Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора аренды незаключенным, о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании договора аренды незаключенным, о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, судебных расходов, сославшись на то, что 10 марта 2020 года между ним и ответчиком ФИО3 был подписан договор аренды жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>. При этом в п.1.1. договора аренды указано, что арендуемое помещение принадлежит арендодателю на праве собственности. 10 марта 2020 года ответчику ФИО3 им были переданы денежные средства в качестве арендной платы в размере 250 000 рублей. Вместе с тем, арендованным помещением он не пользовался. Однако договор аренды является незаключенным, поскольку договор подписан не собственником помещения, арендная плата получена не собственником помещения. Так, согласно выписки из Единого государственного реестра недвижимости от 15 июня 2020 года собственником указанного жилого помещения с 2003 года значится П. Ю.М. Между тем, право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. При таких обстоятельствах договор аренды жилого помещения от 10 марта 2020 года является незаключенным и не порождает каких-либо юридических последствий. Таким образом, денежные средства в сумме 250 000 рублей, полученные ответчиком ФИО3 в отсутствии заключенного договора, являются неосновательным обогащением и подлежат возврату в полном объеме. В связи с чем 30 июня 2020 года им в адрес ответчика ФИО3 была направлена претензия с требованием возвратить полученные денежные средства, однако указанное требование ответчиком было проигнорировано. В связи с чем истец ФИО1 обратился в суд с настоящими исковыми требованиями и просит признать договор аренды жилого помещения от 10 марта 2020 года между ФИО3 и ФИО1 незаключенным, взыскать в его пользу с ответчика ФИО3 неосновательное обогащение в размере 250 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания за период с 10 марта 2020 года по 12 июля 2020 года в размере 4 716 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 700 рублей, расходы по оформлению нотариально удостоверенной доверенности на представителя в размере 2 150 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 заявленные исковые требования поддержали по изложенным доводам и основаниям, сославшись на то, что в соответствии с положениями ст.608 Гражданского кодекса РФ право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Согласно сведений Единого государственного реестра недвижимости собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, является П. Ю.М. При этом собственника может представлять уполномоченное лицо, однако в качестве арендодателя выступает сам собственник, а не представитель, таким образом, ответчик ФИО3 в отсутствие законных оснований указала себя в качестве арендодателя по договору, подписала договор аренды и получила денежные средства в качестве предоплаты, не являясь собственником жилого помещения либо лицом, уполномоченным законом или собственником сдавать имущество в аренду. Договор безвозмездного пользования является мнимым, не имеет правового смысла и не влечет каких-либо правовых последствий, не содержит акта приема-передачи, составлен на срок, не влекущий обязательство по его государственной регистрации, при этом условие договора о возможности сдавать имущество в аренду третьим лицам не соответствует характеру договора и является ничтожным, поскольку такое полномочие могло появиться у ответчика ФИО3 только в случае оформления соответствующей нотариальной доверенности от собственника либо заключения с собственником объекта необходимого договора (доверительного управления, поручения и т.д.). Имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью, что подразумевает равное право супругов на пользование объектом недвижимого имущества в соответствии с его целевым назначением. Таким образом, факт наличия у ответчика ФИО3 имущества на праве общей совместной собственности не наделяет ее законным правом распоряжаться данным имуществом от своего имени и в своих интересах, заключая договоры аренды с третьими лицами, в отсутствии соответствующих правомочий от собственника объекта, следовательно, договор аренды от 10 марта 2020 года был заключен неуполномоченным лицом. При этом такая сделка, заключенная неуполномоченным лицом, не отвечает требованиям закона, поэтому является ничтожной согласно ст.168 Гражданского кодекса РФ, независимо от признания ее таковой судом, согласно ст.167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, следовательно, договор аренды жилого помещения от 10 марта 2020 года является незаключенным, а денежные средства, переданные ответчику ФИО3, являются неосновательным обогащением.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, представила в адрес суда заявление о рассмотрении настоящего дела в ее отсутствие с участием ее представителя ФИО4, в связи с чем суд в соответствии с ч.5 ст.167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие ответчика ФИО3

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО4 в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, сославшись на то, что жилой дом, являющийся предметом договора аренды жилого помещения от 10 марта 2020 года, принадлежит ответчику ФИО3 на праве общей совместной собственности с супругом П. Ю.М., поскольку указанный жилой дом приобретен ими в период совместного брака и принадлежит им в равных долях. Кроме того, 01 февраля 2020 года между ФИО3 и ее супругом П. Ю.М. был заключен договор безвозмездного пользования недвижимым имуществом, согласно условий которого П. Ю.М. передал своей супруге ФИО3 в пользование жилой дом с целью сдачи его по договору аренды жилого помещения физическим лицам, следовательно, П. Ю.М. одобрил все последующие сделки, которые будут заключены его супругой ФИО3 Все приведенные обстоятельства были изложены ответчиком ФИО3 в ответе от 07 июля 2020 года на претензию истца ФИО1 от 29 июня 2020 года, который был получен представителем истца ФИО1 - ФИО2 посредством почтовой связи 10 июля 2020 года. Вместе с тем, представитель истца ФИО1 - ФИО2 указывает, что ответ на претензию не получен, вводя тем самым суд в заблуждение. При этом в соответствии со ст.310 Гражданского кодекса РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются. Ответчик ФИО3 надлежащим образом осуществила исполнение договора аренды жилого помещения от 10 марта 2020 года. Кроме того, в случае подписания договора от имени одной из его сторон неуполномоченным лицом применению подлежат положения ст.183 Гражданского кодекса РФ, которые влекут за собой иные последствия, чем признание договора незаключенным. Таким образом, истцом избран ненадлежащий способ защиты нарушенного права, обоснование исковых требований не основано на норме права и содержит признаки злоупотребления правом со стороны истца. В связи с чем просил в удовлетворении заявленных исковых требований отказать в полном объеме.

Заслушав истца ФИО1 и его представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3 - ФИО4, исследовав письменные материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных исковых требований по следующим основаниям.

Согласно пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают: из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно пункта 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно пункта 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии со статьей 608 Гражданского кодекса Российской Федерации право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду.

В силу пункта 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Из приведенной выше нормы следует, что к совместно нажитому имуществу супругов закон относит принадлежащие им на праве собственности вещи и имущественные права. Аналогичные разъяснения относительно имущества, подлежащего разделу как совместно нажитого, приведены в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 года №15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака".

В силу пунктов 1, 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Как следует из пункта 1 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации, раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов

Согласно пункта 2 названной статьи общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению.

В силу пункта 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно пункта 1 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (пункт 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 названной статьи каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Правила настоящей статьи применяются постольку, поскольку для отдельных видов совместной собственности настоящим Кодексом или другими законами не установлено иное.

В силу положений статьи 608 Гражданского кодекса Российской Федерации на стороне арендодателя может выступать как собственник имущества, так и уполномоченные им (или в силу закона) лица. Вопрос о договоре аренды с множественностью лиц на стороне арендодателя возникает в случае, если передаваемое в аренду имущество принадлежит нескольким собственникам. В этом случае важны нормы гражданского законодательства о распоряжении имуществом, принадлежащим нескольким собственникам (статьи 246, 253 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, 10 марта 2020 года ФИО3 и ФИО1 подписан договор аренды жилого помещения, из содержания которого следует, что ФИО3, действующая на основании договора, именуемая в дальнейшем "арендодатель", и ФИО1, действующий на основании договора, именуемый в дальнейшем "арендатор", заключили договор, в соответствии с условиями которого арендодатель передает, а арендатор принимает во временное пользование жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>

Согласно пункта 1.2. приведенного договора арендуемое помещение предоставляется арендатору для использования под комнаты для сдачи в наем и на момент передачи в аренду пригодно для использования на эти цели.

Арендуемое помещение, его оборудование и имущество должны быть переданы арендодателем и приняты арендатором по акту сдачи-приемки (пункт 2.1. договора аренды жилого помещения).

Согласно пункта 2.2. приведенного договора с момента подписания акта сдачи-приемки арендатору должен быть обеспечен беспрепятственный доступ в арендуемое помещение.

В соответствии с разделом 4. договора аренды арендатор оплачивает арендодателю арендную плату согласно графика: 10 марта 2020 года - 250 000 рублей, 15 июля 2020 года - 250 000 рублей. Общая сумма арендной платы составляет 500 000 рублей.

Пунктом 7.1. установлено, что договор вступает в действие с 01 мая 2020 года и действует по 01 октября 2020 года.

Как усматривается из представленной истцовой стороной расписки, ФИО3 получила от ФИО1 250 000 рублей в счет аренды гостиницы, состоящей из 14 номеров.

Согласно выписки из Единого государственного реестра недвижимости № от 15 июня 2020 года П. Ю.М. принадлежит на праве собственности жилой дом, общей площадью 188,5 кв.м., с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес> о чем 30 января 2003 года составлена запись государственной регистрации права №

ДД.ММ.ГГГГ года заключен брак между П. Ю.М.и М. М.Г., после заключения брака присвоены фамилии: мужу - "П.", жене - "Паскалиди", что подтверждается свидетельством о заключении брака серия №, выданным Тетрицкаройским отделом ЗАГС Грузинской ССР.

На основании договора безвозмездного пользования недвижимым имуществом от 01 февраля 2020 года П. Ю.М. передал в безвозмездное пользование ФИО3 жилой, являющийся объектом общей совместной собственностью супругов, расположенный по адресу: <адрес>

30 июня 2020 года представителем ФИО1 - ФИО2 посредством почтовой связи в адрес ФИО3 направлена претензия с требованием возврата полученных денежных средств в размере 250 000 рублей, в связи с тем, что договор аренды от 10 марта 2020 года является незаключенным, так как подписан не собственником жилого дома, передаваемого в аренду, что подтверждается претензией от 29 июня 2020 года, кассовым чеком АО "Почта России" от 30 июня 2020 года.

08 июля 2020 года ФИО3 посредством почтовой связи в адрес ФИО1 и его представителя ФИО5 направлен ответ на претензию от 29 июня 2020 года, в котором ФИО3 указала, что жилой дом, являющийся предметом договора аренды жилого помещения от 10 марта 2020 года, принадлежит ей на праве общей совместной собственности супругов, кроме того, 01 февраля 2020 года между ней и её супругом П. Ю.М. заключен договор безвозмездного пользования недвижимым имуществом, согласно условий которого П. Ю.М. передал ей в пользование жилой дом с целью сдачи его в аренду. Также ФИО3 указала, что согласно п.4.1. договора аренды в срок до 15 июля 2020 года подлежит оплате вторая часть арендной платы в размере 250 000 рублей, в противном случае с 16 июля 2020 года договор аренды от 10 марта 2020 года расторгается, что подтверждается ответом на претензию от 07 июля 2020 года, кассовыми чеками АО "Почта России" от 07 июля 2020 года, отчетами об отслеживании отправления с почтовым идентификатором №.

Согласно пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Аналогичная правовая норма закреплена статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть представлены сторонами. Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч.1 ст.118 Конституции Российской Федерации), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

В силу пункта 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, в силу присущего исковому виду судопроизводства начала диспозитивности, эффективность правосудия обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет, в свою очередь, лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности.

В ходе судебного разбирательства представленными суду письменными доказательствами и пояснениями сторон по делу установлено, что жилой дом, общей площадью 188,5 кв.м., с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, был приобретен П. Ю.М. и ФИО3 в период брака, то есть в силу статьи 34 Семейного кодекса РФ и статьи 256 Гражданского кодекса РФ он является их совместной собственностью, правом на распоряжение которым в соответствии с положениями статьи 35 Семейного кодекса РФ и статьи 253 Гражданского кодекса РФ имеет каждый из участников совместной собственности, следовательно, в силу вышеуказанных норм ответчик ФИО3 также имеет право владения, пользования и распоряжения указанным объектом недвижимого имущества, а также правом на совершение сделок с данным объектом недвижимого имущества, при этом П. Ю.М. выразил своё согласие на заключение договора аренды ФИО3 в отношении указанного объекта недвижимого имущества, заключив с последней договор безвозмездного пользования недвижимым имуществом от 01 февраля 2020 года, и доказательств обратного суду не представлено, таким образом, в силу закона ответчик ФИО3 так же как и П. Ю.М. имеет право на владение, пользование и распоряжение жилым домом, расположенным по адресу: <адрес>, в том числе право на предоставление его в аренду, а отсутствие в Едином государственном реестре недвижимости записи о праве собственности ответчика ФИО3 на вышеуказанный объект недвижимости не может являться основанием для признания договора аренды жилого помещения от 10 марта 2020 года незаключенным.

Также суд полагает необходимым отметить, что сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, является оспоримой, а не ничтожной, вопреки ошибочному толкованию норм материального права истцовой стороной, и может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (пункт 3 статьи 253 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, принимая во внимание вышеобозначенные обстоятельства, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании договора аренды незаключенным по доводам и основаниям, приведенным истцом ФИО1 в исковом заявлении (часть 3 статьи 196 ГПК РФ), а поскольку суд не находит оснований для признания договора аренды жилого помещения от 10 марта 2020 года незаключенным по основаниям, приведенным истцом ФИО1 в исковом заявлении, при этом иных оснований возникновения на стороне ответчика ФИО3 неосновательного обогащения в заявленном размере истцовой не приведено, следовательно, у суда отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Возмещение судебных расходов возможно только одной стороне, в пользу которой состоялось решение суда: либо это сторона истца - при удовлетворении иска, либо сторона ответчика - при отказе в удовлетворении исковых требований.

Таким образом, возмещение судебных издержек на основании приведенных норм осуществляется только той стороне, в пользу которой вынесено решение суда. Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов при вынесении решения является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования.

В связи с тем, что суд не находит оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований к ФИО3 о признании договора аренды незаключенным, о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, правовых оснований для взыскания расходов по оплате услуг представителя, расходов по оплате государственной пошлины, расходов по оформлению нотариально удостоверенной доверенности на представителя (ст.ст.98, 100 ГПК РФ) у суда не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании договора аренды незаключенным, о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, судебных расходов - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Краснодарского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Анапский городской суд.

Судья:

Мотивированное решение суда изготовлено 20 января 2021 года