Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указывает, что работает в СНТ «Судоремонтник» в должности юрисконсульта-кассира с ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ в 09 ч. 30 мин. ответчик зашла в здание правления СНТ, где она (истец) выполняла свои служебные обязанности. В тот момент в помещении находилось большое количество людей. Ответчик, общаясь с присутствующими в помещении членами правления СНТ, совершила в отношении нее неправомерное действие, выразившееся в нанесении оскорблений. Ссылается на то, что высказанные ответчиком выражения унижают ее честь и достоинство, нарушают ее право на доброе имя, в связи с чем она испытала нравственные страдания. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно дополняла основание иска, указав, что помимо оскорблений, высказанных в ее адрес ДД.ММ.ГГГГ, ответчик допускала оскорбительные выражения в ее адрес с июня 2017 г. по настоящее время. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ответчик вновь публично нанесла ей (истцу) оскорбление, допустив негативные высказывания относительно осуществления ею (истцом) трудовых обязанностей, а также распространяла листовки, текст которых содержал информацию, порочащую ее честь и достоинство, носящую оскорбительный для нее характер.

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении заявленных требований настаивала по основаниям, указанным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2, ее представитель ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражали по доводам, изложенным в ходе рассмотрения по делу.

По определению суда дело рассмотрено при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч.1 ст. 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (ч.1 ст. 23 Конституции РФ).

В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст.12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В силу абз. 10 ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 3 от 24.02.2005 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации обстоятельствами, имеющими значение для дела, являются факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и не соответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Как следует из положений указанного выше п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности за распространение порочащих сведений, должны быть одновременно установлены: порочащий характер сведений, факт распространения данных сведений ответчиком, несоответствие указанных сведений действительности. При отсутствии одного из указанных фактов, отсутствуют основания для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности.

Согласно п. 9 указанного Постановления обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1 осуществляла трудовую деятельность в должности юрисконсульта-кассира СНТ «Судоремонтник» с 2017 г. по 2020 г.

ДД.ММ.ГГГГ около 10 ч. 00 мин. ответчик, находясь в здании правления СНТ «Судоремонтник», высказала в адрес ФИО1 следующие фразы, которые, по мнению истца, порочат ее честь и достоинство, являются для нее оскорбительными: «…Вы же никто, товарищ ФИО1, понимаете, Вы же незаконно занимаете здесь место, еще учите нового председателя..», «…Людей судимых здесь нам не нужно за мошенничество..», «…Товарищ никто, который сидит, незаконно зарплату получает…», «… Сидит и учит, товарищ никто, сидит и учит…», «…Она как юрист что сейчас делает? Есть у вас журнал учета? На каком основании зарплату получает?...», «…У вас там чего-нибудь юрист понимает? Есть у нее хоть образование?...», «…Не поддерживать незаконные действия юриста, который и незаконно и занимает это место. Не законно. Собрание разве принимало ее на работу?...», «…А я вообще на правлении предложила по личному желанию ФИО1 уйти. Какие ей там еще выплаты? И сейчас еще ничего не делает и получает, и еще там хочет пособие получить…», «…Зря, товарищ ФИО1, Вы так себя тут ведете, как королева, которой все позволено. есть закон, который Вы обязаны выполнять. Там еще 181 статья Гражданского кодекса есть, один раздел, касающийся морально-правовых отношений. Для Вас ведь понятие морали и права хоть существует…», «… Сидеть за счет пенсионеров здесь и еще тянуть и тянуть, тянуть. На каком основании сейчас зарплата выдана. Тут она как юрист не знает, что решение судом принято, значит, никакой зарплаты получать не может…», «…Она безработная сюда пришла, безработная пришла сюда. Она тут живет с собаками и кошкой, а работы у нее не было. На понятно, почему у нее работы не было, абсолютно понятно, почему работы не было. Сейчас она ее нашла и до пенсии собралась здесь доживать. Молодая женщина, иди и ищи работу в городе. Что здесь сидеть-то в деревне, сейчас все садоводы уже разъехались по домам. Кого сейчас консультировать по юридическим вопросам? Кому надо, все услуги платные. Ей же предлагали предпринимателем оформитесь, снимайте у нас помещение, платите нам за аренду, отчисляйте налогу в соответствующие органы. Почему мы должны на свои членские взносы ее содержать? Она понимает, что отвечать будет руководитель, а с нее, как с гуся вода. Я уже сколько раз ей сказала, она потому и сидит, тянет тут. Она-то ни за что отвечать не будет. Они не самовольно. Ее приказом назначил ФИО4. Вопросы к нему и будут. А чтобы документы в суд оформить, мне нужно хотя бы по тому суду документы получить и до сих пор 10 месяцев не могу их получить. Это что? Законно? Это действия юриста. Юрист существует, не поправить, не научить, не подсказать. Прет, свою линию гнет. И деньги тянет с наших взносов…», «…Вот у нас только юриста никакой ответственности нет. Не можем получить. Она все считает, что она тут права…», «…чтобы исключить возможность воровства денег, поэтому закон так и принял решение…» (текст с аудиозаписи записан истцом собственноручно (л.д. 166-167 Том 1) с указанием времени, когда данные фразы были произнесены).

ФИО1 обратилась в правоохранительные органы с заявлением о привлечении ФИО2 к административной ответственности за высказанные в ее адрес оскорбления.

Определением заместителя Приморского межрайонного прокурора Архангельской области от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 5.61 КоАП РФ (оскорбление), в отношении ФИО2 на основании п.2 ч.1 ст. 24.5 КоАП РФ (в связи с отсутствием состава административного правонарушения).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 высказала в адрес истца следующие фразы, которые, по мнению истца, являются оскорбительными, порочат ее честь и достоинство: «… вам верить нельзя. Ни Вам, ни юристу вашему, верить совершенно невозможно…», «… у нас нет юриста…», «…Вы не пугайте, потому что Вы человек, не имеющий вообще понятия о совести. Вы нахалка и Вы наглая. Это все знают…», «ФИО5, мы его поднимаем, потому что хватит здесь заниматься самоуправством. Вы занимаетесь самоуправством… денежные средства… Нас сейчас интересует вот эта общая сумма, которая создается за счет сборов. Вам не стыдно? Конечно. Да. Все подделки мы бы выявили, что она подстраивала…» (текст с аудиозаписи записан истцом собственноручно с указанием времени, когда данные фразы были произнесены л.д.205-209 Том 1, л.д. 212 Том 1).

Высказывание ответчиком указанных выше фраз подтверждено материалами дела. В ходе рассмотрения дела указанное обстоятельство ответчиком не оспаривалось. Факт высказываний подтвержден как аудиозаписями, так и допрошенными судом свидетелями. При этом, по мнению ответчика, приведенные высказывания не носят оскорбительного характера, отражают лишь ее субъективное мнение.

Истец также указывает, что с июня 2017 г. по настоящее время (в судебном заседании уточнено – по ДД.ММ.ГГГГ) имелись иные факты оскорбления: «не юрист, а судимая», «она же судимая за мошенничество», «занимает должность юриста незаконно, никто ее не выбирал», «она ворует наши деньги из кармана пенсионеров», «как юрист вообще ноль», «сидит здесь за счет пенсионеров», «она мошенница и воровка» (Том 1 л.д. 69).

Ответчик отрицает произнесение приведенных фраз в указываемый истцом период. Считает, что данный довод истца не подтвержден доказательствами.

Кроме того, истцом представлена листовка с текстом: «SOS! Уважаемые садоводы, Инициативная группа СНТ «Судоремонтник» информирует вас о грубых финансовых нарушениях в СНТ. В течение 3-х лет, несмотря на решение Общего Собрания, за счет наших членских взносов содержится юрисконсульт. Готовимся к Общему Собранию – высшему органу Товарищества. Давайте решим вопрос вместе! Инициативная группа 19.06.2020». Истец ссылается на то, что данный текст также носит оскорбительный характер, порочит ее честь и достоинство, указывает, что данные листовки составлены и распространялись ответчиком.

Ответчик в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ не отрицала того факта, что расклеивала объявления с указанным текстом (л.д. 212 Том 1). Данный факт также подтвержден показаниями свидетеля ФИО6 (л.д. 213 Том1).

Как следует из разъяснений, изложенных в абз. 6 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст. 130 УК РФ, ст. 150, 151 ГК РФ).

При рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо учитывать, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, если только они не носят оскорбительный характер (п. 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утв. Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ).

Изучив доводы истца о том, что ответчиком с июня 2017 г. по настоящее время допускались факты оскорбления произнесением перечисленных на л.д. 69 Том 1 фраз, суд приходит к выводу о том, что данные обстоятельства не доказаны. Из материалов дела, показаний свидетелей не следует, что перечисленные фразы: «не юрист, а судимая», «она же судимая за мошенничество», «занимает должность юриста незаконно, никто ее не выбирал», «она ворует наши деньги из кармана пенсионеров», «как юрист вообще ноль», «сидит здесь за счет пенсионеров», «она мошенница и воровка» (Том 1 л.д. 69) – произносились ответчиком в адрес истца. Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о недоказанности факта нарушения ответчиком прав истца в данном случае, следовательно, об отсутствии оснований для защиты прав истца путем взыскания компенсации морального вреда.

В ходе рассмотрения дела была проведена судебная лингвистическая экспертиза в ФБУ Архангельская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ.

Предметом исследования являлись фразы, которые истец считает унижающими ее честь и достоинство, носящими оскорбительный характер, произнесенные ответчиком ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, а также текст листовки.

В заключении эксперта от ДД.ММ.ГГГГ№ указано: в высказываниях, произнесенных при разговоре ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ содержится негативная информация в отношении ФИО1 (конкретно нее) в форме утверждения о фактах:

- ФИО1 не является должностным лицом в СНТ «Судоремонтник», ее назначение и действия незаконны, т.к. собрание не принимало решения о приеме на работу юриста;

- ФИО1 незаконно получает зарплату, которая выплачивается из членских взносов садоводов;

- ФИО1 как юрист СНТ не выполняет своих обязанностей и не несет ответственность за свою деятельность.

По мнению суда, оценившего в совокупности все представленные сторонами доказательства, данные утверждения не относятся к сведениям, имеющим порочащий характер. Истцом не доказан тот факт, что распространяемые истцом сведения носят порочащий характер.

Кроме того, ответчик на момент произнесения указанных утверждений на самом деле была убеждена в том, что данные утверждения соответствуют действительности. Как следует из объяснений сторон, показаний свидетелей, представленных письменных доказательств, вопрос об основаниях занятия истцом должности юрисконсульта-кассира в СНТ возникал у членов СНТ в течение продолжительного времени. У членов СНТ, в том числе ответчика возникали претензии к выполнению истцом должностных обязанностей.

В экспертизе также указано, что в высказываниях ответчика содержится негативная информация в отношении истца в форме мнения:

- ФИО1 не заслуживает доверия, ей нельзя верить;

а также в форме оценочного суждения:

-ФИО1 не имеет юридического образования, она непрофессионал;

- ФИО1 ведет себя высокомерно и надменно, она бессовестная, бесцеремонная женщина.

Установить форму высказывания «людей судимых здесь нам не нужно за мошенничество» не представилось возможным. При этом в исследовательской части заключения указано, что информация, содержащаяся в данном высказывании, имеет форму намека. Намек с содержательной точки зрения предполагает обязательную реконструкцию сути текста по неполным данным, т.е. угадывание, в основе которого лежат знания адресата об обсуждаемой проблемной ситуации. Если адресат не имеет необходимых фоновых знаний, то намек не будет прочитан, понят. В процессе угадывания намека может быть восстановлена любая из форм подачи информации (утверждение, предположение, мнение или оценочное суждение). Намек не может оскорблять, унижать, порочить, так как нельзя установить, был ли намек понят, то есть была ли догадка. Намеки могут быть определены экспертом-лингвистом, но не могут быть аргументами при вычленении информации негативного содержания.

Экспертом указано, что в приведенных в первом вопросе высказываниях (в форме утверждений о фактах, мнения, оценочного суждения) отсутствуют слова и выражения со значением унизительной оценки ФИО1, а также отсутствуют лингвистические признаки неприличной формы выражения.

При этом, как указывает эксперт в заключении, употребление высказываний «нахалка», «наглая», «товарищ никто» в силу содержащегося в них негативного значения неприятно, обидно для адресата (ФИО1), однако выражения с этими словами не табуированы, в сравнении с коннотативно маркированными синонимическими выражениями (например, охальница, хамка, хабалка, выпендрежница, срамница, базарная баба), не имеют ярко выраженной инвективной направленности и допускаются в публичном общении, хотя и неприемлемы в ситуации официально-делового стиля, когда говорящий должен контролировать свое речевое поведение, ограничивать себя при выборе экспрессивно-эмоциальнальных речевых средств.

Слова «нахалка» и «наглая» не являются бранными, обсценными и т.п., зафиксированы в словниках академических словарей, не содержат пометок бран., груб., презр., пренебр., неценз., табу и проч.

В целом спорные выражения соответствуют речевым нормам устного официально-делового стиля: общение на «Вы» и по имени и отчеству или фамилии, использование стандартной официальной формулы со словом «товарищ». Адресант (ФИО2) допускает стилевые нарушения в высказывании «Самое главное, ты не будешь председателем»: обращение на «ты» и использование разговорной лексики в высказывании «Вы нахалка…», которые недопустимы в ситуации устного официально-делового общения. Однако о они не являются грубым нарушением этико-речевых норм.

Как указано выше, оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ, если только они не носят оскорбительный характер.

Суд с учетом всех обстоятельств по делу, принимая во внимание все представленные сторонами доказательства, не усматривает какого-либо оскорбительного характера в высказанных ответчиком мнении, оценочных суждениях.

Относительно текста листовки эксперт указывает, что негативная информация в отношении конкретно ФИО1 отсутствует.

Суд принимает заключение эксперта ФБУ Архангельская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ. Данное заключение признается допустимым и достоверным доказательством по делу, поскольку оно проведено экспертом с соответствующим образованием, аттестованным на право самостоятельного производства экспертиз по специальности 26.1 «Исследование продуктов речевой деятельности» и имеющей стаж экспертной работы по указанной специальности с 2014 г.; выводы эксперта изложены подробно и последовательно, непротиворечивы и научно обоснованы; эксперт предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения. Оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется.

Не согласившись с экспертизой, истец представила судебное лингвистическое исследование (рецензию), составленное ООО «Лингва-эксперт», от ДД.ММ.ГГГГ. Суд не принимает данное заключение в качестве надлежащего доказательства, опровергающего выводы судебной экспертизы, ввиду следующих обстоятельств. Лицо, проводившее данное исследование, не предупреждалось судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Вопросы, поставленные перед экспертом, существенно отличаются от тех вопросов, которые ставил суд в своем определении о назначении экспертизы. Вопросы, поставленные перед экспертом, не обсуждались со стороной ответчика, в судебном заседании. Стороне ответчика не была предоставлена возможность высказать свои замечания на поставленные вопросы, сформулировать свои вопросы перед экспертом. Ответчик не был извещен о проведении какого-то исследования. Истец на вопросы суда не смогла четко пояснить, кто поставил вопросы перед экспертом ООО «Лингва-эксперт». Она указала, что принесла в ООО «Лингва-эксперт» определение суда о назначении экспертизы, из определения суда выбирались эти вопросы. Истец пояснила, что совместно с руководителем экспертного учреждения составляла вопросы. Потом пояснила, что она не формулировала вопросы, скорее всего эксперт взял информацию с диска и провел экспертизу. Кроме того, истцом была представлена судебная экспертиза, на которую составлена рецензия (данные сведения зафиксированы в протоколе судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, аудиопротоколе данного судебного заседания).

Судебное лингвистическое исследование ООО «Лингва-эксперт», составленное в рамках рассмотрения Октябрьским районным судом г.Архангельска гражданского дела № по иску ФИО1 к ФИО7 о компенсации морального вреда, также не принимается судом в качестве относимого и допустимого доказательства ввиду следующего. Данное исследование было проведено в рамках иного гражданского дела, в котором ответчик не являлась стороной, следовательно, была лишена возможности представить какие-либо замечания относительно поставленных на исследование вопросов, поставить свои вопросы на исследование. Кроме того, в рамках гражданского дела № в Октябрьском районном суде г.Архангельска, рассматривался вопрос о том, были ли допущены ФИО7 высказывания в адрес ФИО1, которые унижают ее честь и достоинство, оскорбляют ее. Таким образом, предметом исследования являлись высказывания ответчика по тому гражданскому делу (ФИО7). Вопросы о высказываниях ФИО2 в отношении ФИО1 не ставились.

Учитывая все вышеизложенное, оценив в совокупности все представленные сторонами доказательства, в том числе показания свидетелей, аудиозаписи, заключение судебной экспертизы, суд приходит к выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, имеющих значение по данному делу по спору о защите чести, достоинства, деловой репутации, позволяющих удовлетворить требования истца (факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и не соответствие их действительности).

На основании изложенного, иск ФИО1 не может быть удовлетворен.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В данном случае в удовлетворении иска судом отказано.

В рамках настоящего гражданского дела была проведена судебная экспертиза в ФБУ Архангельская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ, стоимость которой составила 38 400 руб.

Ходатайство о назначении экспертизы было заявлено стороной истца.

В соответствии ст. 96 ГПК РФ расходы по проведению экспертизы были возложены определением суда о назначении экспертиза на истца.

Из материалов дела, объяснений истца следует, что экспертиза истцом на момент вынесения решения суда не оплачена.

Учитывая приведенные положения норм ГПК РФ, принимая во внимание обязанность истца оплатить экспертизу, возложенную на нее судом в определении о назначении экспертиза на основании ст. 96 ГПК РФ, исходя из того, что в удовлетворении иска истцу отказано в полном объеме, суд приходит к выводу о том, что с истца в пользу экспертного учреждения ФБУ Архангельская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ подлежит взысканию стоимость экспертизы.

В силу ст. 88, 98 ГПК РФ расходы по уплате государственной пошлины возмещению истцу стороной ответчика не подлежат.

Руководствуясь статьями 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу федерального бюджетного учреждения Архангельская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации расходы на проведение экспертизы в размере 38 400 (Тридцати восьми тысяч четыреста) руб.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд через Соломбальский районный суд города Архангельска в течение месяца со дня изготовления его в окончательном виде.

Председательствующий И.В. Одоева

Мотивированное решение составлено 22.12.2020.