Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-220/2020 по иску ФИО1 к ФИО3 о признании имущества совместной собственностью супругов, определении долей равными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3, в котором просит разделить совместно нажитое имущество супругов и признать за ним право собственности на 1/2 доли в праве собственности на автомобиль АУДИ А5.

В обоснование иска указал, что находился в браке с ответчицей в период с 24 июля 2018 года по 05 октября 2019 года.

В период брака ими приобретен автомобиль АУДИ А5 <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, зарегистрирован в ГИБДД на имя жены, документы на автомобиль находятся у нее. Рыночная стоимость автомобиля согласно отчету оценщика составляет 487 700 рублей. В соответствии с п.1 ст.39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика привлечены –ФИО4, ФИО5, ФИО6.

В ходе рассмотрения дела истец уточнил исковые требования, окончательно просил:

- признать автомобиль АУДИ А5 <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, совместным имуществом супругов ФИО1 и ФИО3.

-определить доли супругов ФИО1 и ФИО3 на автомобиль АУДИ А5 <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты> равными - по 1/2 доли каждому.

Определением суда от 17 августа 2020 года по ходатайству истца в связи с заявлением о фальсификации доказательств (расписок о получении ФИО3 в долг денежных средств для приобретения данного автомобиля) по делу назначена судебная техническая экспертиза давности изготовления документов.

Определением суда от 08 декабря 2020 года производство по делу возобновлено.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие, исковые требования поддержал.

Ранее в судебном заседании пояснил, что приобрел автомобиль 20 июня 2018 года (до брака) по договору купли-продажи ТС у ФИО19. в г <адрес>. На учет в ГИБДД сразу не поставил, автомобиль поставлен на учет в ГИБДД 21 декабря 2018 года на основании договора купли-продажи ТС от 15 декабря 2018 года (период брака) между ним и ФИО3

Представитель истца ФИО1 –ФИО2.(доверенность <данные изъяты>) исковые требования поддержала.

Пояснила, что Г-вы находились в браке с 24 июля 2018 года. Брак прекращен 05 октября 2019 года на основании решения мирового судьи судебного участка № 5 Октябрьского района г. Орска Оренбургской области от 03 сентября 2019 года.

Фактически проживали совместно с мая 2017 года по июнь 2019 года. Доводы представителя ответчика о том, что фактически брачные отношения прекращены 01 декабря 2019 года (до заключения договора купли-продажи ТС между ФИО3 и ФИО1 от 15 декабря 2018 года) не соответствуют материалам дела; пояснениям ФИО3 при обращении в суд с иском о расторжении брака, где она указала, что фактически брак прекращен 23 июня 2018 года (гражданское дело №02-2183/60/2019); пояснениям ФИО3 при обращении в суд с иском о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетней дочери и ее содержание, где она в иске указала, что с ФИО1 совместно не проживают с июня 2019 года; решению Ленинского районного суда г. Орска Оренбургской области от 29 августа 2019 года (дело №2-907/2019), где она подтвердила, что совместно не проживают с супругом с 23 июня 2019 года.

На основании договора купли-продажи ТС от 15 декабря 2018 года ФИО3, будучи в браке с ФИО1, приобрела автомобиль АУДИ А5.

Исходя из документов, изначально автомобиль приобретен ФИО1 у ФИО20 20 июня 2018 года (до брака) и являлся его личным.

Решением Ленинского районного суда г. Орска Оренбургской области от 29 августа 2019 года ФИО1 отказано в удовлетворении исковых требований к ФИО3 о признании договора купли-продажи автомобиля мнимой сделкой, применении последствий мнимой сделки.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 10 декабря 2019 года решение оставлено без изменения.

Полагает, что решение Ленинского районного суда г. Орска от 29 августа 2019 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 10 декабря 2019 года имеют преюдициальное значение для рассмотрения иска ФИО1 к ФИО3 о признании автомобиля совместной собственностью супругов.

Указанными судебными актами установлено, что действительно 15 декабря 2018 года между ФИО3 и ФИО1 заключен договор купли-продажи автомобиля, он исполнен сторонами, автомобиль передан в собственность ответчице, денежные средства по данному договору переданы ФИО1

При этом, как следует из судебных актов, правовая природа денежных средств, переданных по договору купли-продажи автомобиля, судами не выяснялась, поскольку данное обстоятельство не имело юридического значения на момент рассмотрения предыдущего спора.

В силу ч. 1 ст. 34 СК РФ, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Таким образом, законом презюмируется общность имущества супругов.

Соответственно, в силу данной презумпции, автомобиль АУДИ А5, приобретенный на имя ответчицы в период брака, является общим имуществом супругов.

Как указывает ответчица, она приобрела автомобиль у ФИО1 за счет личных денежных средств, которые получила от родителей ФИО4 и ФИО5 в размере 500 000 рублей (как подарок на рождение внучки), а 350 000 рублей взяла в долг у подруги ФИО6

Сторона, оспаривающая свое личное право на автомобиль, в соответствии со ст.56 ГПК РФ должна представить доказательства вложения в приобретение в него личных денежных средств.

Для исключения имущества из состава общего и признания права собственности на это имущество за одним из супругов необходимо установление обстоятельств, предусмотренных ст.36 СК РФ.

Ответчик ФИО3 в силу требований ст. 36 СК РФ и ст. 56 ГПК РФ не предоставила достаточных доказательств приобретения ею автомобиля в личную собственность, не опровергла презумпцию общности имущества супругов.

Отсутствие доказательств, подтверждающих использование супругом личных денежных средств при совершении сделки по приобретению имущества (в том числе полученных в дар), влечет признание данного имущества совместной собственностью супругов.

Представителем ответчицы в ходе судебного разбирательства было заявлено, что иных доказательств о получении ФИО3 денежных средств в размере 850 000 рублей для приобретения у ФИО1 автомобиля, кроме пояснений третьих лиц, нет. Впоследствии же представлены расписки ФИО3, датированные 15 декабря 2018 года, написанные ФИО3 Полагает, что расписок на дату 15 декабря 2018 года не было, они изготовлены позднее, то есть являются подложными. ФИО1 заявлено о подложности (фальсификации) доказательств (ст.186 ГПК РФ), они ходатайствовали о назначении по делу судебной технической экспертизы. Судом вынесено определение о назначении технической экспертизы. Суд обязал ФИО3 представить для производства экспертизы оригиналы расписок от 15 декабря 2018 года, разъяснил последствия непредставления расписок ( ч.3 ст.79 ГПК РФ). Из материалов дела видно, что судом неоднократно направлялись требования ФИО3 о предоставлении оригиналов расписок, которые так и не были представлены для производства экспертизы. Наступают последствия – расписки являются недопустимыми доказательствами по делу. Таким образом, факт передачи денег Ч-выми и ФИО6 - ФИО3 для приобретения автомобиля допустимыми доказательствами не подтвержден, презумпция ст. 39 СК РФ не опровергнута.

Договор купли-продажи между ФИО3 и ФИО1 заключен 15 декабря 2018 года.

Нет доказательств, что на эту дату у Ч-вых и ФИО6 были деньги. Из выписок по счетам ФИО4 видно, что денежные средства были ею сняты со счетов в октябре 2015 года –более 1 500 000 рублей, в период с мая по декабрь 2017 года – более 2 000 000 рублей. Но на декабрь 2018 года – не было.

Сведений о заработной плате ФИО6 за 2018 год не представлено. Не понятно, как ФИО7, проживая в г Санкт-Петербург, передала 350 000 рублей 15 декабря 2018 года ФИО3

Ссылка представителя ответчика на то, что приговором суда от 11 декабря 2018 года в пользу ФИО6 взыскана компенсация морального вреда в размере более 1 000 000 рублей, необоснованна, поскольку приговор на 15 декабря 2018 года в законную силу не вступил, наличие денег не подтверждено.

Возможно, у Ч-вых на декабрь 2018 года и были денежные средства, которые они хранили дома (как говорит представитель ответчика, «по- старинке»), но факт их передачи дочери документально не подтвержден.

При рассмотрении гражданского дела №2-907/2019 по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора купли-продажи ТС от 15 декабря 2018 года мнимой сделкой, ФИО3 также не говорила о наличии расписок.

Доводы о том, что ответчица не представляет расписки, поскольку боится их утратить, надуманы, поскольку после рассмотрения данного дела они правового значения не имеют. Заключая договор купли-продажи от 15 декабря 2018 года, стороны, находящиеся в браке, фактически переложили деньги из одного кармана в другой.

По возражениям матери ответчика ФИО3 –ФИО4: ФИО4 утверждает, что подарила 500 000 рублей на рождение внучки. Факт передачи денег должен быть подтвержден надлежащими доказательствами ( расписками и т. д.). В возражениях ФИО4 - период передачи денег не обозначен - в декабре 2018 года.

Пояснения третьих лиц не являются надлежащими доказательствами.

По выпискам по счетам на имя ФИО4 –они касаются более ранних периодов снятия денег (2015-2017 г.г.) Сам факт передачи денег в размере 500 000 рублей на приобретение автомобиля не подтвержден.

В судебном заседании представитель истца выясняла у представителя ответчика, чем подтверждается факт передачи денег. Под протокол представитель ответила, что письменных доказательств нет. Впоследствии представитель истца представила письменные расписки. Указанные доказательства сторона истца оспаривала. Расписок на 15 декабря 2018 года не было, они не составлялись, и ранее не упоминались. Речь шла о том, что мать (ФИО4) деньги подарила на рождение внучки. Речи о возмездности передачи денег не было.

Из письменных возражений ФИО4, представленных суду, следует что «срок возврата денег не оговаривался. Посоветовавшись с мужем, решили, что деньги будут подарком за рождение внучки».

ФИО1 утверждает, что совместно не проживал с ответчицей с 24 июня 2019 года, когда между ними произошел конфликт.

Настаивает, что брачные отношения прекращены 24 июня 2019 года, не до заключения договора купли-продажи автомобиля ( 15 декабря 2018 года).

Из копии искового заявления ФИО3 в суд о взыскании алиментов следует, что брачные отношения прекращены с июня 2019 года ( иск от 11 ноября 2019 года).

Из решения суда от 29 августа 2019 года – на листе 3 – с 23 июня 2019 года.

Из апелляционного определения от 14 апреля 2020 года – с июня 2019 года.

Из протокола судебного заседания от 31 июля 2019 года – с 24 июня 2019 года.

Если супруги фактически не проживали, тогда зачем ФИО3 18 декабря 2018 года оформила полис ОСАГО, в котором указала лицом, допущенным к управлению ТС – супруга.

Документы подтверждают, что брачные отношения прекращены в июне 2019 года, следовательно, автомобиль общий, для семьи. Это следует из полиса ОСАГО. В момент приобретения автомобиля супруги жили вместе. Режим совместной собственности сохраняется. Автомобиль общий, и был приобретен для семьи. Управлять им мог и истец, согласно полису ОСАГО.

В ноябре 2019 года ФИО4 была ответчиком по гражданскому делу № 2-1112/2019 ( судья Липатова Е.П.)-бывшая сноха ФИО4 оспаривала сделку купли-продажи квартиры от января 2018 года. В решении указано, что оспаривалась сделка от января 2018 года. Она купила долю в квартире. ФИО4 купила квартиру, т.е. какие-то деньги она тратила. Деньги по выписке- это наследство, и их она потратила в январе 2018 года. Тогда какие деньги она могла занять дочери.

Справка о движении денежных средств по счету ФИО6: из нее невозможно установить, кому именно принадлежит счет. Движение денежных средств, возможно, было в январе 2019 года. Полагает, что представленные справки не подтверждают доводы ответчика.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом. В письменном заявлении просила рассмотреть дело в ее отсутствие, исковые требования поддержала.

Представитель ответчика ФИО3- адвокат Екимова Т.А. (ордер <данные изъяты>) в судебном заседании исковые требования не признала. Пояснила, что автомобиль приобретен ФИО3 у ФИО1 15 декабря 2018 года по договору купли-продажи ТС за 850 000 рублей. Решением Ленинского районного суда г. Орска Оренбургской области от 29 августа 2019 года ( дело №2-907/2019) в удовлетворении иска ФИО1 о признании договора купли-продажи ТС от 15 декабря 2018 года мнимой сделкой отказано. Судом установлено, что автомобиль ФИО1 продан ФИО3, фактически передан ей, а также переданы документы на автомобиль. ФИО3 пользуется автомобилем, оплата по договору купли-продажи произведена. Собственником автомобиля является ФИО3

В силу п.2 ст.61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Имеет место преюдиция судебного решения.

Имущественное положение ФИО1 при рассмотрении дела по иску ФИО3 к ФИО1 о взыскании алиментов выяснялось очень подробно. ФИО1 сам предоставил суду справку 2 НДФЛ о размере заработной платы 5 000 рублей. ФИО3 в тот период не работала, находилась в декрете. Говорить о том, что у супругов имелась в период брака на декабрь 2018 года сумма 850 000 рублей нельзя. ФИО1 даже на регистрационный учет в ГИБДД автомобиль не ставил, т.к. денег не было на ремонт ТС.

При рассмотрении дела об алиментах представитель ФИО1 говорил, что с декабря 2018 года брачные отношения были фактически прекращены, просил признать их краткосрочными. Общее хозяйство не велось.

На момент заключения брака у ФИО1 имелась задолженность более 100 000 рублей по исполнительному производству о взыскании задолженности по коммунальным платежам за квартиру матери, в которой он зарегистрирован. Говорить о том, что имелось 850 000 рублей не приходится. При рассмотрении дела ФИО1 говорил, что автомобиль перерегистрировал в связи с тем, что не было денежных средств.

ФИО3 узнала о наличии долгов у ФИО1 лишь в сентябре 2018 года.

По выпискам по счетам ФИО4: у нее имелись денежные средства для передачи их дочери. Деньги снимала со счетов в период 2015-2017г.г., хранила дома «по старинке».

ФИО1 06 февраля 2018 года обращался в налоговый орган с заявлением списать задолженность по уплате транспортного налога, просил признать его безденежным Это говорит о том, что он не располагал денежными средствами. У него также имелась задолженность по уплате алиментов на ребенка от первого брака.

Приобщенные выписки о движении денежных средств по счету ФИО3: 23 июля 2018 года до заключения брака поступило 151 838 рублей, из которых она перевела на счет <данные изъяты> 23 июля 2018 года 100 000 рублей.

И начиная с 24 июля 2018 года – поступило 30 000 рублей,

30 июля 2018 года сняли со счета <данные изъяты> 50 000 рублей, перевели на карту счет <данные изъяты>- 50 000 рублей,

Начали тратить со счета <данные изъяты>

01 августа 2018 года поступило на счет <данные изъяты> – 40 000 рублей.

Со счета <данные изъяты> – 08 августа 2018 года сняли 25 000 рублей, 09 августа 2018 года- 10 000 рублей, 10. августа 2018 года- 20 000 рублей. Деньги кончились.

Подруга ФИО3- ФИО6 проживает и работает в г Санкт-Петербурге, хранит деньги у своей матери. Когда ФИО3 не могла просить деньги на проживание у родителей, брала у подруги ФИО6 – 10 000 рублей, 20 000 рублей.

350 000 рублей ФИО3 получила от ФИО6 в долг в начале декабря 2018 года, передавались деньги лично в руки. Факт передачи денежных средств от третьих лиц могут подтвердить только свидетельскими показаниями.

ФИО4 в письменных возражениях говорит, что решили подарить деньги.(письменные возражения даны позже, чем расписка о займе от 15 декабря 2018 года). Расписки возвращены ФИО3 Конечно, у них расписок нет. Не говорила, что расписок не существует, их просто не было на руках у ФИО3

Был период пандемии, ФИО6 представила расписку. Им удалось попросить ФИО6 передать им расписку. Наличие расписки предполагает, что деньги возвращены.

Действительно, деньги подарены родителями- дочери ФИО3, т.к.на сегодня не возвращены.

Г-вы не проживают с июня 2019 года, но ведение общего хозяйства прекращено еще в декабре 2018 года.

У семьи ФИО8 не было никаких совместных денег.

В гражданском деле №2-1447/2019 ( судья Сбитнева Ю.Д,) о взыскании алиментов, ФИО1 говорил, что не имел и не имеет денежных средств, т.к.длительное время не работает. В ресторане «<данные изъяты> работает с 2016 года на 0,5 ставки, заработная плата 6 400 рублей, дополнительного дохода не имеет. С заработной платы взыскиваются алименты на содержание несовершеннолетнего ребенка от первого брака в размере 1 400 рублей. Сбережений не имеет.

Общих денег у семьи Г-вых ни в период брака ни после- не было.

ФИО1 при рассмотрении гражданского дела № 2-907/2019 говорил, что не было денег на перерегистрацию автомобиля на себя.

По полису ОСАГО- внесение в полис ОСАГО ФИО3 ФИО1 не означает, что автомобиль для совместного пользования. Он перестал быть мужем, но отцом ребенка юридически быть не перестал.

В ноябре 2019 года ФИО4 была ответчиком по гражданскому делу № 2-1112/2019, истцом- сноха ФИО4, которая оспаривала сделку между ФИО4 и ФИО21 (сыном ФИО4 ). Сумма сделки 715 000 рублей. Данное решение и сделка не имеют отношения к рассматриваемому спору. По факту непроведения экспертизы указала, что между истцом ответчиком был заключен договор. Кроме того, из предыдущих решений судов было установлено, что супруги не проживают с 23 июня 2019 года. Говорить о том, что в декабре 2018 года купили автомобиль на совместные денежные средства не подтверждено в судебном заседании. Совместных денег у них не было. Но была возможность занять деньги у родственников и подруги ответчика ФИО3 Просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом. В письменном заявлении просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Ранее суду представлены письменные возражения, из которых следует, что ее дочь- ФИО3 была замужем за ФИО1 Истец и ответчик (ФИО1 и ФИО3) часто обращались к ней и ФИО5 (третье лицо-отец ФИО3) за деньгами. ФИО1 получал 6 500 рублей, из которых платил алименты на первого ребенка, соответственно денег на ФИО3 и внучку у него не было. ФИО3 также нигде не работала, была беременна, потом родила. Впоследствии выяснилось, что у ФИО1 имелась задолженность по квартплате в принадлежащей его матери квартире, в которой он зарегистрирован. Чтобы рассчитаться с долгами, ФИО1 предложил продать автомобиль. Дочь пожелала сама выкупить у него этот автомобиль. Зная, что у нее имеются сбережения, дочь попросила деньги. Однако, у нее было только 500 000 рублей, которые ей и передала. Поскольку ФИО3 их единственная дочь, то срок возврата денег не оговаривался. Более того, посоветовавшись с мужем (ФИО5) решили, что эти деньги будут подарком дочери от них на рождение внучки. Оставшуюся сумму дочь заняла у своей подруги ФИО6 Таким образом, приобретенный ФИО3 в декабре 2018 года у ФИО1 автомобиль, не является совместным имуществом супругов, так как совместных денег у них не было. Просила в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо ФИО5 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом. Просил рассмотреть дело в его отсутствие, в удовлетворении исковых требований отказать.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом.

Ранее представлен письменный отзыв, в котором просила в удовлетворении иска отказать. Пояснила, что с ФИО3 знакома более 20 лет с детства, является крестной матерью ее дочери.

В период брака с ФИО1 ФИО3 несколько раз обращалась к ней с просьбой занять денег, поскольку ФИО1 не давал денег на содержание ребенка. Речь шла о 20 000 - 30 000. рублей. ФИО3 знала, что она (ФИО6) собирала деньги на приобретение жилья в г. Санкт-Петербурге, поэтому обращалась к ней. Она не отказывала. При этом между ними доверительные отношения, займы долговыми расписками не оформляли.

В первой половине декабря 2018 года, когда приехала в отпуск в г. Орск, ФИО3 рассказала, что в отношении ФИО1 у судебных приставов имеются несколько исполнительных производств, по которым он должен крупные суммы денег, в связи с чем он желает реализовать имеющийся у них автомобиль АУДИ А5 в счет погашения долга. ФИО3 решила выкупить у него автомобиль, поскольку при покупке данного автомобиля были затрачены, в том числе ее денежные средства, вырученные от продажи ее автомобиля, а после приобретения она затратила на ремонт этого автомобиля свои сбережения. ФИО1 согласился на предложение Ирины, но потребовал всю сумму- 850 000 рублей сразу. Родители Ирины пообещали оплатить ей автомобиль в качестве подарка на рождение внучки, однако всей суммой на тот момент не располагали.

ФИО3 попросила у нее в долг 500 000 рублей, но такой суммы не было, отдала ей 350 000 рублей. Поскольку сумма была большой, оформили долговую расписку. Срок возврата - до 30 июня 2020 года.

Однако долг возвращен ей ФИО3 в январе 2020 года. Таким образом, приобретенный ФИО3 у ФИО1 автомобиль в декабре 2018 года не является их совместным имуществом, так как совместных денег у них не было. Ирина, проживая с ФИО1, не работала в связи с беременностью и родами, а зарплата ФИО1 (со слов Ирины) составляла 6 500 рублей, при этом у него имелись крупные долги.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 33 Семейного кодекса Российской Федерации законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

Общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (п. п. 1 и 2 ст. 34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. ст. 128, 129, п. п. 1 и 2 ст. 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным ст. ст. 38, 39 СК РФ и ст. 254 ГК РФ. В соответствии с требованиями п. п. 1, 2 ст. 38 СК РФ, раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов.

Пунктом 1 ст.36 СК РФ определено, что имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Также п. 1 ст. 42 СК РФ определено, что брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО3 состояли в зарегистрированном браке с 24 июля 2018 года по 5 октября 2019 года.

Решением мирового судьи судебного участка № 5 Октябрьского района г. Орска Оренбургской области, и.о. мирового судьи судебного участка №4 Октябрьского района г. Орска Оренбургской области от 03 сентября 2019 года брак между ФИО1 и ФИО3 ( добрачная фамилия-Чернышева), имеющими одного несовершеннолетнего ребенка, расторгнут.

Раздел совместно нажитого имущества между сторонами не проводился.

Брачный договор сторонами не заключался.

Решением Ленинского районного суда г. Орска Оренбургской области от 29 августа 2019 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании договора купли-продажи автомобиля от 15 декабря 2018 года мнимой сделкой, отказано.

В ходе рассмотрения указанного дела ФИО3 поясняла, что они проживали без регистрации брака с мая 2017 года в квартире, предоставленной ее родителями, по адресу: <адрес>

До брака ( до 24 июля 2018 года) у супруга был автомобиль Опель, у нее - тоже Опель. В январе 2018 года забеременела, ее родители помогали материально. Им под 70 лет, но они, получая пенсию, работали. Супруг предложил продать оба автомобиля и купить один общий. Продали, 20 июня 2018 года автомобили, купили автомобиль АУДИ А5 у ФИО22 в г. Оренбурге за 850 000 рублей. Договор заключал ФИО1(покупатель) с ФИО23 (продавцом).

24 июля 2018 года зарегистрировали брак, ТС на учет не ставили, отдали в ремонт. Не проживают совместно с 23 июня 2019 года.

ФИО1 в ходе рассмотрения дела № 2-907/2019 и настоящего дела данные обстоятельства не оспаривает.

Доводы представителя ответчицы о том, что фактически брачные отношения прекращены 01 декабря 2018 года (до заключения договора купли-продажи автомобиля ФИО3 у ФИО1 15 декабря 2018 года) противоречат материалам дела, пояснениям ФИО3

Так, из протокола судебного заседания от 12 марта 2020 года по гражданскому делу № 2-1447/2019 по иску ФИО3 к ФИО1 о взыскании алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка, содержание бывшей супруги следует, что ФИО3 в пояснениях указывает о непроживании с ФИО1 с июня 2019 года ( т.1 л.д.65).

Из копии искового заявления ФИО3 в суд о взыскании алиментов от 11 ноября 2019 года (гражданское дело № 2-1447/2019) следует, что брачные отношения прекращены с июня 2019 года, совместного хозяйства с ФИО1 не ведут (т.1 л.д. 126).

Из протокола судебного заседания от 31 июля 2019 года (гражданское дело № 2-907/2019) – ответчик ФИО3 поясняет, что они совместно не проживают с 23 июня 2019 года ( т.1 л.д. 232)

В исковом заявлении ФИО3 к ФИО1 о расторжении брака (гражданское дело №02-2183/60/2019) истец указала, что совместно проживали с ответчиком до 23 июня 2019 года.

Таким образом, суд приходит к выводу, что брачные отношения фактически прекращены между супругами в июне 2019 года ( то есть после приобретения автомобиля).

Из решения суда (гражданское дело №2-907/2019) следует, что 15 декабря 2018 года был заключен договор купли-продажи ТС - автомобиля АУДИ А5 между ФИО1 и ФИО3 Стоимость автомобиля по соглашению сторон определена в размере 850 000 рублей.

Регистрация автомобиля прекращена ФИО9, согласно карточке учета ТС- 13 июля 2018 года в связи с продажей автомобиля 20 июня 2018 года ФИО1

Оригиналы ПТС, СТС, диагностическая карта - после 15 декабря 2018 года находятся у ФИО3

18 декабря 2018 года (после заключения договора купли-продажи ТС) ФИО3 обратилась в СПАО «РЕСО-Гарантия», где заключила договор ОСАГО от 18 декабря 2018 года на период с 19 декабря 2018 года по 18 декабря 2019 года. Лицом, допущенным к управлению ТС, являлся ФИО1

Апелляционным определением Оренбургского областного суда от 10 декабря 2020 года решение суда оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ФИО1- без удовлетворения.

Как следует из апелляционного определения, источник денежных средств ФИО3 правового значения не имел, в связи с чем указание в апелляционной жалобе на то, что ответчиком не представлено доказательств того, что она занимала денежные средства для оплаты автомобиля у родителей и у подруги, не свидетельствует о незаконности решения суда (аналогичная позиция указана в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2019 N 4-КГ 18-93).

Суд апелляционной инстанции также указал на имеющий место эстоппель ( п.3 ст.432 ГК РФ) - сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору, либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципа добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Данное правило (эстоппель) вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пп. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ), у

На момент заключения договора 15 декабря 2018 года правило «эстоппель» было закреплено в п. 3 ст. 432 ГК РФ.

Таким образом, заключив договор купли-продажи автомобиля с целью избежать административной ответственности, при этом производя действия, свидетельствующие о реальности заключения договора (регистрация перехода права собственности в органах ГИБДД с участием продавца), ФИО1, в силу правила об эстоппеле, был не вправе требовать признания этого договора незаключенным (аналогичная позиция отражена в обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2017)).

Из искового заявления истца прямо следует, что при подписании договора он действовал недобросовестно, в связи с чем в силу положений части 2 статьи 10 ГК РФ, в удовлетворении иска о признании договора купли-продажи автомобиля мнимой сделкой отказано.

При таких обстоятельствах довод представителя ответчика о преюдициальном решении суда и установлении при его рассмотрении обстоятельств приобретения автомобиля. на личные денежные средства ФИО3, необоснован.

Правовая природа денежных средств в размере 850 000 рублей при рассмотрении дела №2-907/2019 не исследовалась, не являлась предметом рассмотрения.

Представителем ответчика в ходе судебного разбирательства 12 марта 2020 года заявлено, что иных доказательств о получении ФИО3 денежных средств в размере 850 000 рублей для приобретения у ФИО1 автомобиля, кроме пояснений третьих лиц, нет. (протокол судебного заседания от 12 марта 2020 года - т.1 л.д.85-87)

02 июля 2020 года в ходе судебного заседания представителем ответчицы ФИО3 в обоснование доводов о приобретении автомобиля на личные денежные средства представлены для обозрения 2 оригинала расписок, согласно которым:

- 15 декабря 2018 года ФИО3 взяла в долг у ФИО4 денежные средства в сумме 500 000 рублей на приобретение автомобиля АУДИ А5 2009 года выпуска, <данные изъяты> у ФИО1, на срок до 30 июня 2020 года (т.1 л.д.124).

- 15 декабря 2018 года ФИО3 взяла в долг у ФИО6 денежные средства в сумме 350 000 рублей на приобретение автомобиля АУДИ А5 2009 года выпуска, <данные изъяты>, у ФИО1 сроком до 20 июня 2020 года ( т.1 л.д. 125).

Из пояснений третьего лица ФИО10 видно, что возврат долга родители не требуют, деньги переданы в качестве подарка на рождение внучки.

Из пояснений третьего лица ФИО6 следует, что 350 000 рублей возвращены ей ФИО3 в январе 2020 года.

Оригиналы расписок хранятся у ответчика ФИО3

Представителем истца и истцом, полагающими, что расписок на дату 15 декабря 2018 года у ФИО3 не было, они изготовлены позднее, заявлено об их подложности, фальсификации доказательств (ст.186 ГПК РФ).

В соответствии со ст.186 ГПК РФ в случае заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, суд может для проверки этого заявления назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства.

По ходатайству истца и его представителя судом вынесено определение о назначении по делу судебной технической экспертизы с целью установления давности изготовления документов. В определении суд обязал ФИО3 предоставить для производства экспертизы оригиналы расписок от 15 декабря 2018 года, а также разъяснил последствия непредставления расписок (ч.3 ст.79 ГПК РФ).

Определение о назначении судебной технической экспертизы ФИО3 получено 24 августа 2020 года.

Судом неоднократно (15 сентября 2020 года, 29 сентября 2020 года, 09 октября 2020 года) направлялись требования ФИО3 о предоставлении оригиналов расписок, в которых неоднократно повторно разъяснялись нормы ч.3 ст.79 ГПК РФ.

Судебные письма ответчиком получены, но оригиналы расписок суду для направления эксперту не представлены.

В соответствии с ч.3 ст.79 ГПК РФ при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

Факт непредставления расписок суд оценивает как уклонение стороны от проведения экспертизы, что является безусловным основанием для исключения расписок ФИО3 от 15 декабря 2018 года из числа доказательств по делу.

Таким образом, факт передачи денег ФИО4 и ФИО6 - ФИО3 для приобретения автомобиля допустимыми доказательствами не подтвержден, презумпция ст. 39 СК РФ не опровергнута.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно пункту 1 ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда. В подтверждение договора займа может быть представлена расписка заемщика или другой документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенной денежной суммы.

В соответствии с пунктом 1 ст.162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает права приводить письменные и другие доказательства.

Суд приходит к выводу, что ответчиком ФИО3 не представлено относимых и допустимых доказательств того, что на приобретение спорного автомобиля использованы личные денежные средства.

Доводы представителя ответчика о том, что указанные обстоятельства, а именно факт передачи денежных средств может быть подтвержден свидетельскими показаниями, ошибочны.

Стороной ответчика представлены выписки ПАО «Сбербанк» по четырем счетам ФИО4, из которых следует, что на счетах аккумулировались денежные средства, которые сняты ФИО4 12 октября 2015 года в размере 1 541 626,41 рублей, счет закрыт; 02 мая 2017 года – 725 148,07 рублей, счет закрыт, 03 августа 2017 года – 710 592,24 рублей, счет закрыт; 03 декабря 2017 года – 1 000 066,56 рублей, счет закрыт.

Наличие и снятие ФИО4 денежных средств в указанные периоды не свидетельствует о передаче 500 000 рублей в долг (в дар) дочери –ФИО3 15 декабря 2018 года для покупки 15 декабря 2018 года автомобиля АУДИ А5.

Представленные выписки ПАО «Сбербанк» по вкладам ФИО6 также не свидетельствуют о передаче в долг ФИО3 350 000 рублей 15 декабря 2018 года.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (п. п. 1 и 2 ст. 34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст. ст. 128, 129, п. п. 1 и 2 ст. 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши (ст. 36 СК РФ).

Из приведенных выше положений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Имущество, приобретенное одним из супругов в браке по безвозмездным гражданско-правовым сделкам (например, в порядке наследования, дарения), не является общим имуществом супругов. Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, также исключает такое имущество из режима общей совместной собственности.

Разрешая доводы сторон, суд руководствуется положениями ст. ст. 34, 36, 37, 38 СК РФ, исходит из того, что спорное транспортное средство было приобретено в период брака, происхождение денежных средств, как личной собственности, ответчиком ФИО3 не доказано, в связи с чем суд приходит к выводу, что указанное имущество приобретено в период брака, является совместно нажитым и подлежит разделу.

Таким образом, судом установлено, что указанное имущество, нажитое супругами в период брака, в силу ст. ст. 128, 129, п. п. 1 и 2 ст. 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено, и является общим имуществом супругов Г-вых.

Как предусмотрено ст.39 СК РФ, при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

При таких обстоятельствах доли супругов в праве собственности на автомобиль АУДИ А5 являются равными: по <данные изъяты> доли каждому.

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о разделе совместно нажитого имущества супругов, удовлетворить.

Признать автомобиль АУДИ А5 VIN <данные изъяты> года выпуска, совместным имуществом супругов ФИО1 и ФИО3.

Определить доли супругов ФИО1 и ФИО3 на автомобиль АУДИ А5 <данные изъяты>, 2009 года выпуска, равными - по ? доли каждому.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Ленинский районный суд г.Орска Оренбургской области в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме –15 декабря 2020 года.

Судья Гук Н.А.