.2019 года ПАО «Ленэнерго» обратилось в суд с встречным иском о признании договора от 29.09.2017 года недействительным, указывая на его противоречие действующему законодательству, то, что данный договор ответчиком не должен быть исполнен.

В соответствии с ч. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как предусмотрено ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

При таком положении, учитывая конкретные обстоятельства по настоящему делу, суд приходит к выводу о пропуске истцом установленного законом срока для признания оспоримой сделки недействительной.

Согласно статье 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В ходе рассмотрения дела представитель ФИО1 заявила о пропуске ПАО «Ленэнерго» предусмотренного законом срока для обращения в суд с настоящими требованиями.

Оснований для признания причин пропуска ПАО «Ленэнерго» процессуального срока уважительными не имеется.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что в удовлетворении заявленных ПАО «»Ленэнерго» требований надлежит отказать, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Заявляя первоначальные требования, ФИО1 просит:

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно пункту 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В силу пункта 2 названной статьи отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В соответствии с положениями статьи 401 ГК РФ, Закона РФ «О защите прав потребителей», по общему правилу бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

Согласно пункту 2 дополнительного соглашения к договору от 31 марта 2014 года срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению продлен до 31 декабря 2017 года.

Согласно пункту 6 договора, сетевая организация обязуется надлежащим образом исполнить обязательства по выполнению мероприятий по технологическому присоединению (включая урегулирование отношений с иными лицами) до границ земельного участка, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства заявителя.

Согласно пункту 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

Ответчик ПАО «Ленэнерго» в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ не представил суду доказательств полного исполнения обязательств по договору № ОД-ГтЭС-24079-17/24080-Э-17 от 29.09.2017 года.

Ссылки ответчика на непредставление истцом справки о согласовании технологического присоединения от ДНП «Остров», подлежат отклонению, поскольку пунктом 6 заключенного между сторонами договора, обязанность урегулирования отношений с иными (третьими) лицами оганизации мероприятий по технологическому присоединению возложена на ПАО «Ленэнерго».

Данная обязанность предусмотрена и Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 декабря 2004 года N 861 "Об утверждении Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам по оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам администратора торговой системы оптового рынка и оказания этих услуг и Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям".

Указанный истцом срок для исполнения обязательств по договору - в течение 30 дней со дня вступления в законную силу решения суда, соответствует требованиям разумности, оснований для его изменения не имеется.

Суд отмечает, что по условиям договора ответчик принял обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителей, в том числе, по обеспечению готовности объектов электросетевого хозяйства (включая и проектирование, строительство, реконструкцию) к присоединению энергопринимающих устройств, урегулированию отношений с третьими лицами в случае необходимости строительства (модернизации) такими лицами принадлежащих им объектов электросетевого хозяйства.

Судом установлено, ПАО «Ленэнерго» не оспаривалось, что мероприятия по технологическому присоединению энергопринимающих устройств в доме по спорному адресу не произведено, в связи с чем требования истца в части обязания ответчика исполнить обязательства по договору подлежат удовлетворению.

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Пунктом 5 статьи 28 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» установлено, что в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Размер неустойки (пени) определяется, исходя из цены выполнения работы (оказания услуги), а если указанная цена не определена, исходя из общей цены заказа, существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено исполнителем в день добровольного удовлетворения такого требования или в день вынесения судебного решения, если требование потребителя добровольно удовлетворено не было.

Пунктом 17 заключенного между сторонами договора предусмотрено, что сторона договора, нарушившая срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренный договором, в случае, если плата за технологическое присоединение по договору превышает 550 руб., обязана уплатить другой стороне неустойку, равную 0,25 % от указанного общего размера платы за каждый день просрочки.

Предусмотренная договором плата за технологическое присоединение составляет 10 956 руб. 30 коп., следовательно, истец вправе требовать неустойку в размере 0,25% за каждый день просрочки.

Истец просит взыскать с ответчика неустойку за 271 день просрочки в размере 7 422 руб. 69 коп.

Представленный истцом расчет неустойки судом проверен, признан математически правильным, ответчиком не опровергнут.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка в размере 7 422 руб. 69 коп.

На основании положений статьи 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» суд, с учетом конкретных обстоятельств дела, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указано, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Поскольку нарушение ответчиком прав истца, как потребителя, было установлено в ходе рассмотрения настоящего дела, суд, руководствуясь положениями Закона РФ «О защите прав потребителей», полагает, что в пользу истца необходимо взыскать штраф в размере 8 711 руб. 35 коп. ((7422,69+10000)*50%).

В порядке статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджет Санкт-Петербурга надлежит взыскать государственную пошлину в размере 700 руб.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

ПАО «Ленэнерго» в удовлетворении требований о признании недействительным договора № ОД-ГтЭС-24079-17/24080-Э-17 от 29.09.2017 года, заключенного между ФИО1 и ПАО «Ленэнерго», отказать.

Обязать публичное акционерное общество «Ленэнерго» исполнить обязательства по договору № ОД-ГтЭС-24079-17/24080-Э-17 от 29.09.2017 года, в течение 30 дней с момента вступления решения в законную силу осуществить мероприятия по технологическому присоединению энергопринимающих устройств дома по адресу: <адрес>

Взыскать с публичного акционерного общества «Ленэнерго» в пользу ФИО1 неустойку 7 422 (семь тысяч четыреста двадцать два) руб. 69 коп., компенсацию морального вреда 10 000 (десять тысяч) руб., штраф 8 711 (восемь тысяч семьсот одиннадцать) руб. 35 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ПАО «Ленэнерго» в доход Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 700 (семьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца.

Судья: Цыганкова Ю.В.

Мотивированное решение изготовлено 4 июля 2019 года.

Судья: Цыганкова Ю.В.