Гражданский кодекс часть 1

Нальчикский городской суд Кабардино-Балкарской Республики в составе: председательствующего Шапкиной Е.В., при секретаре Кодзевой Л.Б., прокуроре Татаровой А.Б., с участием представителя ответчика ФИО1 – ФИО2, действующего по доверенности от 10.07.2020г., представителей третьих лиц: Министерства земельных и имущественных отношений Кабардино-Балкарской Республики – ФИО4, действующего по доверенности от 11.01.2021г. №4, Местной администрации г.о. Нальчик – ФИО5, действующего по доверенности от 12.01.2021г. №45-1-09/19, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Акционерного Общества «Теплосервис» к Конкурсному ФИО6 Магометовичу, Обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом Фруктони», ФИО1 о признании недействительными торгов по продаже имущества МУП ЖХ-СЗ, итоги которых подведены протоколом о результатах продажи в электронной форме посредством публичного предложения, состоявшихся 14 марта 2019 года (протокол СТП-3447/24 от 14 марта 2019 года), о признании недействительными (ничтожными) договоров купли-продажи от 19 марта 2019 года, заключенного между МУП ЖХ-СЗ в лице конкурсного управляющего ФИО7 и ООО «Торговый дом Фркутони», от 04 февраля 2020 года, заключенного между ООО «Торговый дом Фруктони» и ФИО1, о применении последствий недействительности указанных договоров в части продажи помещений, непосредственно занятых тепловым пунктом и помещений, предназначенных для его обслуживания ( в техническом паспорте под номерами 3, 4, 5, 6, 7), а именно – возвратить это имущество МУП ЖХ-СЗ, о признании недействительными записей в ЕГРП о регистрации права собственности за ФИО1 на земельный участок, кадастровый №, общей площадью 560кв.м., расположенный в <адрес> «А» и нежилое здание, общей площадью 744,3 кв.м., расположенное в <адрес> «А», о признании не возникшим и отсутствующим право собственности ФИО3 на земельный участок, кадастровый №, общей площадью 560кв.м., расположенный в <адрес> «А» и нежилое здание, общей площадью 744,3 кв.м., расположенное в <адрес> «А», -

У С Т А Н О В И Л:

Акционерное Общество «Теплосервис» обратилось в суд с иском к Конкурсному Управляющему ФИО7, Обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом Фруктони», ФИО1 с учетом уточнений в порядке ст. 39 ГПК РФ о признании недействительными торгов по продаже МУП ЖХ-СЗ, итоги которых подведены протоколом о результатах продажи в электронной форме посредством публичного предложения, состоявшихся 14 марта 2019 года (протокол № от ДД.ММ.ГГГГ), о признании недействительными (ничтожными) договоров купли-продажи от 19 марта 2019 года, заключенного между МУП ЖХ-СЗ в лице конкурсного управляющего ФИО7 и ООО «Торговый дом Фркутони», от 04 февраля 2020 года, заключенного между ООО «Торговый дом Фруктони» и ФИО1, о применении последствий недействительности указанных договоров в части продажи помещений, непосредственно занятых тепловым пунктом и помещений, предназначенных для его обслуживания ( в техническом паспорте под номерами 3, 4, 5, 6, 7), а именно – возвратить это имущество МУП ЖХ-СЗ, о признании недействительными записей в ЕГРП о регистрации права собственности за ФИО1 на земельный участок, кадастровый №, общей площадью 560кв.м., расположенный в <адрес> «А» и нежилое здание, общей площадью 744,3 кв.м., расположенное в <адрес> «А», о признании не возникшим и отсутствующим право собственности ФИО1 на земельный участок, кадастровый №, общей площадью 560кв.м., расположенный в <адрес> «А» и нежилое здание, общей площадью 744,3 кв.м., расположенное в <адрес> «А».

В обоснование заявленных требований истцом указано следующее.

19 марта 2019 года между МУП ЖХ-СЗ и ООО «Торговый дом Фруктони» по результатам открытых торгов в форме публичного предложения по продаже имущества МУП ЖХ-СЗ № от ДД.ММ.ГГГГ, заключен договор купли-продажи двухэтажного здания, площадью 744,3 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> «А». В дальнейшем, ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Торговый дом Фруктони» и ФИО3 заключен договор купли-продажи земельного участка, площадью 560 кв.м., с кадастровым номером № и двухэтажного здания, площадью 744,3 кв.м., расположенных по адресу: <адрес> «А». Между тем, в помещении здания по <адрес> «А», в <адрес>, расположено технологическое оборудование Центрального теплового пункта (ЦТП) «5-й микрорайон», принадлежащий АО «Теплосервис» и находящийся в эксплуатации у МУП «Нальчикская теплоснабжающая компания» по договору аренды. Согласно информации МУП «Нальчикская теплоснабжающая компания», ООО «Торговый дом Фруктони» ограничил доступ сотрудников предприятия в помещение ЦТП «5-й микрорайон». В вышеуказанном здании находится оборудование для подачи не только горячего, но и холодного водоснабжения абонентам. В связи с ограничением доступа МУП «Нальчикская теплоснабжающая компания» в помещение ЦТП «5-й микрорайон» поставки тепловой энергии выполняются не должным образом. В связи с чем, увеличилось количество жалоб и обращений жителей многоквартирных домов в микрорайоне «Горный». Функциональным назначением вышеуказанного ЦТП является присоединение систем теплопотребления и горячего водоснабжения жилых домов и других зданий близлежащего района к централизованному поставщику тепловой энергии и горячей воды. Нагрев холодной воды, получаемой из системы холодного водоснабжения района и подача горячей воды в обслуживаемые здания и сооружения. В Арбитражном суде Кабардино-Балкарской Республики находится гражданское дело №А20-62/2020 по иску ООО «ТД Фруктони» к АО «Теплосервис» об обязании осуществить демонтаж технологического оборудования Центрального теплового пункта (ЦТП) «5—й микрорайон» с последующим выносом из помещения двухэтажного здания площадью 744,30 кв.м., расположенного по адресу: КБР, <адрес> с кадастровым номером № в 5-ти дневный срок с момента вступления в законную силу судебного акта. Демонтаж всего оборудования ЦТП приведет к прекращению теплоснабжения и горячего водоснабжения в обслуживаемых зданиях и сооружениях района, ввиду того, что вся распределительная, разводящая сеть трубопроводов ГВС и теплоснабжения, обеспечивающая подачу горячей воды и теплоносителя в жилые дома и другие здания района установлена именно в ЦТП, другой альтернативы тепло- и водоснабжения потребителей района не существует. В случае демонтажа ЦТП будет нанесен невосполнимый, существенный ущерб теплоснабжению зданий, технологически подключенных к оборудованию ЦТП. Использование помещения, в котором находится ЦТП в иных целях, не связанных с обеспечением теплоснабжения и горячего водоснабжения исходя из технических особенностей функционирования ЦТП не допустимо, следовательно, указанное помещение не предназначено для использования в иных целях, не связанных с обеспечением теплоснабжения и горячего водоснабжения. Таким образом, речь идет о сделках, нарушающих требования действующего законодательства. В связи с чем, истец вынужден был обратиться в суд с вышеуказанными требованиями.

От представителя истца АО «Теплосервис» поступило заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, в котором она указала, что поддерживает заявленные требования и просит их удовлетворить. Суд счел возможным рассмотреть дело без участия представителя истца по правилам ст. 167 ГПК РФ.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО1 – ФИО2 заявленные требования не признал, просил в их удовлетворении отказать за пропуском срок и за необоснованностью.

Представители третьих лиц: Министерства земельных и имущественных отношений Кабардино-Балкарской Республики – ФИО4, и Местной администрации г.о. Нальчик – ФИО5 сочли заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению.

От ответчика - конкурсного управляющего ФИО7 имеется заявление о рассмотрении дела в его отсутствие с его письменной позицией об отказе в удовлетворении искав связи с отсутствием для этого оснований.

Ответчик ООО «Торговый дом Фруктони», третье лицо МУП «Нальчикская теплоснабжающая компания», будучи надлежаще извещены, не явились, явку своих представителей не обеспечили. Суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц по правилам ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав явившихся лиц, заключение прокурора, полагавшей заявленный иск обоснованным, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов самостоятельно определив способы их судебной защиты, соответствующие ст. 12 ГК РФ.

Согласно ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. В силу принципа состязательности сторон (ст. 12 ГПК Российской Федерации) и требований ч. 2 ст. 35, ч. 1 ст. 56, ч. 1 ст. 68 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Как усматривается из материалов дела, решением Арбитражного суда КБР от 23 октября 2007 года МУП ЖХ-СЗ признано несостоятельным (банкротом), было открыто конкурсное производство и определением 11 сентября 2018 года конкурсным управляющим утвержден ФИО7. Из Выписки из ЕГРЮЛ следует, что МУП ЖХ-СЗ прекратило свою деятельность в связи с ликвидацией на основании определения о завершении конкурсного производства с 07 октября 2019 года.

Судом установлено, что 19 марта 2019 года между МУП ЖХ-СЗ в лице конкурсного управляющего ФИО7 и ООО «Торговый дом Фруктони» был заключен договор купли-продажи двухэтажного здания, площадью 744,3 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> «А», данная сделка состоялась на основании результатов открытых торгов в форме публичного предложения по продаже имущества МУП ЖХ-СЗ № от ДД.ММ.ГГГГ.

Далее, согласно договору от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Торговый дом Фруктони» продало ФИО1 земельный участок, площадью 560 кв.м., с кадастровым номером № и здание, площадью 744,3 кв.м., расположенные по адресу: <адрес> «А».

Доводы истца по настоящему иску сводятся к тому, что предметом вышеназванных договоров купли-продажи являются помещение центрального теплового пункта и помещения, предназначенные для его обслуживания, то есть речь идет о социально значимом объекте.

Судом установлено и никем не оспаривалось, что в здании, расположенном в <адрес> «А», находится Центральный тепловой пункт, «5-й Микрорайон», обеспечивающий водоснабжением жителей названного микрорайона.

В Правилах технической эксплуатации тепловых энергоустановок, утвержденных Приказом Минэнерго России от 24 марта 2003 года №115, тепловой пункт трактуется как комплекс устройств, расположенный в обособленном помещении, состоящий из элементов тепловых энергоустановок, обеспечивающих присоединение этих установок к тепловой сети, их работоспособность, управление режимами теплопотребления, трансформацию, регулирование параметров теплоносителя.

В соответствии с частью 3 статьи 2 Федерального закона от 27.07.10 N 190-ФЗ "О теплоснабжении" источник тепловой энергии - это устройство, предназначенное для производства тепловой энергии. Часть 5.1 указанной статьи определяет понятие объектов теплоснабжения как источников тепловой энергии, тепловых сетей или их совокупности. Система теплоснабжения, согласно ч. 14 названной статьи - это совокупность источников тепловой энергии и теплопотребляющих установок, технологически соединенных тепловыми сетями.

Часть 14 статьи 2 Федерального закона N 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении» определяет объект централизованной системы горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения как инженерное сооружение, входящее в состав централизованной системы горячего водоснабжения (в том числе центральные тепловые пункты), холодного водоснабжения и (или) водоотведения, непосредственно используемое для горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения.

Суд полагает, что спорное имущество действительно используется как центральный тепловой пункт, задействовано в системах горячего и холодного водоснабжения и теплоснабжения 5 микрорайона г. Нальчика, то есть является социально значимым объектом, в связи с чем, его следовало реализовывать посредством проведения торгов в форме конкурса. Доказательств, опровергающих установленное обстоятельство, суду не представлено.

Согласно пункту 4 статьи 132 Закона о банкротстве социально значимые объекты продаются в порядке, установленном статьей 110 данного Закона. При этом обязательными условиями конкурса по продаже указанных объектов являются обязательства покупателей обеспечивать надлежащее содержание и использование таких объектов в соответствии с их целевым назначением, а также выполнение иных устанавливаемых в соответствии с законодательством Российской Федерации обязательств. В случае продажи объектов коммунальной инфраструктуры к обязательным условиям конкурса относятся также обязательства покупателей предоставлять гражданам, организациям, осуществляющим эксплуатацию жилищного фонда социального использования, а также организациям, финансируемым за счет средств бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, товары (работы, услуги) по регулируемым ценам (тарифам) в соответствии с установленными надбавками к ценам (тарифам) и предоставлять упомянутым потребителям установленные федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления льготы, в том числе льготы по оплате товаров (работ, услуг). После проведения конкурса орган местного самоуправления заключает с покупателем социально значимых объектов соглашение об исполнении условий конкурса.

Нормы статьи 139 Закона о банкротстве, регулирующие порядок продажи имущества, в том числе посредством публичного предложения, не подлежат применению при продаже социально значимых объектов, поскольку статьей 132 Закона о банкротстве установлен особый порядок продажи имущества должника, не включенного в конкурсную массу.

Обязательными условиями конкурса по продаже указанных объектов являются обязательства покупателей обеспечивать надлежащее содержание и использование указанных объектов в соответствии с их целевым назначением, а также выполнение иных устанавливаемых в соответствии с законодательством Российской Федерации обязательств.

В случае продажи объектов коммунальной инфраструктуры к обязательным условиям конкурса относятся также обязательства покупателей предоставлять гражданам, организациям, осуществляющим эксплуатацию жилищного фонда социального использования, а также организациям, финансируемым за счет средств бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, товары (работы, услуги) по регулируемым ценам (тарифам) в соответствии с установленными надбавками к ценам (тарифам) и предоставлять указанным потребителям установленные федеральными законами, законами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления льготы, в том числе льготы по оплате товаров (работ, услуг).

Обязательными условиями конкурса по продаже спорного имущества являлось обязательство покупателя обеспечивать надлежащее содержание и использование указанных объектов в соответствии с их целевым назначением.

Однако, данные обязательства не отражены ни в договоре от 19 марта 2019 года, ни от 04 февраля 2020 года, равно как и покупатели в лице ООО «Торговый дом Фруктони» и ФИО1 не собирались использовать помещения по назначению.

Более того, суд считает установленным, что после сделок от 19 марта 2019 года и от 04 февраля 2020 года, были выявлены случаи поставки тепловой энергии абонентам 5-го микрорайона г. Нальчика не должным образом, в связи с тем, что отсутствовал допуск в помещение Центрального теплового пункта, что послужило увеличению жалоб и обращений от жителей 5-го микрорайона г. Нальчика. К доводам представителя ответчика ФИО1 – ФИО2 о том, что в настоящее время не имеется никаких проблем, доступ к помещению обеспечен сотрудникам МУП «НТСК», суд относится критически, так как это происходит исключительно в связи с принятыми в рамках настоящего дела обеспечительными мерами, более того, в ходе рассмотрения дела неоднократно озвучивалась позиция о заключении мирового соглашения на условиях подписания какого-либо договора, то есть собственник фактически имеет целью исключительно получение прибыли от приобретенного им имущества.

По смыслу ч. 4 ст. 132 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" обязанность по содержанию и использованию таких объектов в соответствии с их целевым назначением распространяется и на новых покупателей, приобретших социально-значимое имущество, имеющее определенный правовой статус.

Однако, в данном случае, судом установлено, что ООО «Торговый дом Фруктони» и ФИО1 не собирались и не собираются использовать по целевому назначению приобретенный объект.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

В силу статьи 449 ГК РФ торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица (пункт 1).

Признание торгов недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги (пункт 2).

Следовательно, торги являются способом заключения договора, а признание их недействительными влечет недействительность договора, заключенного с лицом, выигравшим торги. По этой причине предъявление требования о признании недействительными торгов означает также предъявление требования о признании недействительной сделки, заключенной по результатам торгов.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного Суда КБР от 16 июля 2021 года в удовлетворении требований ФИО1 к Акционерному Обществу «Теплосервис» об обязании осуществить демонтаж оборудования Центрального теплового пункта (ЦТП) «5-й микрорайон» (далее - тепловой пункт) с последующим его выносом из помещения двухэтажного здания, площадью 744,30 кв. м, расположенного по адресу: Кабардино- Балкарская Республика, <адрес> «А», с кадастровым номером №, в пятидневный срок с момента вступления в силу судебного акта, отказано.

Указанным решением был сделан вывод о ничтожности договоров купли-продажи от 19 марта 2019 года и от 04 февраля 2020 года в части продажи помещений, непосредственно занятых тепловым пунктом и помещений, предназначенных для его обслуживания (в техническом паспорте под номерами – 3, 4, 5, 6, 7).

В соответствии с ч. 3 ст. 61 ГПК РФ, при рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.

При изложенных основаниях, принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд полагает, что требования о признании недействительными торгов по продаже МУП ЖХ-СЗ, итоги которых подведены протоколом о результатах продажи в электронной форме посредством публичного предложения, состоявшихся 14 марта 2019 года (протокол № от ДД.ММ.ГГГГ), о признании недействительными в силу ничтожности договоров купли-продажи от 19 марта 2019 года в части продажи помещений, непосредственно занятых тепловым пунктом и помещений, предназначенных для его обслуживания (в техническом паспорте под номерами – 3, 4, 5, 6, 7), заключенного между МУП ЖХ-СЗ в лице конкурсного управляющего ФИО7 и ООО «Торговый дом Фркутони», от 04 февраля 2020 года, заключенного между ООО «Торговый дом Фруктони» и ФИО1, о признании недействительными в этой части запись в ЕГРН подлежат удовлетворению.

Поскольку при применении последствий недействительности ничтожных сделок имущество не может быть возвращено в собственность ликвидированной организации, требование о возврате имущества МУП ЖХ-СЗ, не может быть удовлетворено.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", при применении ст. 301 Гражданского кодекса РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 4 п. 52 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в случаях, когда запись в ЕГРН нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Иск об отсутствии права имеет узкую сферу применения и не может подменять собой виндикационный, негаторный или иные иски, поскольку допустим только при невозможности защиты нарушенного права иными средствами.

Выбор способа защиты вещного права, квалификация спорного отношения судом и разрешение вещно-правового конфликта зависит от того, в чьем фактическом владении находится спорное имущество.

Иск о признании права отсутствующим может быть удовлетворен судом в случае, если истец является владеющим собственником недвижимости, право которого зарегистрировано в ЕГРН.

Таким образом, выбор способа нарушенного права должен соответствовать характеру нарушенного права, способ защиты права, избранный истцом, должен в результате применения восстанавливать это нарушенное право.

При избрании способа защиты путем признания права отсутствующим запись в ЕГРН должна нарушать права истца, то есть истец должен обладать аналогичным с ответчиком правом в отношении объекта имущественных прав, поскольку в противном случае признание права ответчика отсутствующим не восстановит нарушенные права истца.

Учитывая, что истец не является владеющим собственником спорного объекта недвижимости, учитывая, что удовлетворены требования об оспаривании сделок, суд полагает, что он не может обращаться в суд с требованием в виде признания не возникшим и отсутствующим права собственности ФИО1 в отношении спорного имущества.

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В рамках рассмотрения настоящего дела представителем ответчика ФИО1 было заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд. При этом, он ссылался на письмо истца АО «Теплосервис» в адрес ООО «Торговый дом Фруктони» от 11 июля 2019 года за №222 об урегулировании вопроса по расположению оборудования, находящегося в здании, расположенном в <адрес> «А».

Истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как установлено в одном из судебных заседаний, представитель истца настаивала на том, что срок для обращения в суд не пропущен, исходя из материалов дела.

Из текста письма АО «Теплосервис» в адрес ООО «Торговый дом Фруктони» от 11 июля 2019 года усматривается, что заявитель указывает на имеющуюся у него информацию, не обозначая точные данные и факты.

К настоящему иску в подтверждение своих доводов, истец приложил Выписку из ЕГРН о собственнике спорного объекта, датированную 13 июля 2020 года.

Поскольку в суд с настоящими требованиями АО «Теплосервис» обратилось 10 августа 2020 года, суд полагает, что иск подан в пределах срока исковой давности, учитывая, что о нарушении своих прав истцу стало доподлинно известно только 13 июля 2020 года.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования Акционерного Общества «Теплосервис» удовлетворить частично.

Признать недействительными торги по продаже имущества МУП ЖХ-СЗ, итоги которых подведены протоколом о результатах продажи в электронной форме посредством публичного предложения, состоявшихся 14 марта 2019 года (протокол СТП-3447/24 от 14 марта 2019 года).

Признать недействительными в силу ничтожности договоры купли-продажи: от 19 марта 2019 года, заключенный между МУП ЖХ-СЗ в лице конкурсного управляющего ФИО7 и ООО «Торговый дом Фруктони», и от 04 февраля 2020 года, заключенный между ООО «Торговый дом Фруктони» и ФИО1, в части продажи помещений, непосредственно занятых тепловым пунктом и помещений, предназначенных для его обслуживания (в техническом паспорте под номерами 3, 4, 5, 6, 7), расположенных в нежилом здании по <адрес> «А», в <адрес>.

Признать недействительными записи в ЕГРН о регистрации за ФИО1 права собственности на помещения, непосредственно занятые тепловым пунктом и помещений, предназначенных для его обслуживания (в техническом паспорте под номерами №), расположенные в нежилом здании по <адрес> «А», в <адрес>.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Верховного Суда КБР в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Нальчикский городской суд. Мотивированное решение изготовлено 10 декабря 2021года.

Председательствующий- Е.В. Шапкина