Гражданский кодекс часть 1

Тверской районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Сальниковой М.Л., при секретаре Балаян Ю.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2232/2014 по заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3 об оспаривании решения Правительства Москвы об отказе в согласовании проведения заявленных публичных мероприятий,

установил:

заявители обратились в суд с заявлением, в котором просили признать незаконным решение органа государственной власти – Правительства Москвы, принятое заместителем руководителя Департамента региональной безопасности города Москвы от 10 декабря 2013 года об отказе в согласовании проведения заявленных публичных мероприятий 17 декабря 2013г., указывая на то, что оспариваемое решение Правительства Москвы является нарушением свободы мирных собраний и свободы слова, гарантированных Конституцией Российской Федерации, а также Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, оспариваемое решение является дискриминационным по признаку сексуальной ориентации участников публичного мероприятия и лиц, в поддержку которых планировалось его проведение, при его принятии был нарушен порядок согласования, организатору мероприятия для обсуждения не был предложен такой вариант проведения публичного мероприятия, который позволял бы реализовать его цели, не было предложено место и время проведения мероприятия, адекватное его социально-политическому значению, Правительством Москвы не учтено Постановление Европейского Суда по правам человека от 21 октября 2010 года (Alekseyev v. Russia, жалобы №№ 4916/07, 25924/08 и 14599/09).

Заявители в судебное заседание не явились о дате рассмотрения заявления извещены телефонограммами и судебными повестками по адресам, указанным в заявлении.

Представитель заинтересованного лица и органа ФИО4 в судебное заседание явился, возражал против заявленных требований, указывая на то, что отказ в согласовании мотивирован необходимостью соблюдения безопасности как самих участников мероприятия, так и остальных жителей и гостей города. Имели место негативные мнения граждан, общественности, должностных лиц относительно заявленных мероприятий. Намерение организаторов проводить массовые мероприятия только в общественных местах в центральной части города, свидетельствует об их желании целенаправленного распространения гей-культуры с целью информационно-психологического воздействия на неограниченный круг лиц. В том числе на несовершеннолетних. Проведение публичных мероприятий с указанной в уведомлениях целью в открытых для свободного посещения местах способно нанести вред здоровью, нравственному и духовному развитию детей и подростков, в том числе и сформировать искаженные представления о социальной равноценности традиционных и нетрадиционных сексуальных отношений среди детей и подростков, существуют иные формы публичных мероприятий для коллективного обсуждения каких-либо общественно-значимых вопросов, для проведения которых не требуется подачи уведомления - в форме собрания. При принятии оспариваемого решения Правительством Москвы были учтены многочисленные обращения граждан и общественных организаций против проведения данных мероприятий. Существовали реальные предпосылки применения в отношении участников мероприятий активных действий различных граждан, создающих угрозу их жизни и здоровью. Многочисленные ссылки заявителей на решения и рекомендации различных европейских структур по рассматриваемым вопросам далеки от реальной действительности в понимании данных проблем, как гражданами РФ, так и гражданами других государств.

Выслушав представителя заинтересованного лица и органа, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Действительно, как следует из уведомления о проведении публичного мероприятия – митинга «День скорби в связи с 80-летием введения уголовного преследования за гомосексуальные отношения в СССР», поданного заявителями 05 декабря 2013г в 14 часов 40минут в Правительство Москвы, с целью восстановления исторической справедливости в день 80-летия введения уголовного преследования за вступление в добровольные гомосексуальные отношения в связи с последовавшими после этого репрессиями, ФИО1, ФИО2, ФИО3. уведомляли о проведении 17 декабря 2013 года с 13 часов 00 мин. до 14 часов 00минут публичного мероприятия в виде митинга, проводимого группой лиц, с количеством участников публичного мероприятия до 20 человек, которое будет организовано на площади Сретенские ворота.

Из копии ответа, адресованного ФИО2 10.12.2013г., подписанного первым заместителем руководителя Департамента региональной безопасности города Москвы, усматривается, что данное уведомление рассмотрено. В нем сообщалось, что содержащаяся в тексте уведомления информация о проведении публичного мероприятия дает основание предположить, что цели запланированного митинга нарушают запреты, предусмотренные п.4 ч.2 ст.5 ФЗ от 29.10.2010г. №436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», п.1 ст.14 ФЗ от 24.07.1998г. №124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в РФ» и ст.6.21КоАП РФ (пропаганда нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних). Намерения организатора проводить массовые мероприятия в общественных местах свидетельствуют о его желании распространения гей-культуры с целью информационно-психологического воздействия на неограниченный круг лиц, в том числе несовершеннолетних, которые вынуждены, не желая того, видеть и слышать эти действия и невольно воспринимать, усваивать их воздействие.

Распоряжением Мэра Москвы от 27.07.2012г. №620-РМ «О распределению обязанностей между Мэром Москвы и заместителем Мэра Москвы и Правительства Москвы полномочия по принятию решений, связанных с организацией и проведением публичных мероприятий, возложены на заместителя Мэра Москвы в Правительстве Москвы по средствам массовой информации, межрегиональному сотрудничеству, спорту, туризму.

Таким образом, суд считает установленным, что ответ заявителям дан уполномоченным лицом государственного органа.

Гарантированное Конституцией Российской Федерации, ее статьей 31, право граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование является одним из основополагающих и неотъемлемых элементов правового статуса личности в Российской Федерации как демократическом правовом государстве (статьи 1 и 64 Конституции Российской Федерации) и может быть ограничено федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).

Данные конституционные требования, как и требование о том, что осуществление названного права не должно нарушать права и свободы других лиц (статья 17, часть 3), по их смыслу во взаимосвязи с предписаниями статьи 18 Конституции Российской Федерации обращены не только к законодателю, но и к правоприменителям, в том числе судам.

Такой подход согласуется с общепризнанными принципами и нормами международного права, закрепленными в ряде международно-правовых документов, включая Всеобщую декларацию прав человека (пункт 1 статьи 20), а также Международный пакт о гражданских и политических правах, статья 21 которого допускает введение тех обоснованных ограничений права на мирные собрания, которые налагаются в соответствии с законом и которые необходимы в демократическом обществе в интересах государственной или общественной безопасности, общественного порядка, охраны здоровья и нравственности населения или защиты прав и свобод других лиц.

Согласно статье 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года каждый имеет право на свободу мирных собраний и на свободу объединения с другими, включая право создавать профессиональные союзы и вступать в таковые для защиты своих интересов. Осуществление этих прав не подлежит никаким ограничениям, кроме тех, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц. Настоящая статья не препятствует введению законных ограничений на осуществление этих прав лицами, входящими в состав вооруженных сил, полиции или административных органов государства.

В совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации находится, в том числе, защита прав и свобод человека и гражданина; обеспечение законности, правопорядка, общественной безопасности (статья 72 Конституции Российской Федерации).

По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации (часть 2 статьи 76 Конституции Российской Федерации).

В целях обеспечения реализации установленного Конституцией Российской Федерации права граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирования принят Федеральный закон от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях».

Статья 3 указанного закона определяет принципы проведения публичного мероприятия – законность и добровольность участия в публичном мероприятии.

Согласно ст.6 Закона участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем. В связи с чем идеи и мнения организаторов должны быть ориентированы на людей, заинтересованных в обсуждении заявленных проблем.

Согласно пункту 7 статьи 2 Федерального закона «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» уведомление о проведении публичного мероприятия - это документ, посредством которого органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органу местного самоуправления в порядке, установленном данным Федеральным законом, сообщается информация о проведении публичного мероприятия в целях обеспечения при его проведении безопасности и правопорядка.

В силу пункта 1 статьи 8 названного закона публичное мероприятие может проводиться в любых пригодных для целей данного мероприятия местах в случае, если его проведение не создает угрозы обрушения зданий и сооружений или иной угрозы безопасности участников данного публичного мероприятия. Условия запрета или ограничения проведения публичного мероприятия в отдельных местах могут быть конкретизированы федеральными законами.

В соответствии с частью 5 статьи 5 данного Федерального закона организатор публичного мероприятия не вправе проводить его, если уведомление о проведении публичного мероприятия не было подано в срок, либо если с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления не было согласовано изменение по их мотивированному предложению места и (или) времени проведения публичного мероприятия.

Таким образом, федеральное законодательство предусматривает основания, при наличии которых организатор не вправе проводить публичное мероприятие в заявленном месте и (или) времени проведения публичного мероприятия, а равно гарантирует правомочие органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации предложить организатору публичного мероприятия изменить место и (или) время его проведения; при этом, такое предложение органа исполнительной власти должно быть мотивированным и вызываться либо необходимостью сохранения нормального и бесперебойного функционирования жизненно важных объектов коммунальной или транспортной инфраструктуры, либо необходимостью поддержания общественного порядка, обеспечения безопасности граждан (как участников публичного мероприятия, так и лиц, которые могут находиться в месте его проведения в определенное для этого время), либо иными подобными причинами.

Статья 1 названного Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ определяет, что в случаях, предусмотренных этим Федеральным законом, нормативные правовые акты, касающиеся обеспечения условий проведения собраний, митингов, демонстраций, шествий и пикетирований, издают Президент Российской Федерации, Правительство Российской Федерации, принимают и издают органы государственной власти субъектов Российской Федерации.

Законом города Москвы от 4 апреля 2007 года №10 «Об обеспечении условий реализации права граждан Российской Федерации на проведение в городе Москве собраний, митингов, демонстраций, шествий и пикетирований», принятого на основании Конституции Российской Федерации, Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» и Устава города Москвы (статья 2), предусмотрено направление организатором уведомления в письменной форме о проведении публичного мероприятия организатором непосредственно в Правительство Москвы в срок не ранее 15 и не позднее 10 дней до дня проведения публичного мероприятия в случае, если публичное мероприятие (за исключением пикетирования) предполагается проводить на территории Центрального административного округа города Москвы, либо на территории более чем одного административного округа города Москвы (независимо от количества его участников).

Статья 74 Закона города Москвы от 28 июня 1995 года «Устав города Москвы» предусматривает, что в соответствии с федеральным законодательством для обеспечения безопасности и общественного порядка в столице Российской Федерации, обеспечения условий функционирования федеральных органов государственной власти, представительств субъектов Российской Федерации, а также дипломатических представительств иностранных государств в Российской Федерации правовыми актами города могут устанавливаться особенности проведения массовых акций, въезда в город Москву, учета и регистрации граждан, движения транспорта, санитарно-эпидемиологических мер.

Разрешая данное дело, суд исходит из того, что органы исполнительной власти города Москвы несут обязанность по обеспечению безопасности участников публичного мероприятия, в связи с чем при отсутствии объективной возможности обеспечить такую безопасность вправе отказать в проведении публичного мероприятия именно в условиях заявленного места и времени в интересах участников этого мероприятия и иных лиц, что не лишает организатора публичного мероприятия на реализацию конституционного права на свободу собраний, митингов, шествий, демонстраций и пикетирования путем согласования с органом исполнительной власти изменения места и времени проведения соответствующего публичного мероприятия.

Из материалов настоящего гражданского дела следует, что ФИО1 ФИО3, ФИО2, заявившие о проведении публичного мероприятия, желали провести упомянутое выше мероприятие именно 17 декабря 2013г., в избранном месте, маршруте и времени. Каких-либо иных мест не заявляли.

Суд отмечает, что законодательство о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях не предусматривает безусловное согласование места и времени проведения заявленных мероприятий именно в тех местах и в то время, что указаны заявителями без оценки возможных рисков и угрозы безопасности граждан.

При принятии оспариваемого решения Правительством Москвы были учтены многочисленные обращения граждан и общественных организаций к Президенту РФ и в Правительство Москвы против проведения данных мероприятий.

Как указано в письменных возражениях помимо простого неприятия большинством граждан идеи проведения подобных мероприятий, существовали реальные предпосылки применения в отношении его участников активных действий, создающих реальную угрозу их жизни и здоровью со стороны некоторых общественных организаций, религиозных объединений, а также отдельных граждан.

В этих условиях городские власти, поддержав заявку организатора мероприятия, фактически получили бы возможные неконтролируемые очаги столкновений между участниками Московского гей-прайда и представителями общественных организаций, религиозных объединений, а также отдельных граждан лицами, не принимающими идеи проведения подобных мероприятий. Возникновение подобных столкновений в центре Москвы могло бы привести к непредсказуемым и разрушительным последствиям для объектов исторического и культурного наследия города.

Указанные обстоятельства, по мнению суда, могли также привести к нарушению общественного порядка, создать угрозу безопасности граждан, участников мероприятия.

С учетом положений статьи 8 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ, статьи 55 Конституции Российской Федерации суд приходит к убеждению, что ограничение права, а в данном случае, ФИО1, ФИО2, ФИО3 собираться мирно, без оружия, митинговать, проводить шествия, было правомерно ограничено заинтересованными лицами в связи с угрозой жизни и здоровью самих участников акций, поскольку запланированное мероприятие вызвало резко негативную реакцию широкого круга общественности.

Суд отмечает, что наличие негативной реакции общества на проведение заявленных ФИО1., ФИО2, ФИО3 мероприятий подтверждается письменными документами, которые были предъявлены заинтересованным лицом, их содержание не опровергнуто заявителями и не вызывает сомнений у суда.

Вместе с этим суд учитывает, что при принятии оспариваемых решений властями города принято во внимание, что даже должное участие органов внутренних дел в обеспечении общественного порядка при проведении заявленного мероприятия не могло полностью обеспечить безопасность его участников.

Таким образом, должностное лицо Правительства Москвы при принятии решения относительно уведомления заявителя, рассмотренных в пределах предоставленных ему полномочий, исходило из отсутствия возможности обеспечить безопасность участников мероприятия и предотвратить беспорядки.

Одним из доводов заинтересованного лица является то, что цель заявленного публичного мероприятия заведомо нарушает требования нравственности, в том числе нравственности несовершеннолетних.

Суд считает данный довод убедительным.

Согласно преамбуле и подпункту «с» пункта 1 статьи 29 Конвенции о правах ребенка, для защиты и гармоничного развития ребенка важны традиции и культурные ценности его народа, а государство обязано обеспечить направленность образования на воспитание уважения к культурной самобытности и ценностям ребенка, к национальным ценностям страны, в которой ребенок проживает.

Таким образом, законные интересы несовершеннолетних составляют важную социальную ценность, при этом одной из целей государственной политики в интересах детей является защита их от факторов, негативно влияющих на их физическое, интеллектуальное, психическое, духовное и нравственное развитие.

Пункт 1 статьи 14 ФЗ №124-ФЗ от 24.07.1998г. «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» предусматривает обязанность органов государственной власти Российской Федерации принимать меры по защите ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию.

Намерения организаторов мероприятия проводить массовые мероприятия только в открытых для свободного посещения местах, расположенных в историческом центре Москвы, и которые традиционно являются местами детского и семейного отдыха москвичей и гостей столицы, свидетельствует об их желании целенаправленного распространения гей-культуры с целью информационно-психологического воздействия на неограниченный круг лиц, в том числе и несовершеннолетних.

Из представленных властями города Москвы материалов следует, что имели место многочисленные обращения граждан, возражающих против проведения заявленного мероприятия с указанными целью и тематикой, оценены риски ущерба безопасности как самих участников планируемого мероприятия, так жителей и гостей города Москвы, дано заключение должностных лиц, отвечающих за безопасность в городе Москве относительно нецелесообразности проведения заявленного мероприятия исключительно по мотивам предотвращения беспорядков, охраны здоровья и нравственности, защиты интересов других лиц.

При этом суд отмечает, что оспариваемый отказ Правительства Москвы в согласовании, вопреки утверждению заявителей об обратном, сам по себе не содержит каких-либо дискриминационных мотивов по признакам половой ориентации, в том толковании как это указано в пункте 108 упомянутого Постановления Европейского Суда по правам человека от 21 октября 2010 года (Alekseyev v. Russia).

В связи с чем его доводы относительно дискриминации сексуальных меньшинств со стороны властей города Москвы, как не подтвержденные никакими материалами дела, признаются не состоятельными.

Ссылки заявителя на судебную практику Европейского Суда по правам человека основаны на произвольном толковании им Постановления от 21 октября 2010 года (Alekseyev v. Russia, жалобы №№ 4916/07, 25924/08 и 14599/09).

Доводы заявителя о том, что органы исполнительной власти города Москвы не предложили ему, как организатору публичного мероприятия, иного конкретного места, маршрута, времени и даты для их проведения, основаны на игнорировании действительных обстоятельств настоящего дела, в связи с чем во внимание приняты быть не могут.

Действительно, право на свободу собраний закреплено в статье 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Данное право, как указывал Европейский Суд по правам человека, являясь основополагающим правом в демократическом обществе, тем не менее, в силу пункта 2 статьи 11 названной Конвенции может подлежать ограничениям, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности или защиты прав и свобод других лиц (Постановление от 26 июля 2007 года по делу «Махмудов против Российской Федерации»). При этом государство должно воздерживаться от применения необоснованных косвенных ограничений этого права; должны иметься убедительные и неопровержимые доводы, оправдывающие вмешательство в это право.

Разрешая спор, суд, в силу критериев, вытекающих из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, оценивает обжалуемое решение органа публичной власти с точки зрения его правомерности и обоснованности, с тем, чтобы в данном конкретном случае не допустить несоразмерного ограничения права, гарантируемого статьей 31 Конституции Российской Федерации.

Действующее в Российской Федерации правовое регулирование обязывает суды исходить из того императивного требования, что у организаторов отсутствует право проведения мероприятия в случае, если нет согласия с органом власти относительно времени и места. Между тем, реализация права на свободу собраний должно производиться, в том числе, и с учетом таких категорий, как целесообразность, разумность, необходимость, соразмерность. Этим критериям оспариваемые решения Правительства Москвы отвечают.

Оценив собранные по делу доказательства, полномочия должностного лица, подписавшего ответ, в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое заявителями решение заместителя руководителя Департамента региональной безопасности города Москвы, и как следствие, - Правительства Москвы, произведено в соответствии с действующим законодательством, в рамках предоставленных полномочий, при этом права и свободы заявителей этим решением нарушены не были.

При таких обстоятельствах, суд считает заявленные требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 194-198, 199, 258 ГПК РФ, суд

Решил:

в удовлетворении заявления ФИО1, ФИО2, ФИО3 об оспаривании решения Правительства Москвы об отказе в согласовании проведения заявленных публичных мероприятий,- отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Тверской районный суд города Москвы в течение 1 месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья