Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кургане 13 февраля 2018 г. гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Администрации г. Кургана о признании незаконным договоров социального найма в части, возложении обязанности упорядочить нумерацию комнат, признании права пользования жилым помещением, возложении обязанности заключить договор социального найма, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Администрации г. Кургана об упорядочивании нумерации комнат и заключении договора социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>.

В ходе судебного рассмотрения истец неоднократно исковые требования изменял, указывая в обоснование, что его мать ФИО9 и отчим ФИО10 состояли в трудовых отношениях с Курганской ТЭЦ, в связи с чем, их семье в 1988 году было предоставлено жилое помещение – комната № по адресу: <адрес>. Впоследствии в целях улучшения жилищных условий в 1992 году им была предоставлена вторая комната, находящаяся рядом. В 2008 г. умерла мать ФИО9, отчим ФИО10 умер в 2013 г. В предоставленных комнатах остались проживать он и его сестра ФИО2, при этом сестра проживала в комнате №, он проживал во второй комнате. Однако и он, и сестра зарегистрированы по месту жительства в комнате №, тогда как фактически он проживает со своей супругой ФИО11 в комнате, изолированной от комнаты №. Комната имеет отдельный лицевой счет, однако ей не присвоен номер, поскольку комнаты были объединены, в них проживала одна семья Ф-вых. В настоящее время <адрес> не имеет комнаты под №. Многоквартирный дом <адрес> признан аварийным, подлежащим сносу. Истец полагал, что поскольку он проживает в отдельном жилом помещении, то между ним и ответчиком сложились отношения по договору социального найма занимаемого жилого помещения, в связи с чем он обращался в МКУ «Жилищная политика» для оформления договора, однако ему было отказано, по причине наличия задолженности за коммунальные услуги, а также отсутствие у комнаты своего номера. Более того, он был включен в качестве члена семьи нанимателя в договор социального найма, заключенный 24 июня 2014 г. между его сестрой и Администрацией г. Кургана в отношении комнаты №. Однако он никогда вместе с сестрой не проживал, совместное хозяйство не вел, членами одной семьи они не являются, проживают в разных жилых помещениях, разными семьями. В связи с чем, истец полагал, что данный договор, а также договор от 22 августа 2017 г., заключенный в связи с предоставлением ФИО2 жилого помещения взамен аварийного, в части включения его в качестве члена семьи нанимателя являются недействительными, нарушающими его права на обеспечение жилым помещением, равнозначным ранее занимаемому.

В окончательном варианте истец просил признать незаконным пункт 2.1 договора социального найма от 24 июня 2014 г. № №, утвержденного постановлением Администрации г. Кургана от 4 июня 2014 г., а также договора от 22 августа 2017 г. № 16071, заключенного между Администрацией г. Кургана и ФИО2 в части включения его в состав семьи нанимателя; возложить на Администрацию г. Кургана обязанность упорядочить нумерацию комнат по адресу: <адрес>, присвоить комнате, в которой он проживает, площадью 17,5 кв.м, №; признать за ним право пользования жилым помещением площадью 17,5 кв.м, расположенным по адресу: <адрес>, с 1992 года на условиях договора социального найма; обязать Администрацию г. Кургана заключить с ним договор социального найма указанного жилого помещения, взыскать судебные расходы на оплату представителя в размере 12 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель по ордеру ФИО3 на удовлетворении исковых требований настаивали.

В судебном заседании представитель ответчика Администрации г. Кургана по доверенности ФИО4 с иском не согласилась, указывая, что нарушений прав истца со стороны ответчика не было допущено, поскольку в 2014 году в договор социального найма жилого помещения по адресу: <адрес>, ФИО1 был включен в соответствии со сведениями поквартирной карточки, согласно которым он зарегистрирован по указанному адресу по месту жительства. В связи с тем, что <адрес> был признан аварийным и включен в программу переселения граждан из аварийного жилья, договор в отношении <адрес> был расторгнут и взамен аварийного жилого помещения ФИО2 было предоставлено иное жилое помещение площадью 31,4 кв.м и заключен договора социального найма, в котором в качестве члена семьи нанимателя указан ФИО1 Представитель ответчика указывала, что площадь предоставленного жилого помещения (31,4 кв.м) равнозначна площади занимаемых ФИО1 и ФИО2 жилых помещений (17,8 кв.м и 17,7 кв.м).

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела была извещена надлежащим образом. Ранее в судебном заседании поясняла, что она и ФИО1 проживают в разных смежных комнатах, общее хозяйство не ведут, у каждого из них своя семья, членами одной семьи они не являются. При заключении договоров социального найма в 2014 г. и в 2017 г. ФИО1 был включен в данные договоры, поскольку был зарегистрирован в комнате № по <адрес>.

Представитель третьего лица МКУ г. Кургана «Жилищная политика» в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела был извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании представитель третьего лица ФИО5 с исковыми требованиями не согласился, при этом указывал, что документы для заключения договоров социального найма предоставляла ФИО2 Однако наличие в учетных материалах копии паспорта ФИО1 косвенно подтверждает, что он участвовал при заключении договоров социального найма, возражений относительно включения его в договор в качестве члена семьи нанимателя не вызказывал.

Суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся сторон в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК Российской Федерации).

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что истец ФИО1 и его сестра ФИО2 (третье лицо по делу) зарегистрированы в жилом помещении – комнате №, расположенной по адресу: <адрес>.

24 июня 2014 г. между Администрацией г. Кургана и ФИО2 был заключен договор № социального найма жилого помещения, состоящего из 1 комнаты общей площадью 17,8 кв.м, жилой площадью 17,8 кв. м, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес>. В качестве члена семьи, имеющего права на вселение в жилое помещение, указан брат ФИО1 Данный договор был утвержден постановлением Администрации г. Кургана от 4 июля 2014 г. № 656-н.

Заключением Межведомственной комиссии при Администрации г. Кургана от 8 мая 2009 г. жилой <адрес> в <адрес> признан аварийным и подлежащим сносу.

В 2017 году ФИО1 обращался с заявлением о заключении договора социального найма в отношении жилого помещения: <адрес>, однако согласно ответу МКУ г. Кургана «Жилищная политика» от 12 июля 2017 г. в целях положительного решения данного вопроса ему предложено погасить задолженность за коммунальные услуги.

22 августа 2017 г. между Администрацией г. Кургана и ФИО2 было заключено соглашение о расторжении договора социального найма от 24 июня 2014 г. №. Данное соглашение было утверждено постановлением Администрации г. Кургана от 25 августа 2017 г. № 598-н.

В этот же день 22 августа 2017 г. постановлением Администрации г. Кургана от 22 августа 2017 г. № 6358 было принято решение о предоставлении ФИО2 на состав семьи два человека: ФИО1, жилого помещения общей площадью 31,4 кв.м. и заключен между Администрацией г. Кургана и ФИО2 договор № социального найма жилого помещения общей площадью 31,4 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>, <адрес><адрес>. В качестве члена семьи, имеющего права на вселение в жилое помещение, указан брат ФИО1 Данный договор был утвержден постановлением Администрации г. Кургана от 25 августа 2017 г. № 618-н.

Оспаривая вышеназванные договоры социального найма в части включения в них в качестве члена семьи нанимателя, истец ФИО1 ссылался на нарушение его прав и законных интересов на обеспечение его равнозначным жилым помещением взамен занимаемого им жилого помещения №, расположенного в признанном аварийным <адрес> в <адрес>.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ).

Как разъяснено в абзаце 5 п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» с требованием о признании недействительными договора социального найма вправе обратиться гражданин, организация, орган местного самоуправления или иной уполномоченный орган, принявший решение о предоставлении жилого помещения по договору социального найма, если они считают, что этими решением и договором нарушены их права (пункты 2, 6 части 3 статьи 11 ЖК РФ, абзац пятый статьи 12 ГК РФ, пункт 2 статьи 166 ГК РФ), а также прокурор (часть 1 статьи 45 ГПК РФ).

Из пояснений истца ФИО1 следует, что он и его сестра ФИО2 фактически проживают в двух изолированных комнатах площадью 17,8 кв.м и 17,7 кв.м в <адрес> в <адрес>, членами одной семьи не являются, совместно не проживают, общее хозяйство не ведут, ФИО1 состоит в браке с ФИО11, с которой проживает вместе в одной из комнат площадью 17,7 кв.м, тогда как в связи со сносом дома ему предоставлено жилое помещение вместе с ФИО2, при этом предоставляемое жилое помещение по общей и жилой площади не соответствует ранее занимаемым жилым помещениям, является однокомнатной квартирой, однако он и ФИО6 проживали в двух комнатах.

В соответствии со ст. 86 Жилищного кодекса Российской Федерации, если дом, в котором находится жилое помещение, занимаемое по договору социального найма, подлежит сносу, выселяемым из него гражданам органом государственной власти или органом местного самоуправления, принявшими решение о сносе такого дома, предоставляются другие благоустроенные жилые помещения по договорам социального найма.

Предоставляемое гражданам в связи с выселением по указанному основанию другое жилое помещение по договору социального найма должно быть благоустроенным применительно к условиям соответствующего населенного пункта, равнозначным по общей площади ранее занимаемому жилому помещению, отвечать установленным требованиям и находиться в границах данного населенного пункта (ч. 1 ст. 89 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» по делам о выселении граждан в другое благоустроенное жилое помещение по основаниям, предусмотренным статьями 86 - 88 Жилищного кодекса Российской Федерации, суду следует проверить, отвечает ли предоставляемое выселяемым гражданам жилое помещение уровню благоустроенности жилых помещений применительно к условиям данного населенного пункта, принимая во внимание прежде всего уровень благоустроенности жилых помещений государственного и муниципального жилищных фондов в этом населенном пункте, не будут ли ухудшены жилищные условия выселяемых в него граждан.

Из указанных правовых норм и разъяснений следует, что предоставление гражданам в связи с признанием занимаемого ими жилого помещения непригодным для проживания другого жилого помещения носит компенсационный характер, гарантирует им условия проживания, которые не должны быть ухудшены по сравнению с прежними.

Реальное обеспечение прав и свобод граждан правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации) предполагает обязанность судов при применении положений статьи 89 Жилищного кодекса Российской Федерации, которая лишь в самом общем виде определяет критерии, которым должны отвечать вновь предоставляемые жилые помещения, исследовать и оценивать все потребительские свойства жилых помещений, предлагаемых для переселения граждан, и учитывать все обстоятельства, свидетельствующие о равнозначности или неравнозначности предоставляемого конкретным лицам определенного жилого помещения.

В соответствии со ст. 15 Жилищного кодекса Российской Федерации (часть 5) общая площадь жилого помещения состоит из суммы площадей всех частей такого помещения, включая площадь помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в жилом помещении, за исключением балконов, лоджий, веранд и террас.

Поскольку жилищные условия граждан, переселяемых из жилых домов, подлежащих сносу, не могут быть ухудшены, предоставление в порядке статьи 89 Жилищного кодекса Российской Федерации равнозначных по общей площади жилых помещений в виде квартир предполагает равнозначность не только в общей площади вновь предоставляемого и ранее занимаемого жилого помещения, но и равнозначность в жилой площади этого жилого помещения по сравнению с ранее имевшимся.

В связи с этим предоставление гражданам в порядке ст. 89 Жилищного кодекса Российской Федерации равнозначных по размеру общей площади жилых помещений не исключает обязанности органов местного самоуправления по предоставлению жилых помещений не только равнозначных по размеру общей площади, но и по размеру жилой площади, соотношением которых определяются потребительские свойства жилого помещения.

Как следует из пояснений истца ФИО1, третьего лица ФИО2, показаний свидетелей ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО1 и ФИО2 проживают раздельно, занимая расположенные рядом изолированные комнаты № и № соответственно в <адрес> в <адрес>, общая и жилая площадь комнат составляет 17,7 кв.м и 17,8 кв.м, помещений вспомогательного назначения комнаты не имеют.

Возражая относительно заявленных требований, ответчик ссылался на отсутствие доказательств законности вселения и проживания истца в комнате № по спорному адресу, а также отсутствие сведений о передачи данной комнаты в муниципальную собственность.

Материалы дела свидетельствуют, что мать истца ФИО9 работала в ВОхр Курганской ТЭЦ в период с 1986 г. по 1994 г. ФИО9 состояла в браке с ФИО10, имела сына ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочь ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Решением профсоюзного комитета РЭУ «Курганэнерго» Курганской ТЭЦ от 14 июля 1988 г., оформленного протоколом № 51, семье ФИО9 в составе 4 человек дано согласие на прописку в жилом помещении по адресу: <адрес>. Указано, что фактически семья Ф-вых проживает в данном жилом помещении с 1986 г.

Поквартирной карточкой и карточками регистрации на жилое помещение № по <адрес> подтверждается, что ФИО9 была зарегистрирована по указанному адресу 26 июля 1988 г., вместе с ней на регистрационный учет были поставлены несовершеннолетние дети ФИО1 и ФИО2, ее муж ФИО10 был зарегистрирован по месту жительства 25 июля 1988 г.

Решением профсоюзного комитета РЭУ «Курганэнерго» Курганской ТЭЦ от 8 сентября 1988 г., оформленного протоколом № 55, ФИО9 была поставлена на общую очередь на получение жилплощади на основании заявления, зарегистрированного 23 августа 1988 г. под номером 570 в журнале регистрации заявлений на получение жилплощади по Курганской ТЭЦ.

Документов, достоверно свидетельствующих, что семье Ф-вых решением профкома или администрации Курганской ТЭЦ была предоставлена в пользование комната № в <адрес> в <адрес>, сторон истца не представлено.

Однако, согласно документации, представленной ПАО «Курганская генерирующая компания» из архива структурного подразделения Курганской ТЭЦ, жилые помещения под номерами 31 площадью 18 кв.м и 32 площадью 18 кв.м, расположенные в здании общежития № по <адрес> в <адрес>, были учтены за ФИО7.

Согласно списку очередности на получение жилплощади по Курганской ТЭЦ на 1 февраля 1993 г., утвержденному на заседании профкома Курганской ТЭЦ, протокол № 30 от 23 февраля 1993 г., семья ФИО9 в составе мужа ФИО10, сына ФИО1, дочери ФИО2 значилась в данном списке под номером 305, в качестве даты постановки на учет указано 23 августа 1988 г., площадь занимаемого помещения указана в размер 36 кв.м, адрес занимаемого жилого помещения указан: Конституции, 33, комн. 31,32.

Данный список был представлен в МКУ «Жилищная политика» ФИО2 в светокопии при заключении 24 июня 2014 г. договора социального найма комнаты № по <адрес> в <адрес>.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО16, ФИО17 также подтвердили, что семье ФИО9 в порядке расширения была предоставлена вторая комната дополнительно к ранее занимаемой, комнаты имели и имеют нумерацию 31 и 32, являются изолированными, не имеют общего входа между собой. Ф-вы занимали обе комнаты, при чем, после развода ФИО9 и ФИО10 в 1994 г. в одной из комнат - № проживал ФИО10 и его дочь ФИО2, в другой - № проживали ФИО9 и ее сын ФИО1

Из представленного технического паспорта на многоквартирный <адрес> в <адрес>, поэтажного плана и экспликации к нему, по сведения ГУП «Кургантехинвентаризация» следует, что на втором этаже жилого <адрес> в <адрес> имеются помещения под № и №, которые учтены на плане и в экспликации под соответствующими номерами, при этом комната № является жилой и по сведениям последней инвентаризации в 2001 г. имеет жилую площадь 17,5 кв.м, комната № также является жилой и по сведениям последней инвентаризации в 2012 г. имеет жилую площадь 17,8 кв.м. Данные комнаты учтены в блоке комнат 29-32 с кухней, являются изолированными, не имеют между собой общего входа.

По сведениям Управления Росреестра по Курганской области от 2 октября 2017 г. спорные комнаты № и № учтены как квартира общей площадью 109,7 кв.м, по адресу: <адрес>, <адрес> Как самостоятельные объекты недвижимости данные комнаты в ЕГРН не учтены.

На момент вселения истца в жилое помещение, расположенное по <адрес>, правоотношения сторон регулировались положениями Жилищного кодекса РСФСР.

Согласно статье 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных данным Федеральным законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 6 Жилищного кодекса Российской Федерации, акты жилищного законодательства не имеют обратной силы и применяются к жилищным отношениям, возникшим после введения его в действие.

Следовательно, при разрешении спора о законности вселения истца в комнату № в здании общежития № по <адрес> в <адрес> (после 23 августа 1988 г.), подлежит применению законодательство, действовавшее до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации - нормы Жилищного кодекса РСФСР и Примерного положения об общежитиях, утвержденного Постановлением Совмина РСФСР от 11 августа 1988 г. № 328.

Согласно ст. 17 Жилищного кодекса РСФСР управление ведомственным жилищным фондом осуществлялось министерствами, государственными комитетами, ведомствами и подчиненными им предприятиями, учреждениями, организациями.

Порядок предоставления жилых помещений в домах ведомственного жилищного фонда был предусмотрен ст. 43 Жилищного кодекса РСФСР, в соответствии с которой жилые помещения предоставлялись гражданам по совместному решению администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации, утвержденному исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов, а в случаях, предусмотренных Советом Министров СССР, - по совместному решению администрации и профсоюзного комитета с последующим сообщением исполнительному комитету соответствующего Совета народных депутатов о предоставлении жилых помещений для заселения.

Статья 109 Жилищного кодекса РСФСР предусматривала возможность использования общежитий для проживания рабочих, служащих, студентов, учащихся, а также других граждан в период работы или учебы. Под общежития предоставлялись специально построенные или переоборудованные для этих целей жилые дома. Общежития укомплектовывались мебелью, другими предметами культурно-бытового назначения, необходимыми для проживания, занятий и отдыха граждан, проживающих в них. Порядок предоставления жилой площади в общежитиях и пользования ею определялся законодательством Союза ССР и Советом Министров РСФСР.

В соответствии с пунктом 10 Примерного положения об общежитиях, утвержденного Постановлением Совета Министров РСФСР от 11 августа 1988 г. № 328, жилая площадь в общежитии предоставляется рабочим, служащим, студентам, учащимся, а также другим гражданам по совместному решению администрации, профсоюзного комитета и комитета комсомола объединения, предприятия, учреждения, организации или учебного заведения, в ведении которого находится общежитие. На основании принятого решения администрацией выдается ордер на занятие по найму жилой площади в общежитии по установленной форме. При вселении в общежитие ордер сдается администрации общежития. Самовольное переселение из одного помещения в другое запрещалось.

Оценив в совокупности представленные сторонами письменные доказательства, пояснения сторон, показания свидетелей, суд приходит к выводу, что семье истца ФИО1 в установленном законом порядке в связи с трудовыми отношениями его матери ФИО9 и отчима ФИО10 были предоставлены для проживания две комнаты: сначала комната №, затем в период после августа 1988 г., но до 1 февраля 1993 г., комната № в <адрес> в <адрес>, они вселились в данные жилые помещения и проживали в них на момент передачи дома в муниципальную собственность в 1998 г. Законность вселения и проживания в комнате № семьи Ф-вых прежним владельцем жилого <адрес> – ОАО «Курганэнерго» не оспаривалась.

Таким образом, в судебном заседании нашел свое подтверждение тот факт, что семье Ф-вых было предоставлено две комнаты для проживания, в которых в настоящее время проживает истец ФИО1 и его сестра (третье лицо по делу) ФИО2 Мать ФИО9 умерла 2 июля 2008 г., ФИО10 умер 30 декабря 2013 г.

Поскольку на 1 февраля 1993 г. семья Ф-вых, в том числе и ФИО1, значились как наниматели комнат № и №, суд полагает обоснованным требования истца о признании его приобретшим право пользования спорной комнатой № с 1992 г.

В соответствии с постановлением Областного комитета по управлению государственным имуществом от 21 января 1998 г. № 8 в план приватизации «Курганэнерго», утвержденный постановлением от 27 января 1993 г. № 39, были внесены изменения, в частности жилой дом по <адрес>, 1957 года постройки, был передан в муниципальную собственность.

Согласно распоряжению главы г. Кургана от 20 июля 1998 г. № 3724-р жилищно-коммунальное хозяйство ОАО «Курганэнерго» с имеющимися у него на балансе жилым фондом было принято в муниципальную собственность, в том числе <адрес>.

Доказательств того, что принятие <адрес> в <адрес> в муниципальную собственность осуществлялось поквартирно, то есть путем передачи конкретных квартир, а не жилого дома в целом, ответчиком не представлено. Из содержания выше указанных документов следует, что в муниципальную собственность был передан дом.

При таких обстоятельствах, суд полагает несостоятельными доводы ответчика о том, что жилое помещение под № в муниципальную собственность не передано.

С 1998 г. жилой <адрес> в <адрес> значится в муниципальной собственности, отсутствие решение органа местного самоуправления о включении данного объекта в реестр муниципальной собственности, не может препятствовать осуществлению гражданами прав нанимателя жилого помещения, поскольку их реализация не может быть поставлена в зависимость от оформления органами местного самоуправления указанных документов.

Поскольку здание общежития № по <адрес> в <адрес> в 1998 г. было передано в муниципальную собственность, то к жилым помещениям, расположенным в нем, применяется правовой режим, установленный для жилых помещений, предоставленных по договорам социального найма.

По информации МУП «Прометей» (на баланс которого был предан <адрес>, и который осуществляет обслуживание данного дома) по адресу: <адрес> имеется две комнаты под № площадью 17,7 кв.м и комната под № площадью17,8 кв.м, в которой проживает ФИО2

Единые информационные листы на оплату жилищно-коммунальных услуг выставляются отдельно ФИО2 на площадь помещения 17,8 кв.м, с количеством проживающих 1 человек, и отдельно на ФИО1 на площадь помещения 17,7 кв.м с количеством проживающих 2 человека.

Лицевые счета на оплату коммунальных услуг водоотведения, водоснабжения, электроэнергии, отопления заключены поставщиками услуг отдельно с ФИО1 (лицевой счет <***>) и ФИО2 (лицевой счет <***>).

С учетом изложенного, принимая во внимание, что ФИО6 и ФИО1 занимают две комнаты № и № в <адрес> в <адрес>, а также учитывая сложившийся между ними порядок пользования данными жилыми помещениями, суд приходит к выводу, что истец ФИО1 фактически занимает и приобрел право пользования комнатой №, расположенной по адресу: <адрес> на условиях договора социального найма, поскольку вселен в нее в установленном законом порядке в качестве члена семьи своей матери, которой данное жилое помещение было предоставлено в связи с трудовыми отношениями, фактически проживает в ней. ФИО2 в данной комнате с ФИО1 не проживает, совместное хозяйство с ним не ведет, занимает отдельное жилое помещение № по указанному адресу и несет расходы по его содержанию.

Доказательств того, что комнаты № и 32 ранее были реконструированы, перепланированы, объедены в одно жилое помещение и им присвоен единый номер №, материалы дела не содержат, лицами, участвующими в деле, такие доказательства суду не представлены.

Кроме того, по сведениям МКУ «Жилищная политика» на комнату № имеется поквартирная карточка, однако сведения о постановке на регистрационный учет граждан по месту жительства в данном жилом помещении с 1988 г. отсутствуют. Ранее до 12 апреля 1988 г. в данном помещении на регистрационном учете состоял ФИО19

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что фактически у ФИО1, ФИО8 сложились правоотношения с наймодателем по пользованию разными объектами недвижимости, на основании самостоятельных договоров социального найма жилого помещения, что соответствует положениям ст. 52, 86 Жилищного кодекса РСФСР,

С учетом изложенного, включение ФИО1 в состав семьи нанимателя ФИО2 жилого помещения № общей и жилой площадью 17,8 кв.м является неправомерным, поскольку препятствует реализации его права на заключение договора социального найма в отношении занимаемого им жилого помещения №, и как следствие на обеспечение иным жилым помещением в порядке ст. 86-89 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Суд вправе признать решение о предоставлении жилого помещения по договору социального найма недействительным, если будет установлено, что имели место иные нарушения порядка и условий предоставления жилых помещений по договору социального найма, предусмотренных Жилищным кодексом Российской Федерации, федеральными законами, указами Президента, законами субъекта Российской Федерации (подпункт «г» п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации»).

Поскольку при принятии 22 августа 2017 г. решения о предоставлении ФИО2 жилого помещения по договору социального найма имело место нарушение установленного ст. 89 Жилищного кодекса Российской Федерации порядка обеспечения жилым помещением граждан, чьи жилые помещения признаны аварийными, подлежащими сносу, поскольку в данный договор был включен ФИО1 не являющийся членом семьи нанимателя комнаты №, то заключенный на основании такого незаконного решения договор социального найма является недействительным в той части, в которой нарушает права и законные интересы истца.

В связи с чем, суд приходит к выводу о правомерности заявленных истцом исковых требований и удовлетворении их в части признания недействительным пункта 2.1 договора социального найма от 22 августа 2017 г. № 16071, заключенного между Администрацией г. Кургана и ФИО2 и утвержденный постановлением Администрации г. Кургана от 25 августа 2017 г., в части включения ФИО1 в состав членов семьи нанимателя, подлежащего обеспечению жилым помещением.

Основания для удовлетворения требований истца и признания недействительным пункта 2.1. договора социального найма от 24 июня 2014 г. № 13335, утвержденного постановлением Администрации г. Кургана от 4 июня 2014 г. отсутствуют, поскольку данный договор соглашением сторон от 22 августа 2017 г. расторгнут.

Также суд не усматривает оснований для возложения на ответчика обязанности упорядочить нумерацию комнат по адресу: <адрес>, присвоив комнате, занимаемой истцом, №, поскольку по данным технического учета данной комнате присвоен №. Доказательств того, что данное жилое помещение было перепланировано, переоборудовано, в том числе путем объединения с комнатой №, материалы дела не содержат.

Согласно ст. 60 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма жилого помещения одна сторона – собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом.

В соответствии с ч. 1 ст. 63 Жилищного кодекса Российской Федерации договор социального найма жилого помещения заключается в письменной форме на основании решения о предоставлении жилого помещения жилищного фонда социального использования.

Истец обратился в МКУ г. Кургана «Жилищная политика» за оформлением договора социального найма жилого помещения, однако получил отказ со ссылкой на наличие задолженности по оплате коммунальных услуг.

Согласно п. 4 ст. 445 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сторона, для которой в соответствии с названным Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор.

Учитывая, что истец на законных основаниях пользуется комнатой №, между сторонами фактически возникли правоотношения, вытекающие из договора социального найма, в связи с чем обязанность по оформлению такого договора лежит на наймодателе жилого помещения.

Таким образом, оценив представленные доказательства, принимая во внимание, что истец был вселен в жилое помещение – комнату № на законных основаниях, что ответственность за оформление в соответствии с действующим законодательством жилищных прав нанимателей возлагается на наймодателя, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных исковых требований и возложении на Администрацию г. Кургана обязанности заключить с ФИО1 договор социального найма комнаты №, общей и жилой площадью 17,5 кв.м, расположенной по адресу: <адрес>.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Таким образом, из содержания указанных норм следует, что возмещение судебных издержек (в том числе расходов на оплату услуг представителя) осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда на любой стадии судопроизводства.

Из материалов дела следует, что интересы истца представляла ФИО3, стоимость услуг составила 12 000 руб.

Факт оплаты истцом указанной суммы подтвержден квитанциями от 23 августа 2017 г. серии КА №, от 17 сентября 2017 г. серии КА №, от 29 сентября 2017 г. серии КА №, от 13 ноября 2017 г. серии КА №.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пунктах 11 - 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК Российской Федерации) вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК Российской Федерации). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

При определении размера подлежащих возмещению истцу судебных расходов, суд, учитывая конкретные обстоятельства дела, сложность дела и продолжительность его рассмотрения, объем процессуальных действий, выполненных представителем в рамках судебного процесса применительно к категории спора, и, исходя из процессуального результата разрешения дела, суд считает, что с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя в размере 6 000 руб., что соответствует установленным законом критериям разумности.

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным пункт 2.1 договора социального найма от 22 августа 2017 г. № 16071, заключенный между Администрацией г. Кургана и ФИО2 и утвержденный постановлением Администрации г. Кургана от 25 августа 2017 г., в части включения ФИО1 в состав членов семьи нанимателя.

Признать за ФИО1 право пользования жилым помещением общей площадью 17,5 кв.м, жилой площадью 17,5 кв.м, расположенным по адресу: <адрес>, с 1992 года на условиях договора социального найма.

Возложить на Администрацию г. Кургана обязанность заключить с ФИО1 договор социального найма жилого помещения общей площадью 17,5 кв. м, жилой площадью 17,5 кв.м, расположенным по адресу: г. <адрес><адрес>, <адрес>.

Взыскать с Администрации г. Кургана в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 6000 руб.

В остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Курганский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Курганский городской суд Курганской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Ю.В. Рябова

Мотивированное решение суда изготовлено 19 февраля 2018 г.