Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании ничтожной сделки купли-продажи земельного участка, жилого дома и бани,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО2, ФИО3 о признании ничтожной сделки купли-продажи земельного участка, жилого дома и бани, расположенного по адресу: <адрес>, МО Скалинского сельсовета, с.т. <адрес><адрес>, заключенного между ФИО2 и ФИО3ДД.ММ.ГГГГ, мотивируя тем, что в период брака с ФИО2 на общие средства супругов был приобретен земельный участок, с расположенными на нем баней и жилым домом, по указанному адресу. Брак с ответчиком ФИО2 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ. Приобретенное ими в совместную собственность в период брака недвижимое имущество заочным решением Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ разделено между истцом и ответчиком ФИО2 следующим образом: земельный участок, жилой дом и баня, расположенные по адресу: <адрес>, МО Скалинского сельсовета, с.т. <адрес>, <адрес> - переданы ФИО2, квартира по адресу: <адрес>, передана истцу. Ответчик ФИО2, не согласившись с решением суда, подал апелляционную жалобу, которая в настоящее время рассматривается в Новосибирском областном суде. В нарушение законодательства на основании оспариваемого им судебного акта ФИО2 зарегистрировал на себя право собственности на земельный участок, жилой дом и баню, и <данные изъяты> без согласия бывшей супруги (истца) в нарушение норм гражданского и семейного законодательства РФ продал указанное недвижимое имущество в ДД.ММ.ГГГГ года в пользу ответчика ФИО3 Просила признать ничтожной сделку купли-продажи земельного участка с расположенными на нем жилым домом и баней (кадастровые номера объектов: №), находящимися по адресу: НСО, <адрес>, МО Скалинского сельсовета, с.т<адрес>, <адрес>, совершенную между ФИО2 и ФИО3, и применить следующие последствия недействительности ничтожной сделки: обязать Управление Росреестра по <адрес> исключить из Единого государственного реестр недвижимости запись о регистрации права собственности на вышеуказанное недвижимо имущество за ФИО2, произведенную на основании заочного решения Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ; обязать Управление Росреестра по <адрес> исключить из Единого государственно реестра недвижимости запись о регистрации права собственности на вышеуказанное недвижимое имущество за ФИО3, произведенную на основании ничтожного договора купли-продажи указанного имущества (записи регистрации №

В суд поступили от истца уточненные исковые требования, в которых указано, что условия сделки по продаже недвижимости (дом, земля, баня) ФИО2 не согласовал с сособственником (истцом), реализовал имущество по заниженной цене – ниже кадастровой и рыночной стоимости, на что истец точно не дала бы своего согласия, так как указанное недвижимое имущество входило и входит до настоящего времени в состав совместно нажитого имущества, которое подлежало разделу между супругами (истцом и ответчиком-1). Об условиях договора (в том числе о цене продажи имущества) истцу стало известно лишь при рассмотрении настоящего дела, после ознакомления с истребованными в Росреестре по <адрес> материалами регистрационного дела, в том числе путем ознакомления с договором купли-продажи. В соответствии с материалами регистрационного дела ФИО4 продал, а ФИО3 купила жилой дом, баню и земельный участок на 1 480 000 рублей, договор купли-продажи подписан сторонами ДД.ММ.ГГГГ. Сторонами не был проведен полный расчет, остаток платежа в размере 280 000 рублей должен был быть совершен до ДД.ММ.ГГГГ. Из представленных материалов дела усматривается, что был зарегистрирован залог - ипотека в силу закона в связи с неполным расчетом. При этом сведений о прекращении ипотеки, расписки ФИО2 о получении всей предусмотренной суммы по договору и о проведении окончательного срока в установленный договором срок, представленные в суд материалы регистрационного дела не содержат. Уточнила основание иска - основание для оспаривания сделки купли-продажи - ст. 53 ГК РФ, согласно которой распоряжение совместной собственностью осуществляется по согласию всех участников совместной собственности, которое предполагается, но в рассматриваемом деле согласия истца на совершение сделки не было. Истец является таким же собственником проданного недвижимого имущества, как и ФИО2 и вправе был участвовать в определении условий его отчуждения, чтобы это не нарушало его прав и не ущемляло имущественных интересов истца, как сособственника недвижимости. При этом, в соответствии с п.3 ст.253 ГК РФ сделка по распоряжению имуществом, совершенная одним из участников совместной собственности, может быть признана недействительной, по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий, если будет доказано, что вторая сторона сделки знала или должна была знать об этом. Истец полагает, что доводы ответчика ФИО3 ее добросовестности являются не состоятельными. Так, на момент покупки недвижимого имущества ответчик ФИО3 знала и должна была знать, что брак между ответчиком ФИО2 и истцом расторгнут менее трех лет назад, в связи с чем ответчик должен был проявить должную осмотрительность и потребовать представить согласие бывшего супруга на продажу имущества на условиях, предложенных ответчиком ФИО5 Ответчик ФИО3 знала о том, что в отношении имущества велось судебное разбирательство, так как на регистрацию сделки было представлено заочное решение Кировского районного суда <адрес> о разделе имущества, на котором указан номер судебного дела №. В соответствии с карточкой дела, размещенной на официальном сайте Кировского районного суда <адрес>, в открытом доступе для всех лиц, в том числе и для ответчика ФИО3, были размещены и доступны сведения об оспаривании указанного заочного решения еще в ДД.ММ.ГГГГ года, тогда как на сделку стороны (ответчики) пошли уже ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, договором предусмотрен неполный расчет, в связи с чем до момента полного расчета договор считался не исполненным и мог быть расторгнут во всякое время по инициативе ответчика ФИО3., которая должна была принять меры к получению информации об оспаривании судебного акта - заочного решения о разделе имущества. Полагала, что ответчик ФИО3 знала и должна была знать о наличии между ответчиком ФИО2 и истцом судебного спора о разделе совместно нажитого имущества, но не проявив должной осмотрительности, приобрела имущество без согласования условий договора со вторым сособственником имущества - с истцом по настоящему делу. Кроме того, ответчик ФИО3 должна была проявить осмотрительность и при определении цены в договоре. Так, имущество реализовано ответчиком ФИО2 по явно заниженной стоимости, как относительно кадастровой стоимости, сведения о которой также являются общедоступными, так и в сравнении с рыночной ценой аналогичного имущества. Продажная цена имущества по договору составила 1 480 000 рублей, из которых стоимость дома составила 680 000 рублей, стоимость земельного участка 400 000 рублей, стоимость бани - 400 000 рублей, в то время как кадастровая стоимость указанных объектов составляет 2 909 007, 44 рубля, из которых 695749,49 рублей - за жилой дом, 167.616,71 рублей - земельный участок, 2.045641,24 рубля - за нежилое здание бани. Отметила, что, покупая имущество стоимостью около трех миллионов рублей по цене в два раза ниже его кадастровой и рыночной стоимости, ответчик ФИО3 должна была проявить осмотрительность и получить согласие сособственника истца ФИО6 на покупку имущества по такой заниженной цене. Полагает, в действиях ответчика ФИО3 отсутствовала добросовестность при приобретении спорного имущества, ей должно было быть известно об имеющемся споре между ответчиком ФИО2 и истцом по поводу раздела имущества. Истец полагает сделку купли-продажи недвижимого имущества (земли, дома и бани) между ответчиками недействительной по следующим основаниям: сделка ничтожна, так как противоречит закону - ст.ст. 8, 8.1 ГК РФ и ст. 17 ФЗ "О государственной регистрации недвижимости", поскольку у ответчика ФИО2 не возникло право собственности на отчужденное им недвижимое имущество, совместная собственность истца и ответчика ФИО5 фактически не прекращена до настоящего времени; сделка оспорима, так как отчуждение недвижимого имущества произведено в отсутствие согласия истца, как лица, с которым имущество находилось в совместной собственности (отсутствовало согласие истца) и на момент сделки разделено в установленном порядке не было, в связи с чем при совершении сделки нарушены нормы п.3 ст.253 ГК РФ и п.З ст.35 Семейного кодекса РФ. Просила признать недействительной сделку купли-продажи земельного участка с расположенными на нем жилым домом и баней (кадастровые номера объектов: №№), находящимися по адресу: НСО, <адрес>, МО Скалинского сельсовета, с.т. Казачий, <адрес>, совершенную между ФИО2 и ФИО3, и применить следующие последствия недействительности ничтожной сделки: обязать Управление Росреестра по <адрес> исключить из Единого государственного реестр недвижимости запись о регистрации права собственности на вышеуказанное недвижимо имущество за ФИО2, произведенную на основании: заочного решения Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ; обязать Управление Росреестра по <адрес> исключить из Единого государственно реестра недвижимости запись о регистрации права собственности на вышеуказанное недвижимое имущество за ФИО3, произведенную на основании ничтожного договора купли-продажи указанного имущества (записи регистрации №, №

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена своевременно, просила рассмотреть в ее отсутствие, направила своего представителя.

Представитель истца ФИО1 – ФИО7 в судебном заседании уточненные требования поддержала, просила их удовлетворить, дополнительно пояснила, что считает несостоятельными доводы представителя ответчика ФИО3 – ФИО8 о том, что к отношениям сторон подлежат применению нормы гражданского законодательства о режиме совместной собственности, а нормы семейного кодекса не применимы, а также о добросовестности ответчика ФИО3 при заключении оспариваемого договора купли-продажи, которая предполагается. Отметила, что режим совместной собственности на жилой дом, баню и земельный участок возник у истца и ответчика ФИО5 вследствие приобретения указанного имущества в период брака, полагает применимым к настоящим отношениям как гражданского, так и семейного законодательства, тем более, что ФИО5 не являлся собственником спорного имущества, так как не произвел государственную регистрацию права собственности, которая была определена заочным решением суда о разделе совместно нажитого имущества.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен своевременно, просил рассмотреть в его отсутствие, причину неявки суду не сообщил.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена своевременно, просила рассмотреть в ее отсутствие, исковые требования не признает, направила своего представителя.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признал, представил возражения, из которых следует, что после расторжения брака на бывших супругов распространяются положения не семейного, а гражданского законодательства в части распоряжения имуществом, находящимся в совместной собственности. Истец и ответчик с 2017 года не находятся в зарегистрированном браке, следовательно, при распоряжении имуществом необходимо руководствоваться нормами гражданского законодательства. Истец в исковом заявлении сам указывает, что фактически право совместной собственности истца и ответчика не прекращено. Довод истца о том, что регистрация права собственности осуществлена на основании не вступившего в законную силу судебного акта, не имеет правового основания, так как важным является то, что стороны на момент отчуждения спорного имущества не состояли в браке. Согласно ст. 253 ГК РФ, участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом. Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом. Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая в сделке знала или заведомо должна была знать об этом. В тоже время по смыслу гражданского законодательства добросовестность участника гражданского оборота, полагающегося при приобретении недвижимого имущества на данные Единого государственного реестра недвижимости предполагается (абзац третий пункта 6 статьи 8.1 и пункт 5 статьи 10 ГК России Федерации). Вместе с тем бывший супруг (сособственник общего совместного имущества), сведений о котором не имеется в Едином государственном реестре недвижимости, будучи заинтересованным в сохранении за собой права на общее имущество супругов, должен сам предпринимать меры - в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности – по контролю за ним и в том числе, когда это отвечает его интересам, совершать действия, направленные своевременный раздел данного имущества. Считал, что он вправе предпринять действия, направленные на внесение указания о нем как о сособственнике в запись о регистрации права собственности на входящее в совместную собственность имущество. В отсутствие же таких действий с его стороны недопустимо возложение неблагоприятных последствий сделки, совершенной без его согласия, на добросовестного участника гражданского оборота, полагавшегося на сведения указанного реестра и ставшего собственником имущества. На совершение сделки по купле-продаже спорных объектов недвижимости ответчику ФИО5. не нужно было получать нотариальное согласие от ФИО1, так как на момент заключения договора купли-продажи ФИО2 находился не в браке, то получение нотариального согласия от ФИО1 не требовалось. Отметил, что истец в иске ссылается на положения п. 3 ст. 35 СК РФ, однако, данные положения распространяются на отношения, возникшие между супругами, но не распространяются на других участников гражданского оборота, включая бывших супругов. Для продажи спорных объектов недвижимости, нотариальное согласие не требовалось, так как после расторжения брака ФИО2 и ФИО1 приобрели статус участников совместной собственности, которая регулируется гражданским законодательством. Статья 35 Семейного кодекса Российской Федерации - по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, - регулирует владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов только в период брака. Соответствующие же правоотношения с участием бывших супругов регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ по №, от ДД.ММ.ГГГГ по делу № от ДД.ММ.ГГГГ№ и др.). Гражданин, приобретший жилое помещение у третьего лица, во всяком случае обладает меньшими возможностями по оценке соответствующих рисков, чем бывший супруг - участник общей совместной собственности. При этом права такого бывшего супруга могут быть защищены путем предъявления требований к другому бывшему супругу, совершившему отчуждение общего имущества без его согласия. Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, иск бывшего супруга, предъявленный к добросовестному участнику гражданского оборота, который возмездно приобрел жилое помещение у третьего лица, полагаясь на данные Единого государственного реестра недвижимости, и в установленном законом порядке зарегистрировал возникшее у него право собственности, не подлежит удовлетворению в случае, если бывший супруг, по требованию которого сделка по распоряжению жилым помещением признана недействительной как совершенная другим бывшим супругом без его согласия, не предпринял - в соответствии с требованиями разумности и осмотрительности - своевременных мер по контролю над общим имуществом супругов и надлежащему оформлению своего права собственности на это имущество (Постановление Конституционного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ№-П). Ответчик ФИО3 полагает, что исковое заявление не подлежит удовлетворению. Кроме того, отметил нецелесообразность обращения в суд с настоящим исковым заявлением, учитывая тот факт, что истец и не претендовала на спорные объекты недвижимости и даже по решению Кировского районного суда <адрес> спорные объекты были переданы ответчику ФИО2

Представитель третьего лица Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>, в судебное заседание не явился, представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Суд, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела и представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд, приходит к следующему.

ФИО9 с ДД.ММ.ГГГГ состояла в браке с ФИО2, брак между ними расторгнут ДД.ММ.ГГГГ.

В период брака К-выми был приобретен земельный участок, с расположенными на нем баней и жилым домом, по адресу: <адрес>, МО Скалинского сельсовета, с.т. Казачий, <адрес>.

Приобретенное ими в совместную собственность в период брака недвижимое имущество заочным решением Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ разделено между истцом и ответчиком ФИО2 следующим образом: земельный участок, жилой дом и баня, расположенные по адресу: <адрес>, МО Скалинского сельсовета, с.т. <адрес>, <адрес> - переданы ФИО2, квартира по адресу: <адрес>, передана истцу ФИО1

ДД.ММ.ГГГГФИО2 по договору купли-продажи продал спорные земельный участок, жилой дом и баню по цене 1 480 000 рублей ФИО3

В соответствии со статьей 2 Семейного кодекса Российской Федерации семейное законодательство устанавливает порядок осуществления и защиты семейных прав, условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, определяет порядок выявления детей, оставшихся без попечения родителей, формы и порядок их устройства в семью, а также их временного устройства, в том числе в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Согласно пункту 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Нормы статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота.

Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Положения статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации в отношении получения нотариально удостоверенного согласия одного из супругов при совершении сделки по распоряжению недвижимостью другим супругом распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота, к которым относятся бывшие супруги.

На момент заключения оспариваемой сделки брак между истцом и ФИО2 был прекращен и, соответственно, получение нотариального согласия ФИО1 на отчуждение бывшим супругом доли в праве собственности на земельный участок и жилой дом не требовалось. Поскольку оспариваемый истцом договор заключен после того, как К-вы перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, они приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно пункт 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не норма статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации.

В данном случае не требовалось нотариально удостоверенное согласие ФИО1 на совершение оспариваемой сделки (пункт 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации), поскольку в связи с расторжением брака ФИО2 на момент совершения сделки не являлся супругом истца.

При этом в рассматриваемом случае истцом не заявлены требования по правилам статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N №О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака".

Согласно пункту 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, суду кроме установления полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом следовало установить наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, судам кроме установления полномочий у участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом необходимо установить наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N № "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина М." отметил, что возложение неблагоприятных последствий сделки, совершенной без согласия бывшего супруга, на добросовестного участника гражданского оборота, полагавшегося на сведения ЕГРН и ставшего собственником имущества, недопустимо.

Таким образом, существующее правовое регулирования с учетом выявленного в результате нормативного толкования его конституционно-правового смысла предполагает, что защите против требований бывшего супруга защите подлежит лишь добросовестный приобретатель.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума № указал, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Анализируя поведение ФИО3 при приобретении спорного жилого помещения, суд учитывает, что ей было известно о том, что спорный дом, земельный участок и баня приобретаются у собственника ФИО2, который для государственной регистрации договора купли-продажи представил копию заочного решения Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, с отметкой о вступлении в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, то почти за год до совершения оспариваемой сделки.

При этом истцом не приведено доказательств, что после вынесения данного решения суда ФИО1 проживала в спорном доме, пользовалась земельным участком и баней, там хранились ее вещи, в связи с чем покупатель мог быть осведомлён о возможных возражениях второго участника совместной собственности.

Более того, ФИО3 с момента приобретения стала пользоваться указанным имуществом, то есть действовала так, как обычно будет действовать любой участник гражданского оборота, осуществляющий приобретение жилого помещения, даже если такое приобретение и преследует цели распоряжением им иным способом.

Суд отмечает, что поведение ответчика ФИО3 по соответствует стандарту bona fides в существовавших обстоятельствах и позволяет судить о том, что ФИО3 не была извещена об отсутствии согласия бывшей супруги ответчика на продажу имущества, находящегося в совместной собственности, и не могла знать об этом.

То обстоятельство, что приобретение спорных объектов было осуществлено с рассрочкой платежа, не свидетельствует о мнимости или недействительности сделки, поскольку суду представлены соответствующие расписки о погашении долга.

Суд также отвергает доводы стороны истца о том, что ответчик ФИО2 не зарегистрировал право собственности на спорные объекты недвижимости после получения заочного решения суда от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку указанное имущество было зарегистрировано на ответчика ФИО2, данным решением спорное имущество было передано последнему в ходе раздела, что не повлекло недействительность регистрационной записи.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Руководствуясь статьями 173, 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительной сделки купли-продажи земельного участка, жилого дома и бани, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в месячный срок со дня принятия решения суда в окончательной форме через Колыванский районный суд <адрес>.

Председательствующий: А.А. Руденко

Мотивированное решение изготовлено и подписано ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий: А.А. Руденко