Гражданский кодекс часть 1

ФИО1, уточнив исковые требования, обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании денежных средств. В обоснование заявленных требований указала, что 19 марта 2019 года между ИП ФИО2 и ФИО1 был заключен договор о совместной деятельности, согласно которого стороны договорились о предоставлении детских развлекательных услуг под наименованием «kids club «Happy House», по адресу: <...> ТРЦ «Звездный». В целях организации данной деятельности внесли по 300000 рублей каждая.

В сентябре 2020 года, в результате длительных переговоров сторонами было принято решение о прекращении совместной деятельности по договору от 19.03.2019 года.

С учетом достигнутой договоренности, а так же отказа от продажи деятельности третьим лицам, 03.10.2020 года, в соответствии с п. 5.5. Договора истец и ответчик разделили имущество, находящееся в совместном пользовании пропорционально долям, после чего указанная деятельность должна была быть прекращена.

Однако, после раздела имущества, ФИО2 продолжает ее осуществление под тем же наименованием «kids club «Happy House», в том же помещении и по тому же адресу: <...> ТРЦ «Звездный».

Таким образом, ФИО2 ввела в заблуждение ФИО1 о прекращении деятельности и нарушила п. 5.4. Договора, согласно которого, в случае выхода из совместной деятельности одного из участников обязана была выплатить последней долю участия в размере 300 000 рублей.

Просит суд признать недействительным соглашение от 19.10.2020 и применить последствия недействительности сделки, обязав ФИО2 принять имущество от ФИО1, переданное по акту от 03.10.2020; взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 300000 руб., а также уплаченную госпошлину.

Представитель истца ФИО1 – ФИО3, действующая на основании доверенности, поддержала уточненные требования в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске. Просила иск удовлетворить в полном объеме. Дополнительно указала, что ФИО2 ввела в заблуждение ФИО1 в том, что она не будет продолжать деятельность, поэтому они разделили имущество. Если бы она сообщила ФИО1 о том, что намерена продолжать оказывать развлекательные услуги, то должна была выплатить ФИО1 её вступительный взнос в размере 300 000 рублей. Относительно обеспечительного платежа в счет оплаты аренды нежилого помещения пояснила, что его действительно вносила ответчик. Тем не менее, сумма внесенного ею обеспечительного платежа была исключена из тех 300 000 рублей начального капитала в доле участия, которые она должна была внести со своей стороны.

Ответчик ФИО2, будучи надлежащим образом извещенной о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, обеспечив явку представителя ФИО4, действующего на основании доверенности, исковые требования не признавшего и пояснившего, что договором о совместной деятельности предусмотрены несколько способов его прекращения, и стороны реализовали один из таких способов, отказавшись от остальных. Иными словами, прекратив договор одним способом, невозможно прекратить его позже другим способом, так как договора уже не существует в правовой реальности. Более того, истец в своих рассуждениях игнорирует тот факт, что при прекращении договора соглашением ею была получена доля в 50% от всего общего имущества, находившегося в совместном пользовании. При таких обстоятельствах тем более не ясно чем обусловлено требование истца о выплате ей денежных средств.

Кроме того, основной претензией истца является якобы введение ее в заблуждение о прекращении деятельности ответчиком, которая впоследствии вновь занялась предоставлением детских развлекательных услуг. Заявленные требования являются незаконными по целому ряду причин. Пункт 5.4 соглашения подразумевает выкуп доли истца, вместе с тем, доля истца осталась у него, соответственно выкупать ответчику нечего. Ответчик имеет право заниматься предоставлением детских развлекательных услуг без его выкупа у истца за 300 000 рублей. Действующее российское законодательство не предусматривает возможности ограничения права деятельности субъектов гражданского оборота. Само по себе прекращение совместной деятельности не означает запрета на ведение того же рода деятельности любой из сторон самостоятельно.

В настоящее время ответчик ведет деятельность не в качестве ИП, а в качестве самозанятой. Она прекратила деятельность ИП. Бренд не запатентован, он никому не принадлежит, помещение, в котором ведется деятельность ответчиком, также не принадлежит истцу. Обеспечительный платеж вносила исключительно ответчик. Он был внесен ещё до вхождения истца в долю в бизнесе. Она оплатила обеспечительный платеж путем передачи наличных денежных средств из накоплений своего мужа в размере 130000 рублей под расписку арендодателям. ФИО1 приобрела игрушки на сумму 300 000 рублей, а ФИО2 приобрела игрушки на сумму 170 000 рублей. Таким образом, в осуществление совместной деятельности стороны вложили по 300000 рублей.

При ее прекращении они добровольно разделили имевшееся на тот момент оборудование пропорционально вложенным средствам и выполненная ФИО1 расписка свидетельствует об отсутствии у последней каких-либо материальных претензий по разделу.

С момента подписания соглашения, стороной истца не вносились денежные средства, направленные на осуществление предпринимательской деятельности. Никакого участия в деятельности ответчика истец также не принимала. Не оспаривался представителем истца и тот факт, что совместное имущество было поделено сторонами поровну. Истец забрала свою долю. Совокупность указанных обстоятельств подтверждает тот факт, что ФИО1 понимала смысл и последствия подписания спорного соглашения. При отсутствии в соглашении условий о запрете на ведение аналогичной самостоятельной деятельности, доводы искового заявления о введение стороны в заблуждение не соответствуют действительности. Таким образом, довод истца о том, что сделка была совершена под влиянием заблуждения является надуманным и не находит своего подтверждения в материалах дела. Стороны расторгли соглашение на основании пункта 5.5 по обоюдному согласию обеих сторон.

Поскольку не имеется оснований для признания соглашения не действительным, то не имеется оснований для удовлетворения исковых требований.

Выслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу положений ч.1 ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основании договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно п. 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В соответствии с п. 1 ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В судебном заседании установлено, что 19.03.2019 между ИП ФИО2 (Участник 1) и ФИО1 (Участник 2) заключен договор о совместной деятельности (далее по тексту – Договор) (л.д. 7-11).

На основании п. 1.1. Договора стороны совместно предоставляли детские развлекательные услуги под наименованием «kids club «Happy House» в ТРЦ «Звездный», по адресу <...> в помещении, которое занимали на основании договора аренды недвижимого имущества № К 07 от 06.02.2019.

В соответствии п. 2.1 Участники внесли в совместную деятельность вклады: предоставили денежные средства в размере 300000 руб., согласовывали всю необходимую документацию, связанную с выполнением настоящего договора; производили солидарно расходы, связанные с заключенным договором аренды недвижимого имущества № К 07 от 06.02.2019.

Согласно п. 2.3 доли участников в совместной деятельности были распределены 50/50.

Как следует из п. 5.2 настоящий договор может быть прекращен досрочно на основаниях, предусмотренных действующим законодательством Российской Федерации.

В случае, если Участник 1 и Участник 2 письменно извещают друг друга о выходе в течении одного месяца, то по соглашению сторон совместная деятельность продается третьим лицам с распределением полученных денежных средств пропорционально доли каждого участника, либо имущество, находящееся в совместном пользовании распределяются между участниками пропорционально их долям (п. 5.5 Договора).

Как следует из договора аренды недвижимого имущества № К 07 от 06.02.2019, арендная плата составляет 61 500 руб., срок действия договора составляет 11 месяцев (л.д. 16-17).

По акту приема-передачи от 29.03.2019 к договору аренды недвижимого имущества № К 07 от 06.02.2019 арендатору ИП ФИО2 передано недвижимое имущество по адресу <...> (л.д.18).

01.09.2019 заключено дополнительное соглашение № 2 к договору аренды недвижимого имущества № К 07 от 06.02.2019, согласно п. 5 которого включен обеспечительный платеж 107 484 руб. (л.д.19).

06.01.2020 заключен договор аренды недвижимого имущества № 4/К с передачей в аренду ИП ФИО2 нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>. Согласно п. 4.8 обеспечительный платеж составляет 107 484 руб. (л.д. 88-90).

Вместе с тем, обеспечительный платеж за 2 месяца по договору аренды был внесен ФИО5 (супругом ответчицы) согласно расписке от 12.12.2018 в размере 130 500 руб. (л.д.87).

27.09.2020 года в адрес ИП ФИО2 от Участника ФИО1 было направлено письменное обращение с требованием разъяснить порядок действия в соответствии с соглашением о прекращении совместной деятельности на основании договора от 19.03.2019.

В этот же день ФИО2 уведомила ФИО1 о прекращении совместной деятельности с 01.10.2020 по предоставлению детских развлекательных услуг под наименованием «kids club «Happy House» в ТРЦ «Звездный» (л.д.15).

03.10.2020 произведен раздел имущества развлекательного центра «kids club «Happy House» в ТРЦ «Звездный», в собственность ФИО1 выделено имущество (л.д.20). ФИО2 с разделом имущества согласилась, претензий не имела.

09.10.2020 ИП ФИО2 прекратила свою деятельность в качестве индивидуального предпринимателя (л.д. 46-48).

19.10.2020 Участники заключили соглашение о прекращении совместной деятельности по Договору от 19.03.2019, согласно которому разделили совместно используемое имущество и прекратили совместную деятельность по Договору. В соответствии с п. 3 участники согласно п. 5.5 Договора претензий друг к другу не имеют (л.д.45).

Вместе с тем, 19.10.2020 детский клуб «Happy House» в ТРЦ «Звездный» возобновил свою работу под единоличным руководством ФИО2 (л.д. 78-86).

Согласно п. 1 ст. 1041 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

Договор простого товарищества представляет собой гражданско-правовой договор.

По смыслу положений гражданского законодательства существенными условиями договора простого товарищества являются достижение соглашения о цели совместной деятельности, условие о соединении вкладов товарищей и условие о совместной деятельности товарищей, в том числе условия о размерах вкладов, сроке и порядке их внесения в общее имущество, денежную оценку вклада (ст. 1042 Гражданского кодекса РФ).

Вкладом товарища признается все то, что он вносит в общее дело, в том числе деньги, иное имущество, профессиональные и иные знания, навыки и умения, а также деловая репутация и деловые связи. Вклады товарищей предполагаются равными по стоимости, если иное не следует из договора простого товарищества или фактических обстоятельств. Денежная оценка вклада товарища производится по соглашению между товарищами (ст. 1042 названного кодекса).

Договором простого товарищества можно признать соглашение, участники которого преследуют единую (общую) цель, совершают действия, необходимые для достижения поставленной цели, формируют за счет вкладов имущество, составляющее их общую долевую собственность, несут бремя расходов и убытков от общего дела, распределяют между собой полученные результаты (ст. 1043 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 1041 ГК РФ сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

Руководствуясь статьей 420, 421, 432, пунктом 1 статьи 1041 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимся в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", суд, учитывая, что настоящий договор о совместной деятельности заключен между физическим лицом и индивидуальным предпринимателем, приходит к выводу о том, что, заключая указанное соглашение, поименованное как Договор о совместной деятельности от 19.03.2019, сторонами не был соблюден установленный законом субъектный состав, следовательно, по своей правовой природе оцениваемое соглашение сторон не является договором простого товарищества.

В то же время в соответствии со ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

Как разъяснено в п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» если из содержания договора невозможно установить, к какому из предусмотренных законом или иными правовыми актами типу (виду) относится договор или его отдельные элементы (непоименованный договор), права и обязанности сторон по такому договору устанавливаются исходя из толкования его условий. При этом к отношениям сторон по такому договору с учетом его существа по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) могут применяться правила об отдельных видах обязательств и договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (пункт 2 статьи 421 ГК РФ).

Как было указано выше, стороны в силу правила о свободе договора могли заключить договор как поименованный гражданским законодательством, так и иное соглашение. Стороны свободны в реализации принадлежащих им гражданских прав и обязанностей, могут добровольно принимать на себя обязательства, действуя разумно и осмотрительно.

Действуя добровольно, стороны заключили Договор о совместной деятельности от 19.03.2019, условия которого сторонами не оспариваются.

В соответствии со статьей 450 ГК РФ договор может быть расторгнут по соглашению сторон, если иное не предусмотрено названным кодексом, другими законами или договором.

Имея намерение, расторгнуть договор, 19.10.2020 стороны заключили соглашение о прекращении совместной деятельности по нему.

Оспаривая данное соглашение, истица ссылается на мнимость сделки и недействительность данного соглашения, поскольку фактически второй его участник ФИО2 продолжила осуществлять предпринимательскую деятельность в детском клубе «Happy House» в ТРЦ «Звездный», предварительно введя истицу в заблуждение относительно своих намерений.

В тексте договора о совместной деятельности от 19.03.2019 имеется прямое указание на возврат денежных средств в связи с условиями договора о совместной деятельности: Участник, оказавшийся не в состоянии выполнять свои обязательства по настоящему договору, обязан письменно известить другую сторону за один месяц до выхода, при этом оставшийся Участник обязан выплатить долю участия в установленный сторонами график, но не позднее чем в течение 6 месяцев (п. 5.4 Договора).

Таким образом, ФИО1 полагает необходимым взыскать в исполнение данного пункта соглашения с ответчицы 300000 руб. в свою пользу как участнику добровольно вышедшему из Соглашения. А полученное ею в результате мнимого соглашения имущество обязуется вернуть ФИО2

В соответствии со ст. 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии со ст. 310 ГК РФ, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

В судебном заседании ФИО1 была представлена распечатка с сайта детского клуба «Happy House» в ТРЦ «Звездный», согласно которой следует, что в детском клубе проходят дни рождения (л.д. 78), функционирует детская развлекательная комната (л.д.79). 01.10.2020 детский клуб был закрыт для посещения (л.д.80), но с 19.10.2020 возобновил свою работу (л.д.81-83) и вплоть до настоящего времени осуществляет свою деятельность (л.д.84-86).

Представителем ответчика ФИО2 факт осуществления ею самостоятельной деятельности по предоставлению детских развлекательных услуг в в ТРЦ «Звездный» не оспаривается.

Вместе с тем, из пояснений представителя ответчика усматривается, что возобновление функционирования детского клуба стало следствием единоличных и самостоятельных действий ФИО2, которая на свои личные денежные средства приобрела недостающее оборудование и в рамах действующих арендных отношений, возникших между ФИО2 и арендодателями еще до заключения Договора о совместной деятельности с ФИО1, стала предоставлять аналогичные развлекательные услуги.

ФИО1, в свою очередь, полагает, что после заключения соглашения от 19.10.2020 о прекращении совместной деятельности ФИО2 не имела права осуществлять деятельность по предоставлению детских развлекательных услуг под наименованием «kids club «Happy House» в ТРЦ «Звездный». Следовательно, сам факт возобновления таковой свидетельствует о мнимости соглашения, заключенного лишь для вида и нарушающего права истицы, которая в сложившейся ситуации имеет право на денежный выдел доли, поскольку по факту оказалась участником, вышедшим из Договора о совместной деятельности.

Оценивая данную позицию сторон, суд принимает во внимание следующее.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с п. 6 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021) для признания сделки недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 этого же кодекса необходимо установить, что сторона сделки действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в действительности.

Пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" предусматривает, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 указанного кодекса).

Согласно п. 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, т.е. сделка, совершенная с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу приведенной нормы по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника на совершение притворной сделки недостаточно. Стороны должны преследовать общую цель и с учетом правил ст. 432 Гражданского кодекса РФ достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка. При этом к прикрываемой сделке, на совершение которой направлены действия сторон с целью создания соответствующих правовых последствий, применяются относящиеся к ней правила, в том числе о форме сделки.

Заключая оспариваемое соглашение о прекращении совместной деятельности, стороны, руководствуясь положением п 5.5 Договора о совместной деятельности, разделили совместно используемое имущество и прекратили совместную деятельность по Договору, указав, что в части такого раздела каких-либо претензий друг к другу не имеют.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Таким образом, ФИО2 не может быть ограничена в своём праве осуществлять единоличную деятельность по предоставлению детских развлекательных услуг.

Использование, при этом, ответчиком вывески детского клуба без изменения его наименования не нарушает исключительного права истца, поскольку наименование «kids club «Happy House», как принадлежащий кому-либо товарный знак, зарегистрировано не было, а само по себе использование ответчиком в качестве наименования детского клуба обозначения, обладающего признаками визуального и звукового сходства, не образует состав правонарушения и законодательно не запрещено.

Гражданским кодексом РФ предусмотрено, что стороны обладают достаточной свободой в заключении договора аренды, таким образом, ФИО2 имела возможность после закрытия ИП осуществлять свою деятельность в помещении ТРЦ «Звездный» на основании договора аренды нежилого помещения, заключенного ею лично еще до даты заключения Договора о совместной деятельности и не расторгнутого в установленном законом порядке после прекращения такой деятельности.

ФИО2 в настоящее время является самозанятой. Сам факт организации ответчиком детского клуба «Happy House» в ТРЦ «Звездный» не свидетельствует о ее намерении продолжить совместную деятельность без участия ФИО1, поскольку последняя в рамках оспариваемого соглашения получила свою часть общего имущества, определяемую пропорционально вложенной в сотрудничество доли. В отсутствие какого-либо долевого вложения правовая природа любой предпринимательской деятельности не может быть определена в качестве совместной, так как ее реализация обусловлена личным вкладом участника.

Так в материалы дела представлен перечень переданного ФИО1 имущества, составленный во исполнение соглашения о прекращении совместной деятельности от 19.10.2020, с которым обе стороны Договора от 19.03.2019 согласились,

При этом, стороной истца дополнительно представлен расчет стоимости переданного имущества в размере 131545 руб. Указанный расчет сторонами в ходе судебного разбирательства не оспаривался (л.д.63).

Раздел имущества, находящегося в совместной собственности, осуществляется в целях прекращения права совместной собственности и обеспечения возможности бывшим сособственникам максимально беспрепятственно самостоятельно владеть, пользоваться и распоряжаться выделенным имуществом с учетом его целевого назначения, нуждаемости и заинтересованности в нем.

Добросовестность действий стороны по делу, изменившей свою позицию после заключения соглашения о разделе имущества должна оцениваться судом.

Вместе с тем, при составлении соглашения о прекращении совместной деятельности от 19.10.2020 отчет об оценке всего имущества не составлялся, оценочные мероприятия проводились по совместной договоренности, что сторонами не оспаривалось. Также стороной истца не представлены сведения о выделенном в натуре имуществе в пользу ФИО2, что не позволяет суду произвести расчет самостоятельно.

Вместе с тем, в Соглашении от 19.10.2020 в п. 2 содержится указание на то обстоятельство, что Участники разделили имущество, находящееся в совместном пользовании пропорционально долям 03.10.2020 (т. 1 л.д.45).

В соответствии со статьей 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Как усматривается из текста соглашения о прекращении совместной деятельности по договору от 19.03.2019 года и его названия, в нем речь идет именно о прекращении совместной деятельности на основании п. 5.5 Договора с момента подписания настоящего соглашения 19.10.2020. Из буквального толкования Соглашения от 19.10.2020 следует, что между сторонами заключено именно соглашение о прекращении совместной деятельности, факт подписания которого истица при рассмотрении дела не оспаривала.

При этом, из положений оспариваемого сторонами соглашения усматривается, что таковое не ограничивает стороны в их дальнейшей деятельности, в том числе в организации детского досуга, а в обязанности ФИО2 не входил отказ от занятия развлекательной деятельностью в детском клубе «Happy House» в ТРЦ «Звездный». На основании заключенного соглашения у сторон как у физических лиц возникли самостоятельные обязательства, не связанные с обязательствами друг перед другом как перед участником Договора.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе (п. 2). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (п. 3).

По правилам п. п. 2, 5 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли, а кроме того, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

При таких обстоятельствах, утверждение истца о ничтожности оспариваемого соглашения противоречат вышеприведенным положениям ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В материалах дела имеются и иные доказательства, которые подтверждают, что истец знала о последствиях заключения Соглашения, его условиях и исполняла достигнутые между сторонами договоренности, то есть одобряла данную сделку.

Так, сама ФИО1 обратилась за разъяснением позиции к ФИО2, указав, что возможным вариантом развития событий является прекращение полностью совместной деятельности по предоставлению детских развлекательных услуг под наименованием «kids club «Happy House» в ТРЦ «Звездный» либо выход ФИО1 из участия по вышеуказанному договору и продолжение ФИО2 самостоятельной деятельности.

27.09.2020 ФИО2 уведомила о прекращении совместной деятельности с 01.10.2020 по предоставлению детских развлекательных услуг под наименованием «kids club «Happy House» в ТРЦ «Звездный» (т. 1 л.д.15).

С указанной целью между сторонами было заключение Соглашение от 19.10.2020, произведен раздел совместного имущества, а также прекращена деятельность ФИО2 как индивидуального предпринимателя.

При таких обстоятельствах, по мнению суда, истец не может ссылаться на ничтожность Соглашения от 19.10.2020, поскольку гражданское законодательство исходит из недопустимости непоследовательного поведения в отношении других участников гражданского оборота (ст. 10, ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации). Стороны могли заключить договор, согласно условиям которого, истец инвестирует денежные средства, и в последствии его расторгнуть по соглашению сторон.

Доказательств, свидетельствующих о действиях, направленных на неисполнение п. 5.4 Договора от 19.03.2019, из которого следует, что Участник, оказавшийся не в состоянии выполнять свои обязательства по настоящему договору, обязан письменно известить другую сторону за один месяц до выхода, при этом оставшийся Участник обязан выплатить долю участия в установленный сторонами график, но не позднее чем в течение 6 месяцев, в материалы дела не представлено.

Материалы дела не содержат письменного уведомления ФИО2 о невозможности исполнения ФИО1 своих обязательств по Договору о совместной деятельности от 19.03.2019.

Указание на то, что в августе 2020 года ей было принято решение о прекращении совместной деятельности по договору от 19.03.2019 ввиду отсутствия финансовой возможности со стороны ФИО1 письменным уведомлением не является (т. 1 л.д.15).

Кроме того, допустимых доказательств того, что сторона ответчика по заключенному соглашению о прекращении совместной деятельности от 19.10.2020 в действительности имела в виду сделку, по которой денежные средства, полученные от ФИО1 по Договору от 19.03.2019 переходили к ней для развития ее предпринимательской деятельности суду не представлено, как не было представлено и доказательств мнимости достигнутого соглашения.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд, руководствуясь положениями статей 154, 421, 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая разъяснения, содержащиеся в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", установив, что подписанным сторонами Соглашением от 19.10.2020 определен порядок взаиморасчетов сторон и раздел имущества при расторжении Договора о совместной деятельности, при этом обязательства по исполнению условий спорного соглашения приняты сторонами добровольно, отклонив доводы ФИО1 о незаконности этого соглашения с учетом фактических обстоятельств дела, признает, что анализируемая деятельность ФИО2 по предоставлению детских развлекательных услуг под наименованием «kids club «Happy House» в ТРЦ «Звездный» не осуществляется в рамках Договора о совместной деятельности от 19.03.2019, в силу чего оснований к утверждению о необходимости применения в данной ситуации п.5.4 Договора, предполагающего необходимость выплаты выбывшему из совместной деятельности участнику Договора его доли, вложенной в организацию такой деятельности, у суда не имеется.

Руководствуясь ст.194-199, 233-235 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании денежных средств отказать.

Решение может быть обжаловано в Смоленский областной суд через Промышленный районный суд г.Смоленска в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме.

Судья И.В.Селезенева