Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, заявлению третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3 к ФИО4 о возмещении ущерба,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в суд с вышеуказанным исковым заявлением, в котором просила взыскать с ФИО5 ущерб, причиненный повреждением принадлежащего ей имущества в размере 125830 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины за подачу иска в суд в размере 3716 рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ судом принято к производству заявление истца об уменьшении заявленных требований до 62940 рублей. Также определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в отсутствие возражений сторон к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО3, который также просил взыскать в свою пользу денежные средства в размере 62940 рублей в счет возмещения причиненного ущерба.

Заявленные требования мотивированы тем, что ФИО2 и ФИО3, являлись долевыми собственниками (по 50%) квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 заключила с ответчиком ФИО5 договор аренды вышеуказанной квартиры, в п. 3.3 договора указано, что ответчик берет на себя обязательства возместить ущерб, причиненный арендуемому имуществу. После того, как ответчик освободил квартиру, обнаружились многочисленные повреждения имущества, о наличии которых истец сообщила ответчику, предложив добровольно в досудебном порядке возместить ущерб, на что он ответил отказом. В присутствии сотрудника агентства по недвижимости, являвшегося посредником при сдаче квартиры в аренду, и иных незаинтересованных лиц составлен акт осмотра квартиры с фиксацией обнаруженных в ней повреждений, о проведении осмотра и составлении акта ответчик был уведомлен, участвовать в нем отказался. Для установления стоимости поврежденного имущества истец обратилась в ООО «Верхневолжский научно-исследовательский центр аудита, оценки и антикризисного управления», специалистами которого подготовлено экспертное заключение №, согласно которому стоимость работ и материалов, необходимых для проведения восстановительного ремонта квартиры, составляет 56906 рублей, рыночная стоимость ущерба - 68924 рубля. В связи с неисполнением ответчиком добровольного возмещения причиненного ущерб, ссылаясь на ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ), заявители вынуждены обратиться в суд с соответствующими требованиями.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебных заседаний уведомлялась судом надлежащим образом в порядке гл. 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ), доверила представление своих интересов представителям ФИО1 и ФИО7, действующим на основании доверенностей, в судебном заседании ранее истец заявленные требования поддерживала, просила об их удовлетворении в полном объеме.

Представитель истца ФИО1, также являющаяся по делу третьим лицом, не заявляющим самостоятельные требования, и представитель истца ФИО7, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании поддержали заявленные истцом уменьшенные требования по доводам, изложенным в иске. ФИО1 ранее сообщала суду, что в начале 2017 года было принято решение о продаже квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, после размещения объявления о продаже в сети Интернет к ней обратился сотрудник агентства по недвижимости, предложил свои услуги по продаже квартиры, он же после заключения с ним соглашения, предложил в качестве арендатора, а в последующем – покупателя квартиры ответчика ФИО5. В вышеуказанной квартире в 2015 году был сделан ремонт, семья представителя истца проживала в ней до конца апреля 2017 года, в мае 2017 года квартиру осмотрел ответчик ФИО5, с ним заключен договор аренды и достигнута устная договоренность о последующей покупке им квартиры. В квартире истца ответчик проживал с семьей, в период действия договора аренды обнаруживались повреждения имущества в квартире, причинение которых ФИО6 не оспаривал, обещая устранить. После окончания действия договора аренды в мае 2018 года ответчик от приобретения квартиры отказался, в июле 2018 года освободил ее, ДД.ММ.ГГГГ передал ключи от квартиры. После освобождения ответчиком квартиры были обнаружены повреждения замка на двери, мебели, внутренней отделки, составлен акт с указанием повреждений. Несмотря на неоднократные обращения к ответчику причиненный имуществу в квартире ущерб не возмещен.

Третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3, в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебных заседаний уведомлялся судом надлежащим образом в порядке гл. 10 ГПК РФ, направил своего представителя ФИО7, которая его требования поддержала в заявленном размере.

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебных заседаний уведомлялся судом надлежащим образом в порядке гл. 10 ГПК РФ, направил своего представителя адвоката ФИО8, которая возражала против заявленных требований, просила в их удовлетворении отказать в полном объеме, позиция изложена в письменных прениях. Так, ответчик полагает, что истцом и третьим лицом не доказано причинения им убытков ответчиком. По договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ какое-либо имущество ответчику не передавалось. Ответчик передавал ФИО1 согласно п. 4.3 договора денежные средства в качестве залоговой суммы в размере 13000 рублей, которая должна была быть возвращена при выезде из квартиры. Данная сумма ответчику не возвращалась, кроме того, им осуществленная дополнительная компенсация истцу в размере 18500 рублей. В квартире имелся минимальный набор мебели, при этом было видно, что мебель была не новая, на диване были трещины, в комнате отслаивались обои, шкаф имел дефекты, отслоения покрытия, на потолке сыпалась штукатурка, кухонный гарнитур был изношен, покрытия его фасадов деформированы, по углам на обоях были следы плесени, духовой шкаф отсутствовал. Проживал в квартире ответчик до ДД.ММ.ГГГГ. Жилое помещение передано владельцу в надлежащем состоянии. При выезде из квартиры имелись лишь 2 недочета: поврежден замок входной двери, который был неисправен уже при въезде в квартиру, и на одной стене комнаты зала дети нанесли чернилами рисунки. Сдача квартиры после аренды и передача ключей ФИО1 происходили в момент выезда из нее ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 осмотрела квартиру и приняла ее, каких-либо претензий не имела, акт осмотра квартиры после сдачи в аренду не составлялся. При составлении акта от ДД.ММ.ГГГГ ответчик не присутствовал, на осмотр не приглашался и о нем не уведомлялся. Доступ в квартиру после ДД.ММ.ГГГГ у ответчика отсутствовал. Осмотр квартиры специалистом с фотофиксацией производился ДД.ММ.ГГГГ, через значительный промежуток времени после отъезда М-вых. Акт приема-передачи квартиры и акт о состоянии и передаче находившегося в ней имущества не составлялся, следовательно, каких-либо документов, подтверждающих состояние квартиры и имущества в ней на момент въезда ФИО5 суду не представлено. Фотографии, представленные истцом, при внимательном изучении подтверждают доводы ответчика о том, что на момент въезда в арендованную квартиру повреждения на мебели уже были. К показаниям свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО12 просил отнестись критически, поскольку они не соответствуют действительности и противоречат указанным фотографиям. В акте от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют сведения о повреждениях дивана, большинство повреждений на момент выезда ответчика из квартиры отсутствовали. Кроме того, фактически ремонт в квартире собственниками после выезда М-вых не производился, диван и шкаф были проданы, в настоящее время отсутствует реальная возможность произвести какие-либо действия для восстановления нарушенного, по мнению С-вых, права..

Кроме того, о дате, времени и месте рассмотрения дела лица, участвующие в деле, извещались путем размещения информации на сайте Ивановского районного суда <адрес> (http://ivanovsky.iwn.sudrf.ru/ раздел «Судебное делопроизводство»).

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 167 ГПК РФ и принимая во внимание, что не явившиеся в судебное заседание лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом и за срок, достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, направили в суд своих представителей, суд определил о рассмотрении дела при данной явке.

Изучив исковое заявление, выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

По смыслу п. 1 ст. 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

П. 1 ст. 615 ГК РФ предусмотрено, что арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества.

Согласно п. 2 ст. 616 ГК РФ арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды.

На основании ст. 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Судом установлено, что истец ФИО2 и ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ являлись долевыми собственниками (по 50/100 долей) в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, что подтверждается представленными в дело копиями свидетельств о государственной регистрации права, договором купли-продажи, передаточным актом.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО5 заключен договор аренды вышеуказанной квартиры, расположенной по адресу: <адрес> на 11 месяцев с даты заключения договора по ДД.ММ.ГГГГ. Арендодатель получает во временное пользование находящиеся в квартире предметы мебели и бытовую технику. Пунктом 3.3. договора стороны согласовали, что в случае нанесения ущерба арендуемой квартире и имуществу, находящемуся в ней, арендатор обязуется возместить арендодателю причиненный ущерб. В п 3.5. договора рукописно указано «чистоту и порядок в квартире гарантируем», поставлена подпись ФИО5. П. 4 договора предусмотрено, что за арендуемую квартиру арендатором уплачивается месячная плата из расчета 13000 рублей + счетчики. Ежемесячная арендная плата вносится арендатором за месяц вперед не позднее 02 числа. При подписании договора арендатором вносится арендодателю оплата за месяц вперед в размере 26000 рублей, а также залоговая сумма 13000 рублей, которая возвращается арендатору при выезде его из квартиры (т. 1 л.д. 9).

Из объяснений сторон, показаний свидетелей следует, что ответчик проживал с семьей в указанной квартире в период действия договора, а также после истечения указанного в нем срока (п. 2 ст. 621 ГК РФ), до конца июля 2018 года.

Согласно акту осмотра квартиры, принимаемой после сдачи в аренду, составленному ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, в присутствии ФИО9, В., сотрудника агентства недвижимости «Единый центр недвижимости» Н., перед началом осмотра ФИО5 по телефону сообщено об осмотре, предложено участвовать в проведении осмотра, получен отказ. В акте указаны следующие повреждения: сломан замок на входной двери, повреждены фасады на кухонном гарнитуре, порваны обои рядом с кухонным столом, порвана тюль на окне кухни, обои в жилой комнате повреждены - на них нанесены рисунки чернилами от входа слева, по всей площади комнаты повреждено напольное покрытие – ковролин, на тумбе для телевизора имеются механические повреждения, повреждена тюль на окне, в жилой комнате, расположенной справа от ванной комнаты в шкафу разбито зеркало, в ванной комнате со стены оторваны 4 плитки, сломан экран под ванной, в жилой комнате слева от ванной комнаты повреждена тюль на окне, имеются сколы на внутреннем пластиковом подоконнике, в помещении балкона повреждения внутренней отделки – оторвана часть обшивки.

Согласно заключению товароведческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненному специалистом ООО «Верхневолжский научно-исследовательский центр аудита, оценки и антикризисного управления» по заказу истца, установлена утрата потребительских свойств имущества, расположенного в жилом помещении по адресу: <адрес>, на общую сумму 68924 рубля (т. 1 л.д. 11-22).

Из отчета об оценке по определению рыночной стоимости работ и материалов, необходимых для восстановления жилого помещения, по адресу: <адрес>№, выполненного специалистом ООО «Верхневолжский научно-исследовательский центр аудита, оценки и антикризисного управления» по заказу истца ДД.ММ.ГГГГ, следует, что стоимость работ и материалов, необходимых для проведения восстановительного ремонта квартиры составляет 56956 рублей (т. 1 л.д. 23-47).

Согласно справке (выписке из отчета об оценке № от ДД.ММ.ГГГГ), выполненной ООО «Верхневолжский научно-исследовательский центр аудита, оценки и антикризисного управления», рыночная стоимость указанной квартиры по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляла 2810000 рублей, в то время как на основании справки (выписки из отчета об оценке № от ДД.ММ.ГГГГ) ее рыночная стоимость по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составила 2645000 рублей.

Из показаний допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей Ш. и В. следует, что квартира истца до сдачи в аренду находилась в хорошем состоянии, в том числе мебель, напольное покрытие, в квартире был свежий ремонт, в августе 2018 года они присутствовали при осмотре квартиры, где были зафиксированы повреждения замка на входной двери, порваны шторы, на гарнитуре в помещении кухни повреждено покрытие, поврежден диван в жилой комнате, разрисованные обои фломастером и ручкой, разбито зеркало в шкафу, на тумбе под телевизором повреждения, в ванной комнате отколото несколько плиток, поврежден экран под ванной, на балконе повреждена отделка.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Н. показал, что в 2017 году он находился в отпуске по уходу за ребенком, в свободное время подрабатывал, он оказал истцу услугу по поиску арендатора ее квартиры, которым фактически стал ФИО5. Состояние квартиры до сдачи в аренду было хорошее, в квартире было чисто, сделан ремонт, спустя год после отъезда арендатора он присутствовал при осмотре квартиры, было зафиксировано, что общее состояние неудовлетворительное - очень грязно, замок на входной двери сломан, диван в комнате разорван, разбито зеркало в комнате, обои разрисованы ручкой, повреждены гарнитур в кухне, отделка на балконе.

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля С. следует, что он знаком со всеми лицами, участвующими в деле. По поводу передачи квартиры по <адрес> аренду пояснил, что в начале 2017 года его родителями было принято решение о продаже квартиры, она была выставлена на продажу, но длительное время не продавалась. Потом к ним обратился агент из агентства недвижимости Денис, предложил свои услуги по продаже квартиры. Он сфотографировал помещение, все комнаты, все что имелось, ему были переданы ключи от квартиры. Чрез некоторое время он позвонил и предложил сдать квартиру в аренду, поскольку она долгое время не продавалась, назначил время, и свидетель с супругой подъехали в квартиру, Денис нам показал потенциального квартиросъемщика - ответчика. Квартира тому понравилась, он попросил снять квартиру с продажи, потому что хотел её впоследствии купить. Говорил, что собирается приобретать жилое помещение, но на данный момент документы на получение материнского капитала находятся на стадии оформления, и он не может пока воспользоваться этими денежными средствами. В июне 2017 года с ФИО6 был заключен договор аренды квартиры, она была передана ему в таком же состоянии, в котором она находилась, когда представитель агентства недвижимости её фотографировал. Квартира находилась в хорошем состоянии. Посторонних там не было. Жили сначала родители свидетеля, потом он жил с супругой около 10 лет, делали там ремонт. Ремонт делали в 2014-15 году. Не во всей квартире сразу делали ремонт, сначала одну комнату сделали, потом другую. На момент передачи квартиры ответчику она не требовала какого-либо ремонта. В квартире на момент были стол, кухонный гарнитур, стол, стулья, тюль, в зале диван, на стенке два шкафа навесных, тумбочка под телевизор, шкаф-купе с зеркалом посередине, на кухне плазменный телевизор, в ванной комнате экран ванна, бойлер, в бывшей детской занавеска, картина на стене. Занавески были во всех комнатах, пятен и повреждений не имели. Диван был из кожзама, светлого цвета, слоновой кости в нормальном состоянии, посередине была небольшая трещинка посередине, сантиметров 5-7, переходившая со спинки на сидение; он был исправен, раскладывался. Шкаф полностью в исправном состоянии, зеркало не было разбито, никаких повреждений не имело. Сырости и влажности в этой квартире нет, это пятый этаж, очень теплая квартира. Арендаторы когда приезжали, осматривали квартиру, сами говорили, что квартира очень теплая. Кухонный гарнитур повреждений и разбуханий не имел. Плесень появилась в период проживания М-вых в зале за шторой, на момент передачи квартиры ему плесени не было. В ванной комнате ванна располагалась перпендикулярно, с левой стороны раковина с подставкой, бойлер висел с левой стороны, на стенах плитка. Отвалившейся плитки не было. На полу везде лежал линолеум, кроме зала, в зале был ковролин светлого цвета. Обои были чистые. На встречи с ответчиком для передачи платы за жилье свидетель с супругой ездили вместе, чтобы забрать арендную плату. Деньги передавались почти всегда в полном объеме, иногда отдавали чуть позже, на день-два. Расписки не писались. Передача денег происходила только в квартире. Свидетель заходил вместе с супругой, но стояли на пороге, до зала могли пройти. Ближе к осени 2017 года свидетель обратил внимание, что на кухне проблемы с фасадами уже начались, диван в зале уже имеет повреждения, обои при входе все изрисованные. Ответчику сделали замечание, он ответил, что данные повреждения будут устранены, но основным аргументом у них было то, что они купят эту квартиру. Свидетель участвовал вместе с супругой в осмотре квартиры ДД.ММ.ГГГГ. Ключи забрали в магазине у М-вых в <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ супруга созванивалась с ними, М-вы поставили её перед фактом, сказали, что они съезжают, квартиру покупать не будут. Попросили времени, чтобы вывезти вещи, и отдали ключи 1 августа. Когда С-вы забирали ключи, предложили ФИО6 проехать также на осмотр, они отказались. Понимая, что в квартире есть повреждения, С-вы пригласили своих знакомых ФИО13 и ФИО11, представителя агентства недвижимости Дениса, который занимался сдачей квартиры и видел, в каком состоянии она находилась до проживания квартиросъемщиков. Еще раз звонили ФИО6, приглашали приехать также поучаствовать в осмотре квартиры, он отказался. При осмотре в произвольной форме составили акт осмотра квартиры. Один замок был сломан. При входе в кухню был жирный линолеум, ноги прилипали. Часть кухонных фасадов была оторвана, как верхних, так и нижних. Тюль порвана, на обоях были повреждения. Телевизор был поцарапан. В зале на тумбочке был сколот край. Диван был сломан полностью, не раскладывался, его в акте забыли указать. На белом ковролине было темное пятно, обои разрисованные, на шкафу-купе образовалась трещина на зеркале, и в верхней части скол как от удара. В ванной комнате был сломан экран под ванной, сложен по частям. Несколько плиток было оторвано. В детской комнате ручка на двери сломана, обои также разрисованы, порвана тюль, на подоконнике какая-то краска, на балконе оторвана декоративная отделка. Все повреждения зафиксировали, потом еще раз позвонили ФИО6, проинформировали о составлении акта осмотра квартиры, спросили, не хотят ли они урегулировать сложившуюся ситуацию в досудебном порядке. Он ответил отказом. Денежные средства в виде компенсации за повреждения ни свидетель, ни его супруга, ни его мать не получали. До 10 августа пытались урегулировать отношения с М-выми в досудебном порядке. Никакого результата не было, обратились к эксперту, который сделал заключение, после этого вновь выставили квартиру на продажу по цене около 2 млн. 700 тыс. рублей. За столько, за сколько хотели продать, не получилось, потому что квартира была в ужасном состоянии. Люди говорили, что нужно вложить еще много денег, чтобы её восстановить, хотя на тот период кухонные фасады С-вы восстановили за свой счет, сделали реечный замок, восстановили декоративное покрытие на балконе. Согласно договору купли-продажи квартиру продали за 2 млн. 525 тысяч рублей. Цена была снижена, потому что в таком состоянии, как ФИО14 ее передали М-вы, жить там сразу было нельзя. Поврежденные диван и шкаф С-вы продали, выставляли в интернете диван рублей за 500, шкаф рублей за 700, новому собственнику эти вещи были не нужны. Такая цена за эту мебель также была связана с её состоянием и внешним видом. При заключении договора аренды акт приема-передачи квартиры не был составлен, потому что вопросов по техническому состоянию не было.

Допрошенный судом в качестве свидетеля К. сообщил, что знаком с С. В 2017 года к нему обратился Андрей. В тот момент свидетель работал агентом по недвижимости, Андрей попросил помочь с продажей квартиры. Они съездили, осмотрели квартиру, обговорили условия продажи. После этого свидетель начал работать с этой квартирой. Свидетель выезжал на этот объект примерно в первой половине апреля 2017 года. После осмотра свидетель подал объявления на Авито и в газету Частник. Квартира трехкомнатная, улучшенной планировки, не угловая и без угловых комнат, на 5 этаже ближе к середине дома. Когда звонит покупатель по объявлению, он хочет узнать всю информацию. Чтобы иметь возможность рассказать об объекте больше, свидетель старается сам осмотреть все. Квартира была в жилом состоянии, видно, что проживали собственники. В каждой комнате находилась мебель, стол, стулья, в большой комнате и в детской. Состояние квартиры было на 5 из 5. Необходимости в ремонте у будущих собственников не было. Квартира «заезжай и живи». свидетель осматривал батареи, стояки, окна пластиковые были, лоджии застеклена. Квартира вложений не требовала. Повреждения обоев, плесень, грибок, обвалившиеся потолки, плохое состояние полов отсутствовали. Если бы увидел плесень, указал бы на это собственнику. Квартира предлагалась к продаже за 2 млн. 850000 рублей. За такую цену квартиру на продажу выставляли. На момент 2017 года цена соответствовала состоянию квартиры. В квартире был кухонный гарнитур, стол стоял. Наличие кухонного гарнитура влияет на цену квартиры. Также были угловой диван, кровать в спальне, комод с зеркалом, детская. Мебель была хорошая. Андрей был намерен оставить гарнитур, поскольку гарнитур был в хорошем состоянии. Все было чисто. Под ванной был экран, все было аккуратно сделано. Повреждений шкафа не было, свидетель видел его целым. В ванной плитка была целой, экран стоял, он был подобран под цвет плитки. Сломанного подоконника также не было. Все стояки и подводки свидетель просматривал. Балкон также не был в таком состоянии. Стенка на кухне была в хорошем состоянии. На диване повреждений не видел потому, возможно потому, что на нем что-то лежало.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Л. сообщил, что знает истца, поскольку она была заказчиком оценки, которая проведена была более года назад. Поступила заявка произвести оценку помещений и поврежденного имущества. Свидетель выехал на место, составил акт осмотра, произвел оценку. Квартира находится на <адрес>. Свидетель туда ездил, был составлен акт осмотра, сделаны фотографии. Вопрос стоял определить стоимость ущерба поврежденного имущества. Свидетель запросил материал для установления разницы. Были представлены фотоматериалы заказчиком на момент сдачи квартиры в аренду, и данные, представленные самим заказчиком. Он пояснял, какие повреждения были и каких не было, все фиксировалось. Затем определяется стоимость повреждений по разнообразным методикам. Свидетель использовал метод коэффициента уценки. Таким образом была определена стоимость неповрежденного имущества, но бывшего в употреблении, далее был определен процент уценки и стоимость ущерба. Изначальная стоимость дивана определена б/у, но без признаков повреждений. Фотографии дивана были представлены в идеальном состоянии, пригодном для дальнейшей эксплуатации. Потребительские свойства не были утрачены в таком объеме, как на момент составления акта осмотра. Массовых разрушений дивана не было. В состоянии, представленном на фотографиях заказчиком, продать диван гораздо проще, поскольку местные повреждения меньше выражены. На последних фотографиях массовые деструктивные изменения. Касаемо отчета об оценке, для восстановления жилого помещения брались именно работы, которые были бы затрачены при ремонте жилого помещения, исходя из характера повреждений, был определен объем работ. То состояние квартиры, которое зафиксировано в акте осмотра, влияет на продажную стоимость квартиры, но это не определяющий фактор. Когда свидетель выходил на место, были массовые загрязнения пола, на кухне разрушение отделки. Это 10 % от стоимости квартиры. Согласно имеющимся справкам по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ и на ДД.ММ.ГГГГ, на ДД.ММ.ГГГГ стоимость квартиры указана ниже, чем на ДД.ММ.ГГГГ. Разница в цене может быть обусловлена в том числе и состоянием квартиры, но существенных изменений не происходит. Когда к свидетелю обратился заказчик, свидетель попросил подготовить информацию, как квартира изменилась в связи с необходимостью ремонта - на 5-10% изменения есть. Сравнивались 2 состояния квартиры, как покупатель реагирует на какие- то факторы в квартире. Существует множество факторов, влияющих на стоимость квартиры. Свидетель имел возможность сравнить состояние квартиры на 2017 год и на 2018 год, были предоставлены фотографии и пояснения заказчика. Разница связана с состоянием внутренней отделки.

Допрошенный в качестве свидетеля М. оглы сообщил суду, что квартиру С-вых нашел сын, чтобы жить со своей семьей, пока не купили свою. Он сказал, что снял квартиру, заключил договор, но он остался у ФИО1. Сын сказал, что 4 тысячи и еще 26 тысяч Юле отдал. На следующий день Юлия передала ключи от квартиры. В квартиру переехали через 5-7 дней после заключения договора. В квартире практически 3 месяца никто не жил, сын со свидетелем только приходили и уходили. Семья ответчика только через три месяца переехала и только тогда они начали жить в квартире вместе со свидетелем. В квартире жили свидетель, его жена, ответчик, его жена и дочь. Помимо 4 тысяч, 26 тысяч ФИО15 при заключении договора переданы еще 13000 рублей на случай причинения ущерба и за уборку 13000 рублей ФИО15 давал свидетель, у них с сыном общие деньги, ФИО15 на руки деньги отдавал сын. За квартиру всегда платили заранее 1 числа. Оставалось всегда заплатить за коммунальные услуги. При выезде из квартиры сначала Юлия просила 18500 рублей, свидетель ей отдал эти деньги, надо было это где-то зафиксировать, но у них были хорошие отношения. В квартире нужно было обои поменять два листа, Юлия посчитала так, свидетель отдал, потому что не было времени разбираться, поскольку 20 августа была свадьба у дочери. Договаривались об этом, когда свидетель ключи передавал от квартиры ФИО15, когда уже выехали ДД.ММ.ГГГГ. 1 августа они заехали жить уже в другую квартиру. В спорную квартиру в 2017 заехали в 2018 выехали. О том, что ДД.ММ.ГГГГ выехали из квартиры, запомнил потому, что когда заключил договор с хозяином квартиры в <адрес>, он дал им три дня для перевоза вещей. Юлия сначала сказала, что продает квартиру, что М-вы могут купить её. Свидетель ответил, что если через полгода у них появится возможность, то купят. Диван был и сервант, Юлия сказала: «выкиньте их, у нас с мужем времени нет, все равно мы продадим, мне они не нужны». Свидетель ответил, что пусть будет. Он купил в эту квартиру холодильник и оставил его там, диван купил, там оставил, и двухспальную кровать. Плита, холодильник, диван был М-вых. В зале был шкаф один внизу, два наверху. Кухонный гарнитур был, покрытие все отваливалось на нем. Свидетель спрашивал, что делать с этим, Юлия говорила, «сделайте как-нибудь, я все равно продам квартиру». К ФИО6 каждый день приходили покупатели смотреть квартиру С-вых. В квартире у них было три двери, от каждой двери один ключ. У ФИО15 были свои ключи, она приходила списывала показания счетчиков. Юлия прихода всегда одна, кто-то её ждал внизу. Один раз свидетель видел супруга ФИО15, когда они приходили за деньгами в магазин, свидетель передал 18500 рублей. При передаче денег присутствовали сын, жена. Свидетель сам лично сломал замок, потому что внучка осталась за дверью, плакала и в счет этого оставили деньги. Диван был молочного цвета, они постоянно его одеялом закрывали, поскольку на нем была дыра, стыдно было, когда люди приходили, показывать такой диван. Шкаф был старый. На нем были повреждения, полосы, зеркало на нем было сломано в нижней части с левой стороны. Еще протечка шла, обои отклеивались. Постоянно сыпалась побелка. Свидетель сам шпателем почистил и покрасил. На кухне были два стола, кухонный гарнитур. На балконе повреждений не было. В туалете все нормально было, одна плитка выпала, свидетель ее аккуратно положил в сторону. Юлия указывала только на повреждения обоев, гарнитура, замка, плитки в ванной. Свидетель просил ее посчитать сколько это будет стоить и отправить ему сообщение, она посчитала вышло 18500 рублей. При выезде из квартиры Юлия или другие ее родственники не присутствовали. Это было примерно 20-24 июля. Около 35000 рублей свидетель оплатил за коммунальные услуги, остальное Юлия сказала посчитаю отправлю, вы решите, придем поговорим. Свидетель согласился. Через неделю она сказала, что нашла мастера, чтобы сменить обои, замки. Свидетель попросил итоговую сумму, она назвала 18500 рублей. Свидетель сказал, приходите в магазин забирайте. Юлия пришла с мужем, свидетель отдал деньги и они разошлись. Когда отдавал ключи, предложил ФИО15 нанять кого-нибудь для уборки, там банка в кладовке разбилась. Платежи за аренду и за коммунальные услуги отдавались на руки, расписок никаких не составлялось.

Допрошенный в качестве свидетеля Г. сообщил суду, что знаком с ФИО5. В квартире по адресу: <адрес> М-вы жили, это напротив его дома. Въехали они туда два года назад, в начале лета. Ответчик хотел жить в ней с родителями, поэтому снял трехкомнатную квартиру. Свидетель присутствовал в квартире на новоселье, потом еще раза три-четыре. Квартира на пятом этаже. Мебели было немного, свидетель помогал заносить туда диван. Некоторую мебель ФИО6 сам в квартиру покупал. В квартире в зале был угловой диван, кожаный, весь разодранный. Ответчик говорил, что диван от старых хозяев, трещины были на спинке, на сидениях. Телевизор стоял на тумбе. Диван также покупал ФИО6 в дальнюю комнату, там был старый шифоньер, который был весь разбухший, его покрытие разбухло из-за сырости в квартире, было треснуто стекло снизу. На кухне был белый светлый гарнитур, ответчик хотел поменять этот гарнитур, сказал, что он остался от хозяев.Верхние ящики тоже были разбухшие, отклеивались. Оторвано ничего не было. В квартире стоял запах сырости, ответчик говорил, что живет там с детьми, а там сырость, хотел оттуда съехать. В последний раз свидетель был в квартире, когда ФИО6 съезжал оттуда. Это было год назад, летом, в начале или середине. Все в квартире было так же, как тогда, когда свидетель приходил в гости.

Свидетель Б. пояснил, что знаком с ФИО5, помогал ему с заездом в квартиру по адресу <адрес> начале лета 2017 года. Квартира на пятом этаже. В квартире был диван, кухонный гарнитур, шкаф, телевизор. Свидетель в квартире бывал не часто, раза 4. Кроме самого ответчика, там проживали его жена, дети, родители. Диван был обычный угловой белый кожаный, в середине были трещины. Говорили, что он сломанный, не раскладывается. Был старый шкаф, большой купе, на нем имелась трещина на зеркале, это был старый потрепанный шкаф. На кухне были потрепанные шкафы, обои отклеивались из-за сырости. Угловой дом, кухня в углу находится и на ней плесень. Постоянная влажность, гарнитур начал облупляться на фасаде, по углам. Туалет нормальный, обычный, ванная обычная. Стены были из плитки. Пару плиток внизу отвалились с правой стороны от входа. В последний раз свидетель был в этой квартире, когда помогал ответчику выезжать. ФИО6 показал разрисованные обои и все, больше свидетель ничего не заметил, на кухне в гарнитуре ничего не изменилось. Ответчик хотел сделать ремонт в квартире, но не стал, потому что квартира ему не понравилась из-за плесени, с детьми там нельзя жить.

Допрошенный в качестве свидетеля А. оглы пояснил, что знает ответчика, находится с ним в дружеских отношениях. В квартиру, расположенную по адресу: <адрес> свидетель помогал ему переезжать, ответчик собирался жить там с семьей. На момент переезда семьи у него не было. Это было примерно в июне-июле 2017 года. Квартира расположена на 5 этаже. Когда свидетель помогал ответчику переехать в квартиру, в квартире находился угловой диван в зале, на кухне не было ничего, в комнате одна стенка была и шкаф. Диван засиженный, весь потертый, 2 или 3 дырки на нем было. В комнате побелка с потолка на полу валялась. Стенка была с зеркалом, состояние зеркала не помнит. Кухонный гарнитур был светлый. Нового в квартире ничего не было.

Проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что свое подтверждение нашел факты проживания ответчика с семьей на условиях договора аренды в квартире истца и третьего лица, наличия в квартире в период действия договора аренды спорного имущества (кухонный гарнитур, диван, шкаф, тумба под телевизор, тюль, дверной замок, отделка), а также то, что ответчиком данному имуществу истца и третьего лица был причинен ущерб в заявленном размере.

Отсутствие оформленного сторонами акта приема-передачи арендуемого имущества не свидетельствует о том, что истец и третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, не могут иными способами доказывать факт причинения им ущерба.

В то же время напротив, действуя добросовестно и осмотрительно, ответчик вправе был потребовать оформления соответствующего акта и фиксации имеющихся недостатков в случае, если состояние арендуемых квартиры и имущества на момент их передачи ему он полагал ненадлежащим.

Кроме того, несмотря на то, что ответчик фактически не оспаривал, а свидетель М. оглы – его отец, который проживал с ним в квартире, подтвердил, что в период их проживания в квартире имели место повреждения элементов отделки, в частности замка двери, обоев, при этом при выезде из квартиры не приняли участия в составлении акта осмотра, в настоящее время не подтвердили какими-либо допустимыми доказательствами свои доводы о возмещении собственникам жилого помещения причиненного ущерба.

Вопреки доводам ответчика факт отчуждения спорной квартиры и имевшегося в ней имущества ФИО16 по договору купли-продажи после выезда ответчика не препятствует истцу и третьему лицу в реализации своего права на возмещение убытков, поскольку не свидетельствует о том, что виновными действиями ответчика не был причинен ущерб. Более того, о причинении убытков свидетельствуют представленные справки - выписки из отчетов об оценке № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ, показания свидетелей К. и Л., из которых следует изменение стоимости квартиры в виду ухудшения состояния ее отделки и находящегося в ней имущества.

Состояние квартиры до заключения договора аренды и после его окончания в ходе проведения акта осмотра зафиксированы стороной истца фотографированием, фотографии приобщены к материалам дела (т. 1 л.д. 8, т. 2 л.д. 84-87). Суд не усматривает оснований сомневаться в достоверности представленных фотоматериалов, поскольку они соответствуют показаниям допрошенных свидетелей Ш., В., Н., С., К.; они были исследованы специалистом-оценщиком Л., который пришел к выводу о том, что состояние квартиры изменилось, при этом рассчитывал стоимость поврежденных предметов отделки и мебели с учетом тех признаков износа и эксплуатации, которые на них имелись до въезда в квартиру ответчиков. Вопреки доводам стороны ответчика достаточных доказательств того, что данные фотоматериалы имеют следы монтажа, в дело не представлено. Суд доверяет показаниям свидетелей Н., К., поскольку, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных свидетельских показаний, они поясняли, что фактически занимались агентской деятельностью по работе со спорным объектом недвижимости, осматривали его в целях формирования объявлений и предложения клиентам для аренды и приобретения в собственность, знали о его состоянии на момент сдачи квартиры в аренду, а Н. также и после расторжения договора аренды.

В то же время фототаблицы и видеоматериалы, представленные ответчиком, не содержат каких-либо информативных изображений, свидетельствующих о состоянии спорного имущества в квартире в юридически значимые для рассмотрения дела периоды (т. 1 л.д. 169-175).

К показаниям свидетелей Г., Б. суд относится критически, поскольку они вызывают сомнения в своей достоверности ввиду того, что данные лица указывают спорную квартиру как угловую, в то время как из представленной по запросу суда копии технического паспорта жилого помещения усматривается, что угловой данная квартира в доме не является, следовательно, под сомнение ставится и осведомленность указанных лиц об обстановке в квартире на момент заезда и выезда из нее ответчика.

С учетом изложенного ответчик не доказал с достоверностью наличие заявленных повреждений на момент заключения договора аренды, либо их отсутствие на момент окончания действия данного договора и передачи квартиры собственникам, либо то, что состояние имущества вызвано нормальным износом, а также не опроверг доводы истца и третьего лица.

Представитель истца, третье лицо ФИО1 с целью досудебного урегулирования спора обращалась к ответчику с требованием возмещения причиненного вреда, в подтверждение чего представлены сведения о переписке с ответчиком в мобильном приложении «Viber» на телефоне, наличие которой подтверждено заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненным специалистом Ассоциации негосударственных судебных и независимых экспертов «СевЭксперт».

Из исследованных судом материалов дела следует, что ответчик истцу на момент рассмотрения дела судом причиненные убытки в добровольном порядке в полном объеме не возместил. Доказательств, свидетельствующих об обратном, вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ суду не представлено, следовательно, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований.

Как указывалось выше, доводы стороны ответчика о том, что истцу передавались в счет возмещения ущерба денежные средства в размере 18500 рублей, суд находит голословными, не подтвержденными какими-либо доказательствами, показания М. оглы в данной части не могут быть приняты судом, поскольку данное лицо является родственником ответчика, и из его показаний следует, что они имеют совместный бюджет, в связи с чем он может иметь заинтересованность в исходе дела.

При определении размера ущерба суд исходит из представленных истцом заключения товароведческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, отчета об оценке по определению рыночной стоимости работ и материалов, необходимых для восстановления жилого помещения, по адресу: <адрес>№, выполненных ООО «Верхневолжский научно-исследовательский центр аудита, оценки и антикризисного управления», поскольку каких-либо сомнений в правильности произведенных расчетов не возникает, квалификация специалиста подтверждается соответствующими свидетельствами и сертификатами, страховая ответственность оценочной деятельности застрахована в установленном порядке, отчет и заключение содержат подробные описания проведенных исследований, выполнены в установленном законом порядке, с учетом действующих стандартов оценки.

Стороной ответчика указанные отчет и заключение не оспорены, иных документов, содержащих оценку причиненного истцу ущерба, не представлено, ходатайств о назначении судебной экспертизы и не заявлено.

Следовательно, возмещению ответчиком подлежал материальный ущерб в виде утраты потребительских свойств имущества, расположенного в жилом помещении – квартире, расположенной по адресу: <адрес>, на общую сумму 68924 рубля и стоимость восстановительного ремонта - работ и материалов, необходимых для проведения восстановительного ремонта квартиры в размере 56956 рублей.

Из подлежащей выплате истцу суммы подлежит вычету денежная сумма 13000 рублей, оставленная ответчиком в качестве залога в соответствии с условиями п. 4 договора аренды, при этом достоверных сведений о том, что данная сумма зачитывалась в качестве ежемесячного платежа за квартиру либо возвращалась ответчику по истечении срока действия договора аренды, в дело не представлено. Поскольку договор аренды заключен истцом и фактически денежные средства в счет платежей за квартиру выплачивались представителю истца ФИО1, в дело не представлено доказательств, что впоследствии денежные средства в счет платы в каком-либо размере передавались ФИО3 как второму собственнику квартиры, то и оснований для вычета суммы залога из стоимости причиненного ему ущерба не имеется.

Таким образом, требования истца надлежит удовлетворить частично, взыскав с ФИО5 в пользу ФИО2 в счет возмещения ущерба денежные средства в размере 49940 рублей; требования третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3, следует удовлетворить в полном объеме, взыскать с ответчика в его пользу в счет возмещения ущерба денежные средства в размере 62940 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к которым в соответствии со ст. 88 и 94 ГПК РФ отнесены суммы, подлежащие выплате специалистам и экспертам, расходы на оплату услуг представителя. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Установлено, что истцом понесены расходы по уплате государственной пошлины в размере 3716 руб., которые подтверждаются соответствующим чеком (т. 1 л.д. 7). Произведя расчет государственной пошлины в соответствии с положениями ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, учитывая, что ФИО3 государственную пошлину не оплачивал, однако его требования разрешены судом, суд полагает указанные расходы обоснованными и подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям в размере2948 рублей 27 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО2 к ФИО4 о возмещении ущерба удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 в счет возмещения ущерба денежные средства в размере 49940 рублей.

В удовлетворении остальной части требований истцу отказать.

Требования третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3 к ФИО4 о возмещении ущерба удовлетворить.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 в счет возмещения ущерба денежные средства в размере 62940 рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в размере 2948 рублей 27 копеек.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ивановский областной суд через Ивановский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья А.А. Ребров

Решение суда в окончательной форме составлено 21.11.2019 года