Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора уступки прав (цессии) и применение последствий недействительности сделки,

у с т а н о в и л:

<дата> между ФИО2 и ФИО3 заключен договор уступки прав (цессии), согласно которому Цедент передает, а Цессионарий принимает в полном объеме права (требования), принадлежащие Цеденту и вытекающие из решения Ковровского городского суда о разделе совместно нажитого имущества по делу <№>, на основании которого выдан исполнительный лист ФС <№>. Размер передаваемых прав составляет 1 411 926 рублей. Наличие прав (требований) подтверждается наличием исполнительного листа по делу <№> от <дата> серии ФС <№> (л.д. 23-25 том 1).

Решением Ковровского городского суда от <дата> удовлетворены исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 и частично удовлетворены встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 В собственность ФИО1 выделено имущество всего на сумму 4 149 837 рублей. В собственность ФИО2 выделено имущество, всего на сумму 154 460 рублей. На ФИО1 возложена обязанность, передать ФИО2 имущество. С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскана денежная компенсация за совместно нажитое имущество в размере 1 297 688,50 рублей. Признаны общими долгами супругов ФИО1 и ФИО2, с определением равных долей по <данные изъяты> задолженность по кредитному договору <№> от <дата>, заключенному между ФИО1 и Банк ВТБ 24 (ПАО), в размере 401 414,24 рублей, задолженность по кредитному договору <№> от <дата>, заключенному между ФИО1 и Банк ВТБ 24 (ПАО), в размере 986 633,87 рублей, задолженность по кредитному договору <№> от <дата>, заключенному между ФИО2 и Банк ВТБ 24 (ПАО), в размере 371 787,61 рублей.

В остальной части исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 и встречные исковые требования ФИО2 к ФИО1 оставлены без удовлетворения.

Согласно апелляционному определению Судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда от <дата> решение Ковровского городского суда <адрес> от <дата> отменено в части признания общим долгом супругов задолженности по кредитному договору от <дата>. ФИО2 отказано в удовлетворении требований о признании общим долгом супругов задолженности по кредитному договору от 21.09. 2017, заключенному между ФИО2 и Банк ВТБ 24 (ПАО). С ФИО1 в пользу ФИО2 взыскана денежная компенсация в размере 114 237 руб. 50 коп. В остальной части решение Ковровского городского суда <адрес> от 30.09. 2019 оставлено без изменения, апелляционные жалобы ФИО1 и ФИО2 без удовлетворения.

Судебное решение вступило в законную силу 15.01. 2020 года.

На основании определения судебной коллегии по гражданским делам Второго кассационного суда общей юрисдикции от 26.05. 2020, решение Ковровского городского суда <адрес> от <дата> и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Владимирского областного суда от <дата> оставлены без изменения, кассационная жалоба ФИО1 без удовлетворения (л.д. 97 - 105 том 1).

Решением Ковровского городского суда от <дата> с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана <данные изъяты> доля от выплат за период с <дата> по <дата> по кредитному договору <№> от <дата> и по кредитному договору <№> от <дата>, заключенным между Банком ВТБ 24 (ПАО) и ФИО1, в общей сумме 416894,27 руб., судебные расходы за составление искового заявления в размере 3000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 7369 руб., всего в размере 427263 рубля 27 копеек.

Судебное решение вступило в законную силу <дата> (л.д. 188-189 том 1).

Заочным решением Ковровского городского суда от <дата>, вступившим в законную силу <дата> с ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана <данные изъяты> доля от выплат за период с <дата> по <дата> по кредитному договору <№> от <дата>, заключенному между Банком ВТБ 24 (ПАО) и ФИО1, в сумме 363540,43 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 6835 рублей, всего в размере 370375 рублей 43 копейки (л.д. 95 - 96 том 1).

Решением Арбитражного суда <адрес> от <дата> по делу № <данные изъяты>ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5 член Ассоциации «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» (л.д. 107 - 110 том 1).

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 и ФИО3 о признании договора об уступке прав (цессии) от <дата>, заключенного между ФИО2 и ФИО3 недействительным и применении последствий недействительности сделки (л.д. 4-5 том 1).

Указав, что между ФИО2 и ФИО1 имеются однородные встречные требования, вытекающие из решений Ковровского городского суда от <дата> по делу <№>, от <дата> по делу <№>, от <дата> по делу <№>, вступивших в законную силу. Общая сумма задолженности ФИО2 перед ФИО1 составляет 790 803 рубля 70 копеек. Задолженность ФИО1 перед ФИО2 составляет 1 411 926 рублей. На основании ст. 88.1 Федерального закона «Об исполнительном производстве» возможно произведение зачета встречных однородных требований. Ответчик, зная о предстоящем зачете встречных однородных требований, с целью избежать зачета, заключил договор уступки права. При совершении сделки ответчик допустил злоупотребление правом, что привело к негативным последствиям – невозможности исполнения судебных актов. Ответчик ФИО2 при заключении договора уступки прав требований знал о предъявлении ФИО1 к нему требований. Оспариваемый договор является ничтожным, поскольку фактически представляет собой использование ответчиком конструкции перемены лиц в обязательстве для целей злоупотребления правом. ФИО2 заключением спорного договора лишил истца возможности погашения однородного встречного требования в рамках исполнительного производства и фактически своими действиями уклоняется от исполнения решений Ковровского городского суда. Кроме того, сделка является безвозмездной, что исключает ее экономическую целесообразность для ФИО2 и выявляет единственную противоправную цель ее заключения – уклонение от исполнения судебных актов. Со ссылкой на ст.ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации просил исковые требования удовлетворить.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела уведомлялась надлежащим образом, направила в суд своего представителя адвоката Холина Л.А.

В судебном заседание представитель истца ФИО1 адвокат Холин Л.А. исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении. Пояснил, что, зная об имеющихся обязательствах перед ФИО1 о возмещении ей денежных средств, оплаченных последней по кредитным договорам, являющихся общим долгом супругов, ФИО2 каких-либо действий, направленных на погашение долга перед истцом, не произвел, а заключил со своей матерью ФИО3 договор уступки права требования присужденных с ФИО1 решением Ковровского городского суда о разделе совместно нажитого имущества, денежных средств. Указанная сделка нарушает права ФИО1, поскольку заключена с противоправной целью, а именно: не допустить обращение взыскания, в том числе, путем зачета однородных встречных требований. Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, такая сделка в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации является недействительной как нарушающая требования закона.

В судебное заседание ответчики ФИО2 и ФИО3 не явились о дате, времени и месте рассмотрения дела уведомлялись надлежащим образом, направили в суд своего представителя ФИО4

В судебном заседании представитель ответчиков ФИО2 и ФИО3, ФИО4 заявленные исковые требования не признал, пояснил, что действующее законодательство не устанавливает обязанность проведения зачета встречных требований между лицами, имеющими требования друг к другу. ФИО2, предъявил исполнительный лист о взыскании с ФИО6 денежных средств, присужденных решением Ковровкого городского суда в размере 1 411 926 рублей. В течение полугода, не получив по нему какого-либо исполнения, утратил интерес к взысканию данной суммы, так как полагал, что через какое - то время исполнительное производство в любом случае будет прекращено невозможностью взыскания. В связи с чем, нуждаясь в денежных средствах для оплаты процедуры банкротства в размере 25 000 рублей, он уступил свое право требования к ФИО1 своей матери ФИО3 за указанную сумму, что не противоречит действующему законодательству. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о недобросовестности ФИО2, истцом в материалы дела не представлено. На момент уступки права каких-либо обязательств перед ФИО1ФИО2 не имел. Право взыскателя на предъявление к исполнению исполнительных документов предусмотрено законом, не предъявление таких документов к принудительному исполнению не может расцениваться как нарушение права должника на взаимозачет требований. На момент заключения договора цессии требования по исполнительным листам отсутствовали. Решения судов о взыскании с ФИО2 денежных средств в пользу ФИО1 на момент уступки права в законную силу не вступили, задолженности по алиментам ФИО2 не имел. Утверждение о безденежности уступки, противоречит представленной в материалы дела расписке о передаче ФИО3ФИО2 денежных средств в сумме 25 000 рублей. Кроме того, поскольку ФИО2 признан банкротом и в отношении него введена процедура реализации имущества, исковое заявление ФИО1 не подлежит рассмотрению по общим правилам искового производства судом общей юрисдикции, а подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве Арбитражным судом.

В судебное заседание финансовый управляющий ФИО2 – ФИО5 не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела уведомлялся надлежащим образом, представил письменный отзыв, согласно которому из п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. Оплата по договору уступки прав (цессии) от <дата> в 56,5 раз меньше размера переданных прав требования. В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. Анализ лотов на сайте «Долг.рф» показал, что цена дебиторской задолженности физических лиц в среднем в 5,78 раз меньше размера самой дебиторской задолженности. Таким образом, очевидно, что цена по договору уступки прав (цессии) от <дата> существенно в худшую для должника сторону отличается от цены, при которой в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. Следовательно, договор уступки прав (цессии) от <дата> является недействительной сделкой в силу п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве (л.д. 112-113 том 1).

Суд, в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения представителей сторон, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся истца, ответчиков и финансового управляющего, надлежащим образом уведомленных о рассмотрении дела.

Выслушав представителей сторон, изучив документы, суд приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 388 ГК РФ, уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

Не допускается переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью (ст. 383 ГК РФ).

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ, в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно статье 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1); требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо; требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3).

По смыслу ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) и абзаца второго пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о признании сделки недействительной может быть предъявлено любым заинтересованным лицом, то есть лицом, чьи права будут восстановлены в случае приведения сторон недействительной сделки в первоначальное положение.

Под заинтересованным лицом следует понимать лицо, права и интересы которого непосредственно затрагиваются оспариваемой сделкой и восстанавливаются в результате признания сделки недействительной и применения последствий ее недействительности.

В соответствии с требованиями п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, данным в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 25).

Согласно статье 88.1 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» по заявлению взыскателя или должника либо по собственной инициативе судебный пристав-исполнитель производит зачет встречных однородных требований, подтвержденных исполнительными документами о взыскании денежных средств, на основании которых возбуждены исполнительные производства, за исключением случаев, установленных законодательством Российской Федерации.

Стороны спора могут самостоятельно осуществлять зачет встречных однородных требований даже в том случае, если эти требования стали предметом судебного спора или по ним вынесен судебный акт, вступивший в законную силу (пункты 19 и 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.03.2020 по делу N 305-ЭС19-22240).

Согласно ст. 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

В ходе судебного разбирательства установлено, что между ФИО1 и ФИО2 имеются взаимные обязательства по выплате друг другу денежных сумм, подтвержденные вступившими в законную силу решениями суда (дело <№>, <№>, <№>).

Данные взаимные требования являются встречными и однородными, поскольку все они являются исключительно денежными и ни одно из них не является требованием, зачет которого в соответствии с положениями статьи 411 ГК РФ недопустим.

Заявление о зачете данных требований могла сделать любая из сторон с момента возникновения у нее своего права требования против, соответственно встречного денежного требования другой стороны.

По общему правилу в порядке договора цессии может быть передано любое право требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом.

В рассматриваемом случае предметом договора цессии от <дата> являлись права (требования), основанные на судебном постановлении о взыскании денежных средств с ФИО1 в пользу ФИО2 по решению Ковровского городского суда по делу <№>.

Согласно постановлению о возбуждении исполнительного производства <дата> судебным приставом-исполнителем ОСП <адрес> возбуждено исполнительное производство <№>-ИП в отношении ФИО1 о взыскании с нее в пользу ФИО2 денежных средств в сумме 1 411 926 рублей по решению Ковровского городского суда по делу <№> (л.д. 141-142 том 1).

Из постановления об окончании и возвращении исполнительного документа взыскателю от <дата> следует, что исполнительное производство <№>-ИП окончено, исполнительный лист № ФС 032015084 от <дата>, выданный по решению Ковровского городского суда по делу <№> возвращен взыскателю в связи с тем, что поступило заявление взыскателя об окончании исполнительного производства. В ходе исполнительного производства частично взыскана сумма в размере 21926 рублей (л.д. 146 – 147 том 1).

ФИО2, уступая <дата> право требования ФИО3, знал о том, что решением Ковровского городского суда <адрес> от <дата> по делу <№>, вступившим в законную силу <дата>, общими долгами супругов ФИО1 и ФИО2 признаны, в том числе задолженность по кредитному договору <№> от <дата>, в размере 401 414,24 рублей, задолженность по кредитному договору <№> от <дата>, в размере 986 633,87 рублей, а также то, что ФИО1 осуществила платежи в счет погашения основного долга и процентов по кредитным договорам <№> от <дата> и <№> от <дата>. Общий размер выплаченных ФИО1 денежных средств в счет исполнения обязательств по указанным кредитным договорам за период с <дата> по <дата> составлял 833788,54 руб. С учетом признания долей супругов в общих долгах равными по 1/2 доли, с ФИО2 в пользу ФИО1 подлежали взысканию денежные средства в размере 416894,27 руб.

Зная о своих обязательствах перед ФИО1 и необходимости возврата долга, ФИО2 совершил действия, направленные на отчуждение права требования, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредитора.

В ходе судебного разбирательства установлено, что сделка по уступке права требования оформлена ответчиком с близким родственником (матерью), стоимость права требования денежных средств в сумме 1 411 926 рублей существенно занижена - 25 000 рублей.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», в силу пункта 3 статьи 423 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 ГК РФ.

Как следует из представленной стороной ответчиков расписки от <дата>ФИО2 получил денежные средства в размере 25 000 рублей от ФИО3 в качестве оплаты договора цессии, заключенного между ними (л.д. 79 том 1).

Вместе с тем, причину, по которой уступка права требования ФИО2 произведена близкому родственнику (матери), а именно нуждаемость в денежных средствах в сумме 25 000 рублей, при том, что стоимость права требования денежных средств составляла 1 411 926 рублей, что существенно ниже стоимости, за которую были уступлены права - 25 000 рублей, суд полагает надуманной. Уступка права требования иному лицу по указанной причине, а не путем урегулирования спора между ФИО2 и ФИО1 зачетом встречных однородных требований, суд расценивает как злоупотребление правом.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, на момент совершения оспариваемой сделки существовало неисполненное обязательство ФИО2 перед ФИО1, а также задолженность ФИО1 перед ФИО2, права требования в отношении которой переуступаются.

Стороны обязаны исполнить имеющиеся между ними денежные обязательства, любым имуществом, в том числе за счет встречных требований. Вместе с тем, зная о своих неисполненных обязательствах перед ФИО1, ФИО2 заключает договор уступки права.

Оспариваемый ФИО1 договор уступки прав требования был совершен ФИО2 в отношении принадлежащих ему имущественных прав к истцу, являющимся имуществом, за счет которого истец мог удовлетворить свои требования к ФИО2 во исполнение решений Ковровского городского суда по делу <№>, а затем и по делу <№>. На момент совершения сделки ФИО2 знал о возникновении денежных обязательств перед ФИО1, так как являлся ответчиком по делу <№>. Более того в ходе судебного разбирательства, ответчик ФИО2 предъявляемые к нему ФИО1 требования о взыскании денежных средств в сумме 416894,27 руб. признавал и не возражал против удовлетворения судом данных требований, что отражено в решении суда от 05.06 2020 по указанному гражданскому делу.

Доказательств наличия у ФИО2 иного имущества, за счет которого могло быть исполнено данное решение, материалы дела не содержат. До настоящего времени задолженность ФИО2 перед ФИО1 не погашена. Какие-либо меры ФИО2 по погашению задолженности в добровольном порядке не принимает. На уступленные имущественные права могло быть обращено взыскание в рамках исполнительного производства, а также возможен зачет требований ФИО2 и ФИО1

Таким образом, целью заключения ФИО2 договора уступки права требования являлось сокрытие данных имущественных прав от возможного обращения на них взыскания и уклонение от исполнения решений Ковровского городского суда <адрес>. Такое намеренное сокрытие дебиторской задолженности при неисполнении ФИО2 своих обязанностей исключает зачет встречных требований, в связи с чем, нарушаются права истца.

Суд, учитывая экономическую цель, отсутствие объективной необходимости уступки права, мотив, период совершения сделки, полагает, что при заключении договора цессии ответчики, являясь близкими родственниками (мать и сын) не имея цели получения денежных средств от продажи права требования, осуществили формальное исполнение сделки без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. ФИО2, имея задолженность перед ФИО1, распорядился принадлежащим ему правом требования с одной целью уйти от исполнения своих обязательств, перед ФИО1 по возврату долга, фактическим результатом сделки явилось нарушение обеспечиваемого законом интереса ФИО1 в виде возможности зачета встречных однородных требований, что свидетельствует о нарушении ее прав и недействительности (ничтожности) договора.

Использование ответчиками формальных правовых механизмов для достижения результата, который ими не предусмотрен, охватывается понятием злоупотребления правом. Обстоятельства такого злоупотребления подтверждены материалами дела. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Суд полагает исковые требования о признании договора об уступке прав (цессии) от <дата>, заключенного между ФИО2 и ФИО3 недействительным, подлежащими удовлетворению.

Разрешая требования о применении последствий недействительности сделки, суд приходит к следующим выводам.

В пункте 84 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной. В случае удовлетворения иска в решении суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной.

Таким образом, требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной, а предъявленный им иск выступает средством защиты нарушенного права и законных интересов такого лица.

Вопрос применения последствий недействительности сделки разрешается судом применительно к конкретным обстоятельствам дела.

В ходе судебного разбирательства установлено, что последствия перехода права (требования) по договору уступки не наступили, замена стороны в исполнительном производстве взыскателя ФИО2 на его правопреемника ФИО3 в соответствии со ст. 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на момент рассмотрения дела не произведена.

В данном случае признание сделки недействительной достаточно для восстановления права истца независимо от применения последствий ее недействительности.

Следовательно, в удовлетворении требования ФИО1 о применении последствий недействительности сделки следует отказать.

Доводы представителя ответчиков ФИО2 и ФИО3ФИО4 о том, что исковое заявление ФИО1 не подлежит рассмотрению по общим правилам искового производства судом общей юрисдикции, а подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве Арбитражным судом, суд полагает несостоятельными.

Специальными нормами Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» прямо не предусмотрено рассмотрение арбитражными судами споров, связанных с признанием договора уступки прав требований недействительным. При разрешении вопроса о том, в каком суде должно рассматриваться гражданское дело, следует руководствоваться общими нормами гражданского процессуального права.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 22 ГПК РФ суды рассматривают и разрешают исковые дела с участием граждан, организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений.

Суды рассматривают и разрешают дела, предусмотренные частями первой и второй настоящей статьи, за исключением экономических споров и других дел, отнесенных федеральным конституционным законом и федеральным законом к компетенции арбитражных судов (часть 3 статьи 22 ГПК РФ).

Из смысла вышеприведенных правовых актов следует, что подсудность дел между судами общей юрисдикции и арбитражными судами определяется с учетом характера спорных правоотношений и их субъектного состава.

Разрешение споров о признании сделки недействительной по иску одного гражданина к другому о признании сделки недействительной, отнесено к компетенции суда общей юрисдикции. Возбуждение процедуры банкротства гражданина, не означает, что все споры, связанные с формированием конкурсной массы, подлежат рассмотрению арбитражным судом. Это согласуется с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата><№> «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан».

В данном случае исковые требования ФИО1 заявлены не в рамках требований в деле о банкротстве ФИО2, по вопросам, связанным с реализацией его имущества, а основаны на положениях гражданского законодательства. Законом о банкротстве не предусмотрено рассмотрение заявлений о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством. Такие требования подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подсудности.

В силу части 1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно части 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истцом при подаче иска оплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, что подтверждается чеком-ордером (л.д. 6). Расходы по оплате государственной пошлины в указанном размере подлежат взысканию с ответчиков в пользу истца в указанном размере по 150 рублей с каждого из ответчиков.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 удовлетворить частично.

Признать недействительным договор уступки прав (цессии) от <дата>, заключенный между ФИО2 и ФИО3.

Исковые требования ФИО1 в части применения последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.

Взыскать в пользу ФИО1 с ФИО2 и ФИО3 в счет оплаты расходов по уплате государственной пошлины 300 рублей в равных долях по 150 рублей с каждого.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Ковровский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.В. Чикова

Мотивированное решение изготовлено 28 октября 2020 года.