Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к акционерному обществу «Газпром газораспределение Белгород» об исполнении обязательств по договору,

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Газпром газораспределение Белгород» об исполнении обязательств по договору, ссылаясь на следующие обстоятельства.

18.03.2019 года между ФИО3 и АО «Газпром газораспределение Белгород» заключен договор на техническое обслуживание, ремонт и аварийно-диспетчерское обеспечение внутридомового газового оборудования многоквартирного дома.

ФИО3 ссылаясь на ненадлежащее исполнение АО «Газпром газораспределение Белгород» обязательств по вышеуказанному договору, а именно непроведение технического обслуживания внутридомового газового оборудования с учетом уточнений в порядке ст. 39 ГПК РФ просил:

присудить АО «Газпром газораспределение Белгород» к исполнению обязанности в натуре по договору от 18.03.2019 года на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования <адрес> многоквартирного дома <адрес>;

взыскать с АО «Газпром газораспределение Белгород» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей и штраф в размере 50% от присужденной суммы.

В судебное заседание истец ФИО3 не явился, доверив представление своих интересов представителю по доверенности ФИО1

Представитель ФИО1 уточненные исковые требования поддержал.

Представитель ответчика ФИО2 исковые требования не признала, просила в иске отказать. Представила письменные возражения на иск и письменные дополнения к возражениям, приобщенные к материалам дела.

В обоснование своей позиции указала, что договор на техническое обслуживание, ремонт и аварийно-диспетчерское обеспечение внутридомового газового оборудования многоквартирного дома от 18.03.2019 года не является договором заключенным только в интересах ФИО3, как собственника <адрес> в г. Губкин.

Внутридомовое газовое оборудование в многоквартирном доме является общим имуществом собственников помещений многоквартирного дома по <адрес>.

Правила содержания общего имущества в многоквартирном доме устанавливаются согласно пункту 3 статьи 39 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 года №491 утверждены Правила содержания общего имущества в многоквартирном доме, регулирующие отношения по содержанию общего имущества, принадлежащего на праве общей долевой собственности собственникам помещений в многоквартирном доме

Представитель ответчика полагала, что ФИО3 действовал как председатель Совета дома на основании протокола заседания совета дома от 31.01.2019 года.

ФИО2 пояснила, что договор от 18.03.2019 года в настоящее время ответчиком исполнен, техническое обслуживание внутридомового газового оборудования многоквартирного <адрес> произведено 30.12.2019 года. Акт выполненных работ предоставлен ФИО3, однако истец отказался от подписания акта и не произвел оплату выполненных работ.

Представитель ответчика считала, что оснований для компенсации морального истца не имеется, как не имеется оснований для взыскания штрафа.

Изучив представленные доказательства в их совокупности, выслушав объяснения сторон, показания свидетеля, специалиста, суд пришел к следующему выводу.

Статьей 36 ЖК РФ определено, что собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, в том числе 3)крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и другое оборудование (в том числе конструкции и (или) иное оборудование, предназначенные для обеспечения беспрепятственного доступа инвалидов к помещениям в многоквартирном доме), находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения;

Согласно ст. 39 ЖК РФ собственники помещений в многоквартирном доме несут бремя расходов на содержание общего имущества в многоквартирном доме.

Правила содержания общего имущества в многоквартирном доме устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 N 491 утверждены Правила содержания общего имущества в многоквартирном доме и правила изменения размера платы за содержание жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме ненадлежащего качества и (или) с перерывами, превышающими установленную продолжительность (далее - Привила № 491).

Пунктом 5 Правил № 491 определено, что в состав общего имущества включаются внутридомовая инженерная система газоснабжения, состоящая из газопроводов, проложенных от источника газа (при использовании сжиженного углеводородного газа) или места присоединения указанных газопроводов к сети газораспределения до запорной арматуры (крана) включительно, расположенной на ответвлениях (опусках) к внутриквартирному газовому оборудованию, резервуарных и (или) групповых баллонных установок сжиженных углеводородных газов, предназначенных для подачи газа в один многоквартирный дом, газоиспользующего оборудования (за исключением бытового газоиспользующего оборудования, входящего в состав внутриквартирного газового оборудования), технических устройств на газопроводах, в том числе регулирующей и предохранительной арматуры, системы контроля загазованности помещений, коллективных (общедомовых) приборов учета газа, а также приборов учета газа, фиксирующих объем газа, используемого при производстве коммунальной услуги по отоплению и (или) горячему водоснабжению.

Постановлением Правительства от 14.05.2013 года № 410 утверждены правила пользования газом в части обеспечения безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги по газоснабжению (далее Привила № 410)

Пунктами 16-22 Правил № 410 установлено, что техническое обслуживание и ремонт внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования осуществляется на основании договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, заключаемого между заказчиком и исполнителем.

Заказчиком по договору о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования являются: при непосредственном управлении многоквартирным домом собственниками помещений в многоквартирном доме - собственники таких помещений.

Для заключения договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования заявитель, имеющий намерение выступить заказчиком по этому договору, направляет в специализированную организацию заявку (оферту) в письменной форме, которая должна содержать в том числе следующие сведения:

а) информация о заявителе (для гражданина - фамилия, имя, отчество, место жительства и реквизиты основного документа, удостоверяющего личность, для юридического лица - наименование (фирменное наименование), его местонахождение (место государственной регистрации));

К заявке (оферте) прилагаются следующие документы: документы, подтверждающие право лица действовать от имени собственников помещений в многоквартирном доме, - при непосредственном способе управления таким домом собственниками помещений;

Документами, подтверждающими право лица действовать от имени собственников помещений в многоквартирном доме при непосредственном способе управления ими таким домом, при заключении договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового газового оборудования являются:

а) протокол общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, содержащий решение о предоставлении указанному лицу права действовать от имени собственников помещений в таком доме в отношениях со специализированной организацией, - для лица, являющегося одним из собственников помещений в многоквартирном доме;

б) доверенность, удостоверяющая полномочия действовать от имени собственников помещений в многоквартирном доме в отношениях со специализированной организацией, выданная указанному в ней лицу в письменной форме всеми или большинством собственников помещений в таком доме, - для лица, не являющегося собственником помещения в многоквартирном доме.

Как установлено материалами дела 18.03.2019 года между ФИО3 и АО «Газпром газораспределение Белгород» заключен договор на техническое обслуживание, ремонт и аварийно-диспетчерское обеспечение внутридомового газового оборудования многоквартирного дома, включающий в себя Приложения № 1-4 (далее –договор технического обслуживания) (л.д. 5-11).

При регистрации данного договора у ответчика, ответчиком присвоен ему номер №.

Основанием для заключения договора на техническое обслуживание послужил предоставленный ФИО3 протокол заседания совета дома от 31.01.2019 года.

Согласно протоколу заседания совета дома от 31.01.2019 года Совет многоквартирного дома № в составе ФИО3 (председатель совета дома), ФИО5 (член совета дома), ФИО6 (член совета дома) с участием ФИО1 (собственника <адрес>) наделенные общим собранием обязанностями и полномочиями по решению всех внутренних вопросов дома (решение общего собрания собственников помещений дома <адрес>, пункт б от 25.03.2014 года) принял решение: «Собственникам помещений МКД <адрес>, в лице Совета дома, заключить договор технического обслуживания системы газоснабжения МКД <адрес> на предложенных ФИО1 условиях…»

При этом определено, что копия настоящего протокола с принятыми решениями является неотъемлемой частью заключаемого договора о техническом обслуживании системы газоснабжения МКД <адрес>.

Исходя из преамбулы договора на техническое обслуживания следует, что данный договор заключен между акционерным обществом «Газпром Газораспределение Белгород» и Советом многоквартирного дома по <адрес>…в лице ФИО3, действующего на основании Устава...»

Предметом договора на техническое обслуживание является выполнение работ по техническому обслуживанию, ремонту, замене и аварийно-диспечерскому обеспечению внутридомового газового оборудования (далее –«ВДГО»), являющегося общим имуществом собственников помещений многоквартирного дома, управление которым осуществляется Заказчиком.

Определяя правовую природу данного договора и осуществляя буквальное толкование договора, сторона истца исходила из того, что фактически данный договор является договором подряда, со стороны «Заказчика» подписан физическим лицом ФИО3, который является собственником <адрес>.

При этом сторона истца ссылалась, что вышеуказанный договор не заключен от имени всех собственников МКД <адрес>, поскольку Совет Дома не является органом управления, не наделен полномочиями на подписание какого либо договора, полномочия ФИО3 не удостоверены уставом.

По мнению представителя истца, преамбула договора на техническое обслуживания заключенного в интересах собственников МКД Дзержинского 72 должна содержать следующее «Собственники жилых помещений (с указанием собственников по списку), включая собственников нежилых помещений в лице членов Совета дома (с перечислением членов совета дома, наделенных полномочиями по подписанию от имени собственников настоящего договора)…»

В обоснование своей позиции в части правильного написания преамбулы договора на техническое обслуживание представитель ФИО1 ссылался на дополнительное соглашение к договору от 01.04.2019 года (л.д.50) как пример надлежащего оформления.

Представитель истца обратил внимание, что МКД <адрес> находится в непосредственном управлении собственников помещений, в связи с чем существует специальный порядок заключения договоров от имени собственников.

Учитывая, что преамбула договора на техническое обслуживание от 18.03.2019 года, не содержит вышеуказанных отсылок, сторона истца полагала, что договор на техническое обслуживание заключен от имени и в интересах ФИО3, как собственника <адрес>.

В связи с чем, по мнению стороны истца, данный договор должен исполняться в отношении ФИО3, т.е. техническое обслуживание ВГДО должно производиться <адрес> соблюдением порядка и сроков установленных Правилами № 410 в части надлежащего извещения заказчика о сроках выполнения работ и порядка подписания акта сдачи-приемки выполненных работ.

По мнению представителя истца, ответчик допустил множество нарушений при исполнении договора на техническое обслуживание.

Так, ответчик ненадлежащим образом направил истцу уведомление о времени и дате проведения работ (л.д.27).

Определяя сроки выполнения работ - ноябрь 2019 года фактически ответчик принятые на себя обязательства не исполнил, поскольку доступ в <адрес> не получил и соответственно техническое обслуживание не производил.

Акт выполненных работ, предоставленный ответчиком, не содержит даты выставления акта, подписан неуполномоченным лицом (лицом не производящим работы, а представителем ответчика подписавшего договор), содержит в себе позиции, которые фактически не выполнялись (л.д. 96)

Представитель истца ФИО1 поставил под сомнение предоставленные ответчиком наряд- допуски № 374 от 01.11.2019 года, № 415 от 18.11.2019 года, № 481 от 30.12.2019 года (л.д. 59-64), оформленные специалистами ответчика. Ссылался на те обстоятельства, что данные документы не являются надлежащими доказательствами выполнения работ в рамках заключенного с ФИО3 договора на техническое обслуживание.

Представитель ответчика ФИО2 полагала, что договор на техническое обслуживание не является договором, заключенным с ФИО3 как собственником <адрес> МКД <адрес>. При этом представитель ответчика исходила из предмета договора и условий договора, закрепленных в частности в пунктах 2.1.2, 2.1.5, также поясняла, что в предмете договора отсутствует ссылка на необходимость выполнения данных работ в отношении <адрес>.

Представитель ответчика не оспаривала факт наличия в преамбуле некорректной информации в части указания наименования «Заказчика» по договору на техническое обслуживание и лиц имеющих право на подписание вышеуказанного договора от имени «Заказчика», а также ссылалась на необходимость указания в преамбуле документов, подтверждающих полномочия лиц, наделенных правом подписания договора. Полагала, что в число подписантов договора должны быть включены и иные члены Совета дома.

ФИО2 пояснила, что в настоящее время готовится проект дополнительного соглашения к договору на техническое обслуживание, которое будет направлено собственникам МКД <адрес>.

Вместе с тем ФИО4 считала, что заключение договора на техническое обслуживание является не только правом собственников помещений МКД, но и в силу норм действующего законодательства их обязанностью.

Так согласно п.7.22. КоАП РФ за нарушение правил содержания и ремонта жилых домов предусмотрена административная ответственность.

Техническое обслуживание, ремонт, аварийно-диспечерское обеспечение внутридомового газового оборудования многоквартирного дома, предполагает совершение определённых действий как ответчиком (специализированной организацией), так и «Заказчиком» по договору, в частности на «Заказчике» лежит обязанность обеспечивать защиту ВДГО от коррозии, а также ремонт опор и креплений газопровода к строительным конструкциям здания.

Суд соглашается с доводами представителя ответчика в части определения правовой природы заключенного 18.03.2019 договора.

В соответствии со ст 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Исходя из анализа предмета договора, прав и обязанностей сторон, а также принимая во внимание волеизъявление собственников помещений МКД <адрес> (протокол заседания совета дома от 31.01.2019 года) суд приходит к выводу, что данный договор является договором по обслуживанию внутридомового газового оборудования многоквартирного дома <адрес>;

То есть данный договор затрагивает интересы всех собственников помещений МКД <адрес>, а не только ФИО3, как собственника <адрес>.

Порядок исполнения данного договора предполагает совершение обеими сторонами определенных действий.

При этом следует отметить, что заключение данного договора направлено в том числе и на реализацию закрепленных в ст 3 Федерального закона от 21.12.1994 N 68-ФЗ "О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера" целей, а именно: предупреждение возникновения и развития чрезвычайных ситуаций; снижение размеров ущерба и потерь от чрезвычайных ситуаций; ликвидация чрезвычайных ситуаций.

В силу положений ст 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

Статьями 1, 10 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Вместе с тем действия истца ФИО3 при заключении договора на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования многоквартирного дома <адрес> добросовестными признать нельзя.

Судом установлено, что ФИО3 является собственником квартиры <адрес>, что подтверждается предоставленной выпиской из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от ДД.ММ.ГГГГ№ (л.д.12), о чем в Едином реестре прав на недвижимое имущество сделана запись регистрации права: №.

Также судом установлено, что ФИО3 является председателем Совета дома, что подтверждается протоколом заседания совета дома от 31.01.2019 года (л.д.47).

Согласно ст 161.1 ЖК РФ избрание совета многоквартирного дома из числа собственников помещений в данном доме при непосредственном управлении является обязанностью собственников помещений.

Совет многоквартирного дома наделен определенными полномочиями, в частности: 1) обеспечивает выполнение решений общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме; 2) выносит на общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме в качестве вопросов для обсуждения предложения о порядке пользования общим имуществом в многоквартирном доме…, о порядке планирования и организации работ по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме, о порядке обсуждения проектов договоров, заключаемых собственниками помещений в данном доме в отношении общего имущества в данном доме и предоставления коммунальных услуг …, 5) осуществляет контроль за оказанием услуг и (или) выполнением работ по управлению многоквартирным домом, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме и за качеством предоставляемых коммунальных услуг собственникам жилых и нежилых помещений в многоквартирном доме и пользователям таких помещений, в том числе помещений, входящих в состав общего имущества в данном доме;

Из числа членов совета многоквартирного дома на общем собрании собственников помещений в многоквартирном доме избирается председатель совета многоквартирного дома.

Председатель совета многоквартирного дома осуществляет руководство текущей деятельностью совета многоквартирного дома и подотчетен общему собранию собственников помещений в многоквартирном доме.

Также председатель совета дома осуществляет контроль за выполнением обязательств по заключенным договорам оказания услуг и (или) выполнения работ по содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме на основании доверенности, выданной собственниками помещений в многоквартирном доме, подписывает акты приемки оказанных услуг и (или) выполненных работ по содержанию и текущему ремонту общего имущества в многоквартирном доме.

Согласно материалам дела поводом для проведения заседания совета дома 31.01.2019 года послужил факт приглашения ФИО3 30.01.2019 года начальником Губкинского участка для согласования условий заключения договора на обслуживание внутридомового газового оборудования дома, являющегося общим имуществом сособственников помещений с Губкинской газовой службой.

В ходе заседания совета дома в нем принимал участие собственник <адрес> ФИО1, который в своем выступлении пояснял присутствующим, что необходимость заключения договора на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования дома, обусловлена действующими нормативными актами, ссылался на них.

Таким образом ФИО3 присутствующий на заседании Совета дома и являющийся председателем Совета дома был осведомлен о необходимости заключения договора. Кроме того, члены совета дома, включая ФИО3, определили условия заключаемого договора, порядок оплаты выполняемых работ и т.п.

Обращаясь к ответчику ФИО3 предоставил подписанный протокол заседания Совета дома от 31.01.2019 года, тем самым указал о волеизъявлении собственников помещений в МКД <адрес> на заключение договора на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования многоквартирного дома <адрес>.

ФИО3 при ознакомлении с условиями договора на техническое обслуживание не представил замечаний, как касающихся преамбулы договора, так и касательно содержания договора, его существенных условий. Не инициировал ФИО3 подписание протокола разногласий к договору.

Доводы представителя истца о том, что ФИО3 не обладает специальными познаниями в области юриспруденции, в связи с чем им не были выданы замечания к договору отклоняются судом.

Как указал ФИО1 данный договор является гражданско-правовым и соответственно предполагает свободу его заключения.

Факт осуществления ФИО3 полномочий председателя Совета дома, его активная жизненная позиция свидетельствует о наличии у него необходимых знаний в сфере жилищных и гражданско-правовых отношений.

При этом ФИО7 не поставил в известность ответчика об отсутствии у него единоличного права подписания вышеуказанного договора от имени собственников помещений многоквартирного дома <адрес>, а также о несоответствии преамбулы договора в части правильного наименования «Заказчика».

Положениями части 1 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно части 2 названной нормы, в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Предъявление требований ФИО3 о присуждении АО «Газпром газораспределение Белгород» к исполнению обязанности в натуре по договору от 18.03.2019 года на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования квартиры № многоквартирного дома <адрес> суд расценивает как злоупотребление правом, что служит самостоятельным основанием для отказа в иске.

В судебном заседании установлено, что договор от 18.03.2019 года фактически исполнен.

Доводы стороны истца касательно неисполнения договора технического обслуживания основаны на произвольном толковании условий заключенного договора, а также субъективном представлении о порядке выполнения работ.

В судебном заседании специалист ФИО9 пояснил характер работ, выполняемых по договору на техническое обслуживание и порядок их выполнения.

Указал, что основанием для выполнения работ является договор на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования, в котором стороны согласовали объем, характер работ, сроки их выполнения и порядок сдачи-приемки работ.

Непосредственно работы выполняются на основании наряда-допуска, в котором определен состав бригады, работы подлежащие выполнению, место выполнения работ и т.п. По итогам выполнения работ в наряд-допуск вносятся соответствующие сведения о выполнении работ.

Специалист ФИО9 в судебном заседании не оспаривал, что устройство внутридомового газового оборудования МКД <адрес> имеет определенные особенности, а именно в схему газопровода помимо <адрес> включены дома № по ул. <адрес> (л.д.30).

При этом специалист пояснил каким образом производились работы 30.12.2019 года.

Специалист ФИО9 не оспаривал тот факт, что в ходе выполнения работ сотрудники ответчика доступ в квартиру <адрес>, принадлежащую ФИО3 не получили.

Свидетель ФИО10, являющийся <данные изъяты> в судебном заседании пояснил, что в ноябре 2019 года дважды в рамках выполнения работ по наряд –допуску выходил в составе бригады для технического обслуживания внутридомового газового оборудования многоквартирного дома <адрес>

Однако доступ к внутридомовому газовому оборудованию МКД <адрес> получен не был, поскольку ФИО1 отсутствовал, а без его участия подобные работы, исходя из сложившейся практики не проводятся.

Данные обстоятельства представитель ФИО1 не оспаривал.

По выполнению работ ответчиком составлен акт (предположительно от 31.12.2019 года) в котором определен объем работ с учетом применения программы 1С.

Доводы представителя истца о том, что работы в рамках заключенного договора не выполнялись, является субъективным мнением представителя истца. Представитель истца не является специалистом в области технического обслуживания внутридомового газового оборудования, в связи с чем его пояснения в части порядка выполнения работ, основаны только на его личном представлении и не подтверждаются имеющимися в материалах дела доказательствами.

Ссылка представителя истца о том, что акт выполненных работ подписан от имени ответчика ненадлежащим лицом суд считает основанными на неверном токовании норм права, а именно правовой природы договора от 18.03.2019 года.

Учитывая, что договор на техническое обслуживание от 18.03.2019 года фактически исполнен, что подтверждается совокупностью предоставленных в материалы дела доказательствами (наряд-допуск, акт выполненных работ) ответчиком у суда отсутствуют основания для присуждения (понуждения) исполнения ответчиком договора на условиях указанных истцом.

Доводы стороны истца о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда и штрафа являются необоснованными.

Согласно п. 66 Правил № 410 исполнитель несет установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей" и договором о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования гражданско-правовую ответственность:

а) за нарушение качества выполнения работ (оказания услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и внутриквартирного газового оборудования;

б) за вред, причиненный жизни, здоровью и имуществу заказчика вследствие нарушения качества выполнения работ (оказания услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и внутриквартирного газового оборудования или непредоставления потребителю полной и достоверной информации о выполняемых работах (оказываемых услугах);

в) за убытки, причиненные заказчику в результате нарушения исполнителем прав заказчика, в том числе в результате заключения договора о техническом обслуживании и ремонте внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, содержащего условия, ущемляющие права заказчика, предусмотренные Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей" и настоящими Правилами.

Согласно п. 68 указанных Привил, исполнитель освобождается от ответственности за нарушение качества выполнения работ (оказания услуг) по техническому обслуживанию и ремонту внутридомового и (или) внутриквартирного газового оборудования, если докажет, что такое нарушение произошло вследствие обстоятельств непреодолимой силы или по вине заказчика.

Учитывая, что нарушение сроков выполнения работ по техническому обслуживанию обусловлено невыполнением заказчиком принятых обязательств по допуску сотрудников ответчика к внутридомовому газовому оборудованию, оснований для возложения ответственности на исполнителя не имеется.

Соответственно факт нарушения прав потребителя, на который ссылается истец, является недоказанным, оснований для взыскания морального вреда и штрафа, предусмотренных Законом о защите прав потребителей не имеется.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о том, что требования ФИО3 являются необоснованными, основанными на неверном толковании норм действующего законодательства, а также имеет место злоупотребления правом со стороны истца.

Руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ,

решил:

в удовлетворении иска ФИО3 к акционерному обществу «Газпром газораспределение Белгород» об исполнении обязательств по договору, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме, путём подачи апелляционной жалобы через Губкинский городской суд.

Судья С.В. Спесивцева

Решение